Часть 1

В лохмотьях неспеша шагая Идёт бедняк в худых сандалях Не знает он тепла и крова Плетется, как бы не знакомо Поёт в дороге он куплеты Чтоб дети были хоть одеты Копейки подбирать он рад Чтоб не знакомым был им хлад Любую просьбу выполнить изволит Но жаль в несчастье медленно он тонет Воображает крышу он, еду, одежду Но все его считают за невежду Но он-то здесь умеет выживать: Готов в той радости даже кору жевать. Заботиться и о здоровье надо— Все ягоды, грибы он знает и без взгляда. Зашьёт заплаткой он в ночи одёжку Что б завтра заработать хоть немножко (Ведь так солиднее он выглядит, теперь Не страшно, чтобы выгнали за дверь) Воображенье вяжет новые узоры, Как будто для него плясать готовы. Он словно стал хоть что-то значить для себя, Но та мечта померкла навсегда Пошел под дождь искать себе на пропитание Решил носить дрова—всё ради выживания Иззяб, промок, замёрз в своих лохмотьях Изволил поискать тепла в чужих угодьях Зашёл на чей-то постоялый двор Кругом цветут сады и не заметен сор Он сел под крышою, там где истлел костёр Все жители твердили—мородёр Под утро палкой прогоняя Все те невежи, словно бы играя Решили посмеяться, что с них взять Ведь им бы на базаре торговать Порвали все заплатки, шевелюра в клочья Вмиг вся одежда дырками покрылась, будто бы сорочья Стая собралась обчистить все вокруг Замкнулся для бедняги прочный круг Тут встал он, поклонился ровно Словно и никогда не жил затворно Все посмотрели с неприязнью на него Исчезло из сердец у них тепло Он резко подался́ вперёд и люди круг сломали Решили пропустить, зачем держать Но только вот они не знали Что тут теперь он будет ночевать Так проходили дни, недели, всё же Решили вместе выгнать наконец, о боже, Того плута, что бродит бестолково Как думают, не вымолвит полслова Проснувшись рано, с солнцем на рассвете Захохотали радостно вдруг дети Пошли букет собрали для отца Который выполнял работу за косца Прошел так час, а может боле Но жители решили—круг из соли Ведь демонов тех надо изловить А то на что им тут сорить Опять кольцом они пошли на бедных Которые тогда монеток медных Искали на земле, в траве—кругом Не замечая, что идут на них двором Вот так и выгнали в лохмотьях человека Который про́жил больше полувека Им надо где-то жить—построили шалаш Ведь от людей те получили лишь шантаж Погода снова бедняка печалит Идёт в шалаш, а сердце защемляет Ведь жизни сладкий вкус не ведом Детям Подвластны слёзы их тем только плетям Тут снег пошёл, зачем же так, погода Что б пережить ужасные невзгоды Молиться начала несчастная семья Как будто есть на небесах судья Увы, напрасна их молитва в зимнем свете Погаснет их костёр, не верят дети Их верить научили уж с пелён Что бедных мир деньгами обделён Укрыл отец заботливо их одеялом (Ведь просто тряпка с сеном напиха́ным) И колыбельную запел, так нежно, и с любовью Про то как кот живёт у Лукоморья Прошла неделя, снег идёт, а детям смех Игрушка появилась для потех Но вот отец уже не знает жизни радость Ведь для него зима—такая гадость Он заболел, лежит теперь на сене А дети перед ним вдруг на колени И просят бога, просят небеса Чтобы не гасла их надёжная звезда Прошло 5 дней, бедняк худает А по ночам он жалобно вздыхает Глаза не открывает лишний раз И детям издает такой указ Пойти на постоялый двор, собрать дрова При этом не бросаясь никому в глаза Потом просить монет, любых, хоть медных за потех От всех сбежать потом успев Послушали отца ребята Пошли туда, где тайной всё объято Они возились где-то 5 часов Из-за глубоких, не скончаемых снегов Пришли в шалаш, хотели обнять папу Но нет его, исчез, оставив только шляпу Вдруг смотрят, там письмо лежит Хоть рука старшего из них дрожит Читает вслух его, для всех чтоб слышно было Тут резко что-то будто бы завыло Читать не надо было, всё смогли понять Отца им больше в жизни не видать Ушёл, он не хотел чтоб дети Заметили, как сжали его сети Минул он много миль, иссякли его силы Но не увидит здесь никто его могилы Дети всё плакали, когда взошла на небосклон луна Тут видят: им, словно богом, звезда подарена Они все на колени опустились в миг И в голове смогли отца увидеть лик Прощай, отец, прощай, родной бедняк Мы за тебя помолимся, чудак Букет мы по весне сорвем тебе Чтоб не погиб, изчезнув в невоспитанной толпе.