Старый знакомый

      Сказать по правде, Френки крайне явственно казалось, что он в полном дерьме. Это выражение в самом деле до поразительного точно отражало его нынешнее душевное состояние. Начиная с момента безуспешных поисков Робин на той оживленной улице, до нынешнего дня (спустя примерно двое суток) он все не мог отделаться от ощущения собственной беспросветной тупости. То была ситуация, когда спустя время ты прекрасно осознавал, насколько легко можно было бы предотвратить недопонимание, и от того лишь больше загонял себя в мрачные раздумья.        Френки сам себе не мог ответить на вопросы: почему ни разу за все время общения с Робин не рассказал о существовании своей племянницы? Хотя так Чимни любил и гордился всеми ее успехами. Почему не рассказал, что она приехала в город погостить у их общих родственников, хотя прекрасно это знал? Почему не попытался сразу же связаться с Нико - позвонить или хотя бы написать, - хотя осознавал еще тогда, в чем причина такого странного поведения девушки? Все эти вопросы так и крутились в его голове, не давая спокойно спать по ночам, да и нормально существовать в принципе, без желания залепить себе ладонью по лицу.        Особенно явственно Катти Флам осознал свою главную ошибку - промедление - когда заметил, что находится у Робин в блоке. Это казалось столь странным - видеть, что дорогой сердцу человек сознательно пресек основной, в наше время, способ общения. При этом еще и осознавая, что в сущности ты ничего плохого не сделал, и проблема вся лишь в недопонимании. Просто как теперь это самое недопонимание устранить - вопрос уже со звездочкой.        Первый приходящий на ум вариант - передать сообщение с объяснением через знакомых, слава богу с количеством нужных общих друзей проблем не было совсем. Но как быстро эта идея пришла на ум Френки, так же быстро он ее и отверг. Содержание того самого сообщения предполагалось достаточно личным, из-за чего вовсе не хотелось показывать его другим, пусть и близким людям. Кроме того, Катти Фламу казалось, что куда лучше будет объяснить все лично, а не прибегая к помощи посредников.         Но ведь и о личной встрече надо договариваться. А сделать это было опять таки непросто в силу того, что в нужном чате все еще висело столь неприятно отдающее обидой: „пользователь @Miss.All.Sanday. заблокировал вас“. Караулить Робин под дверью ее подъезда для Френки показалось чем-то уж слишком криповым, потому за помощью он обратился к Нами. Та, к слову, была осведомлена о всем произошедшем, но была явно заинтересована услышать данную историю уже со стороны Френки.        Узнав, что в сущности все это лишь глупое недоразумение, Нами бросила короткое: «Так я и думала». Она в самом деле подозревала, что Катти Флам не мог оказаться таким уж подонком, и Робин в какой-то мере просто себя излишне накрутила. Вместе с тем, Френки поспешил объяснить: @Suuuupeer_Frankie Я собственно почему все это рассказываю. Я хочу как можно скорее рассказать обо всем Робин и помириться, но она меня заблокировала. Так что я бы хотел встретиться с ней вживую       Но не успел парень попросить Нами передать его сообщение по поводу встречи, как опять вынужден был почувствовать себя севшим в выгребную яму.  @Gold.Orange_[Nami] Слушай, тут такое дело.. Робин сейчас не в городе. Она уехала к дяде на пару недель       Френки в самом деле при этих словах впал в ступор. Где-то внутри он сразу понимал, что прийти к соглашению и вновь наладить связь будет не так просто. Дело лишь в том, что представлял он себе совсем другие проблемы. Например, что Нами будет всецело поддерживать Робин в данном вопросе и не захочет даже и слушать Френки. Или что она не захочет служить почтовым голубем между этими двумя. Или уже сама Нико откажется идти на контакт, полностью уйдя в свою обиду. Но вот что девушки вдруг банально не окажется в городе - об этом Френки почему-то не подумал. Хотя именно теперь ему все припомнилось: да, у Нико и правда есть дядя, который буквально вырастил девушку. Она кажется и упоминала как-то, что собирается совсем вскоре, в этом месяце, съездить в свой родной город и навестить родственника.        Френки нервно отбросил телефон подальше и запустил пальцы в волосы, массируя черепушку. Теперь мозг заново обрабатывал информацию, пытаясь придумать новые пути решения проблемы. Конечно, можно было бы дождаться возвращения Робин обратно. Но Катти Флам не был совсем уверен, что сможет продержаться столько дней.. 

