Девятнадцать диалогов безнадежно влюблённых

*** — Профессор Снейп, разрешите пригласить вас на танец? — Мисс Грейнджер, вы перепутали меня с безупречным мистером Локонсом. Я не танцую. — Разве по этикету положено отказывать даме в белом танце? — Я похож на вежливого человека? Мисс Грейнджер, проверьте зрение! — Вот уж не думала, что один из самых храбрых людей, которых я знаю, испугается тура вальса… — Чёрт с вами, Грейнджер! Но не жалуйтесь потом на отдавленные ноги! *** — Вы напрасно пытались меня запугать – танец был великолепен. — Это наблюдение говорит лишь о том, что вам не везло с предыдущими партнёрами, мисс Грейнджер. — Я больше не ваша ученица, а значит вы могли бы звать меня по имени. — Музыка закончилась. Прощайте, мисс Грейнджер! — Но профессор… Ах! — Что ещё, Грейнджер? Что вы вцепились в мою руку? — Я оступилась, сэр… И, кажется… ой, больно… Не могу теперь идти самостоятельно… — Вот и первая жертва нынешнего выпускного. Не думал, что это будете вы. Держитесь крепче, я отнесу вас в Больничное крыло. *** — Что вы делаете? — А что я делаю? — Вы перебираете пальцами мои волосы на затылке! — Простите, не удержалась! Они, оказывается, такие мягкие… Что с вами? Почему мы остановились? — Меня осенило: вы пьяны, Грейнджер? — Сомневаюсь, что бокал шампанского можно считать опьянением… — Некоторым хватает и пробку понюхать… М-м-м… *** — И что это было? — А вы не в курсе? — Грейнджер, не бесите меня! Я понимаю, что вы неадекватны, но это не даёт вам права обращаться со мной будто с вашими недоразвитыми друзьями! — Это называется поцелуй, профессор! И я совершенно точно в здравом уме и твердой памяти! — Да ну! Именно поэтому решили вдруг наброситься на своего нелюбимого профессора? Проспорили кому-то? — Нет… Просто… давно… хотела… — Что вы там бормочете? *** — Так понятнее? — От того, что вы второй раз полезли ко мне целоваться, мотивы ваших поступков яснее не стали. — Только не нужно строить из себя оскорбленное достоинство – оба раза вы мне ответили! — Это от неожиданности, не питайте иллюзий! — Какой вы, оказывается, отзывчивый! С виду и не скажешь!... Куда вы? Больничное крыло в другой стороне. — Я передумал. В моем кабинете удобнее проверять вас на наличие сглазов или принятых зелий. *** — Амортенции — нет, Империо — тоже, печати магической клятвы на вас не обнаружено. Остается только Оборотное. Ну что ж, подождём полчаса и узнаем, кто же у нас такой безрассудный спрятался под личиной лучшей ученицы школы. — На зелье Венеры проверять не будете? Может быть, Веритасерум или легиллименция? — Не умничайте! Я хочу знать, чей факультет потеряет рекордное количество баллов! — Я больше не ученица Хогвартса, а значит снять баллы с меня не получится. — Я сниму их в новом году с первого встречного представителя вашего дома, нарушившего школьные правила! — И за что же, позвольте узнать? За то, что кто-то посмел поцеловать ужас подземелий? — За изощренное … издевательство… над заместителем директора. — Но я… — Я не намерен выслушивать ваши росказни. Силенцио! *** — Почему вы на меня так страдальчески смотрите? Неужели настолько тяготит неспособность болтать без умолку? … — А, чёрт, и правда, ваша нога! Сейчас я посмотрю, насколько там всё серьёзно. Диагностика показывает, что перелома нет, только вывих. Эпискей! — Ай! Больно же! — Зато мы выяснили, что вы, хоть и довольно посредственно, владеете невербальной магией – не прошло и четверти часа, как смогли снять заклятье немоты. — От вашего Силенцио я избавилась сразу же! — И десять минут молчали? Верится с трудом! — Просто не хочу с вами разговаривать! — Вот и отлично! Посидим в тишине. *** — И долго вы