Часть 3

Когда рассвет уже предвещал свое появление, но еще не показался за высокими деревьями, с неба редкими каплями на землю опускался дождь. Хаябуса, поддерживающий костер, прикрыл ослабевшее пламя своей туникой. Искры так и норовили оставить подпалины на темном одеянии мужчины. Он чувствовал, как холод заставлял кости коченеть, но не придавал этому значения; сейчас его волновало только то, что Кагура, всю ночь пролежавшая абсолютно неподвижно, сжалась и задрожала. Ниндзя прикрыл тело девушки ее платьем, хотя понимал, что это не особо поможет - тот холод, что они ощущали ночью, не идет ни в какое сравнение с этим морозным ранним утром. - Эй. Мужчина аккуратно сжал плечо девушки. Кагура открыла глаза и, повернув голову, вопрошающе посмотрела на Хаябусу. Почему-то у него создалось впечатление, что молодая маг уже давно не спит. - Мы так замерзнем. Мужчина отошел от костра, чтобы дать девушке переодеться, и сам натянул все еще слегка влажные вещи. Вернувшись к их импровизированной стоянке, ниндзя осмотрел Кагуру. Девушка выглядела изнуренной и абсолютно невыспавшейся. Невероятная догадка озарила его мысли. - Скажи, ты хоть немного поспала? К ужасу Хаябусы, Кагура опустила глаза. Ее щеки, в свете костра казавшиеся румяными, еще сильнее покраснели. Конечно, девушка не смогла уснуть. Она все еще ощущала на теле жаркие следы от прикосновений своего друга, которые даже немного грели ее в это промозглое утро. Уняв стучавшее в диком темпе сердце, которое, как ей казалось, вот-вот услышит весь лес, девушка пыталась найти причину его действиям. Она давно предполагала, что может быть неравнодушна Хаябусе, но он никогда не давал ей шансов это подтвердить. Он всегда был вежлив и галантен, но все мужчины, которых девушка встречала на званых ужинах или дебютах, вели себя подобным образом. Она лежала, боясь выдать себя. Если бы ниндзя знал, что девушка всегда чувствует, когда он на нее смотрит, точно бы не сделал то, что сделал. Точно бы не изучал глазами ее стройное тело, не метался взглядом по ее спине и ногам. Множество раз юная Онмеджи хотела спросить, почему он так тщательно ее рассматривает, всегда проверяла платье на наличие пятнышек или ниток, однако никогда ничего не находила. И сейчас, впервые почувствовав на теле чужие прикосновения, девушка вспомнила, что тоже зачастую так делала. Неосознанно скользила взглядом по оголенным рукам и плечам, под которыми двигались стальные мышцы. Всматривалась в широкую спину, пытаясь понять, сколько таких маленьких Кагур, как она, сможет спрятаться за сильной фигурой нинздя. И сейчас, видя перед собой Хаябусу, - с растрепанными волосами, в неизменной темной маске, прекрасного в своей неряшливости, - девушка наконец осознала, что она всегда специально наряжалась перед встречей с ним. Это не было чем-то вопиющим: она просто добавляла к платью милый элемент, повязывала ленточку на шею или закрепляла красивой заколкой волосы. Она всегда считала, что это просто желание выглядеть ярче, но лишь сейчас поняла, что хотела выделяться только для него. - Я не злюсь на тебя, - оробевшим голосом произнесла Кагура, схватившись за плечи; по ее коже от воспоминаний гуляли мурашки. Хаябуса сложил ладони и поднес их к лицу. Закатив глаза, мужчина посмотрел в небо, не в силах вымолвить и слово. Несмотря на холодную погоду и набиравший силу ситник, ниндзя чувствовал, как весь горит. Но в следующую секунду его тело бросило в холод, а после - снова в жар. - Кагура… Мужчина замолчал, понимая, что сейчас бессмысленно придумывать оправдания. Все было так, как знает девушка; Хаябуса пытался вкусить такой сладкий, однако навсегда запретный плод, за что будет платить. Та тихая гавань, ощущавшаяся рядом с его объектом воздыхания, никогда более не примет эти несчастные тело и разум, нарушившие доверие между двумя личностями, что с детства и по сей день оставались близки друг другу. Кагура… столько раз он языком пробовал это имя на вкус. Неожиданно твердое и волевое для такой тонкой леди, которая наверняка смотрит на