Глава 9

Анна

      Таблетки подействовали на меня мгновенно и я уснула, так и не успев сказать Тимоти важные слова. Но когда я проснулась, он сидел за столом на кухне и нарезал овощи для салата. Я была удивлена. Усмехнувшись такому повороту событий, я подхожу к плите и открываю крышку сковороды.             — Яичница с беконом. Боже, как же давно я не ела яичницу с беконом, да и вообще, как давно я не завтракала. Этот запах.             — Садись, я все сделаю.             От Тимоти пахло моим гелем для душа и выглядел он свежо и здорово. Я не могла отвести от него своего взгляда. Я так давно его не видела. Он стал выше и стройней, вся эта детская улыбчивость и его манеры исчезли. Теперь он стал старше, намного старше. И симпатичней.             — Вот.             — Спасибо.             Я набросилась на еду как в последний раз, съела все до последней крошки и стала намазывать масло на хлеб. Чай с чабрецом успокаивал мои нервы. Я будто на несколько дет перенеслась назад, когда еще мама была жива и готовила такой же завтрак. Не удивительно, что Тимоти умеет готовить, я догадалась о его прошлой жизни, о его тяжелой жизни с матерью тираном. Я бы и сама попыталась сбежать от такого человека, но чтобы сдать в лечебницу, это было выше моего представления.             — Что это?             Тимоти ставит на стол мои таблетки.             — Дигоксин, Дилапрел, что это, черт возьми?             Не считая моего отца и Лилиан, Тимоти был третьим человеком, что увидел мой маленький секрет. Я не хотела начинать все со лжи и сказала прямо, глядя ему в глаза:             — У меня проблемы с сердцем, и…я пью таблетки, — я забираю пилюли и прячу за салфеткой, чтобы они не напоминали мне о скорой и возможной моей смерти. — Ты не должен был этого видеть.             — Но ты лежала на моих руках, как мертвая, что я должен был сделать, оставить тебя умирать?             — Нет.             — Теперь я вконец запутался, Анна, мне здесь не место, и мы…             — Мы? Тимоти, ты видел что я сделала с твоей коробкой? Я видела тебя в этой лечебнице, я знаю о тебе все и могу представить самые худшие пытки, что делали с тобой, — я накрываю его руку своей.             — Только не говори мне что собираешься покрывать убийцу, — я молчала и не собиралась отвечать на этот вопрос, ведь итак было понятно, что не собираюсь. — Ты серьезно?             Он встает и начинает ходит по гостиной, нервничая и говоря себе что-то под нос. Ругая себя всеми возможными фразами.              — Какой тогда из тебя полицейский, если ты…если ты собираешься идти против закона, — теперь он кричал на меня. — Я сдамся сам, — он направляется к двери, но мой голос останавливает его.             — Так просто? Тимоти, я…я всю жизнь то и дело слушала остальных и делала то, что мне велели. Я совершаю ошибку и да, я признаю это. Но ты…я искала тебя в своих воспоминаниях, я сохраняла тебя в этой цепочке, что ты мне подарил. Наши рисунки, наше все, это все не ушло, не сейчас. Тимоти, я знаю о твоей проблеме больше чем ты, ведь меня учили этому, ты убил этих девушек, ты сделал то, что должен был сделать.             — Вот именно, должен.             — Ты не виноват в том, что твоя мать стерва и отвратительный человек. Мы пройдем через это, вместе. Ведь я не знаю сколько мне осталось жить, мой врач сказал, что подходящее сердце найти не так просто, и я уже чувствую эту боль в груди, она все растет и растет. Ты был моим первым другом, ты во всем был первым, я доверилась тебе, даже не побоявшись заговорить с тобой. Боже, я так сильно хочу ударить тебя, хочу поставить условия, но…             — Тебе только речи толкать. Это было сильно, — Тимоти улыбается мне.             — Это не смешно.             — Я знаю. Но я болен, кто знает, что я могу натворить на этот раз.             — У меня есть хорошее средство, и я смогу вылечить твой недуг. Мне нужно лишь время, как можно больше. Я сумасшедшая, всю свою жизнь я ловила преступников но этот случай.             — Исключительный.             — Да, верно. Дай мне время, я не готова тебя отпустить, не сейчас.             Тимоти берет меня за руку и мы садимся на наш диван. Что нас ждет завтра я не знаю, я буду готова, я всегда буду готова. Мы так мало знали друг друга и теперь встретились в крайне сложных обстоятельствах. Два совершенно неидеальных человека.