Часть I «Студент»

Сентябрь 1999 г.

Драко Малфой лениво ковырял завтрак в тарелке. Аппетита не было. Утро понедельника ощущалось тяжёлым бременем – впереди целый день учёбы. А вечером ещё и дежурство, чтоб его… В год окончания войны Драко не нашёл в себе смелости и душевных сил восстановиться в Хогвартсе. И теперь, год спустя, он снова в этих стенах, чтобы повторить седьмой курс и восполнить пробелы в образовании. Вот уже почти три недели, как Драко вернулся в Хогвартс. Сделал он это из-за уговоров матери. Нарцисса умоляла, говорила о перспективах, о мистере Бруствере, так любезно пообещавшем помочь. Драко уступил. Ради матери он закончит эту грёбаную школу. Первое, что на него повесили, так это обязанности старосты школы. Да, хороша идея — выставить бывшего Пожирателя смерти на всеобщее обозрение — спасибо старухе Макгонагалл! Смотрите, это наш новый староста, три года назад он пытался убить директора и впустил Пожирателей смерти в школу! Местная знаменитость, совсем как Поттер, только наоборот! Конечно, Драко понимал, почему его назначили старостой. Эдакий воспитательный момент: ввиду возложенных обязанностей он должен вести себя достойно и блестяще завершить учёбу. Да только это была пустая мера — спесь с чистокровных и так сбили, а последние годы самокопания сделали своё дело — Драко смирился, что всё, чему его учили, на деле оказалось пустым звуком. Как типичный слизеринец, он принял и покорился неизбежному, подстроился под обстоятельства. Если не можешь ничего изменить, к чему отрицание? Нет, внутри себя он не ощущал полного принятия того факта, что маглы ничуть не хуже чистокровных волшебников, но в целом Драко не мог не признать, ему было… всё равно. Пока это не касалось его лично. Макгонагалл безапелляционно отмела роптания студентов, когда объявила, что старостой Слизерина будет именно он, и это её личное решение (наверное, она хотела подчеркнуть, что Драко не занёс в попечительский совет пару сотен галлеонов, чтобы его назначили на эту вакантную должность). Можно подумать, Драко хотелось оказаться на виду после всего, что было в последние годы! Но старуха уверенно поджимала губы и стояла на своём. Старостой будет Малфой, и точка. Драко злился, когда думал, что мать много чего рассказала директору о его жизни в минувшие годы. Да и можно ли было назвать жизнью то, что было в последнее время с ним? Так, существование. Бесцельное, никчемное, беспросветное. Обрушились все идеалы, на которых он воспитывался. Драко был счастлив только в тот момент, когда узнал, что Волан-Де-Морт пал. Осознал, что тот кошмар, в котором он варился уже несколько лет, наконец закончен. Ему и матери больше ничто не угрожает. Больше не будет смертельных миссий, не будет всепоглощающего страха, что вот сегодня, возможно, убьют его или мать. А может, Тёмный Лорд, развлечения ради, нашлёт на Драко Империус и убьёт Нарциссу его же руками. Это было страшно. Это было в прошлом. Магическая общественность не могла так быстро забыть и простить роль семьи Малфоев в войне. Все знали, что Драко был принуждён — но при этом всё равно неприязненно качали головами и перешёптывались за его спиной. Это было унизительно. Драко никак не мог разобраться, что больше бесило — показная жалость а-ля «бедный мальчик, у которого не было выбора», или холодное презрение к нему, как будто он в шестнадцать лет жаждал заполучить метку. Да, может, и жаждал. Только Драко тогда не знал, что за этим последует. Впрочем, когда в Азкабане умер Люциус Малфой, общество немного смягчилось. Но многие волшебники всё равно сторонились Драко и миссис Малфой, предпочитая игнорировать их, либо во всеуслышание заявлять о том, как печально, что пособники убийц на свободе. Ничего, Драко потерпит год. Что ему эти перешёптывания за спиной? Зато он живёт в комнате один и знает пароль от ванны старост. А ещё ему нравилось ощущение власти. Да, он по-прежнему мог снимать баллы с нерадивых студентов, нарушающих устав и порядки Хогвартса. — Староста, сэр, моё почтение! Приятного вам аппетита, не подавитесь слизнями! — рядом опустился Блейз Забини. Блейз тоже