***

      В то утро Робин проснулась абсолютно разбитой. Было ощущение, как будто все прошлые сутки она пахала в поле или на заводе, а потом прилегла буквально на пару часов, как уже прозвонил будильник. Ещё вчера вечером, находясь в самом неприятном душевном состоянии, Нико долго не думая, купила билеты на поезд к дяде. К счастью девушки, тот как раз пару дней назад наконец вернулся из командировки, поэтому они могли встретиться и провести время вместе. Как настоящая семья. Робин очень этого не хватало.        Еще и появился повод уехать подальше от одного человека. Нико злилась, но куда больше она ощущала жгучую обиду, грусть и боль. Еще вчера вечером, заливаясь слезами и безвозвратно портя свой красивый макияж, она хотела было написать что-нибудь язвительное Френки, но вовремя себя осадила. Где-то в глубине души она все таки прекрасно осознавала, что Катти Флам не сделал чего-то уж сильно плохого. Но Робин чувствовала себя такой обманутой и обведенной вокруг пальца, что аж противно. Поэтому, дабы хоть немного выместить эмоции, она без колебаний заблокировала парня. Да, может она и вела себя по-детски, но в тот момент над её разумом полностью преобладали эмоции. Ей совсем не хотелось что-то анализировать, так что в пределах разумного она делала все по велению сердца.        А сердце её просило покоя и уединения. Нико знала, что долго у неё злиться не получится, но первое время ей правда хотелось побыть одной. Уехать из такого давящего и душного, большого города, вновь очутиться дома. Она желала оказаться в родных с детства местах, отпустить наконец все заботы и печали. Первое время она обязательно не будет ни о чем думать и переживать, потом расскажет все важные (и не очень) новости дяде, и наконец обратит свои мысли к Френки. Может, посоветуется с Аокидзи-саном на этот счет. Но все это позже, сначала - сутки на поезде и долгожданная встреча с дядей, прогулка по родному городу.        Сборы прошли не слишком быстро. Нико брала с собой немалое количество вещей, так как в родном городе она оставила совсем уж видавшую виды одежду. Еще и предусмотрительно захватила с собой некоторые гостинцы для дяди. Робин обвела глазами квартиру, как бы прощаясь на некоторое время. Захлопнув и закрыв дверь, девушка наконец спокойно выдохнула. Она наконец едет домой, что может быть чудеснее? В этот момент Нико была по настоящему счастлива. Да, где-то на душе скребли кошки из-за ссоры с Френки, но сейчас это казалось не самым важным. Некоторое волнение перед дорогой и предвкушение встречи с дядей перебивали все остальные ощущения.        Уже находясь в вагоне поезда, мысли о нем вновь начали нагонять Нико. Она по максимуму отмахивалась от них, думая что все из-за того, что в дороге делать было особо нечего. Решив поскорее занять чем-то ум, она достала из рюкзака заранее припасенную на такой случай книгу. На первое время этого хватило - книга оказалась крайне интересной, речь в ней шла о складывании традиций празднования Рождества в разных регионах Франции. Вместе с тем, Робин вспоминала как праздновала каждый Новый Год вместе с дядей, как безгранично любила этот праздник. Все приятные моменты и воспоминания из детства вновь затопили сердце Нико, и она ещё долго мечтательно смотрела в окно, улыбаясь разным глупым мелочам, что приходили ей на ум.        