Глава 2. Любопытство.

Время было ближе к часу ночи. Катерина была воодушевлена. Она и правда не рассчитывала, что Костя может быть таким забавным. Фильмы летели один за другим, а пустеющий бокал всегда ходила наполнять Катерина. Вот уже его рука лежит на её коленях, а Катерина медленно водит ладонью по его торсу. ‒ Слушай, ‒ Костя остановил фильм. ‒ А ты не хотела бы… Не хотела бы попробовать что – нибудь… интересное? Катерина резко убрала его руки и одним движением оказалась на его коленях: ‒ Удиви, ‒ прошептала она, облизнув его щеку. Костя аккуратно скинул её с себя и попросил подождать. Вернувшись, он держал что ‒ то в руках. ‒ Катерина. Пожалуйста, пройдись, осмотрись сначала. Девушка хихикнула, но с удовольствием пошла разглядывать оставшиеся комнаты. Всего в квартире было два совмещенных санузла и отдельный гостевой туалет у входа. Три однотипных спальни, одна большая кухня – гостиная, кинотеаторная и кабинет. Комнаты были большие, уютные. ‒ А я что – то должна была найти? ‒ Катерина засмеялась. ‒ Возможно, ‒ Костя аккуратно подошёл сзади и завязал ей глаза. ‒ Если ты захочешь прекратить, то просто скажи: редис, редиска или покажи два пальца. ‒ Что? В момент Костя накинул на неё повязку и, схватив за руки, вывел их вперед, надев наручники. Катерина прикусила нижнюю губу и стала переминаться с ноги на ногу, пытаясь погасить своё возбуждение. Одел на неё ошейник. ‒ Расслабься, получай удовольствие, познай себя, ‒ прошептал Костя, поглаживая её правую грудь. ‒ Я ‒ Господин. А ты ‒ моя. Катерина была взбудоражена. Ей всегда хотелось попробовать нечто подобное, побыть слабой в постели. Неужели это происходит с этим вечно приличным одногруппником? Когда они учились, то он был тихим мальчиком – зайчиком, которого она избегала. А сейчас? А сейчас он сделает то, что не смог сделать ни один её парень. Из всех её бывших мало кто хотел экспериментов, а тот, кто хотел ‒ сам хотел быть сучкой в постели и страпон себе в задницу. Господин отвёл её в ванную, аккуратно раздел, оставив комплектное нижнее бельё, и уложил в ванную. Она была холодная. Катерина невольно вскрикнула и пожаловалась, за что тут же получила пощёчину. ‒ Я не разрешал тебе говорить, ‒ его голос изменился. Стал более глубокий и серьёзный. Катерина осеклась, уйдя в себя, пытаясь понять, нравится ей это или нет. Мгновенно в ванную стала набираться тёпленькая вода. Господин зацепил наручники за крючок на стене. Руки Катерины оказались подняты, из – за чего, казалось, её грудь стала совсем беззащитной. ‒ Сучка должна быть чистой, ‒ прошептал Господин, аккуратно разрезая её бельё. ‒ Ты дурак, оно денег стоит! ‒ воскликнула Катерина, за что получила тут же пощёчину. Господин схватил её за голову и, разжав рот, засунул туда её трусы. Тут же послышался звук отрывающегося скотча, и вот уже её рот заклеен. Катерина стала брыкаться, но всё её нутро просило подождать. Она могла бы показать стоп – жесть, но не стала. Вот уже Господин медленно и методично намывал её. В ванной вкусно пахло чем – то фруктово – цветочным, вода медленно продолжала шуметь, наполняя ванную. Господин медленно мягкой губкой прошёлся по каждому миллиметру её тело, аккуратно лаская её нежное девичье тело. Он аккуратно и нежно трогал её грудь, промежности. Казалось, что Катерина кончит от ещё одного чуть более грубого прикосновения. Но Господин резко остановился и стал её поднимать. Было неудобно и скользко, Катерина еле стояла на ногах. Поставив её, он взял душ и, держа за наручники, обдал её холодной водой. Катерина завизжала, за что снова получила пощёчину. Господин отклеил скотч, вытащил изрезанные трусы из её рта и бросил на пол, к остальному мусору. Он достал из тумбы под раковиной новую зубную щётку, открыл её и принялся чистить ей зубы. В конце он обдал её рот холодной водой, а потом, погодя секунду, полил её целиком. Послышался щелчок: Господин присоединил поводок к ошейнику и потянул на себя. Неловко спотыкаясь, Катерина вышагнула из ванной на мягкий