ещё будете прожигать меня взглядом? Прошло уже гораздо больше часа, а значит ваше предположение об Оборотном тоже не подтвердилось. — Либо вы каким-то образом продолжаете меня дурачить… И не закатывайте глаза! За годы преподавания я понял, что от студентов можно ждать чего угодно. — И как же я могла бы вас обманывать? — Может быть, у вас Оборотное в виде леденцов, которые вы приняли, пока я не заметил. Или, чего тоже нельзя исключать, вы сумели продлить время действия зелья. Или это вообще трансфигурация… — Трансфигурация человека на столь длительный срок подвластна разве только мастеру. Мне льстит ваше предположение, но нужно быть объективной – я не достигла ещё таких высот… Куда вы? — Сейчас вернусь, только возьму кое-что в кладовой. *** — Веритасерум? Вы серьезно, сэр? Потратите столь ценное зелье ради чего? — Я хочу знать, кто передо мной и с какой стати решил насмехаться? — Знаете, что? Я ухожу! Я уже достаточно выставила себя дурой! С меня хватит! — Я вас не отпускал! — А мне не требуется ваше разрешение! — Никуда вы не пойдете! — Ступефай! Ай! *** — Мисс Грейнджер! Гермиона! Да очнитесь же вы! Ренервейт! — Ох… — Слава Мерлину! Я уже собирался слать патронуса к Поппи. — Что это было? — Это я у вас хотел спросить! — Просто вы схватили меня за руку, простите, я на рефлексах бросила Ступефай… Но что за щит использовали вы, мне неизвестно. Расскажете? — Я не колдовал! Поэтому и думал, что вы бросили в меня чем-то заковыристым, но что-то пошло не так… — Нет, обычный Ступефай, а потом я увидела лиловое свечение, похожее на круговой щит, и меня отбросило на пол… Как будто заклинание отрикошетило… Забавно… — Чему вы улыбаетесь? — И цвет щита похож… — На что? Вы ударились головой? Вы бредите? — Дайте-ка вашу руку! — Что вы делаете? Вы порвёте мне манжеты! И аккуратнее с запонками! — Вы их носите… — Конечно, я их ношу, потому что рубашки от Твилфита не шьют с пуговицами. — Э-э-э… Я, пожалуй, пойду. Извините за беспокойство, профессор! — Что вы знаете об этих запонках? *** — Итак, мы уже выяснили, что на меня не действуют ваши Ступефай, Таранталлегра, Левикорпус, Петрификус Тоталус, Экспелиармус и даже Летучемышиный сглаз. Надеюсь, ни Сектумсемпрой, ни непростительными вы швырять не станете! — Ещё немного, я начну разбрасываться ими, если вы по-прежнему не дадите мне уйти! — Конечно, не дам! Во всяком случае, пока вы не ответите на мои вопросы! — Какие? — Кто вы? Почему решили поиздеваться надо мной? И что вы знаете о моих запонках? — Кто я – вам прекрасно известно! А кто над кем издевается – это ещё нужно разобраться! — Я уже объяснял, что не верю, будто Гермиона Грейнджер, которая на пару с Поттером приходила на все заседания суда и давала показания в мою пользу, вдруг растеряла всю свою порядочность и в последний день в Хогвартсе почему-то решила меня унизить. Стало быть, под её личиной скрывается кто-то другой. И я хочу знать, кто! — Хотите поклянусь магией, что я – это я, и нет никаких издевательств? — Если вы готовы на такой серьезный шаг, то не проще ли принять Веритасерум? — Нет, потому что под его действием я вынуждена буду отвечать на любые ваши вопросы. — Ну что ж, вы не оставили мне выбора… Инкарцеро! *** — Это возмутительно! Что вы себе позволяете? — Всего лишь исполняю ваше желание? — Что? — Ну вы ведь явно пытались чего-то добиться: танец, подвернутая нога, поцелуи. Я с нетерпением жду, что же последует дальше: либо вы признаетесь, наконец, для чего решили поглумиться надо мной, либо мы продолжим с того места, где закончили. — Да не глумилась я! — Отлично! Вы сами выбрали. — В каком это смысле? М-м-м… *** — Всё ещё думаете, что это похоже