Лошадь и наездник

София поморгала, услышав, как её назвали. И недовольно насупилась. — Сама знаю, кто я и чья я. — заворчала девушка и стянула со стола дольку яблока. — И не обязательно так об этом вопить. — Я тебя обидел, Софочка? — Не надо просто лишний раз напоминать о том, что именно мне придётся тащить это… это… — она посмотрела на меня. — Это солнышко. — Прости, я не пойму, солнышко? — переспросил король. — Солнышко. Необъятное. На своих четырёх. — Чего, простите? — растерялся я, поддаваясь лёгкой панике. Джолан хихикнул, отпив вина, и сел на место, приглашающим жестом предлагая Софии сесть возле нас. Видя моё потерянное лицо он мягко улыбнулся. — Милый юноша, я сейчас объясню. В нашем мире есть множество народов, и у большинства из них есть волшебный дар. И когда-то давно существовало племя коневодов, которые поклонялись своим богам и умели обращаться волшебными конями. Пегасами, единорогами, особо сильные сочетали в себе черты и того и другого. Спустя годы племя вымерло, но редкие его потомки способны обращаться животными. Один из представителей перед вами. Я в ауте. Я медленно перевёл на Софию взгляд, а та невозмутимо поедала куропатку. Она заметила то, какими глазами я на неё смотрел. — Чё не так? — Ты лошадь? — выпалил я. Через секунду сообразил, что звучало грубовато. — Я в смысле… — Я человек, который умеет превращаться в лошадь. Не надо путать. — со знающим видом сказала она. Вздохнула. — Собственно, как и сказал Его Величество, по пророчеству у тебя будет единорог. Белый с рыжей гривой. Я перед тобой. — Так, нет, стойте. — я потёр висок. — Этот диалог обрёл поворот, к которому я явно не был готов. София вздохнула, поднялась из-за стола и развела руки в стороны. Её тело вдруг ослепительно засияло, а через несколько секунд передо мной и королём на месте девушки стоял здоровый конь. Вернее, кобыла. Белоснежная, с рыжей-рыжей гривой, мощным крепким телом, длинными сильными ногами и тонким белым рогом, торчавшим изо лба. Я в этот момент такое месиво эмоций испытал, что даже внятно сказать ничего не мог. Большей своей частью я был в восторге. И от мысли, что у меня тоже может быть магия, мне стало очень радостно на душе. Но лёгкий шок присутствовал тоже. Единорог глянула на меня и фыркнула. — Твоё лицо бесценно. — Ты ещё и говоришь?! — Я человек, а не зверь. Конечно говорю. — Я… можно… можно тебя погладить? Цокая копытами она приблизилась ко мне. Я протянул руку и положил на её мордочку. — Боже мой… какая ты пушистая! И грива будто из шёлка, такая приятная! А можно рог потрогать? — Трогай. — вздохнула она, наклонив голову. Рог был твёрдый и тёплый. Кажется, он состоит из костей. Вроде это и так очевидно, но я единорогов не видел, мне простительно любопытство. Он очень гладкий, и как будто закрученный… как некоторые ракушки на пляже, длинные и закрученные. И очень острый. Им вполне возможно проткнуть человеческое тело. Пока я трогал и гладил Софию, Джолан умудрился заснуть прямо в кресле. Нда. Ну опьянел, ну что теперь. Единорог засветилась и снова стала девушкой. Она запахнула пеньюар плотнее и налила себе вина. Она выглядела какой-то будто удручённой. Зря я, наверное, тискать её полез. — Ты очень красивая. — сказал я. София посмотрела на меня и подняла бровь. — В смысле лошадь… в смысле единорог… и сама ты тоже очень ничего… Твою мать, чё я творю?! — Успокойся. — усмехнулась она. — Не смущай меня. Спасибо, но я вижу, что ты просто растерялся. Всё нормально. — Класс. — выдохнул я. Затем робко улыбнулся. — Спасибо. — Да не за что. Верхом ездить умеешь? — Не знаю… я никогда не ездил на лошади. — Точно, нашла что спросить. — вспомнила