Часть 5. Не понимаю

      Я ахуела. Нет, не так. Я АХУЕЛА.       Когда я очнулась в комнате было тихо, только мое хрипение, смешанное со скулежом. Ребра кричали от боли. Я перевернулась на бок, потом на живот. Руки и ноги слегка занемели от боли. Я кое—как села и мутным взглядом осмотрелась. Такая же комната.       Черт возьми. Я в пизде. Это конец. Финал. ЭТО ПИЗДЕЦ. Куда я попала? Нахуй я сюда лезла? Я хуй знаете где, я хуй знаете, как отсюда выбираться и я хуй знает, когда это безликое чмо придет за моей жопой!       Я сделала неглубокий вдох, держась за ребра и еще раз осмотрела комнату.       Шкаф, диван, стол, стул, тумбочка, телевизор, несколько пустых полок, две двери и окно с решеткой. А, да, еще и слой пыли. Я подползла к шкафу, открывая его. Джинсы, рубашки, футболки, несколько кожаных коричневых курток, ботинки, среди которых есть пара берц, так же разная «амуниция» для оружия и всяких сумок. Только оружия жалко не было, зато были тканевые черные маски с красным грустным смайлом.       — Что за хуйня?... — прохрипела я и закрыла шкаф.       В тумбочке ничего не было, в столе были листы, ручки, карта местности с пометками, компас. Не густо.       В диване лежали подушка, одеяло и парочка полотенец. В ванной все было не так плачевно. Тут был ящик с просроченными таблетками, бинтами, несколькими хирургическими иглами и антисептиком.       И я решила воспользоваться этими запасами. Я, вновь скуля, стянула с себя кофту, потом разбинтовала плечо, убирая футболку, которая прилично пропиталась кровью. Я облила рану антисептиком, отчего ощутила шипящую боль и тихо зарычала. Я взяла иглу и трясущимися руками.       Сука, как давно я этого не делала.       Игла острой болью пронзила кожу, я заскулила. В глазах потемнело, но я вцепилась пальцами в раковину, не давая себе потерять сознание. Тяжело дыша, я перевела дух и, когда боль утихла, а я вновь увидела этот блядский мир, я продолжила зашивать рану. Теперь в глазах не темнело, но приступ тошноты и звон в ушах говорили об одно: «Ой, бля… Ебанутая, ты сейчас закончишь, а потом отходняк ловить будешь.»       Затратив приличное время на вышивание крестиком и на бинтовку раны, я вернулась в комнату и рухнула на диван. Ребра заболели от таких движений, но адреналин бил ключом, поэтому сейчас я не обратила на это ни малейшего внимания, просто смотря в потолок, пока кружилась голова и было жарко. Оставалось только ждать, когда меня отпустит.       А отпустило меня только к вечеру. Я кое—как села и еще раз осмотрелась.       — Курорт у маньяка. Все включено, кроме страховки вашей жизни… — прохрипела я, вставая.       Я вновь обыскала всю комнату. Хотелось есть, но на что я рассчитывала? Единственное, что я могла съесть это листы бумаги и то они были не вкусными из—за пыли. Я вновь села на кровать. Что теперь?       Я легла на диван, решив, что о следующем своем шаге я подумаю утром, когда голова перестанет быть пьяной после пережитого, хотя я прекрасно осознавала, что утром меня накроет паника. Да начнется круговорот паники и боли!       И так и было. Утром я не сразу поняла, где я и кто я, потом голова заболела от голода. Усталость, стресса и боли, потом я почти на гране панической атаки ходил по комнате туда—сюда, после я устала и немного посидела на диване, затем проверила свои раны и заметила несостыковку. Ребра болели меньше. Или это адреналин? Но вот голова раскалывалась как от мигрени, еще предательски ныла левая лопатка. Когда я блять успела отбить себе спину?!       Этот чертов день тянулся пиздец как долго. А от рассвета до заката сплошной пиздец. Других слов нет, не обессудьте.       Но, в принципе, как и ожидалось, следующий день не принес ничего, как и следующий, и последующий, и далее по тексту. Сука. Я застряла здесь. Но был плюс. Мои ребра быстро заживали, хотя голова и лопатка ныли на утро так, словно я каждый день вбиваю себе арматуру.       Через неделю, когда от голода и слабости я уже просто лежала, сходя с ума от одиночества и отсутствия звуков вокруг. Ну… Иногда я включала телек, который с рябью и шумом, но работал. Правда делала я это нечасто, не желая привлекать внимание. Пока не случилось чуда, которого не ждали и не желали.       Раздался стук в комнату.       Я ахуела.       Я сначала подумала, что мне показалось и что это начинается шиза, но стук повторился. «Че блять?!» — я насторожилась. Че мне делать? Сказать: «Войдите»?       — … — я открыла рот, потом закрыла, думая, — Да?... — почти шепотом произнесла я, молясь чтобы это была галлюцинация.       