Взаимность

      На площади слишком много людей.       Кай думает об этом последние двадцать минут, скользя напряженным взглядом от одного лица к другому. Молодые и старые, мужчины и женщины, дети, с визгом и хохотом носящиеся вокруг — все они здесь, как и он, чтобы отдохнуть. Насладиться красотой поющих фонтанов и глубже ощутить вкус мягкого июльского вечера.       Каю кажется, что жар пустыни, в которой он преследовал цель последние полтора месяца, сжимает ему плечи.       Кто-то из них может быть врагом. А кто-то — целью. И больше всего ему хочется смотреть на них через перекрестье прицела. Так для наёмного снайпера куда привычнее…       — Кай.       Прохладная ладонь касается лица, и Кай машинально прижимает её к себе, накрывая сверху. В зеленых глазах Венсан, его любимой девушки — беспокойство и тревога, она как никто чувствует каждую его эмоцию, даже те, что он так отчаянно пытается скрыть. Дар, язвительный старший братец, часто говорит, что Вен послана им судьбой — только она способна разглядеть, что там внутри у ледяной королевы Кая.       Он усмехается едва заметно и целует тонкие пальцы. Они снова в чуть видных ранках от иглы. Какие-то почти не ощутимы, иные — совсем свежие. Венсан так упорно работает ради своей мечты стать дизайнером одежды, что у Кая сжимается сердце. Он счастлив, что у неё получается, но как же хочется забрать её боль себе! Даже такую.       — Всё в порядке, — успокаивает он её. — Просто задумался. Прости.       Вен смотрит на него долгое мгновение. Кай не отводит взгляда, и ему кажется, что в зелёном омуте её глаз вспыхивают и гаснут тысячи звёзд. Он никому не признаётся, но в такие моменты чувствует себя заворожённым. И пусть само небо рухнет на голову — он не перестанет смотреть в глаза Вен. Глаза, в которых он находит целый мир… вселенную.       Венсан улыбается, и сердце Кая пропускает удар. Чёрт возьми, они ведь уже два года вместе! А она, такая соблазнительная в облегающем полосатом бело-синем платье, заставляет его чувствовать волнение и смущение, как мальчишку. Кай совсем не против, но иногда думает о том, что ещё ни одной женщине не позволял обладать над ним такой силой. Ей вовсе не хочется сопротивляться.       — Тогда давай пробежимся через него? — с озорством мальчишки-сорванца Вен кивает головой на фонтан.       Венсан — девочка-лето, девочка-вечный-свет. Ей сложно сидеть на месте, она стремительна в движениях и часто громко смеётся. Даже их знакомство мало походит на обычное — Венсан не удержалась на дереве и практически свалилась ему на голову. И спокойная жизнь Кая уже не кажется такой: Вен постоянно тащит его на выставки, занятия по гимнастике и просто погулять. Ей нравится узнавать новое, нравится быть в центре внимания. А ещё нравится танц…       — Так идёшь или нет?       Вен нетерпеливо тянет его за рукав серой футболки, и Кай качает головой.       — Не стоит, Вен. Ты же вся вымокнешь.       Она смешно надувает губы и опускает взгляд. Вен выглядит расстроенной, хоть Кай и знает, что это, скорее, просто каприз. Чуть наклонившись, он целует её в лоб и улыбается.       — Не хмурься. Тебе не идёт.       Закатное солнце касается последними лучами её лица, и Каю кажется, что на бледных щеках вспыхивает яркий румянец. Он чуть крепче сжимает руки и наклоняется, собираясь поцеловать Вен, но она отстраняется в самый последний момент. Блеск в глазах выдаёт желание подразнить, и Кай только вздыхает.       Он помнит, какой пугливой была Вен в начале их знакомства. Помнит, как приручал её ласковыми словами и осторожными прикосновениями. В памяти до сих пор живо, как страхом скручивало внутренности от нежелания навредить, сделать больно… даже просто напугать. Кай хотел, чтобы Вен ему доверяла.       Теперь она ему верит. И вовсю пользуется силой своего обаяния и сексуальности. Порой даже слишком нагло.       Сообщить об этом он не успевает — справа раздаётся гитарный перебор. Резко повернувшись на звук, Кай замечает на импровизированной сцене трёх музыкантов. Тот, что стоит впереди — молодой парень с коротким ёжиком тёмных волос и в кислотно-зелёного цвета майке — снова ударяет по струнам и задорно улыбается.       — Ну что, споём? — интересуется он у подходящих ближе людей.       