коврик. Он принялся её вытирать, внимательно осматривая. Катерина была хороша собой, не слишком полна, не слишком худа. Он никогда не любил худых девчонок. Господин лизнул её живот, а потом ещё и ещё. Этот вкус… ‒ На колени, ‒ приказал он. Катерина тут же повиновалась. Он вновь что – то достал. ‒ Открой рот. Господин вставил Катерине в рот кляп, на конце, который помещался в рот, был большой шар, из – за которого нельзя было закрыть рот. Господин обошёл её, снова взял какой – то предмет и грубо ударил её по ляшкам, тем самым приказывая раздвинуть ноги. На промежность капнула холодная смазка, в ту же секунду во влагалище вошла средних размеров игрушка, к которой был приделан пояс. Там рядом была ещё одна, небольшая, но Господин на секунду задумался и не стал использовать и её. Ему хотелось «попробовать» её задницу с нуля. Ему казалось, что там она девственна. И чуйка его совсем не подводила. Закрепив игрушку на поясе, он повёл её в одну из спален. Катерине было неудобно, холодно, но очень интересно. Господин её не торопил, он лишь ухмылялся, глядя на её старания. В комнате он усадил её вновь на колени и аккуратно заплёл косичку. Он встал и куда – то отошёл. Катерина продолжила сидеть неподвижно. Было слышно, как он расстилает постель. Делал он это медленно, поглядывая на свою игрушку. Господин снял поводок и аккуратно уложил её в кровать, накрыл одеялом и обнял, слегка сжимая ладонью её грудь. Катерина тихо лежала. Она была возбуждена, кляп во рту не позволял ей нормально сглатывать слюну, из – за чего она текла уже по её лицу. Клитор дико пульсировал от возбуждения, так хотелось секса. Но, казалось, хозяин квартиры и не думал что – то делать в эту сторону. Неизвестно, сколько они так пролежали, но Господин, наконец, стал проявлять активность. Он взял Катерину за волосы и стал толкать вниз, к своему члену. Он был уже без трусов, член оказался весьма больше, чем она думала. Господин поводил её губами по своему члену, снял кляп и, не дав даже вздохнуть, насадил её ртом на член. Под одеялом было душно, ещё и очень даже немаленький прибор Господина… Катерине было сложно дышать, слюни стекали по лицу, шее. Господин наслаждался, закатывая глаза. Ему нравилось чувствовать власть, нравилось контролировать партнёршу в постели, ощущать свою вседозволенность и чувство неизвестности у своей игрушки. Насладившись, он стал грубо насаживать её ртом на свой член, делая всё для своего удовольствия. Катерине было неудобно, она не знала куда делать свои руки в наручниках, куда деть ноги. Это ещё больше заводило его. Наконец, он откинул одеяло, сел, скинув её на пол. Быстро, стараясь не потерять ни секунды, он толкнул сидящую на коленях Катерину к стене и вновь засунул в её рот свой член. Катерине всё ещё было неудобно сидеть, а Господин ускорял темп, держа её голову за волосы у стены. Наконец, он стал кончать, засовывая член всё глубже. Катерина стала сопротивляться и вырываться, но у неё это совершенно не выходило. ‒ Держи всё во рту, ‒ он стал медленно вытаскивать член, но Катерина отстранилась слишком быстро. Сперма стала стекать из её рта по шее на грудь. Господин подождал, пока она оправиться. Его лицо выражало недовольство. ‒ Я же сказал, ты всё должна была держать во рту. Господин поволок её в ванную, закинул её туда и стал обдавать холодной водой, промывая её тело и рот. ‒ За любое непослушание тебя ждём наказание. И никаких исключений быть не может. Господин также быстро вытащил её из ванной, высушил полотенцем и, потащил за ошейник обратно. Катерина спотыкалась, но пыталась догнать темп его движения. Они вновь оказались в спальне. Господин закинул свою рабыню на постель, вновь пристегнул к поводку и закрепил за ножку кровати у себя в ногах. ‒ За плохое поведение будешь спать сегодня в ногах. На любой мой приказ ты всегда должна отвечать: да, Господин. ‒ он аккуратно скрутил её сосок и потянул. ‒ Я не слышу. ‒ Да, Господин. ‒ проговорила Катерина и тут же её рот был заткнут тем же кляпом.