Шестая

      После того, как нас спас господин Симон, мы наконец-то смогли выдохнуть. Едем молча, вот уже несколько часов, но все же машина останавливается и дверь отворяется. − Дамы, − подает нам руку дворецкий невероятно красивого особняка, наверняка, это дом, в котором живет юноша.       Я подаю руку дворецкому, а Мишель принимает ладонь Симона. Оглядываюсь по сторонам: трехэтажное здание в стиле Людовика 14, вокруг высажены лучшие сорта роз, в воздухе витает аромат свежеиспечённых круассанов. Мы за городом. − Добро пожаловать, госпожа Мишель и госпожа Аврора, − преклоняет голову пожилая леди, видимо, экономка. − Простите, но Вы нас с кем-то спутали. Я не госпожа, а всего лишь… − я бы хотела продолжить фразу, но меня перебивает Симон. − Всего лишь хозяйки этого небольшого домика, − улыбается он. − Мы и хозяйки? − верещит от радости Мишель. − Простите нас, господин, но мы не можем здесь остаться, − вздыхаю я, − Вы нас спасли от мадам, но дальше Вам не нужно переживать о нашей судьбе. − Дорогая Аврора, тебе и твоей подруге больше не о чем беспокоиться, да и какое «вы»? У нас разница в возрасте невелика, прошу, давайте на «ты».       Мы киваем.       Так, мы узнали, что отец Симона известный модельер, а его сын отучился на арт-дизайнера. Живет рыжеволосый парень в самых дорогих домах Парижа, но предпочитает отдавать дань прошлым эпохам и именно поэтому он поселил нас в одном из своих домов, за городом. То, что мы буквально на расстоянии вытянутой руки находимся около самого сердца Парижа− от этого кружится голова. Жизнь заиграла для нас абсолютно новыми красками.       Так, прошла осень и наступила зима.

***

      День показа. Мишель с самого утра не отпускала из рук телефон и на давала мне заниматься обязанностями ректора консерватории. Я поняла, что сегодня нормально провести день на работе не получится и взяла выходной.       По пути попросила отвезти в мое любимое кафе, очень захотелось чего-нибудь сладенького. Выйдя из машины, я прочитала вывеску любимого кафе «Bonne appetite» и заняла столик на веранде. В Париже стояла прекрасная погода. Открыв смартфон, я поняла, что сегодня последний день июля. Быстро пролетают летние деньки. Пока готовили мой заказ, я принялась за чтение.

«Меркуцио

Ромео, нет, от танцев не уйдешь.

Ромео

Уволь меня. Вы в легких бальных туфлях,

А я придавлен тяжестью к земле.

Меркуцио

Ведь ты влюблен, так крыльями Амура

Решительней взмахни и оторвись.

Ромео

Он пригвоздил меня стрелой навылет.

Я ранен так, что крылья не несут.

Под бременем любви я подгибаюсь.

Меркуцио

Повалишься, ее не придави.

Она нежна для твоего паденья.

Ромео

Любовь нежна? Она груба и зла.

И колется, и жжется, как терновник.

Меркуцио

А если так, будь тоже с ней жесток,

Коли и жги, и будете вы квиты.

Однако время маску надевать.»

− Прекрасная пьеса и прекрасная леди, − я вздрагиваю от испуга и удивления, за моей спиной все это время стоял мужчина. Теперь он садится напротив, за второй стул, и выжидающе смотрит на меня. Конечно, я тоже не могла не рассмотреть его: это высокий, неплохо сложенный молодой человек, и от него тянется шлейф парфюма «Boss», глаза будто два изумруда, а волосы, белого цвета, собраны в пучок, но все равно настолько длинные, что достают до поясницы. Он был одет в легкий мужской костюм, который идеально подчеркивал его мускулы, видимо, он знал об этом и сделал это нарочно. − Кто Вы такой? − О, где же мои манеры! Меня зовут Дилан Ю Ань, мисс, а как зовут Вас? −улыбается мужчина. Мне показалось, что на вид ему около 39 лет, но по внешности этого не сказать. И его разговор с акцентом… − Моё имя слишком известное во Франции, − решаюсь помучить своего собеседника. − Позвольте мне его угадать? − Угадывайте, сколько Вашей душе будет угодно, − принесли мой заказ, и я приступаю к трапезе, всячески игнорируя нового собеседника. − Остра на язык, а как же гостеприимство Парижа? − Для Вас я сделаю исключение: его не будет, − я оставляю чаевые официанту, и ухожу в сторону припаркованного автомобиля.       Ну почему же он просто не может оставить меня? Почему бежит следом?       Я не успеваю полностью повернуться лицом к собеседнику, потому что он перехватывает мое запястье и притягивает к себе. Наши тела максимально близко соприкасаются, мне становится некомфортно. − Отпустите! Я вызову полицию! − Давайте заключим с Вами пари: если я до конца вечера узнаю Ваше имя, то Вы покажете мне свое гостеприимство и поселите нерадивого туриста у себя в апартаментах, но если же выиграете Вы, то тогда я обязан сводить Вас в ресторан, в качестве компенсации, − его улыбка сражает меня наповал, а его глаза, словно драгоценные камни, блестят на солнце. − Хорошо, мистер Ю Ань, я принимаю Ваше предложение. Вы связались с азартным человеком, я сделаю все, чтобы мое имя никогда не слетело с Ваших уст, − и сажусь в машину.       Всю дорогу до дома моя память прокручивала фрагменты нашего знакомства и его сильные и теплые руки. А его ухмылка…наверное, многие девушки повелись на нее, но не я. Меня так просто не возьмешь.