Одобрение ему не слишком нужно, да и ответа он не ждёт. Вечер разрывает бодрая музыка, и Вен, пару мгновений понаблюдав, тянет Кая в сторону сцены.       — Пойдём, — зовёт она с азартом. — Я так давно не была на концертах!       Кай не сопротивляется, однако когда Вен выскальзывает из объятий и прорывается в первые ряды, быстро догоняет и снова обнимает со спины. Молчаливо, но веско показывая окружающим мужчинам — а их немало — что эта женщина занята. И он не собирается никому её отдавать.       Сумерки медленно опускаются на площадь, и вокруг разгораются яркие фонари. Кай оглядывается, мельком отметив, что горизонт стал гораздо темнее, и чуть прижав Вен к себе, отходит в тень. Ему не нравится стоять в пятне света, не нравится, что на них обращены взгляды. И пусть он рядом, Кай точно знает — Вен от танцев не удержать. Может, хоть так она привлечёт меньше внимания?..       Вен на короткую вспышку ревности внимания совершенно не обращает. Подняв руки, она обнимает Кая за шею и прижимается спиной, покачиваясь в такт музыке. Гибкое тело под руками Кая точно касается каждой клеточки его тела, и Кай невольно сглатывает. О, он прекрасно знает, как соблазнительно танцует Венсан. Годы практики в стриптиз-клубе отчима накладывают отпечаток, и даже такие простые движения отзываются в Кае дрожью. Дрожью сладкой, которой он с удовольствием дал бы волю.       Но только не тогда, когда вокруг слишком много людей.       Он наклоняется ближе, собираясь сказать Вен о том, что это не слишком удачная идея — и задыхается вдохом. Во рту сохнет, а Вен, точно чувствуя, прижимается ягодицами к его паху и едва заметно покачивает ими. Скосив глаза, Кай видит, как сладко она улыбается, прекрасно зная, что делает. Нужно осадить её, он точно знает, но вместо слов он только притягивает её ближе к себе.Если она так сильно желает, он готов подарить ей несколько минут наслаждения и поиграть по её правилам. Но не больше — Кай знает, как жадна порой бывает Вен.       Хотя он и сам не лучше. Мелодии, сменяя одна другую, будто завораживают и его самого. Он, поначалу безучастный, поддаётся ей и Венсан, которая, кажется, этого ждёт. В очередном изгибе изящного тела он перехватывает её за талию и тесно прижимает к себе — чтобы оставить на шее горячий поцелуй.Вен выдыхает резко, и Кай довольно улыбается. Не только Вен умеет соблазнять, он тоже кое-что знает о своей девушке. И всё-таки старается не переходить черту, чувствуя, как сворачивается в низу живота горячее напряжение. Танец Вен не оставляет безучастным, и музыка только способствует этому, касаясь кожи, точно бархатом, и подталкивая их друг к другу.       Ближе. Ещё ближе.       — Вен, — зовёт Кай, не замечая, как охрип голос. — Не стоит…       — А ты уверен, что не стоит?       Она делает ударение на совсем другом слоге, и Кай сглатывает. Проказница. Даже словами умудряется зажигать в нём жадные искры. Он зажмуривается до цветных пятен под веками, а после шарит взглядом вокруг, пытаясь отвлечься. Людей всё больше, они сами почти вплотную к ещё одной паре — не такой молодой и не такой бесстыдной в поведении. Кай пытается дышать спокойнее, напоминая себе о приличиях… да что толку? Вен, будто читая его мысли, снова жмётся ближе, и в паху, где становится тесно, вспыхивает огонь.       Бездна, эта чертовка хоть понимает, с чем играет?..       Занятый Вен, Кай лишь мельком замечает, что небо над ними становится низким и мрачным.       Нависшую черноту разрезают далёкие ещё молнии, и Кай хмурится… впрочем, тут же забыв, о чём думал. Венсан прижимается особенно тесно, умудрившись просунуть ладонь между их телами и коснуться паха. Кай рвано выдыхает и стискивает руки, призывая всё своё спокойствие. Тихо, парень, не вздумай поддаваться!.. Это всего лишь провокация твоей маленькой девочки, не больше.       А Вен, прижавшись затылком к его плечу, поворачивает голову и обжигает горячим дыханием шею.       — Поцелуй меня, Кай, — шепчет она.       