о безысходности

…и башка заболит, и заноет проклятый зуб, и зайдется в припадке нервозная сетка вен… на плите в мрачной кухне уж стынет неделю суп, а мне по боку. я в своем черепе — диоген. я смотрел бы годами, как лампочки жгут авто, как подростки ночами включают кальянный рэп. только весь этот бред — уже что-то совсем не то, и смотреть больше не на что — я ведь почти ослеп. много личностей в доме, но я все равно один. много шума — но звуки застыли льдом. и в квартире — не я, тишина старых стен господин, что свой трон отобрал у меня непосильным трудом. я всего, что хочу, не добился бы никогда. я ничтожное чрево, ненужное. и смешно, что в рассудке моем грех пожарищ жует города, а по сути своей ничего там и быть не должно. я болванка, я кукла, я ссохшийся суккулент я герой, я хороший и правильный персонаж, я ужасная гнида, я мразь, я говно, импотент, я ублюдок, не личность — всего лишь дешевый муляж. через месяц экзамены, год — и эпоха ВУЗа. через пять — на работу тащиться во мгле утра. и как было бы славно на время лишиться вкуса и не чувствовать… ноет кусок ребра. и болят заусенцы, что я отодрал зубами. снова стынет башка, снова руки трясет, озноб. если б я не давился своими тупыми мечтами, меня кто-то другой от асфальта уже бы соскрёб. этот стих — ни о чем, ни крупицы новаторской мысли. все, что нового было, я вылил в окно и забыл. мой писательский путь вместо чувств графоманией выстлан, мой никчемный талант атрофировался и прогнил. я, уставший от были, уставший от тяги к жизни, приходя, уходя — припадаю к двери плечом. и пускай в голове так болезненно горячо, и пускай это страшно до жути. не кисни. сам себе говорю, эй, приятель. не кисни. всех уродов сразишь ты огнем и мечом — сам себя растворишь в состояние пыли — доказательство жуткой силы. результат терапии вином — и осколки пустой бутыли.