3. Жизнь в страданиях

      Гриффиндорка нервно сглотнула, пробираясь через толпы студентов вместе с Роном и Гарри. Воздух вокруг искрил от напряжения. Хагрид был прав: это новое правило распространялось на всю школу, а не только на их курс.       Видимо, этой попыткой объединить факультеты были недовольны все, включая преподавателей.       Как только девушка вошла в Большой зал, ее челюсть отвисла.       Там, где обычно располагались четыре длинных стола для факультетов, теперь стоял огромный круглый стол, занявший всю комнату. Он был разделен только в двух местах ровно по центру, чтобы преподаватели могли пройти через зал к своему столу.       Взгляд Гермионы блуждал по ученикам, и она была, мягко говоря, удивлена тем, что Дамблдор еще не сделал никакого объявления. Хоть это и был один соединенный стол, студенты все равно старались разделиться по факультетам, сбиваясь в группы в местах, которые можно было назвать «углами» круга.       Гарри и Рон были совсем выбиты из колеи, привыкая к новому расположению стола, и Гермионе пришлось легонько пихнуть их в плечи. Хоть ей это не нравилось, она была жутко голодна из-за того, что вместо завтрака побежала в библиотеку за нужной книгой.       Троица без колебаний направилась к товарищам-гриффиндорцам в ближайшем к каминам «уголке». Как девушка и ожидала, почти все они корчили гримасы слизеринцам, которые недалеко ушли и посылали в ответ хмурые взгляды и ухмылки.       Гермиона проигнорировала эти взгляды и села рядом со своим другом Невиллом Долгопупсом. Он набивал рот картофельным пюре, опустив голову так, чтобы не видеть пронзительных глаз слизеринцев.       – Просто не обращай на них внимания, – прошептала она, едва махнув в их сторону. Невилл коротко кивнул и продолжил свой обед, и Гермиона почувствовала, что самое время ей заняться тем же.       И только она схватила рулет, в Зале воцарилась тишина, все взоры обратились к директору.       – Добрый день, – начал он, и легкая улыбка коснулась его глаз за очками-половинками. – Я подозреваю, что все вы уже слышали о новых условиях, установленных до конца учебного года. Уверяю вас, это не навсегда, но я взял под собственную ответственность этот... как бы сказать... любопытный эксперимент.       В тот момент, когда Дамблдор сказал «не навсегда», весь Большой зал, казалось, расслабился.       Даже Макгонагалл, которая сидела неподвижно и прямо, как доска, опустила плечи и отпила из своего кубка. С другой стороны стола Снейп посмотрел на гриффиндорцев с насмешкой на бледном лице и снова переключил внимание на Дамблдора.       – Однако, хоть я и признаю, что это только для, как бы выразиться, расширения кругозора, я призываю вас, учеников, воспользоваться этим как своего рода возможностью. Быть может, познакомиться с кем-то, узнать что-то новое от одного из ваших сокурсников, создать прочные дружеские связи. В любом случае, я понимаю ваше неприятие этого изменения, которое я ввел на свой страх и риск. Но я также могу заверить вас, я надеюсь, что результат будет... отличным от того, который можно было бы ожидать.       С мечтательной улыбкой он позволил студентам продолжить обед. Даже когда он вернулся на свое место, в зале раздавалось только бормотание и шепот.       Гермиона услышала, как несколько слизеринцев неподалеку насмехались над «стариком, который совсем умом тронулся». Сжав вилку так сильно, что побелели костяшки пальцев, она проигнорировала их нападки на директора и вонзила зубы в свой рулет.       Обед затянулся, и к тому времени, когда девушке удалось оттащить Рона от последней порции ростбифа, они уже почти опоздали на Зельеварение.       Гермиона буквально бежала вниз по лестнице, а Гарри и Рон едва поспевали за ней. Как только она свернула за угол, ее тело в кого-то врезалось, и девушка упала на пол, уронив свои книги.       – Осторожнее, грязнокровка! – раздался над ней голос.       Даже не удосужившись взглянуть на него, Гермиона принялась собирать вещи и запихивать их в сумку, отчаянно пытаясь ускориться, чтобы прийти на занятие вовремя.       Она потянулась за очередной книгой и почти ухватилась за корешок, как вдруг учебник отшвырнули на другой конец коридора. Крэбб и Гойл гоготали, а Малфой ухмыльнулся ей.       