Каю кажется, что земля качается под ногами. Музыка гремит в ушах, а в его сознании — жадные жаркие объятия и поцелуй, который рвёт к чёрту весь самоконтроль. Кай почти наяву видит, как тянет к себе Венсан, как скользит ладонью по бедру, приподнимая тонкую ткань; чувствует, как податлива Вен в его руках, и совсем не противится требовательности ласки — почти на грани грубости. Он резко трясёт головой и удерживает Венсан одной рукой, а вторую осторожно отводит в сторону. Кладёт её на живот самой Вен, сверху накрывая своей, и даже от этого прикосновения чувствует, как мутится рассудок.       Венсан умудряется почти ничего не делая разжечь в нём опасный огонь желания. И он совсем не против, но выпускать его стоит в другом месте. Там, где нет столько глаз.       — Вен, — зовёт он хрипло и ласково, оставляя пару лёгких поцелуев на шее. — Не дразни меня. Ты же не хочешь, чтобы все увидели, как я…       Закончить фразу и сказать «я трахну тебя прямо здесь» Кай не успевает. Над головой раскалывается сухой оглушительный раскат грома, и почти сразу за ним на площадь падают первые крупные капли дождя. Кай краем глаза замечает, как меняется в лице Венсан, как разочарование и обида искажают красивые черты. И он рад бы утешить, но дождь буквально за считанные секунды превращается в ливень, и думать некогда. Кай тянет за собой Вен, мысленно пеняя себе за то, что так далеко оставил машину.       В следующий раз стоит предугадать и такое.       Они бегом пересекают площадь, и Кай, усадив в машину Венсан, сам оказывается рядом на месте водителя. На обоих одежда насквозь мокрая и липнет к телу. Кай снимает очки и, небрежным движением закинув бесполезную вещь в бардачок, тянется назад за пиджаком.       — Накинь, — протягивает он его Венсан, второй рукой включая обогрев. — Я не хочу, чтобы ты простудилась.       Заметить перемену настроения Вен совсем нетрудно — она совершенно не умеет прятать эмоции. Пиджак забирает, но неохотно, и прячет глаза, разглядывая мутную пелену дождя за окном. Кай догадывается, в чём дело, но спрашивать не торопится. Вместо этого заводит мотор и выруливает на дорогу, направляясь домой.       Он не удивлён. В Вен много эмоций, и ей сложно держать их под контролем. Пожалуй, в этом они буквально идеальная пара, потому что у Кая с выражением эмоций всё очень сложно. Вен справляется за них двоих. И в такие моменты он обычно молча её обнимает и ждёт, когда утихнет буря. Это всегда помогает: Вен обнимает его, утыкается носом в плечо и тихо жалуется. На усталость, на тяжёлый труд, на придурков-студентов, что пристают к ней. Каждому из них Кай хочет прострелить голову, но лишь гладит её по голове и целует в висок.       Он рядом. Он её не оставит.       Сейчас бурю утихомирить не выходит. Кай тянется к Вен в желании взять её за руку, пока они ждут зелёный свет светофора, но она отстраняется, не позволяя коснуться. Кай хмурится, и гроза снаружи разражается новым раскатом в унисон его непониманию. Молчание становится напряжённым, и Каю хочется спросить, в чём дело, но он сам себя осаживает.       Позже. Когда снимет с неё это чёртово платье, которое так сильно облепляет её сексуальное тело и убедится, что Вен не мёрзнет и не простужена. Укутает в тёплый плед, напоит какао и узнает, что её так тревожит.       Хочется верить, что она дастся в руки. Дикая своенравная кошка.       Гроза всё так же бушует, когда они подъезжают к дому. Вен порывается первой выйти, но Кай останавливает. Касается её плеча, и сквозь ткань пиджака чувствует, как она вздрагивает.       — Подожди. Я принесу зонт.       Она кивает, и Кай, выдохнув, выходит под дождь. Ледяные струи помогают окончательно остудить разум и думать только о том, чтобы позаботиться о Венсан. Пусть она порой несносна и капризна, но Кай до безумия её любит и хочет, чтобы ей было хорошо каждую секунду жизни. Иначе и быть не должно.       Он возвращается к машине спустя пару минут и, держа зонт над головой Венсан, помогает ей выйти. Она прижимается к нему, прячаясь от дождя, промокшая и дрожащая, но едва они оказываются дома, отстраняется. Всё так же пряча глаза, отворачивается и наклоняется, расстёгивая ремешки на изящных чёрных босоножках.       Кай пару секунд смотрит на неё и выдыхает. В просторной гостиной светло, и он чуть щурится, всё ещё не привыкнув к свету после темноты.       — Вен. В чём дело?       Она вздрагивает и выпрямляется, но повернуться даже не думает.       