него, пытаясь найти ответы, а он, как последний трус, не может оторвать взгляда от пасмурного неба. Он закрыл глаза и еще сильнее откинул голову назад, подставляя лицо под ледяные капли. «Я отвратителен». Неожиданный толчок немного пошатнул ниндзя и заставил того резко открыть глаза, выискивая опасность. Он опустил голову, вперившись взглядом в белоснежную голову, что носом уткнулась ему в грудь. Мужчина изумленно развел руки в стороны, не имея понятия, как себя вести. - Я слышу твое сердце, - голос мага звучал приглушенно. Девушка слегка развернула голову, приложив к мужчине ухо, - оно всегда так громко стучит в моем присутствии? Хаябуса не мог прийти в себя. Он не знал, как реагировать на прижавшееся к нему тельце возлюбленной, ведь они никогда не находились настолько близко друг к другу. Но его тело жило своей жизнью. Девушка удивленно подняла голову, столкнувшись взглядом с ниндзя. Тот отшатнулся, прикрыв лицо ладонью. Он и забыл, что на нем маска. Кагура тоже отступила, приставив палец к кончику аккуратного носика - она всегда так делала, когда волновалась. - Кагура, я… - Мне понравилось, - одновременно с Хаябусой выкрикнула девушка и сразу закрыла рот ладошкой, не ожидая, что эти слова сами выскользнут наружу. - Что?.. - Мне понравилось, - поняв, что отступать поздно, произнесла юная Онмеджи, - и я не сержусь на тебя. Просто… я не знала, что ты так можешь. Мужчина не мог оторвать взгляда от подруги детства. Ему казалось, что он все-таки уснул, медитируя, и ему снится странный, но такой желанный сон. - И… и я не буду против, если это повторится вновь. Наверное. Выпалив эти предложения, Кагура, неестественно выпрямившись, зашагала прочь, громко топая гэтами. Мужчина достиг ее в два прыжка. Немного резко повернув девушку к себе, он обхватил ее руками, чувствуя запах лавандового масла, исходящего от Кагуры. Будто зная, что он так и поступит, маг Сэймэй ловко подсунула под себя руки и положила ладошки на широкую грудь Хаябусы. А мужчина лишь прижимал возлюбленную все ближе к себе, желая слиться с ней в одно целое. - Ты меня задушишь… - просипела Кагура, однако закончить она не успела: на ходу спуская маску, а другой рукой приподнимая подбородок спутницы, мужчина наклонился и прижался губами к губам девушки. Непривычная для нижней части лица прохлада контрастировала с жаркими и мягкими губами девушки. Так же быстро мужчина отстранился, не понимая, от смущения ли или он просто хотел увидеть реакцию Кагуры. Девушка будто застыла: она так и стояла, вытянув вперед руки и немного подняв головку. Они постояли несколько секунд; капли дождя падали все чаще, будто стараясь разорвать тишину между двумя влюбленными. - Ты такой красивый,- Хаябуса уловил шепот девушки, едва различимый за глухим стуком воды о землю. Он же без маски! - Я помню день, когда впервые увидела тебя в маске, - дождь нарастал, девушка говорила все громче, а ее голос сливался с шелестом листьев, - тогда я подумала, что ты перестанешь дружить со мной, ведь ниндзя не должны иметь привязанностей, - девушка аккуратно опустила руки и сделала небольшой шаг к Хаябусе, - да, ты действительно изменился. Будто маска придала тебе мужественности, - она хихикнула и сделала еще один шажок, - я понимала, что стать частью клана - твоя жизненная цель, приписанная еще при рождении… так же, как и моя - унаследовать зонтик Сэймэй, - девушка сделала еще шаг и оказалась совсем близко. Хаябуса не двигался, внезапно оробев, - но мы можем быть теми, кем захотим, - прошептала Кагура, смотря прямо мужчине в глаза, - и с кем захотим. Она подняла руку и дотронулась до его мокрой щеки. Провела пальцами вдоль шрама, поглаживая скулу, а после размещая ладонь на его шее. Как завороженный, ниндзя неотрывно смотрел в глаза мага, а после и сам положил руку на тонкую шею, разместив большой палец под подбородком. Такое маленькое личико. Она казалась ему совсем беззащитной; хоть девушка и выглядела спокойной, мужчина чувствовал, как под его рукой быстро пульсирует и стучит. Они одновременно потянулись