Глава 31

Утром вся компания первым делом отправилась в кабинет Защиты от тёмных искусств, но он оказался закрыт. Тогда Гермиона пошла к МакГонагалл — разузнать, где миссис Кармайкл, якобы для того, чтобы задать вопросы по домашнему заданию, но Минерва с сожалением сообщила, что Джессика уехала рано утром и вернётся только после окончания каникул. Грейнджер на секунду захотелось рассказать всё директору. Возможно, мудрая волшебница что-то знает. Или Авроры продвинулись в расследовании убийства четверокурсника… Но девушка тут же одёрнула себя. Ведь, чтобы получить помощь или совет, пришлось бы рассказать ВСЮ правду, и тогда у них бы точно поставили магический запрет на игру. А ведь они так близки к цели! …Пока гриффиндорка шла по коридору в Башню старост, ей в голову пришла одна идея… *** *** — Драко, слушай, — парень поднял голову от книги. …Друзья долго не хотели расходиться, обсуждая всё новые и новые версии происходящего, пытаясь угадать и какую роль в этом всём играет преподаватель ЗОТИ… Когда теории стали совершенно безумными, Гермиона просто выставила всех за дверь, предварительно пообещав сообщить, если они с Малфоем получат новое задание. Теперь слизеринец просто читал, пока его не позвала Грейнджер… — Да? — Помнишь наш первый урок по Защите в этом году? Ты сказал, что знал миссис Кармайкл или слышал о ней. Откуда? — Слышал, — парень положил книгу. — Мне мама рассказывала. Насколько я понял, профессор Кармайкл вела у них Защиту несколько лет, а потом исчезла — уехала куда—то. — Хм… — гриффиндорка на секунду задумалась. — А ты не мог бы… — Попробовать узнать больше? — с улыбкой закончил Драко. — Хорошо. Могу написать прямо сейчас. — О, спасибо, — обрадовалась Грейнджер. — Просто очень подозрительно, что она знает об игре и ещё не попыталась нас остановить, не сообщила обо всём МакГонагалл и до этого момента ничем себя не выдала. *** *** Когда Малфой вернулся из совятни, Гермиона сидела за столом в гостиной и делала перевод по Древним Рунам. Устроившись на краешке стула, она сосредоточенно водила пальцем по странице книги, выискивая значение очередного замысловатого рисунка. — У нас же каникулы, — протянул слизеринец. — И они только начались. Обязательно заниматься этим сейчас? — А что, есть идеи получше? — без энтузиазма спросила Гермиона, ни на секунду не отрываясь от дела. — Ну-у-у, — Драко подошёл к ней вплотную, положил руки на плечи, а затем осторожно стал проникать пальцами в вырез кофточки. — У нас есть достаточно более интересных занятий. Конец фразы парень прошептал, уже добравшись пальцами до груди и потирая сосок сквозь кружево белья. Гриффиндорку охватило сладкое томление, но она решила не поддаваться и невозмутимо продолжила переводить. Малфой, судя по всему, принял вызов и стал спускаться неторопливыми поцелуями от уха по изгибу шеи к плечу. От каждого прикосновения губ по телу Гермионы разбегались приятные искры. Хотелось более интенсивного действия в области груди и ещё в… некоторых местах. Внешне же девушка оставалась совершенно спокойной. «Странно, — подумал слизеринец. — Возможно, она ждёт чего—то ещё». Он ущипнул её за сосок, одновременно прикусывая нежную кожу шеи. Грейнджер вздрогнула. Между ногами сразу же стало влажно, захотелось потереться, чтобы получить желанное удовольствие, но… Нет. Эта игра может стать более интересной… В голову слизеринца внезапно пришла гениальная идея, и он убрал руку, услышав, как Гермиона вздохнула то ли с облегчением, то ли с сожалением. Несколько минут гриффиндорка старательно записывала перевод, пытаясь побороть искушение посмотреть, куда же исчез Малфой. Но скоро этот вопрос отпал сам собой. Девушка почувствовала прикосновение к одной коленке, затем ко второй и чуть не подавилась воздухом: она поняла, что Драко находится под столом и в данный момент его ладони уверенно скользят вдоль её ног под подолом юбки. Первой мыслью было пнуть наглого слизеринца. Но она исчезла буквально через секунду, так как его руки уже добрались до бёдер, подцепили резинку белья и аккуратно стягивали трусики вниз. Грейнджер зажмурилась. Она осознавала, ЧТО за этим последует, а также, услышав восхищенный вздох, поняла, что Драко видит, НАСКОЛЬКО она уже… готова. Гриффиндорка буквально ощущала, как капельки медленно стекают по промежности, и в какой-то момент ей даже стало стыдно, что парень смотрит сейчас именно