Трясёт головой и, перебросив на спину мокрые пряди, снимает пиджак.       — Всё в порядке, Кай. Я пойду в душ первой, хорошо?       Она шагает к вешалке, собираясь оставить на ней его одежду, но Кай не позволяет. Убрав зонт, он осторожно перехватывает руку Вен в запястье и тянет на себя. Она порывисто оборачивается, и в расширенных зрачках Кай ловит горящую обиду и грусть.       — Я не слепой, Венсан. Ты обижена на меня, но я не понимаю, за что. Всё же было хорошо.Кай знает — с Вен нужно говорить прямо. Это не оставляет ей шансов найти лазейку и скрыться, убежать от него, пряча то, что болит. Кай не хочет, чтобы между ними скользили мрачными тенями недосказанность и непонимание, потому и спрашивает — вот так. И ждёт честного ответа.       Вен тоже это знает. Вскидывает голову и смотрит с вызовом, пытаясь им перекрыть то, что на самом деле беспокоит. Венсан очень боится, что за настоящие чувства её будут осуждать. И даже с Каем иногда пугается себя настоящей.       — Я тебе не нравлюсь!       Кай удивлённо приподнимает брови, но возразить не успевает.       — Там танцевали пары! — голос Вен срывается, и она судорожно сглатывает. — Они не стеснялись друг друга! А ты… ты меня даже не поцеловал!       Иногда Кай думает: хорошо, что у него не выходит нормально показывать эмоции. Если бы он сейчас рассмеялся или даже улыбнулся — Венсан обиделась бы ещё сильнее. Такая мелочь для остальных, ей подобное кажется жутко важным, а ещё — Кай знает — в этих порывах кроется её самый большой страх. То, в чём она признаётся лишь однажды после одной из немногочисленных ссор.       Венсан до безумия боится его потерять. Она зовёт его своим ангелом и не хочет, чтобы счастье, которое она обрела, исчезло, будто и не существовало.       — Неужели? — вкрадчиво интересуется Кай.       Перехватить запястье чуть сильнее и подтолкнуть к стене не составляет большого труда. Венсан настороженно замирает, но огонь в глазах ещё не гаснет. Она поджимает губы и решительно кивает.       — Да! Я хотела, чтобы это был особенный для тебя вечер, а ты…       — А я едва удержался от того, чтобы не заняться с тобой любовью на глазах у десятков людей.       Удивление отражается на её лице, но Каю это уже не важно. Прижав её к стене своим телом, он жадно припадает к сжатым губам, целуя жарко и всем своим видом показывая, как Вен не права. Подняв руку Вен над её головой, второй Кай скользит по гибкому телу, чувствуя, как утихший было огонь разгорается внутри с новой силой.       Он не скрывает — Вен его возбуждает. Ему нравится, как грациозно она двигается, особенно обнажённой, нравится, как тяжело она дышит, когда ему в голову взбредает вдруг поцеловать её без предупреждения. Кай обожает, как зовёт она его по имени в минуты страсти и как томно стонет, выгибаясь ему навстречу и обнимая крепко-крепко. В Венсан невероятным образом сплетается всё, что Кай любит в женщинах — и он совсем не собирается её отпускать.       Особенно сейчас.       Вен, пытаясь играть до конца, не отвечает на поцелуй, но всё равно сдаётся. Приоткрывает губы, свободной рукой обнимая его за шею, и тянется ближе. Упрямая девочка, которой так сильно хочется быть с ним. Кай усмехается, углубляя поцелуй и прижимая её ближе, удерживая за талию. Хочется стащить чёртово платье и отбросить подальше, но он не спешит, терзая её губы медленным обжигающим поцелуем. Выжидая, когда последние барьеры Венсан окончательно падут и она сдастся на его милость.       — Кай… — зовёт она его хрипло, почти не отстраняясь.       — М? — Кай улыбается, языком проводя по её нижней губе. Чуть отодвинувшись, смотрит в глаза. В зелёной колдовской глубине — искры и звёзды. Целая вселенная, в которой хочется тонуть. — Ты всё ещё сомневаешься?       Вен поспешно мотает головой, пальцами осторожно проходясь по тыльной стороны шеи. Кай невольно склоняется под этой лаской — она будто касается незащищённых нервов.       — Нет, — Вен приподнимается на носочках и сама целует его: в нос, в щёки, в уголок губ. — Прости меня, ангел мой. Я такая дура.       Кай широко усмехается и наклоняется совсем близко. Дыхание у Вен горячее и прерывистое — она совсем не спокойна.       — Тогда я вправе требовать компенсации, ma'allin? — спрашивает он вкрадчиво, опуская ладонь с талии на бедро и пробираясь под ткань платья.       Вен дрожит — то ли от холода, то ли от его прикосновений — и прикрывает глаза.       — Да, — выдыхает она, цепляясь за его плечо. — Но…       — Никаких но.       Кай без предупреждения подхватывает её на руки и ловит растерянный взгляд. Какие могут быть возражения, когда она сама сказала «да»? И когда они оба так сильно этого хотят.       — Этой ночью ты будешь моей, — обещает он.       Почти клянётся.       За окнами бушует гроза, но теперь она им совсем не страшна. Кай в полутьме дома поднимается на второй этаж и пинком распахивает дверь в их спальню. До появления Венсан здесь была только кровать, шкаф и рабочий стол. Теперь в углу таятся два мягких кресла и столик, по стенам развешаны картины, а на окнах занавески оттенка топлёного молока. Они делают комнату мягче и уютнее, и сейчас прячут их с Вен от всевидящего ока грозы. И тьма обнимает их, молчаливо обещая — о том, что между ними, не узнает никто.       Вен жмётся к нему, и Кай крепче обхватывает тонкий стан. По хорошему, стоит пойти в душ под горячую воду, а уж потом заниматься любовью. Но Вен, его маленькая дерзкая кошка, будит в нём жадное пламя, и Кай совсем не хочет тратить время впустую. У них впереди вся ночь, и, пожалуй, в начале они могут позволить себе быстрое горячее соитие. А вот уже после…       Кай трясёт головой и осторожно укладывает Венсан на постель. Нависает сверху, невольно засматриваясь её чертами лица. Он помнит, как однажды Вен закрылась в ванной и пыталась порезать лицо, чтобы «никто больше не смотрел и не хотел». С тех пор он старается как можно чаще напоминать Вен — она красива. И желанна.       — Почему ты так на меня смотришь? — тихо спрашивает она, будто догадываясь о его мыслях.       Кай наклоняется ниже и ловит губами её горячий выдох.       — Я просто подумал, как мне повезло, — он смотрит в её глаза, до предела серьёзный. — Ты невероятно красива, ma'allin. И я люблю тебя.       Сердце пропускает удар, когда Вен, не отвечая, сама обнимает его за шею и подаётся вперёд, целуя жадно и глубоко. Устоять под таким напором невозможно, и Кай вжимает её в постель, отвечая на ласку. Ладонями он скользит по её телу, пытаясь найти застёжку платья. Вспомнив, что она на спине, мысленно чертыхается и решает зайти с другого конца.       Бёдра у Вен прохладные, и когда он касается их, обхватывает, лаская пальцами, она вздрагивает от жара его ладоней. Выдыхает резче, но поцелуя не прерывает, лишь судорожно втянула чуть-чуть кислорода. Каю это и нужно — чтобы она не отвлекалась. Чтобы его ласки будоражили и зажигали в ней ответный огонь ещё больший, чем есть сейчас.       Мокрая ткань неприятно скользит по телу, и Кай поспешно тянет её наверх, к животу Вен. Решив, что снимет потом, он, всё ещё не прерывая поцелуя, касается внутренней стороны бедра — а после промежности. Без предупреждения, лаская осторожно, но требовательно.       Вен почти всхлипывает и выгибается навстречу горячим пальцам, запрокинув голову. Кай прижимается губами к изгибу шеи, чувствуя, как сохнет во рту. Вен всегда реагирует ярко, и от этого в сознании остаётся всё меньше ясных мыслей. Значимой и важной остаётся только одна — быть с ней.       Быть в ней.       Вен беспорядочно перебирает влажные пряди Кая, рассыпавшиеся их ослабшего хвоста, касается шеи, напряжённых плеч. Каю хочется прогибаться под её пальцами, быть ближе, но он пока не спешит. Ласкает Вен сквозь ткань трусиков, понимая: на полноценную прелюдию у него нет ни желания, ни сил. Кажется, и у неё тоже. Вен тянет его к себе, снова целует сама — требовательно, будто задыхаясь без его губ.       — Кай… — её голос с хрипловатыми бархатистыми нотками ласкает не хуже тонких рук. Кай сглатывает и снова оставляет влажные следы на бледной шее. Завтра наверняка появятся засосы. И пусть.       — Что, ma'allin? — отзывается он слегка неразборчиво: Вен в порыве стискивает его ладонь и прижимает к промежности, выгибаясь в спине. Кай резко выдыхает, но Вен не даёт ему больше ничего сделать.       — Мы… — она сгребает ткань его рубашки свободной рукой и вдруг поднимает на него виноватый взгляд. — Мы не можем, Кай. Прости.       