Цеховая солидарность

"Но если с другом худо, Не уповай на чудо, Иди, мой друг, всегда иди Дорогою добра" Приключения Маленького Мука       Резкий стук садовой калитки заставил Финрода оторваться от записей и выйти гостю навстречу. Слова приветствия замерли на языке…       Намо выглядел куда хуже обычного: одежды растрепаны, волосы всклокочены, а глаза… Смотреть в них не хотелось даже эльфу, и потому Финрод перевёл взгляд на нос валы. По которому катилась, блестя на солнце, крупная капля пота.       — Что слу…       — Не ври, Фелагунд, — оборвал его Намо. — Вот только мне не ври, а? Я же вас, эльдар, насквозь вижу… Где этот проклятый смертный? Где ты его прячешь? В саду? В библиотеке? В мастерской?! Где он?!       Финрод только руками развел:       — Не имею представления, о чем ты, Намо. Смертный, в Благословенных Землях, не знающих о смерти… Откуда?       Намо аж застонал от ярости:       — Откуда?! От верблюда! Откуда я знаю, почему вы то и дело пытаетесь протащить сюда кого-то из Младших?! Ладно еще Эарендиль с Эльвинг, они, можно сказать, заслужили — хоть один сильмарилл вернулся. Ладно еще Идриль Туора привела. Первая Эпоха, любовь, сложные семейные отношения… Я не болван бесчувственный, я всё понимаю. Но Гэндальф! Этот сюда полуросликов провез, в нарушение всех правил, не иначе как под плащом. А ведь он майя, не хуже меня инструкции знает. За ним, насмотревшись плохого примера, синда Леголас внаглую приплыл с гномом…       — Кажется, — вмешался Финрод. — С досточтимым Гимли, сыном Глоина, проблем не было…       — О да! — Намо устало привалился к украшенной резьбой мраморной стенке, ободрав ненароком любимый вьющийся виноград Амариэ. — С Гимли проблем не было. Проблемы были с Аулэ.       Финрод тактично промолчал. Любовь Аулэ к своим созданиям и тяжесть руки Валы-Кузнеца творили поистине чудесные вещи.       — Теперь еще этот… — вернулся к теме Судия. — Истекло его время, уже дважды как истекло, но нет… Помогаете! Скрываете! И ведь никто не признается, кто его провез! Все молчат как под пытка…       Намо замолчал, сообразив, с кем говорит. Финрод промолчал еще более тактично, сделав вид, что ничего не заметил.       — Его ведь даже в списке героев нет. Просто человек, просто смертный, пятый копейщик в третьему ряду! Что же вы все его прячете?!       Отчаяние Намо было столь велико, что Финрод ответил со всей честностью:       — Я не знаю ответа на твой вопрос, Судия. Может, просто… цеховая солидарность? — и уточнил, глядя в синие, как небо над Аманом, глаза валы: — Умирать обычно не хочется, знаешь ли.       У Намо Мандоса дёрнулась щека. Он молча повернулся и вышел из дома Финрода Фелагунда, прозванного в Смертных Землях Атандилом, Другом Людей. ***      Когда шаги воплощенной стихии затихли, Финрод вернулся к прерванному занятию:       «Брат мой Куруфинвэ, если ты дочитал до этих строк и до сих пор сомневаешься, помочь ли смертному найти приют в Форменоссэ, то скажу тебе — этим ты окажешь услугу лично мне. А если и этого мало, то сообщаю: его ищет Намо»       Этого должно было хватить, но Финрод подумал и приписал:       «У этого смертного есть вопросы. Ты только представь себе, Курво, у него до сих пор есть вопросы! Ему до сих пор интересно!»