Воля моя

По его мнению, краски ее акварели всегда были слишком густыми. "Нельзя так серьезно воспринимать этот мир, Лизавета Андреевна," — ей бы очень хотелось, чтобы он сказал это снова. Она могла бы извести себя в ничто, обесчестить, подвергнуть вечному забвению, но - его не вернуть. Тьма мятежа загасила свет юности, а носить вдовий траур графиня не имела права. // События 1820-1826 гг. глазами фрейлины Ее Величества.