miss u

— Что ты видишь? – спросила брюнетка поправив прядь за уши. Склонивши голову на плечо своему товарищу, она тяжко вздохнула. — Я вижу конец – отвечает Аккерман смотря прямо на этот ужас. — Или ты имела ввиду.. — Нет, я как раз это и имела ввиду – перебила Ханджи. — Я не понимаю почему ты спрашиваешь, тут же очевидный ответ – глубоко вздохнув сказал Леви смотря на землю. Главнокомандующая убирает свою голову с плеча и смотрит на него с тяжёлой улыбкой. — Я и сама не знаю – сказала высоким голосом Зоэ просмотрев на серое туманное небо. В её словах чувствовалась безысходность, и она, она пыталась найти что-то хорошее в этой ситуации, но что может быть хорошего в войне? — Ты веришь в победу? – спросила она всё так же улыбаясь, в то время и очень лучезарно, но и в то время больная улыбка. — Если честно, не особо – сказал уставший, как и все кадеты Ривай. — А если мы победим, мир будет навсегда свободен – мечтала Ханджи. — Я не думаю что у нас это получится – возразил Аккерман. It wasn't somethin' that i thought about But knew that you were absolute in doubt Все устали от этой войны, и разумеется никому не легче и безысходность охватывает уже и капитанов. Они будут бороться до последнего, и отдадут свои жизни чтобы спасти мир. Проклятию Имир придёт конец, человечество сможет спокойно жить, жить счастливо и знать имена своих героев. *** Он лежал в высокой траве, и заметить его было тяжело, лицо всё в крови и куски кожи на щеке болтались, а с глазницы текла кровь, глазного яблока не было, на щеке был влажный след слёз, который смешался с кривой линией полузасохшей крови которая обновлялась новой свежей кровью, кожа под которой находится скуловая кость порезом заканчивалась почти возле ноздри, а рот перерезан вертикально. — Леви? – голос майора затаился в страхе, не дай боже это он, он честно сейчас очень не похож на себя, лицевые кости повреждены, и лицо довольно изменилось. — Ты жив!? – трясёт его тело Ханджи в панике. — Погодите! Майор! Дайте я посмотрю.. – Схватил её за плечо Флок. Зоэ понимает, что лучше прислушаться к кадету, потому что сама она ничего в этом не понимала, она отошла от тела Аккермана и с страхом смотрела на него, и надеялась на Форстера. Рыжеволосый недолго его осматривал, серьёзное лицо, вдруг поменяло эмоции, их будто и не было, пустота, но в тоже время и шок, растерянность. Он не знал что сказать Ханджи. — Что с ним!? – вопила шатенка. — Понимаете... Внутренние органы повреждены...И.. — Скажи, он жив!? – Зоэ невыносимо было слушать это, она хотела знать ответ на её вопрос, краткий и понятный. — Он мёртв – с тяжестью на душе проговорил Флок. В этот момент весь мир для неё рухнул, в ушах был звон, в голове беспорядок, в душе внезапная пустота, этот шок нельзя было передать словами, а чувствовать и врагу не пожелаешь. — Отошли отсюда, быстро! – скомандовал Форстер. И солдаты его слушаются, и отходят на сто метров, Флок шёл с ними, дабы Ханджи побыла одна. — Как же ж так случилось, Леви... – уцепившись руками в труп Аккермана при этом смотря в землю прошептала Ханджи. Каждый день, после того как нашли труп, у Зоэ было чувство, что её преследуют, закончилась бы война, Леви похоронили бы, но он так и остался разлагаться в той высокой траве, но всё равно остаётся лучшим воином. Когда оставались последние минуты жизни Аккермана, он жалел, что не ценил последний разговор с ней. I just really wanna talk to you again That's how i know that I'ma haunt you in the end