Каю кажется — это шутка. Он замирает, долгую минуту переваривая сказанное и совершенно не понимая, в чём грёбаная проблема. Он спокойно относится к перепадам в настроении Вен, да и в первое время их близость была сложной из-за её сильного стресса и страха, что он сделает ей больно, будет издеваться. Но ведь они это прошли! То время, когда она отказывала ему в разгар жаркой прелюдии, и он долго успокаивал её, а потом уходил в ванную, давно позади! Что не так?       — В чём проблема, Вен? — Кай чувствует, как полнится неприятным холодом и напряжением его голос. Он не хочет давить, он всё понимает, но, чёрт возьми, он тоже не железный!.. — Что случилось?       Вен чувствует его настроение и закусывает губу. Кай видит, как сложно ей подбирать слова, но не торопит, лишь чувствуя, как холод снова медленно захватывает тело. Кажется, им сегодня не суждено быть вместе.       — Я… — Вен запинается, а потом резко вскидывает на него взгляд. — Я была у врача пару дней назад. Прости, что не обсудила это с тобой, но… я поставила спираль. Чтобы ты больше не возился с презервативами. Но пару недель нам нельзя… нельзя быть вместе. Прости.       Она смотрит на него со страхом и почти что отчаянием, боясь, что Кай её не поймёт и осудит. В какой-то миг он даже уверен: одно его слово — и она заплачет, не выдержав напряжённого молчания. Кай не хочет видеть её слёз и осторожно, медленно выдыхает. Качает головой и улыбается уголками губ.       — Это и впрямь стоило обсудить, — он наклоняется к ней и ласково целует в губы, давая понять, что совершенно не злится. — Но я рад, что ты пошла на этот шаг, Вен. Правда. Спасибо.       Секунда тянется за секундой, и Каю кажется, что все его слова полная чушь и никак не успокаивают. Но Вен, сглотнув, приподнимается навстречу и крепко обнимает его, прижавшись всем телом. Кай застывает, сдавленно охнув — напряжение заставляет содрогнуться. Он, чёрт возьми, всё ещё хочет её, пусть и снова придётся вспомнить про ванную комнату и шум душа, заглушающий стоны.       — Спасибо, ангел мой, — горячо шепчет Венсан ему на ухо, и Кай прижимает её к себе теснее, чувствуя, как сохнет во рту даже от такой малости. — Я боялась, что ты не захочешь… я не против детей и всё такое, просто…       — Ничего не говори, ma'allin, — отзывается Кай. Поцеловав её в шею, отстраняется. — Всё в порядке. Давай просто сходим в душ и ляжем спать. Ты устала и замёрзла, я не хочу, чтобы ты заболела.       Даже в полутьме комнаты Кай отчётливо видит, как блестят решительными искрами глаза Вен. Она немного медлит, а потом порывисто выскальзывает из кольца крепких рук. Правда, недалеко — лишь чуть отодвигается и, заведя руки за спину, расстёгивает платье. Молча стаскивает, демонстративно привлекая внимание Кая к груди, запрятанной в тугое чёрное кружево. Он резко выдыхает, изо всех сил стараясь держать себя в руках. Вот какого чёрта? Ей так нравится над ним издеваться?       Вен, не догадываясь о его мыслях (хотя кто знает?..) отбрасывает одежду прочь и снова оказывается рядом. Ловкие пальцы успевают ухватить полу футболки Кая и подтянуть почти до груди, прежде чем он, тяжело дыша, перехватывает её руки.       — Что ты делаешь? — спрашивает низко и хрипло, почти готовый сорваться. Вен, во имя Бездны!.. — Нам нельзя быть вместе, ты сама…       — Нельзя, чтобы ты был во мне, — спокойно отвечает Вен с лукавой улыбкой и совершенно неожиданно чмокает Кая в кончик носа. — Но кто сказал, что мне нельзя доставить тебе удовольствие? Для этого есть и другой способ. Давай, ложись.       Она надавливает на плечи Кая, заставляя занять своё место. И, едва он переворачивается на спину, оказывается сверху и целует — жадно, совершенно не скрывая своего желания. Кай, всё ещё пытающийся сохранить остатки спокойствия, тянет её к себе, обнимая тонкий стан и прижимая ближе. Внутри всё вспыхивает обжигающим огнём, толкая его ближе и ближе к пропасти. Кай отчаянно старается не рухнуть, но когда горячий язык настойчиво касается его языка, а ладони скользят по уже обнажённой груди — сопротивление бесполезно.       Кай понимает: его единственный способ не сойти с ума — отдаться во власть Венсан.       