вернулся доучиваться в Хогвартс, хотя это была вынужденная мера: его мать в очередной раз вышла замуж, и Блейз с отчимом не нашли общий язык. Поразмыслив, Забини решил, что закончит школу и уедет в южные страны. Драко был рад, что с ним будет учиться ровесник. Пить огневиски с семнадцатилетними слизеринцами было скучно. Хотя, надо признать, девчонки там были очень даже. Астория Гринграсс, к примеру, с первого учебного дня кидала на него неоднозначные взгляды. Драко кисло кивнул другу. — Мистер Малфой, — с нарочитой серьёзностью Блейз посмотрел на Драко, — вы рискуете нарваться на отработку, а то и чего похуже — остаться после уроков! Наша юная преподавательница магловедения уже пару раз справлялась о причинах вашего отсутствия на её занятиях! — Пошла она на хер, Блейз, — протянул Драко. — Нет, дружище, ты не прав, — хохотнул Забини, хлопнув Малфоя по плечу. — Не так всё плохо, Салазар свидетель! Ты же знаешь, что тебе придётся сдавать экзамены по магловедению, хочешь ты того или нет! Я понимаю щекотливость ситуации, но, честное слово, Грейнджер адекватна и не сожрёт тебя, как сожрала бы Макгонагалл, прогуляй ты пару её занятий! С этими словами Блейз принялся за завтрак. Драко медленно потёр переносицу пальцами. Вот, вот она! Ещё одна проблема его пребывания в Хогвартсе в этом году. Драко помнил это, как в тумане: вечер прибытия студентов в Хогвартс, Большой зал, Распределяющая шляпа, нервные первокурсники, с ужасом поглядывающие на него — ещё бы, настоящий бывший Пожиратель смерти — староста школы! И вот неожиданность! За учительским столом сидела не кто иная, как Грейнджер! В первую секунду Драко показалось, что он сходит с ума, ему это привиделось, он заснул или его прокляли. Директор Хогвартса поздравляла студентов, что-то говорила о правилах, но он даже не слышал, оглушённый наличием Грейнджер за учительским столом. Уставился на неё, чуть не разинув рот, как будто за столом не бывшая сокурсница сидела, а русалка из Чёрного озера. Очнулся Драко только тогда, когда Блейз тихо присвистнул и, отпустив какую-то остроту в его адрес, пихнул локтем в бок: — Какая интересная барышня — наш новый преподаватель по магловедению, а, Малфой? — Многозначительно поиграв бровями, Блейз отпил тыквенного сока. — Думаю, в этом году я буду с удовольствием посещать её занятия! — Она будет преподавать магловедение? — тихо переспросил Малфой. — Да. Кстати, пока ты тут сидишь, Макгонагалл толкнула пышную речь, которую ты, конечно же, не слушал. И я тебе скажу, что отмазаться от магловедения не получится — его включили в обязательный список экзаменов по Ж.А.Б.А. Малфой уже натянул маску безразличия и со скучающим видом кивнул. Когда в первый учебный понедельник Драко обнаружил в расписании магловедение, он не пошёл туда. И в пятницу вместо последнего занятия у Грейнджер тупо просидел на Астрономической башне. И на следующие два урока он так и не заставил себя прийти. Дело в том, что Драко было неприятно вспоминать, как его сумасшедшая тётка пытала Грейнджер в семейном поместье. Словно у них с заучкой имелось общее прошлое, которое должно их сблизить, но Драко собирался это отрицать. Ну не мог он спокойно сидеть на магловедении, пока воспоминания резкими неприятными вспышками роились в голове. И, если быть честным с собой до конца, Драко раздирали противоречия. Ему виделось унизительным приходить к Грейнджер на урок магловедения. Не потому что она грязнокровка – после войны это слово нужно вообще забыть, если он не хочет проблем. Как ни крути, Грейнджер с Поттером и Уизли — герои, а Драко… он антигерой. — Драко, до занятия десять минут. Я настоятельно, слышишь?.. Настоятельно рекомендую тебе выбросить всё это дерьмо из головы и пойти на магловедение, — с этими словами Блейз ушёл. Большой зал пустел, все спешили на занятия. Почему так сложно? Чего он боится? Что Грейнджер встретит его с кислой миной и брезгливо передёрнется? Или наоборот, что на её лице возникнет приторно-участливое выражение, и она окинет Драко жалостливым взглядом? Эти всепрощающие гриффиндорцы, с их верой в доброту!.. Как будто это что-то плохое. Драко поморщился, встал и накинул ремень сумки на плечо. Шаг к выходу. Ещё. Он действительно идёт к Грейнджер на занятия, святая Моргана! Сейчас заучка будет закатывать глаза и нудно объяснять, почему он должен посещать её уроки, чтобы успешно сдать Ж.