она. — Ты же не отсюда. Тогда завтра будем учиться. — Стой, будеМ? С тобой? На тебе?! — А что не так? Не хочешь? — Ты меня видела?! Я в два раза больше тебя, если не в три! — паникуя воскликнул я, показав на своё солидное пузо. — Я не слепая. Но в любом случае за Марианной мы отправимся вместе, надо привыкать друг к другу. Лошадь и наездник должны друг друга чувствовать, чтобы в случае опасности я тебя не сбросила или не лягнула от испуга. — А ты можешь? София прикрыла глаза. — Возможно я и меньше тебя по размерам, но я сильнее тебя. И поверь, если в виде единорога я тебя испугаюсь и лягну, ты вряд ли выживешь. — Я даже спорить не буду. — быстро согласился я. В виде единорога она напоминает ту породу лошадей, которые когда-то давно таскали поезда, и это ни разу не лёгкая изящная лошадка. Она скорее мощная, величественная и статная. — Думаю, мы отправимся дней через пять. Скорее всего с нами отправят пару солдат, но я надеюсь, Его Величество передумает. Чем меньше людей, тем незаметнее. — Слушай, — я упёрся руками в стол. — Я правда рад, что буду не один, и спасибо, что так гостеприимно со мной обращаешься вместе с королём, но можно меня повезёшь не ты? Дело не в том, что ты мне не нравишься… просто мне очень неловко, что ты потащишь мою тушу на своей спине. Она помолчала, разглядывая меня. — Как сказал Его Величество, племена коневодов, превращавшихся в пегасов и единорогов, и если повезёт, аликорнов, вымерли. Их перебили. И поэтому этих коней сейчас редко где встретишь. А если и встретишь, вряд ли приручишь. Они людей боятся. А других магов вроде себя я ещё не видела. — То есть, ты единственный единорог? Не страшно, мне и обычной лошади с головой хватит! — Обычную лошадь уведут или убьют. А я смогу помоть и защитить тебя. Раф, не стесняйся так. Я тебя выдержу. — Ну стыдно мне, понимаешь? Стыдно! — Почему? В мире много людей куда полнее тебя… или тебя смущает, что тебя повезёт девушка? Я люто покраснел и кивнул. София вдруг хихикнула и отпила вино. — Дурачок какой стеснительный. Я сильнее тебя, что теперь? Я просто лучше владею магией, всё дело только в этом. Если тебя утешит, то возможно в плане волшебства ты окажешься сильнее, сам наколдуешь себе единорога, и обратно поедешь на нём. Но до Шинфелла тебя тащу я. — Я тебя сломаю. — Значит такова судьба. — Почему ты вообще хочешь везти меня? — Не хочу. — отрезала она. Вздохнула. — Но кроме меня тебе никто не поможет спасти Марианну и Вестфелл. Теперь давай сменим тему, пожалуйста? Я очень хочу есть. Больше мы о предстоящем приключении не говорили. Через час мы отправились спать, София велела слугам отвести короля до его покоев, а меня довела до одной из гостевых спален. И пока мы шли, в коридоре столкнулись с девушкой. Она была в синем платье с распущенными чёрными волосами, а ростом была с меня. Я узнал в ней старшую дочь Джолана, Серсею. В жизни она ещё равнодушнее, чем на картине. Аж мурашки. — Добрый вечер. — поздоровалась София, отведя глаза и дёрнув меня, чтобы я встал рядом с ней и уступил принцессе дорогу. — Добрый, София. — безразличным тоном ответила та. Глянула на меня. И в холодных глазах сверкнуло удивление. — Это кто? — Иномирец. Герой из пророчества. Зовут Рафаил. — Рафаил. — словно смакуя моё имя протянула она. Дала мне ладонь. — Я Серсея. Я тупил секунды три, потом вспомнил всё, что знал о королевских особах и неуверенно поцеловал ей руку. Она отняла ладонь и, скользнув по мне взглядом, ушла. София поёжилась и глянула ей вслед. — Бесит меня. — Разве она не твоя принцесса? — спросил я, когда мы двинулись дальше. — Она бастард. Принцесса одна — Марианна. А Серсея меня напрягает. Да и