туда. Но отступать было поздно, и Гермиона приподняла ноги, помогая стянуть промокшее кружево. Слизеринец уже чувствовал прекрасный терпкий запах возбуждения девушки, поэтому осторожно взял её за голени и больше раздвинул ноги, удобно устраиваясь между ними. И правда прекрасно. Малфой на пробу провёл языком между половых губ, собирая большое количество смазки, и сглотнул. Отлично. Взял девушку за бёдра и придвинул как можно ближе. Затем проследил кончиком языка путь от клитора до входа и слегка толкнулся внутрь. Гермиона еле сдержалась, чтобы не застонать. Захотелось глубже и сильнее, так, чтобы Малфой задохнулся в её… Мерлин, как стыдно! Но почему-то от этого чувства внизу живота разлилась новая горячая волна. Парень сделал ещё несколько движений. Реакции слышно не было, но ноги, начинающие подрагивать, и уже стекающая густая пряно пахнущая жидкость говорили о многом. Слизеринец стал действовать решительнее и обхватил губами клитор. У Грейнджер закатились глаза. Рука почти отказывалась держать перо, и текст расплывался перед взором. Она уже решила было, невзирая на смущение, прижать Драко к себе и получить ещё больше удовольствия, но… Портретный проём внезапно открылся, и на пороге появилась Джинни. — Гермиона, ты не занята? Можем поговорить? Малфой замер. С стороны входа увидеть то, что происходит под столом, было нельзя — мешал диван. Но стоило Уизли приблизиться, как её взору сразу же открылась бы весьма интересная картина. Незаметно вылезти из-под стола было нельзя, спрятаться — тоже. Оставалось что? Правильно: закончить начатое. — Эм, — Грейнджер чувствовала дыхание слизеринца между своих ног и понимала, что может не выдержать. Поэтому подругу нужно было срочно выпроводить, не привлекая лишнего внимания. — Я сейчас делаю Древние Руны, — как можно спокойнее сказала она, но тут же закашлялась — Драко не только не собирался ей помочь или просто подождать: этот идиот только усилил свои… м-м-м-м-м… восхитительные действия. — Всё в порядке? — обеспокоенно спросила Джинни и сделала попытку подойти. — Да—да, — поспешно ответила Гермиона, стараясь незаметно отстраниться от лица парня и всё ещё делая вид, что изучает книгу. — Просто, если разговор можно перенести, я хотела бы сначала дописать задание. — Тогда я подожду здесь? — Н-нет, не надо, — срывающимся голосом сказала Грейнджер. В этот момент слизеринец подул холодным воздухом и спина начала выгибаться от удовольствия. — Эм. Почему? — непонимающе уставилась на подругу рыжая. — Мне ещё надо доделать, но потом мы обязательно поговорим, — от горячих поцелуев в самой чувствительной точке хотелось кричать. — Ла-адно, — Уизли всё ещё не понимала, что происходит. — Придёшь к нам в гостиную? — М? Да-а… — Ты… чего? — Я… — Драко только что проник языком в глубину, но говорить об этом было не обязательно. — Я увидела перевод руны, который искала последние 10 минут. И да, я приду к вам. — Хорошо… Как только за ошарашенной гриффиндоркой закрылась дверь, Грейнджер бросила перо, вплела пальцы в волосы парня и прижала к себе так, как хотелось. Мокро, горячо, грязно… Малфой едва успел вдохнуть, но от интенсивных ласк не отказался, а стал ещё быстрее действовать губами и языком. А в какой—то момент услышал сверху громкий стон, и ему на лицо брызнула прозрачная жидкость. Слизеринец облизнулся. Тоже неплохо. И продолжил «очищать» пульсирующую промежность. Гермиона сделала несколько глубоких вдохов и выдохов, а затем… продолжила учиться. Когда довольный Малфой с совершенно осоловелыми глазами вылез из-под стола, девушка всё так же невозмутимо выписывала перевод Древних Рун. *** *** Ближе к вечеру в окно постучался чёрный филин. Значит, пришёл ответ от Нарциссы Малфой. Драко покормил птицу и отпустил отдыхать, а сам принялся читать письмо. Быстро пробежался глазами по дежурным вопросам и пожеланиям, прочитал о новых растениях в теплице Малфой-Мэнора. «Ей же скучно там одной…» Дальше были какие-то пересказанные новости и мнение волшебницы о них. «Где же оно? А, вот, — парень внимательно прочитал нужную информацию — Ничего себе…» Слизеринец поднялся по лестнице и постучал в комнату Гермионы. Затем зашёл, не дожидаясь ответа. Девушка сидела на кровати, поджав под себя ноги, и читала. Видимо, она готовилась ко сну, так как была уже в пижаме и пыталась не глядя расчесать непослушные волосы. — Ну и почему ты вошёл? — почти