на издёвку? — Когда это вы успели освободиться от верёвок? — Минут пять назад, как раз когда мы синхронно решили вздохнуть между поцелуями. — Чертовка! Ты с ума меня сведёшь! — Вы не ответили на мой вопрос… — Не знаю… Я ничего уже не знаю… Это не может быть правдой. — Почему? — Потому что не может! В такое невозможно поверить… — А если я приму Веритасерум, поверите? *** — При этой концентрации зелье будет действовать полчаса. Пей! — Я выпью, но при одном условии. — Начинается! И каком же? — Вы выпьете такую же дозу, и я задам столько же вопросов, на сколько отвечу сама. — Это уже два условия! — Не придирайтесь к словам, профессор! Или слабо? — Зачем тебе это? — Так хотя бы не только мои тайны будут раскрыты. — Ну, пеняй на себя! Но я спрашиваю первым! — Идёт! — В конце концов всегда есть старый добрый Обливиэйт… — Что вы сказали? — Ничего. Приступим? *** — Ты действительно Гермиона Джин Грейнджер? — Да, это так. Я магглорожденная, родилась 19 сентября 1979 года в семье стоматологов. Поступила в Хогвартс в 1991 году, распределилась на Гриффиндор, хотя Шляпа долго выбирала между ним и Рейвенкло. За годы учебы побывала в разных передрягах, но, слава Мерлину, теперь это в прошлом. Надеюсь, я дала исчерпывающий ответ? — Вполне, учитывая, что солгать на прямо поставленный вопрос не позволяет магия зелья. — Значит моя очередь! И часто вы целуетесь с бывшими ученицами? — Нет, не часто! — И это весь ответ? Так нечестно. — Зелье побуждает говорить правду, но не обязывает болтать без умолку! Продолжим! *** — С кем и на что ты поспорила, что на своем выпускном пригласишь меня на танец, будешь флиртовать и даже поцелуешь? — Ни с кем и ни на что. — Предельно лаконично. — В эту игру можно играть и вдвоём! Я хочу знать, почему вы считали, что мои сегодняшние поступки имели целью поиздеваться над вами? — Потому что я не вижу никаких причин думать иначе… — Так уж и никаких? — Ну кроме фантастических. А я реалист. — Вас удивляет сама мысль, что кто-то захотел поцеловать вас, или то, что этого захотела я? — Второе кажется мне совершенно невероятным. Но что-то ты совсем обнаглела и задала целых три вопроса, так что я тоже задаю три подряд! *** — Что тебе известно о запонках, которые сейчас на мне надеты? — Они зачарованы на защиту от некоторых заклинаний, направленных во вред хозяину. — И каким же заклинанием? — Изобретенным мною в прошлом году. — Значит это ты прислала мне этот подарок на Рождество. Зачем? — Хотелось, чтобы у вас была вещь с частичкой моей… заботы. И мне очень приятно, что вы их носите, а не просто забросили в дальний ящик. Кстати, часто носите? — Каждый день. *** — Почему вы замолчали, профессор? — Обдумываю, стоит ли задавать следующий вопрос, загоняя тебя в угол. — Тогда давайте я задам свой, возможно, ваш после этого не понадобится. — Ну попробуй. — Можно я буду называть вас по имени? — Можно… — Ты мне очень нравишься, Северус. Поцелуй меня, пожалуйста, ещё раз… — Ты так очаровательно краснеешь, что я просто не могу тебе отказать. *** — Ты же понимаешь, что я непростой человек? — Да. — Собственник, ревнивец, деспот… Я даже не уверен, что смогу отпустить тебя уехать в магический университет. — Я думала об университете как о месте, где смогу зализать раны и склеить своё разбитое тобой сердце. Но теперь нет никакой необходимости убегать за тридевять земель. — Ты согласишься на ученичество у Минервы? — Да. Ты же не против? — Нет, но жить ты будешь в моих комнатах. — Вряд ли устав школы такое позволяет. — У нас есть целое лето, чтобы решить все формальности. — Это предложение? — Да. — Тогда я согласна. А кольцо будет? — Обязательно! Но потом… Иди ко мне!