Часть 1

Он вообще не понимал, как такое могло случиться. Блейд жил ему ненавистную жизнь только с одной мыслью: "он один. Он навеки один и не нужен ему никто". Мужчина искренне был уверен в позиции, что ни один человек в этом клятом мире не сможет заполнить ту пустоту, что чёрной дырой пожирала его мысли. Совершенно не важно, кто это, мужчина или женщина, долгожитель или обычный человек, он никогда не сможет понять всю суть Блейда. Мужчине вообще было всё равно на людей. На всех, кроме одного человека... С самого первого взгляда на неё, с самого первого диалога он понял, что Кафка не обычная девушка. Она не любит яркие платья, не говорит надуманно высоким голосом, не притворяется глупой. О, нет, эта женщина такая, что это ты возле неё себя последним идиотом почувствуешь. Её томный шёпот не только утихамирил мару внутри Блейда, но и ещё занял особое место в его, давно сгнившем сердце. Казалось, что даже если из всего мира пропадут звуки, симфония исчезнет и все станут немыми этот шёпот будет слышно. Томный, успокаивающий... так хотелось услышать его возле самого уха, чтобы он залез в самый мозг, занял там место между извилин и застрял там навсегда и навечно. Хотелось, чтобы Кафка была рядом с ним. Навсегда и навечно. В попытках присвоить эту женщину себе Блейд и не заметил, как сам стал её самым преданным рабом. Он был готов на все, сделать все что угодно, стать кем угодно, лишь бы Кафка под конец всех мучений сказала "молодец, Блейдик", погладила по голове и прошептала что-то на самое ухо. "Блейдик". Ужасное прозвище. Но как же сказать что-то против, когда тебе говорят с это с самой манящей ухмылкой на губах, смотря прямо в душу цепкими глазами? Ему так ужасно хорошо от этого взгляда. Кем вообще нужно быть, чтобы одним взором доводить до тонких мурашек по коже? Блейд чувствовал себя глупым мальчишкой, который влюбился в девочку по старше, когда Кафка впервые поцеловала его прямо в комнате мужчины, в которую безцеремонно завалилась. Целовала она не менее шикарно, захватывала губки в плен, посасывала, иногда даже больно кусала, обвив шею руками. Первое время, казалось бы, взрослый и довольно таки серьёзный Блейд просто стоял как истукан, потому что от этих махинаций, уже точно любимой женщины сходил с ума. —Ну и что это было?—Блейд говорил так, будто глубоко возмущён. Голос был хриплый, не смотря на то, что в голове кажется, впервые за много лет появилась хоть одна радужная мысль. —Да ладно тебе, Блейдик,—в привычной манере отвечает Кафка, ещё сильнее обвивая шею мужчины, чуть ли не повиснув на нём,—как смотреть на меня целыми днями ты горазд, а поцеловать меня не можешь? Застеснялся? Она смеётся, чуть прикрывая веки. Её смех выбивает последнии мысли из головы и без того опьянённого женщиной Блейда. Он знал, что она заметит все эти украдчивые взгляды, но не мог перестать любоваться. Блейд почему-то тоже улыбается. Он кладёт руку на её талию, ведёт чуть вверх, а девушка кажется и не против. Наверное, тормоза отказали у обоих, ведь уже в эту секунду Кафка чуть ли не как хищный зверь набрасывается на него с поцелуем, проникая языком в полость рта. Мужчина уже не стоит как вкопанный, наконец-то с должной реакцией принимая поцелуй, отвечает, крепко обхватывая женственно тонкую талию. Только сейчас почему-то Блейд заметил, что Кафка в более простой, но всё таки изысканной одежде. Обычная рубашка и брюки, вот только духи.. Мужчина помнил, как пахнет женщина, и сейчас запах был иным. Не привычный парфюм, а что-то более цепкое, какой-то сладкий, цветочный запах. Готовилась, что-ли? Но сейчас мужчина не хочет об этом думать. Он может мыслить только о Кафке, что перед ним. Может быть, это из-за того, что у него очень давно не было женщины, он после первого поцелуя начинает представлять, как повалит её на какуе-то поверхность и будет грубо входить в её податливое и нежное тело. Как схватит её за волосы, и будет слушать громкие, но хриплые то-ли стоны то-ли крики, насколько жарко будет им обоим, как в комнате будет не хватать воздуха. Как Блейд будет сжимать её сладкую грудь, разорвав к чёрту одежду, как заставит кончить и кричать в пленительном огразме, когда будет брать женщину и оставлять на её шее засосы. Символы того, что Кафка его, а Блейд её. Они рабы друг друга. Женщина толкает его плечи, усаживая на твёрдую кровать. Наверное, сама Кафка на такой никогда не спала, а Блейд уже привык. Мужчина наблюдает за ней, смотрит на то, как она усаживается к нему на колени, прижимается всем телом. Их губы опять танцуют, извиваются, а Кафка обвивает шею сильнее, как будто хочет задушить. Блейд в свою очередь не стесняясь сжимает ягодицы через ткань брюк. Они отстраняются. Очень резко смотря друг друга, и как будто читают мысли человека на против. Следующий поцелуй на удивление очень нежный. Слишком нежный как для Кафки как и для Блейда. Если секунду назад они рвали друг друга в страсти, то сейчас были как школьники, которые дорвались друг до друга, аккуратно исследуя полость рта партнёра. Кафка отрывается с лёгким причмоком, нежно целует в уголок губ и валит на кровать, на мягкие подушки. Блейд резко вздыхает, женщина ложиться сверху, ему на грудь. Она не слышит биения сердца, но почему-то, ей очень тепло. —Спокойной ночи, Блейдик. Она закрывает глаза. —Сладкий снов, Кафка. Блейд зарывается носом в её волосы.