А.Б.А. Драко сам не заметил, как ноги привели его в коридор, в конце которого располагался класс магловедения. Ещё не поздно свернуть в другое крыло. К тому же он, кажется, опоздал. Да, пожалуй, Драко придёт на урок в следующий раз, сегодня он не готов. — Мистер Малфой! К нему спешила директор Макгонагалл. — Добрый день, профессор! — Драко прочистил горло, приготовившись получить наказание за прогулы. Наверняка, Грейнджер настучала. — Почему вы не на уроке? У вас, кажется, магловедение? — Я как раз туда иду, профессор. — Вы знаете, что в вашем случае опоздание неприемлемо, — Макгонагалл грозно сверкнула очками и сунула ему какой-то пергамент. — Держите расписание дежурств на ближайший месяц. Мистер Малфой, вы, как староста, являетесь примером для подражания. Я надеюсь, ваше опоздание — разовая случайность, а не игнорирование правил школы. — Да, конечно, профессор, — ровно ответил Драко. «Грейнджер не пожаловалась старухе!» — Что ж, не смею вас больше задерживать, мистер Малфой, — смерив его долгим взглядом, директор стремительно пошла по коридору. А Драко не оставалось ничего, как взяться за ручку двери. — …Открытие и освоение электричества были одними из самых важных событий в истории маглов. — Можно войти? Голос прозвучал неприятно и хрипло. Надо было собраться. Грейнджер замерла. Возникла неловкая пауза. Драко криво усмехнулся. Вот так преподаватель! Растерялась и не знает, что делать. По аудитории прокатился шепоток. — Мистер Малфой, — её голос обрёл твёрдость. — Вы опоздали. Минус пятьдесят очков Слизерину. Задержитесь после занятия, я назначу вам отработку. А сейчас можете занять место. Она отвернулась к кафедре и что-то отметила на пергаменте. Всё оказалось не так страшно. Малфой с деланным равнодушием шёл между рядами на последнюю пустую парту. Скользнул взглядом по Забини, который с притворным ужасом качал головой, ухмыляясь. Грейнджер продолжила лекцию, как ни в чём не бывало. Малфой не слушал и не смотрел на неё. Он полностью погрузился в анализ своих ощущений. Были ли чувства, которых он боялся? Внутри ощущалось что-то вроде облегчения, что он наконец-то сидит на магловедении. Сдаст его на «У», а больше и не надо. Наверняка, сотни галлеонов заучке хватит, чтобы Драко «успешно» сдал итоговый экзамен. Внутри опять же гнездилось противоречие: Грейнджер — преподаватель, Драко — студент. Не на равных. Почему-то это раздражало. Он заметил оживление в аудитории. Неужели им реально интересна вся эта магловская наука? Что-то там отвечают, дискутируют. Кому это надо? Драко всё равно не собирался контактировать с магловским миром. Ему бы закончить школу, а там… А что там? Драко и сам не знал. Там видно будет. Внезапно перед носом на стол опустился листок. От неожиданности Драко вздрогнул и впервые поднял взгляд на заучку. Пришлось вынырнуть из своих мыслей и прислушаться, что там болтает эта… Грейнджер. — Небольшая контрольная работа по пройденной теме. Те, кто посещал предыдущие занятия, не будут испытывать проблем. Просьба сдать ответы за пять минут до окончания урока. С этими словами Грейнджер села за стол и принялась писать. Малфой опустил глаза на листок, взгляд заскользил по строчкам вопросов. «В каком веке маглы изобрели электричество? Какие электрические приборы вы знаете? Назовите примеры их использования или назначение». И всё в таком духе. Она издевается? Драко даже не вытащил перо. Он не собирался писать эту контрольную. Как-нибудь… Обойдётся без этого. Забини повернулся к нему и вопросительно кивнул на лежащий перед Малфоем листок. Драко покачал головой. Блейз смерил его долгим взглядом и, всем своим видом словно говоря «Зря!», отвернулся. Студенты сдавали готовые контрольные. Они подходили к преподавательскому столу, задавали какие-то вопросы Грейнджер, та спокойно и тихо отвечала, улыбалась даже. Бесила. Бесило, что