Но замок в дверь щёлкнул. Так громко. У меня замерло сердце, а тело покрылось липки, холодным потом. А потом приоткрылась дверь. Я инстинктивно отсела подальше от двери, словно это могло меня спросить. Сердце стучало прямо в горле. И вот, спустя сучью неделю, этот кусок прикола, над которым посмеялась природа, наклонившись в дверном проеме, зашел в комнату, скрестив руки за спиной, пока вокруг него, словно послушные слуги, вились многочисленные щупальца. Граф «Могу выебать куда угодно, ведь я осменожка» прибыл.       Он стоял, возвышаясь надо мной, над всем этим миром, словно безликий бог, про которого все забыли. Он смотрел на меня, пока я вжималась в угол, словно загнанная зверушка, которая готова напасть, не смотря на первородный страх.       Тишина длила несколько секунд, но для меня прошла вечность. Он сделал шаг в мою сторону, и я ощутила, как давит его присутствие, как он словно приказывает склонить перед ним голову, встать на колени. Он давил на меня, желая утвердить свою власть. А я просто смотрела, пока в ушах шумела кровь, пока сердце грозилось остановиться и пока, обжигая вены, разливался адреналин.       Монстр поставила на стол поднос с едой, а другие щупальца швырнули в мою сторону мой рюкзак с вещами. После, ни говоря ни слова, он ушел. А я выдохнула, даже не заметив, что задержала дыхание.       Я посмотрела на рюкзак, потом подняла взгляд на поднос. Словно дикий зверь, я подкралась к столу и в нос ударил запах горячей еды. В животе заурчало, и я нервно сглотнула. Эта простая овсяная каша и чашка горячего чая для оголодавшего человека были спасением и проклятием. А вдруг отрава? Но живот болезненно заурчал от голода.       Я села на стул, еще раз критически осмотрела тарелку и недоверчиво взяла ложку. Я начала есть. Сначала медленно, пытаясь распробовать возможную отраву, а потом словно животное быстро и неконтролируемо. Как же я была голодна, что даже не заметила, когда съела всю кашу, почти вылизав тарелку, а после залпом выпила чай.       Я откинулась на спинку стула, довольно вздыхая и радуясь, что наконец поела. Через пару минут прошлась по комнате в поисках какого—то занятия. Книжек я с собой в походы не таскаю, так что остаётся только телек. Включив этот пыльный немного шумящий ящик, начала переключать каналы, пока не наткнулась на какой—то старенький мультфильм. Господи, прям как в детстве! Листаешь небольшой список каналов в поисках мультиков, а если не находишь, то смотришь надоедливую "Школа Ремонта" или ничего. Новости и Дом2 в детстве никому не интересны, а в подростковом возрасте отвратительны.       День проходил незаметно, но еще незаметнее было исчезновение тарелки и появление еды где—то в обед. Сижу я значит на диване, смотрю телевизор и боковым зрением замечаю, что тарелка пропала. Я че ебанулась? Я минут 40 смотрела на стол, пытаясь понять была ли тарелка или это сбой в матрице. Я решила, что просто не заметила, как монстр зашел, но как тут не заметить такую дуру? Хорошо. Но когда в обед на столе оказалась еда, я еще час трогала тарелку с едой, поднимала ее, опускала и вертела в руках. Как эта сволочь принес еду, и я этого не заметила?       Ночь. Шум телевизора. Все предыдущие ночи мне не удавалось поспасть. Сплошные кошмары и боль в ребрах. В эту ночь я даже не буду пытаться поспать, все равно не выйдет. Чтобы уснуть мне нужно обезболивающие, а его нет. Нет, конечно, я могу закинуться парацетамолом, но он настолько слабый, что его хватает только на головную боль.       Я выключила телевизор и лениво подошла к окну. Лучше буду наблюдать за недвижимым лесом, чем смотреть рябящую картинку телека. На улице было темно и холодно. Даже находясь в доме, я поежилась от этого холода, но он был приятнее, чем тот, который появлялся вместе с монстром. Я облокотилась на подоконник и всмотрелась вглубь леса, на сколько это было возможно. Где—то там, моему больному сознанию, мерещилась какая—то возня, которая очень интересовала меня. Смотря за миражом, я невольно вспоминала, как проводила время с семьей. Такие же темные летние ночи где—то с палаткой посреди леса и костер. Я прикрыла глаза, пока в мыслях тихо шуршали голоса, напевая старую мелодию, а где—то рядом бренчала гитара.       Я открыла глаза.       — БЛЯТЬ! — мой крик эхом раздался по лесу и по комнате.       Я отшатнулась от окна, споткнулась о рюкзак и упала на пол, почувствовав, как заныли ребра.       На улице, напротив окна стоял он. Он явно наблюдал на мной, а когда я испугалась, монстр склонил голову на бок, словно смеясь надо мной.       «Вот сука…» — невольно подумала я, смотря на него и не двигаясь. И что теперь делать?       — Не спиться? — с явной издевкой спросил он.       Такое чучело присниться хуй заснешь.       Черт возьми и как я не заметила его появления?       Он стоял. Просто стоял, смотря на меня. Так и хотелось спросить: “Че? Вид нравиться?” Но страха было больше в моем теле, от того я молчала, словно ждала приговора от этого противоречивого монстра.       Я же не первый год с им сталкиваюсь и выбешиваю его, но он ни разу не пытался меня убить. Ранить, вышвырнуть из леса - да, но ни разу не доводил меня до крайности. В городе он тоже не появлялся, хотя с его способностью к телепортации это странно. Он мог бы преследовать меня везде. Буквально везде. Но он был только здесь, словно послушный пес, который стережет свою территорию и не покидает ее. Помню я даже пару раз утаскивала его проклятые листы домой, но он так и не пошел за мной.       Кто твой хозяин?       Такой странный вопрос, особенно по отношению к монстру. Он двинулся. Всего лишь склонил голову на бок, а у меня уже почти сердечный приступ случился. Сука. Не двигайся, а лучше уйди. А нет, лучше стой тут, так я хотя бы вижу тебя и не гадаю, где ты, сволочь, стоишь.       Такая долгая и молчаливая сцена. Что происходит? Он меня изучает? Мне можно двигаться? А дышать? Мама, что мне делать?       Монстр шагнул и исчез. Я посмотрела из стороны в сторону, потом подползла к окну, словно испуганная кошка на полусогнутых лапах, и выглянула. Он ушел. Я выдохнула.       — Сука длинноногая… Растишки переел и выпендривается… Блять… - шептала я сама себе, медленно вставая с пола, - В рот я ебала все это… И его тоже…       Я развернулась. Сука! Опять он!       Я вскрикнула, отпрыгнула назад и фактически вжалась в окно, смотря на монстра. Его щупальца слегка раздраженно кружили вокруг. Он явно слышал, что я сказала. Вот тварь! Еще и подслушивает!       Снова тишина и молчание. Никакого упрека или угрозы за мои слова. Он меня изводит, точно желает моей медленной и мучительной смерти. Хотя я могу его понять. Ходит тут какая-то дурочка по его территории и бесит. Так и слышу как он рычит: “Человеческая тварь, не будь как дома! Тебе тут официально не рады — это факт!” А стоп, это из другой истории, но не суть.       Монстр делает ко мне шаг и я окончательно перестаю дышать, желая слиться с окном в одно единое целое, дабы избежать всего, что он хотел со мной сделать. Но вместо удара, рычания или его чертовых щупалец, происходить невероятно - он протягивает мне баночку таблеток.       — Ты мешаешь. Хватит.       С этими словами он ставит таблетки на тумбочку рядом с кроватью и вновь исчезает.       — Это че было? - единственное что я могу сейчас сказать       Минут через 30 мой мозг восстановил соединение с сервером, я слезла с подоконника, отлипая от окна, и взяла таблетки. Это было снотворное. Да он издевается! Пугает меня, шугает, явно не доволен моим присутствием здесь, но, сука, кормит и еще помогает от бессонницы. Что с ним не так?!       Я повертела в руках таблетки, подумала, стоит ли их вообще принимать, и отложила. В конце концов, доверять монстру это дело глупое и неправильное, лучше я буду мучиться от бессонницы, чем приму эти чертовы таблетки.       Я немного пошастала по комнате, а потом легла на кровать, уставившись в потолок. А может это все сон? Или мир за гранью жизни? Личный ад? Я вздохнула, прикрыв глаза, надеясь уснуть, пока в голове были сотни мыслей о моей ситуации и как из нее выбираться. Идей не было. Хотя.       Я встала и подошла к двери, дернула. Закрыто. Странная дверь. Ручка есть, а вот замка нет, но он явно запирает эту дверь. Значит замок есть, но только с одной стороны. Я еще немного подергала дверь. Дверь не самая надежная, я бы даже сказала хлипенькая. Я отошла на шаг, уперлась ногой в слабое место двери, но стоило только замахнуться, как я заскулила от боли в ребрах. Идея была хороша, но не было учтено все. Подстава.       Я постояла какое-то время, обхватив себя за ребра, тяжело и часто дыша, после вернулась на кровать. Я посидела, подумав, потом встала и вновь заходила по комнате.       Теперь я понимаю, зачем он дал мне таблетки. Похоже он отлично слышал как я хожу туда-сюда и что-то бубню под нос.       Так что… Я не знаю, что произошло, но я вырубилась буквально на ходу. Подозреваю, что он просто психанул и ебнул меня.       Вот же рельса километровая, жаль на металлолом не сдашь - вернут.