меня она тоже не любит, у нас взаимно всё. — А… бастард? Но она вроде старшая, нет? — У королевы были проблемы, она долго не могла родить живого ребёнка. После трёх мертворождённых Его Величество согласился завести ребёнка от кого-то из придворных или служанок, я точно не помню. Но потом, через два года королева родила девочку и умерла. Так и получились Марианна и Серсея. — Тогда ясно, почему он такой ласковый. С дочками наверное всегда тискаются. — Со мной бы кто тискался. — вздохнула она. — А можно спросить про тебя? — Что именно? — она повернула ко мне личико. Ого. А в полумраке коридора и при свете факелов она ещё красивее. Такая… аккуратная, женственная, томная. Так захотелось её за руку взять. Просто за руку, и всё. И не отпускать. И смотреть на её задумчивое лицо, на тёмные зелёные глаза. — Король сказал, что тебя его брат привёз. А откуда? Она помолчала, о чём-то рассуждая. Поджала край губ. — Я… я маленькой была, и… в общем, он меня в лесу нашёл, когда мне было лет восемь, подобрал и увёз в свою резиденцию. Через несколько лет он привёз меня сюда, а потом на него совершили покушение. Удачное. Он попросил короля Джолана за мной присмотреть, вот я и тут. — Но почему он тебя оставил? Или вы… у вас с ним было… ну… — Фу, придурок, нет! — рявкнула она. — Мы не спали! — Прости-прости-прости, я не хотел! — запаниковал я. — Я просто… я пытаюсь понять. — Он, думаю, просто знал, что я из того племени коневодов, вот и всё. — София вздохнула. — Он… он был очень добрым. Он ко мне как к дочке относился. — Прости. — повторил я виновато. — Ты обиделась? — Да, теперь я тебя не прощу никогда. — фыркнула она и остановилась у двери комнаты. — Вот твоя спальня. Моя недалеко, так что если нужна буду — просто пори моё имя. И да, я же не назвалась, я София. — Я уже знаю. — Можно Софа. — улыбнулась она, идя к своей двери. — Спокойной ночи. Герой. — Ага, и тебе, скакун-единорог. — ухмыльнулся я. — Он самый. — Софа горделиво перекинула волосы себе за плечо, и с ухмылочкой скрылась за соседней дверью. Я тоже невольно улыбнулся. Может, не так всё и плохо складывается. Следующий день выдался ужасным. Если утром меня ласково воркуя будили любезные служанки, проспавшийся король Джолан за завтраком меня инструктировал касательно верховой езды, а королевские швеи сообразили для меня одежду, то ближе к двум часам я осознал, что геройство и судьба — не для меня. — Не тяни! — взвизгивала Софа, когда я в панике прижимал к себе уздечку. — Успокойся! Ай, волосы! — Ты можешь стоять на месте?! Умоляю, не двигайся! — Я не двигаюсь, ты мне колешь шпорами бока! Ай, больно! Не дёргайся ты! Мало того, что я с божьей помощью и с помощью какой-то маленькой лесенки взгромоздился на неё и чуть не рухнул, так помимо стыда за свою жирную тушу я испытывал ненависть к себе за то, что ей больно. — Сел! — рявкнула Софа и её рог засветился. Неведомая сила заставила меня разжать уздечку и попавшиеся под пальцы пряди гривы и выпрямиться, садясь ровно и расслабленно. — Всё. Я тебя придерживаю, просто привыкни к тому, что я иду. И она пошла. Стук копыт и мерное покачивание и меня, и её, немного успокаивало. Страх того, что седло соскользнёт и я упаду понемногу отступил. Я выдохнул и, чувствуя, что меня никто силой не удерживает, положил одну ладонь на её шею. Горячая, гладкая, шелковистая такая. Гладить — одно удовольствие. — Ну и? — спросила Софа, повернув ко мне голову. — Я нормально. Я сильно исколол? — Прошло уже. По внутреннему двору хватит, идём на улицу. — Стой, не надо! — Поехали! И она побежала. Не быстро, а так, гарцующей походочкой. Пару раз из-за скачков я укусил себе щёку. Мы сделали