Он рвано выдыхает, когда Венсан, играя, оставляет языком влажную полосу на шее. Она не слишком тянет, но и не торопится, заставляя сердце Кая стучать всё быстрее и быстрее. Он зарывается пальцами в ещё влажные волосы, не давая ей отстраниться. Хочется сгрести её в охапку, прижать к кровати и целовать-целовать до припухших губ и хриплых стонов, но Кай остаётся на месте. Лишь дышит всё тяжелее и ласкает пальцами плечи и спину Венсан, чертит на них полосы и знаки. Наверное, те, что связывают их вместе — на его спине тоже остаются такие отметины.       Иногда — ногтями.       Вен спускается всё ниже, зацеловывая каждую клеточку тела Кая. Ей нравится ласкать его, и в каждом движении сквозит удовольствие. От этого желание быть ближе вспыхивает ещё сильнее, и Кай громко выдыхает — практически стонет, когда она невзначай касается игривыми пальцами паха. Напряжённый член даже сквозь два слоя ткани чертовски чувствителен, и Кай стискивает зубы, стараясь удержать и себя, и огонь внутри в рамках чёртовых приличий. Всевеликая Бездна, как же он...       — Прости, — по взгляду Венсан ясно: она совершенно не чувствует раскаяния. — Сейчас я тебе помогу…       Она замолкает на несколько мгновений, быстро разделываясь с ремнём, и, стащив джинсы и нижнее бельё до середины бедёр Кая, осторожно обхватывает член ладонью.       — А потом можно и спать.       Она проводит ладонью вверх и вниз, а Кай захлёбывается вдохом. Горячая волна прокатывается по телу, и он на пару секунд будто теряется в реальности, ставшей похожей на зыбкое жаркое марево. Несколько раз напомнив себе, что всё-таки стоит дышать, он прищуренно смотрит на Вен, раздумывая над внезапно промелькнувшей идеей, и хватает её за плечо.       — Что?.. — Венсан растерянно хлопает глазами.       Кай не даёт ей договорить. Тянет на себя и требовательно целует губы, не в силах сдержать это желание. Похищает остатки её кислорода, чтобы она, как и он, вспыхнула и горела одним с ним пламенем.       — Я не усну, если буду знать, что не удовлетворил тебя, — рвано проговаривает Кай, едва-едва отстранившись от Венсан, но по-прежнему крепко удерживая у груди. — Так что ты сейчас мы попробуем новую позу. Поворачивайся.       Вен пару секунд щурится непонимающе, а потом удивлённо раскрывает веки. Нет, она совсем не пуританка, и любую идею Кая в постели подхватывает, зная, что это принесёт наслаждение им обоим. Но чтобы вот так неожиданно…       — Ты хочешь попробовать позу шестьдесят девять? — уточняет она, изгибая бровь.       Кай фыркает и целует её снова. Вот же несносная девчонка! Знает, каким нетерпением он полнится в желании обладать ей, но тратит время на разговоры. К чёрту. К чёрту все заминки! Он просто хочет быть со своей девушкой.       — Да, — он прикусывает зубами нижнюю губу Вен и чуть тянет. — А теперь помолчи и дай мне тебя ласкать, невыносимая ты моя.       Вен коротко смеётся, но захлёбывается стоном, когда Кай прижимает её бёдра к паху. О, он прекрасно знает, чего хочет и Венсан. И будь у них возможность, она бы уже стонала под ним, обнимая крепко и царапая спину в исступленном приступе желания. Но Кай не тот, кто будет рисковать её здоровьем. Тем более, когда есть выход.       Будто ещё сомневаясь, Венсан осторожно меняет позу. Кай практически кожей чувствует, как она напряжена, и, сглотнув, осторожно обхватывает её бёдра. Ощущение нежной кожи туманит разум, и он проводит по ней пальцами, давая Вен пару мгновений привыкнуть… а потом, стянув трусики, без предупреждения касается клитора языком. Она вздрагивает, резко выдыхая, явно не ожидая, что он начнёт первым. Оборачивается, будто желая возразить, но Кай больше не намерен слушать её слова.       Только стоны.       Не думая о том, что будет делать Венсан, он снова проводит языком по клитору и половым губам. Вен давно уже возбуждена, и вкус её горячей влажной кожи ударяет в голову. Кай крепче сжимает пальцы на бёдрах Венсан, твёрдо уверенный — он точно её не отпустит.       