Первый час

Тяжелые веки едва открылись в темном, холодным пространстве где не было ни души, ещё лёжа лениво рассматривая лишь темноту прожирающяя всего и вся Вай, все ещё размытой фокусировкой увидела высокие и тяжкие, как и её раны, решетки. — Чёрт. Находя хоть каких то сил, стараясь встать она будто заново прожила те боли принесенные несколько часов назад. Швы зажили и она тут же схватилась за ноги которые подкосились но не подвели хозяина и в этот раз — за что она была рада. Как только она вытянулась и встала, глаза затуманились, она сразу же заслонилась спиной к холодной стене, опуская голову, прикрыв глаза. В ушах все ещё звенел шум. Когда последний пазл воспоминаний до конца складывался она сию же секунду рывком потянулась к решетке так что она точно так же ударила её в ответ. Обращала ли она на это внимание? Нет. Со сломанным голосом она закричала в пустоту, матерясь так сочно что сама не разбирала свои же слова. Её голос эхом раздался сквозь широкий коридор, своим холодно-синим оттенком напоминая волосы её сестру.  — Паудер… Голос с хрипотцой сдался, давая очередь к нежелательным для неё слезам. Они безудержно капали прямо об пол, голос лишь тихо дрожал и она так же тихо опустилась на пол. Такой же грязной и холодной, как и вся составляющая того что происходило у неё внутри. Раньше, смотри она на эту ситуацию, нашла бы некоторые решения сопоставляя все в планы. Нет проблемы с которым не было бы решения, твердила она всегда к своей нескромной банде. С этими же мыслями, она осталась, — она поняла настолько светлое была её прошлое. Какими тёплыми были смех братьев и голос отца звавший её Вайолетт, и забавные попытки Паудера смастерить что то по своему гениальное. Все они, все погасли в её жизни, превращаясь в гной которого убрать разве что с мясом. Не стараясь остановить поток, она приняла свое нынешнее состояние, утопая так глубоко на дне где она ещё не разом не была. Холодная, одинокая луна через окошко прониклась так нагло что успела освещать её спину, шрамы на лопатке и на шее, а через час половину камеры, через которой Вай видела лишь свою ненавистную тень. Метаясь от неё, словно вампир от солнечных лучей ушла в ту сторону где мрак казался не таким уж беспощадным. Она ненавидела себя. За все деяния которые она делала и не сделала. За все слова которые были недосказанными или выплюнены не в тот момент и не тем людям. За неспособность защитить тех кто в этом нуждался и обещания которые она не сдерживала. Всё это превратилось в твёрдый сгусток который начал лопнуть специально медля, оставляя шрамы и внутри на долгие годы.