несколько кружков вокруг замка и вернулись. Я отдышался и схватил её шею. — Софа, хватит пожалуйста. Я все щёки себе искусал. — Извини, там кочки были. Сам слезешь? — Ну попробую. — промямлил я. Софа подошла к лестнице на голубятню. Я выбрался из седла, и она превратилась обратно в девушку. И стала гнуться в стороны, разминая спину. — Мф, боже… мне нужен массаж… — Я… больно? — виновато спросил я. — Не то, чтобы. Просто когда мы кочки проезжали ты подпрыгивал вместе со мной, и у меня там что-то хрустнуло. Я густо раскраснелся и опустил взгляд. — Я же говорил, я очень тяжёлый. Да и ты сама меня вчера необъятным солнышком не зря назвала. Тут она улыбнулась и хихикнула. Затем как-то посерьёзнела. — Я вовсе не хотела тебя обидеть. Я просто думала сказать тебе как-нибудь позже, а тут Его Величество лишний раз напомнили… Раф, если честно, то да, я вряд ли таскала что-то тяжелее тебя. Но я тебя выдержу. Я не хрупкая девочка. И я не пони. И как я и сказала, кроме меня тебе некому помочь. К тому же, ты прикольный, я не хочу, чтобы тебя убили, если что-то пойдёт не так. Я несмело поднял глаза и поджал губы. Софа ещё раз улыбнулась и легонько пихнула меня плечом. — Ладно тебе, это был твой первый раз. Ты хотя бы не рухнул посреди дороги, и ты не ёрзаешь так сильно. Всё хорошо, Рафаил. Не переживай ты так. — Ты это говоришь, чтобы я не ныл? — Это тоже. Я правда не хочу, чтобы ты загонялся. Я хочу помочь. — Почему? Зачем тебе это? — Ты герой. Я единорог. Мы суперкоманда. — я с этих слов невольно засмеялся. Софа усмехнулась. — Серьёзно. Всегда есть главный герой, а есть персонаж-дурачок, с которым не скучно. — Ага, Осёл и Шрэк! — Точно! Тебя вымажем зелёнкой, а мне уши длинные присобачим. И вот стоим мы, и заливисто ржём над тем, как эпично будем спасать принцессу Марианну и одним своим видом распугаем всех, кого можно. Я поймал себя на мысли, что мне нравится, как она смеётся. Не робко, не нежно. Она смеётся так, что лупит кулаком по стенам, и ощущение, будто где-то дельфина подстрелили. Или чайку. Или их обоих подстрелили. Такая смесь лучше её смех описывает. Софа смеялась до слёз, согнувшись пополам и заваливаясь на меня. — Что, что ты ржёшь? — спрашивал я, придерживая её. — Хыыых, я вашу свадьбу представила! — Какую свадьбу? — не понял я. — Ну, с Марианной. Тут мне стало не до смеха. — А причём тут свадьба? Я её не знаю даже. — Ну как? — она ещё немного посмеялась и успокоилась. — В пророчестве ведь говорилось, что ты её спасёшь, принесёшь королевству мир, и будешь её оберегать. Речь идёт о свадьбе. — Я не собираюсь жениться ни на ком. Спасение — ладно, мир в стране — окей, но свадьба? Мне двадцать два, а ей на вид шестнадцать. — Ей семнадцать. — Да какая разница? Я не хочу. — Ну а вдруг Марианна тебе понравится? — пожала плечами Софа. — Она добрая и ласковая, от неё все лорды без ума. — А я не лорд. Да, она очень красивая, но не это повод жениться. — Ну а вдруг понравится? — повторила девушка. — Мало ли. Не понравится. Я скорее буду сильно смущаться при ней, но это всё. Мне ты больше нравишься, честно говоря. После нашего милого диалога меня потащили проверять наличие магии. К моему великому горю, явного дара у меня не обнаружилось. Джолан старался меня утешить и говорил, что дар может дремать и открыться в подходящий момент. Я не то, чтобы прямо сильно расстроился. Просто немного разочаровался, что даже попав в какой-то параллельный мир я остался обычным человечком без магии. Более того, я тут самый нелепый, ибо я не умею нормально ездить верхом, с оружием обращаться, или ориентироваться на незнакомой местности. Но грустил я не долго. Шрэк смог, и мы сможем.