От очередного касания Вен пробивает дрожь вместе со сладким стоном, но насладиться им Кай не успевает. Его самого сковывает напряжением, а с губ срывается рваный громкий выдох. Вен, кажется, приходит в себя и тоже не остаётся в долгу. Обжигающий юркий язычок скользит по члену, и Каю кажется, что комната сужается до размеров их кровати, а воздуха почти не остаётся. Все чувства, каждый нерв в его теле обострены, точно после долгой разлуки, и Каю хочется, чтобы эти мгновения не кончались.       Как можно дольше.       Наверное, это не то, к чему они оба привыкли, но Кай об этом не думает. Он ласкает Венсан, чувствуя, как она подаётся бёдрами ближе в неосознанном, инстинктивном желании быть ближе. Обещая себе, как настанет срок, не отпускать её всю ночь, Кай скользит ладонью выше по бедру, к спине. Осторожно надавливает между лопатками, и Вен послушно опускается, замерев… а Кай стонет, не находя в себе сил сдержаться. Горячие губы обхватывают его член и впускают глубже, чем он думал, и реальность затягивается дымкой, а тело сотрясает дрожь.       Нет, не сейчас. Он не должен быть первым!..       Прикусив свою губу почти до крови, Кай отпускает Венсан и проводит языком по чувствительному бугорку, обводит вокруг него круги, дразня и заставляя Вен нетерпеливо ёрзать. Он чувствует: она пытается сосредоточиться, но каждое его касание сбивает дыхание и мысли. Вен стонет всё громче и жарче, и Кай понимает, что остаётся немного. Ещё совсем чуть-чуть…       Он замирает и, не касаясь Вен, лишь осторожно ласкает кончиками пальцев её бёдра. Оставляет несколько поцелуев на внутренней стороне, выжидая. Делая заминку перед срывом сладкой и одновременно невыносимой пыткой.       — Кай… — Вен шепчет хрипло, и её пальцы крепче сжимаются на его члене.       Кай сглатывает готовый сорваться стон и, вдохнув глубже, подчиняется. Венсан больше ничего не говорит, но даже в одном слове, в том, как она зовёт его — отчаянная мольба. Кай никогда не мог сопротивляться этому, не хочет и теперь. И, быстрыми движениями лаская совершенно влажную, извивающуюся в его руках Венсан, абсолютно ни о чём не жалеет.       Пусть остальные думают, что он не умеет чувствовать. Для Вен он готов открыть всю глубину своей любви к ней.       Оргазм накрывает Венсан резко: Кай едва успевает поддержать её, когда она, крупно содрогаясь, почти падает на него. Сам он тяжело дышит, чувствуя тяжёлое напряжение во всём теле, но удовольствие Венсан отдаётся тёплым томлением в груди. Его женщине хорошо с ним. Что, во имя Бездны, ещё нужно в этой жизни?..       Вен, всё ещё ослабленная, с медленными движениями, сползает с него и ловит затуманенный взгляд. Её ладонь всё ещё на члене Кая, и она, всё прекрасно понимая, сжимает её, глядя ему прямо в глаза.       — Мы… — её голос тихий и хриплый, с ласкающими бархатистыми нотками. Кай с трудом удерживается от вспыхнувшего вдруг желания поцеловать её. — Так не договаривались, ангел мой.       Ему хватает всего нескольких быстрых движений ладонью. Вен тоже знает, что нужно её мужчине, но даже не думает отстраняться, когда он, теряясь в ослепительном взрыве эмоций, изливается ей на руку. Кай не сразу осознаёт это. Его реальность раскалывается на миллионы осколков, и лишь спустя вечность снова собирается обратно, оставляя его опустошённым… и безумно довольным жизнью.       — Я… — Кай открывает глаза, находя взглядом Вен, и лишь после этого понимает, что случилось. Смущённо подаётся вперёд. Он до сих пор не может привыкнуть к этому. — Я всё… я сейчас...       Венсан, покачав головой, останавливает его взмахом руки и, улыбнувшись, слизывает несколько капель с головки члена. Кай сглатывает, чувствуя, как ошпаривает горячей волной низ живота. Он не планирует продолжать ночь, но движение Вен настолько сексуально и притягательно, что внутри всё снова загорается.       Вен тем временем приподнимается и, усевшись сверху, прижимается всем телом. Осторожно, медленно целует в губы и шепчет ласково и совершенно искренне:       — Я люблю тебя, ангел мой. Всегда. Каждую секунду. И даже когда ты кончаешь — ты чертовски прекрасен. Не смущайся себя.       Кай долгую секунду смотрит ей в глаза. Интересно, можно ли любить сильнее, чем любит он эту девушку?..       — Я тоже люблю тебя, ma'allin. И буду любить всегда.       За окном ударяет раскат грома и молния — последняя — разрезает небо, освещая комнату.       Кай уверен: больше их сегодня никто не потревожит.