друг к другу, сливаясь в поцелуе. Этот отличался от предыдущего: столько нежности мужчина испытывал впервые. Он чуть сжал горло девушки, углубляя поцелуй, а та в ответ тоненько простонала. Хрупкая, как фарфоровая статуэтка… Хаябуса боялся подчинить тело девушки своему, будто та может сломаться. Совсем рядом громыхнуло. Кагура вздрогнула. Мужчина переместил руку на затылок, поглаживая мягкие волосы, а другой прижал девушку к себе. Она поддалась, обвив руками шею ниндзя. Дождь все усиливался; ледяные капли скатывались по их волосам и плечам, но двое и не думали искать, где спрятаться - они обменивались теплом собственных тел, не желая останавливаться. Голова кружилась, а дыхание вовсе сбилось: коленки тряслись, распространяя дрожь по всему телу. Кагура попыталась отвести лицо, чтобы отдышаться, но ей не позволили; мужчина цепко держал ее за голову, другой рукой гуляя по телу девушки. Молодая маг вновь застонала, но Хаябуса будто не слышал. Он развернул Кагуру спиной, обняв ее за талию и покрывая шею поцелуями, а после переместил руки на ребра девушки, обхватывая ладонями все ее тело, ощутимо сжав их. Грубые подушечки пальцев царапали кожу. Он больше не отпустит ее. Не будет ночами, пока никто за ним не наблюдает, жаждать хотя бы прикоснуться к изящным изгибам. Девушка прерывисто вскрикнула. Хаябуса ослабил хватку, но лишь для того, чтобы залезть под тонкую ткань, положив руки на маленькую грудь возлюбленной. Он нежно сжал твердые от холода соски и ему будто сорвало крышу: повернув Кагуру к себе лицом, он рывком поднял ее на руки; девушка обхватила его торс ногами. Послышался стук - гэты упали на землю. Их лица оказались на одном уровне: молодая Онмеджи часто и мелко дышала, двигая губами, будто намереваясь что-то сказать. Она вся раскраснелась, а полуприкрытые веки девушки дрожали, полностью доверившись рукам Хаябусы. Он быстро подошел к шероховатому стволу дерева и прислонил к нему спину девушки, одной рукой удерживая ее на себе, а другой накрывая затылок, чтобы та не ударилась. Вновь грянул гром, но напарники не обращали внимания ни на него, ни на ливень, обрушившийся на поляну. Мокрые волосы девушки щекотали лицо. У него было очень важное задание, но он уже не мог вспомнить, какое именно. Красная нить, что вела к цели, замкнулась на Кагуре, приобретая цвет их возбуждения. Хаябуса накрыл губы девушки своими, прижимая ее голову к своей и переместив руку под юбку мага. Она лишь дрогнула, когда мужчина ощупал кружева на нижнем белье, залезая пальцами под него, и сильнее прижалась, кусая кожу. Ниндзя зарычал, почувствовав боль, и вошел пальцем в тесноту ее тела. Кагура подалась бедрами вперед, пытаясь выгнуться, но мужчина не позволил: низ его одежды полетел куда-то далеко, а сам он, не желая более сдерживаться, медленно опустил девушку на свое горящее от вожделения тело, проникая внутрь. Она хрипло выдохнула ему в ухо, лязгнув по нему зубами, и крепче обхватила торс ногами, держась за скользкое от воды тело и впиваясь ногтями в спину, оставляя красные царапины. Наслаждаясь жаром и влажностью внутри Кагуры, он задвигался быстрее, приподнимая девушку за талию. Он то наращивал темп, то входил глубже и останавливался, наслаждаясь тоненькими стонами возлюбленной. Языком изучая каждую клеточку ее тела, Хаябуса чувствовал, что молодая маг делает тоже самое. Раскаты грома сменяли друг друга. Сверкали молнии, но они не видели этого, полностью погрузившись в процесс наслаждения. В один момент Кагура отстранилась, запрокинув голову; ее тело мелко затряслось, предвещая скорую разрядку. Мужчина сильнее обхватил ее бедра, с удовольствием извергаясь в уже ослабевшее тело. Издав стон, Хаябуса прижал к себе тело молодого мага, целуя ее волосы, щеки, губы, шею, плечи. Каждый сантиметр прекрасного тела алел от проявления сильнейшей привязанности Ниндзя из клана Тени к Магу Онмеджи. Зонтик Сэймэй - легендарное оружие, на протяжении многих веков служившее сильнейшим магам, было лишь обычным зонтом, который укрывал от дождя два промозглых тела.