Стиснув зубы и снова не потрудившись бросить на него взгляд, девушка вскочила и побежала за книгой. Одна или две страницы уже успели оторваться, и девушка поморщилась при виде надломанной обложки.       – Я бы посоветовал тебе присматривать за своими питомцами, Поттер, – раздался его насмешливый голос. – Займись своим Вислым и тупоголовой грязнокровкой.       – Малфой, закрой...       – Могу сказать то же самое о тебе, – сорвалась Гермиона, когда ее терпению пришел конец. – В конце концов, тебе приходится иметь дело с двумя бестолковыми кабанами, которые вертятся вокруг тебя весь день, не говоря уже о ком-то, кто смотрит на тебя глазами потерянного щенка.       На лицо Малфоя вернулась его фирменная ухмылка, его пронзительные серые глаза вновь обратились на нее.       – Никто не спрашивал твоего мнения, Грейнджер.       – Как и твоего.       Малфой сжал челюсти и прищурился, глядя на нее. Девушка не сдвинулась с места, даже когда он направился прямо к ней, а его взгляд был полон ярости и огня.       – Да как ты, маленькая...       – И что же, позвольте поинтересоваться, здесь происходит? – спросил Снейп знакомым ледяным тоном, стоя у входа в кабинет. Все головы повернулись к нему.       – Мы как раз собирались зайти, профессор...       – Малфой вел себя как высокомерный придурок...       – Грейнджер не смотрит, куда она...       – Тишина! – прогремел Снейп, весь коридор наполнился эхом от его возгласа. – Минус десять очков Гриффиндору, за то, что вы не даете однокурсникам прийти на занятие вовремя.       Гарри открыл было рот, чтобы возразить, но Снейп оборвал его.       – Если хотите прокомментировать, мистер Поттер, я без раздумий увеличу количество штрафных очков до пятидесяти. А теперь все в класс, живо!       Гарри стиснул зубы и рывком двинулся в кабинет, Рон последовал за ним, бросая злые взгляды через плечо.       Гермиона прошла мимо Драко, не удостоив его и взглядом, но краем глаза все же заметила расплывшуюся на его лице ухмылку.       – Наглый мерзавец, – буркнула она так, чтобы никто кроме него не смог услышать. Она крепче прижала книги к груди, а его ухмылка стала еще шире.       Девушка вошла в класс и заняла место между своими лучшими друзьями, хотя все они знали, что она здесь не надолго.       – Напарники на каждый предмет, – хмыкнула она про себя. – «Изменился порядок приема пищи», что дальше, устроим бал, чтобы продолжать праздновать эти изменения?       Гермиона встряхнула головой, умоляя Мерлина, чтобы не случилось чего похуже. Но, зная Дамблдора, она решила держать эти мысли при себе, не решаясь поделиться ими с директором.       – Как вы все уже знаете, – протяжный голос профессора Снейпа оторвал ее от раздумий, – Дамблдор установил новое «правило», призванное сплотить факультеты.       Он скрыл намек на раздражение за привычной ему презрительной полуулыбкой и продолжил.       – Мы последуем этому предписанию следующим образом. Вы будете поделены на пары, которые директор подобрал лично. Любой, кто захочет оспорить это, будет исключен немедленно, ясно?       В классе царила гробовая тишина, и только некоторые студенты кивнули в ответ.       Снейп поднял пергамент со стола и принялся оглашать пары одну за другой, иногда скрывая улыбку по поводу необычного тандема.       Все стали перемещаться, чтобы сесть названными группами. Когда Гарри поставили в пару с Забини, он громко охнул. Гермиона мягко сжала его плечо и послала ему ободряющую улыбку, а друг, в свою очередь, ответил ей одной из своих улыбочек, которая показалась девушке натянутой.       Девушка ждала у стены классной комнаты, тревога поселилась где-то внизу ее живота. Среди прочих учебных предметов, в Зельеварении она хотела преуспеть больше всего: и чтобы варить сложные зелья, и чтобы доказать себе и окружающим, что она заслуживает данные ей колдовские способности.       Если бы ее напарником стал кто-то вроде Крэбба или Гойла, она могла сразу же сдаться и получить «Тролля».       – Гермиона Грейнджер и... – профессор на секунду изогнул бровь, глядя на список так, будто не мог поверить своим глазам или прочитанное было ошибкой. Бесстрастное выражение быстро вернулось на его лицо, но она могла поклясться, что он ухмыльнулся.       – ...Драко Малфой.       Гермиона закрыла глаза и прислонилась спиной к стене.       Почему?       Почему она?       Почему весь мир хочет, чтобы ее жизнь превратилась в сплошное страдание?       Вздохнув в попытке успокоиться, Гермиона выпрямилась и пошла к свободному месту рядом с ним. Юноша сердито посмотрел на нее, когда она села и рассеянно пролистала его учебник по зельям, не понимая ни слова из прочитанного.       Остальных учеников распределили быстро, и Снейп вернулся к входной двери.       – К концу урока я жду от вас Рябиновый отвар и тридцать сантиметров пергамента о его побочных эффектах с перечнем зелий, от которых он является противоядием. По истечении часа мы проверим действие снадобья на вашем товарище. Те немногие, кто безошибочно приготовит отвар и не взорвет котел, – профессор посмотрел прямо на покрасневшего от злости Симуса, – получат вознаграждение. А теперь откройте страницу триста двадцать семь и приступайте. Надеюсь получить от вас готовые и действенные зелья.       Гермиона открыла свой учебник и начала просматривать список ингредиентов.       – Кора рябины, цветок моли, бадьян и слизь флоббер-червей, – пробормотала она про себя. Глубоко вздохнув, девушка повернулась к напарнику, который до сих пор не сделал ничего даже отдаленно полезного, и посмотрела на котел.       – Малфой, – медленно начала она, стараясь не сорваться и не наброситься на него, – ты не мог бы начать подогревать котел, пока я принесу нужные ингредиенты?       Слизеринец краем глаза посмотрел на нее и продолжил медленно переворачивать страницы учебника по зельеварению. Гермиона закатила глаза и без особого труда взмахнула палочкой, под котлом загорелось небольшое пламя.       Она встала и направилась к шкафчику с ингредиентами, не обращая внимания на сочувствующие взгляды товарищей-гриффиндорцев.       Девушка просмотрела склянки и взяла все, что ей было нужно. Сделав еще один успокаивающий вздох, она пошла обратно к своему столу и остановилась как вкопанная.       Малфой перебирал колбочки и пузырьки, сверяясь со списком в учебнике. С легким наклоном головы Гермиона окинула его изучающим взглядом, а затем очнулась и вернулась к рабочему месту, аккуратно поставив склянки на стол.       Он закатил глаза, когда напарница начала сортировать их по порядку добавления в зелье.       Она игнорировала его большую часть урока, даже когда Малфой сделал язвительный комментарий по поводу ее способа нарезки коры или капли слизи, отлетевшей в его сторону. Каждый раз она молча продолжала заниматься своими делами, лишь бросив на него быстрый взгляд.       В общем, это был непростой урок, и, казалось, прошла целая вечность, прежде чем Снейп снова привлек внимание класса.       Он быстро обошел все столы, насмехаясь над зельями, которые были ярко-оранжевыми или темно-коричневыми вместо светло-зеленых. В тот момент, когда профессор подошел к котлу Симуса Финнигана и Милисенты Булстроуд, зелье взорвалось, и обоих студентов обрызгало фиолетовой жижей.       Снейп нахмурился и что-то бегло черкнул в своем пергаменте. В момент, когда он поворачивался, Гермиона углядела букву «Т» напротив имен однокурсников.       Когда пришла очередь их с Малфоем зелья, профессор осторожно набрал ложку и неспешно вылил его обратно в котел, где оно пузырилось и кипело на медленном огне.       Он усмехнулся и снова что-то записал, попутно прихватив их конспекты. Желудок Гермионы снова заныл, она переживала, что они сделали что-то не так, и зелье не должно было так пузыриться.       Однако перед тем, как Снейп пошел дальше, его взгляд на мгновение задержался на Малфое. Он отвернулся, его походка стала более легкой. Малфой одарил профессора своей фирменной ухмылкой и откинулся на стуле, крутя волшебную палочку пальцами.       Гермиона засмотрелась на искры, вылетающие из кончика его палочки, но сейчас ее волновало не это. Девушка подавила расплывающуюся улыбку, когда она заметила отметку.       На данный момент ей вполне хватило «Выше ожидаемого».