серьёзно спросила гриффиндорка, не поднимая головы. — А если бы я была… — Голая? — Драко усмехнулся и сел рядом. — Я тут кое-что узнал. Он указал на письмо в своей руке. — О, — Грейнджер оживилась и отложила книгу. — Она уже ответила? Там есть что—то интересное? — Вот, смотри, — слизеринец раскрыл лист пергамента и указал нужные строчки. — Профессор Кармайкл вела Защиту от тёмных искусств, пока мои родители тут учились. Когда моя мама была на 4 курсе, по Хогвартсу пошёл слух о какой-то заколдованной игре, которой были увлечены все старшекурсники. Они бегали по коридорам в странных костюмах и делали вид (или не делали), что с кем-то сражаются… Бросали кости, ходили и играли определённые роли. Никто не обращал на это внимания, пока один из студентов не получил почти смертельные ранения. Тогда, чтобы избежать огласки, у учеников просто изъяли все правила и принадлежности для игры, но так и не узнали, кто был ведущим. Кстати, тогда в этом участвовало много воображаемых кланов, и у каждого был предводитель. Он иногда самостоятельно давал задания игрокам, чтобы подготовить «будущих воинов». В нашем случае это, скорее всего, странный недо-оборотень. — Хм… Он человек? Не магическая иллюзия? — Скорее всего. Но, наверное, он делает это осознанно, раз ничем себя не выдал. Ты же помнишь «серых гоблинов»? Мы сразу определили, что это Дин с Симусом. А вот он нигде не появлялся. — Как думаешь, если ведущий — не он, то мог вернуться тот, который был… сколько лет назад? — Я не буду раскрывать тебе возраст своей матери, — подмигнул Малфой. — Но думаю, что приезд профессора Кармайкл связан с появлением игры. Если только она сама не является ведущим. — Но она же послала мне подсказку, — удивилась гриффиндорка. — Хотя… Вдруг она хочет, чтобы мы победили? Что, если с этим связано какое—то проклятье? — Версия вполне логичная, — одобрил парень, и Грейнджер улыбнулась (Почему ему это так понравилось?). — Но лучше всё узнать непосредственно у неё. можем пойти вдвоём, а остальные прикроют, если что. — Тогда разработаем план утром, — предложила девушка. — Отлично, — Драко хитро взглянул на неё. — Ты ведь мне должна. — О чём это ты? — притворно удивилась гриффиндорка, передвигаясь на середину кровати. — О том, что ты чуть не задушила меня своей… — Но тебе же понравилось? — невинно поинтересовалась Гермиона, специально перебивая. — Я же обещал сказать, что ты вкусная, когда попробую… — Малфой отложил письмо в сторону и начал постепенно приближаться. — Ла-адно, — будто без интереса протянула девушка. — Раз выполнил, иди сюда. *** *** Малфой просто смотрел в темноту, перебирая пальцами волосы Гермионы. Девушка безмятежно спала, устроив голову на его плече и прижавшись в тёплому боку слизеринца. Драко размышлял о происходящей ситуации и пытался собрать все факты воедино. «Приходит новый учитель по ЗОТИ, появляется опасная игра, погибает студент, мы проводим расследование, участвуем, остаёмся вдвоём, нам помогает профессор, которая может быть связана с игрой, также в этом замешан как минимум ещё один человек — глава воображаемого клана…» — Драко, — внезапно услышал он. — Да? — Драко… Слизеринец повернул голову. Глаза Гермионы были крепко зажмурены, девушка уже лежала немного дальше и ворочалась из стороны в сторону. Видимо, ей снился кошмар. — Пожалуйста, не уходи… Не покидай меня… — из-под закрытых век начали течь слёзы, но Грейнджер ещё не просыпалась. Драко притянул её к себе и успокаивающе прошептал: — Не волнуйся, я здесь, я рядом. — Драко… Парень уже хотел встряхнуть гриффиндорку, чтобы она проснулась, но внезапно услышал: — Драко, я люблю тебя. Пожалуйста, не уходи. Я люблю тебя, Драко. Слизеринец впал в ступор. Нет, он, конечно, догадывался, что простая симпатия не могла побудить ко всем тем поступкам… Но теперь появился другой вопрос. что же чувствует он сам? С самого начала Драко нравились все эти заинтересованные взгляды и улыбки, увлекательные споры, взаимопомощь, а затем — жаркие поцелуи, крышесносный секс, сама идея отношений в тайне. Любил ли он её? Это был сложный вопрос. Но одно Малфой знал точно: он ни при каких обстоятельствах не хотел её потерять. Тем временем Гермиона открыла глаза и сонно пробормотала: —Который час? — Ещё рано, спи, — слизеринец нежно провёл пальцами по её щеке, где уже не было следов слёз. — А ты? — И я… — Драко обнял девушку и закрыл глаза.