она так уверена и органична… в этой роли. И ни грамма самодовольства, высокомерия, которые так хотелось увидеть в ней, чтобы презирать за это. Нет, Грейнджер заинтересованно слушала студента, который что-то рассказывал ей, соглашалась, поворачивалась к другому, брала листок с лёгким кивком и мимолётной улыбкой. Ну просто идеальный преподаватель, Мерлин её дери! Блейз последним сдал контрольную. Задержавшись у преподавательского стола, он что-то спросил у Грейнджер. Та поджала губы, резко ответила и они вместе обернулись. Драко уже давно натянул свою любимую маску — образ скучающего аристократа в окружении идиотов. Блейз коротко попрощался с заучкой и вышел из кабинета, махнув другу на прощание. Дверь закрылась. Тишина разлилась по кабинету, густая и неприятная. Грейнджер вскинула голову и пристально посмотрела на Драко. От её взгляда стало неловко. Ждала, что он, поджав хвост, приплетётся к ней и будет с виноватым видом блеять слова оправдания? Да вот еще. Драко Малфой не собирается пресмыкаться перед ней! Драко понимал, конечно, что он не должен так себя вести с преподавателем, но ничего не мог с собой поделать. Что-то противилось внутри, клубилось в груди чёрным дымом. Так хотелось вывести из себя неприятную заучку, найти брешь в её непробиваемом спокойствии. Кажется, Грейнджер приняла какое-то решение относительно линии своего поведения, потому что нарушила тишину первой: — Мистер Малфой, вы не сдали контрольную. Драко не понравилось спокойствие в её голосе. Она должна нервничать! — Я не написал её, — лениво растягивая слова, ответил Драко и мысленно поаплодировал себе: вышло очень обыденно, как раньше. — У вас возникли трудности? Ах, вот оно, искреннее гриффиндорское участие. Может, без галлеонов сейчас договориться на «Удовлетворительно»? Драко решил промолчать, наверняка ей это не понравится, и Грейнджер, наконец, начнёт раздражаться. Вдруг Грейнджер отлевитировала его контрольную к себе на стол. Драко смотрел, как листок опускается перед ней, как она пробегает его глазами, отмечая, что он даже не попытался ответить ни на один вопрос. — Мистер Малфой, думаю, вы понимаете, что за такую работу вы получите не выше «Тролля»? Драко поднялся и с самым скучающим видом, на который был только способен, медленно приблизился к её столу. Смерил её презрительным взглядом сверху вниз и, самодовольно ухмыляясь, присел на край стола: — Может, договоримся, мисс… Грейнджер? Сто галлеонов и «В» в моём аттестате. Наконец на её лице мелькнул целый каскад чувств: от удивления до злобы и унижения. Драко упивался этим зрелищем. Даже подумал, не много ли предложил, может, заучку устроила бы и меньшая сумма?.. — Я также избавлю вас от моего присутствия на занятиях до конца учебного года, идёт? — с приторной улыбочкой Драко склонился над Грейнджер, вкрадчиво взяв её руку. Сила заклятия резко отбросила его. Не больно, но чертовски неприятно. Драко налетел на парту и чудом не завалился вместе с ней, с трудом удержавшись на ногах. Тяжело дыша, Драко выровнялся, отбросил волосы и с ненавистью уставился на Грейнджер. — Что, мало? Назовите свою сумму, мисс, я не против. — Мистер Малфой! — Грейнджер с достоинством поднялась. — Я делаю вам первое и последнее предупреждение. Я не заявлю об этом инциденте директору только из-за того, что вы, похоже, сами не понимаете, о чём говорите. Я назначаю вам наказание за дисциплинарное нарушение. Две недели отработки: по понедельникам, средам и пятницам в восемь вечера. — Голос её звенел от напряжения. — И за оскорбление — минус ещё сто очков Слизерину. Это всё. Можете идти. Драко внутренне бесился и разносил этот кабинет, прожигал Грейнджер взглядом, полным ненависти, даже не пытаясь это скрыть. Но… Салазар великий, что он мог сделать? На стороне Грейнджер устав и правила Хогвартса. Как же это бесило. Внезапно пришедшая в голову мысль заставила губы растянуться в ядовитой усмешке. — Значит, сегодня в восемь вечера, мисс… Грейнджер, — ехидно улыбаясь, подытожил Драко. — Я буду. Он развернулся и вышел из аудитории, с трудом удержавшись, чтобы не хлопнуть дверью.