Своим чередом поездка на поезде, что со стороны всегда кажется несколько долгой, пролетела крайне незаметно. Робин читала, думала и мечтала, спала, пару раз поела, да и очутилась на месте, при взгляде на которое так и щемило сердце. Это был единственный железнодорожный вокзал во всем её небольшом родном городе, так что знала она его отлично. Что ж, с момента её последнего визита совсем мало что изменилось. Может, где-то немного обновили краску на скамейках или наконец заделали уже давно всех раздражающую дыру в асфальте, но свой общий привычный облик вокзал сохранил. Нико облегчено выдохнула, будто в самом деле думала, что могла бы не узнать это место, или оно так уж сильно бы изменилось.        Еще из окна поезда девушка успела мельком взглянуть на платформу и увидеть пожалуй самого дорого ее сердцу человека. Поэтому доставала с полок сумки и надевала кофту она в волнении от совсем скорой встречи. Легко спрыгнув с последней ступеньки и наконец распрямив спину, уже стоя на твердой земле, Робин в нетерпении оглянулась по сторонам. Дядя не заставил себя ждать - призывно помахал Нико, отзеркаливая её абсолютно счастливую улыбку. Девушка, хихикая, поскорее направилась в его сторону, чуть ли не припрыгивая от переполнявших её эмоций. Наконец поравнявшись с Кудзаном, она небрежно бросила сумки на асфальт и заключила дядю в теплые и крепкие объятия. Как будто 10 лет не виделись, честное слово.        — Ну что, как добралась? - поглаживая Робин по голове, спросил Аокидзи, - Ох, ты как будто ещё больше выросла. Скоро выше меня ростом будешь!        Нико лишь прыснула в кулак от такого заявления. Это она-то перерастет Кудзана? Нет, ясное дело, что среди остальных девушек Робин и правда могла похвастаться высоким ростом, но вот ее дядя был почти двухметровой шпалой.        За спокойным, но крайне содержательным диалогом, Нико с дядей поехали домой. Робин рассказывала о всех событиях, что произошли с ней за время первого курса в университете, так как последний раз они виделись вживую лишь прошлым летом. Вместе с тем, девушка внимательно изучала взглядом до боли знакомые улицы и проспекты своего небольшого, но столь родного города. Что ж, её крайне успокоило то, что за время отсутствия Робин и вправду мало что изменилось. Разве что появились пару новых многоэтажек, что смотрелись несколько неуместно на фоне совсем невысоких, а иногда даже и частных домов. Но это ничего, город ведь должен развиваться.        Проехали и школу Нико, в которой ей посчастливилось проучиться все 11 лет. Взгляд как-то сам зацепился об это пошарпанное и уже видавшее виды здание. Чувства оно приносило противоречивые, вроде и ностальгию по беззаботному детству, но с ней и боль, что причиняли Робин наполнявшие то заведение люди. Девушка лишь помотала головой из стороны в сторону, будто пытаясь выкинуть оттуда все ненужные мысли и переживания. Да и разве сейчас время об этом беспокоиться? Совсем скоро она окажется в любимой, уютной и такой родной квартире, что школа вовсе не стоит её внимания.        Машина неспешно подъехала к свеже-покрашенному зданию и припарковалась. Робин, в очередной раз сладко потянувшись, полезла в багажник за вещами. Но дядя уже успел опередить ее, взвалив на себя обе нелегкие сумки.       — Еще позволишь позаботиться о тебе? - искренне улыбаясь проговорил Кудзан, - Как же ты все таки выросла..        — Дядя, ну мне ведь уже давно не пять лет, я и сама в состоянии поднять сумки. А вот тебе нужно спину беречь, сам ведь говорил!        — Ничего не хочу слышать! Могу я хоть день поухаживать за любимой и единственной племянницей? Вот уедешь обратно на свою учебу, и будешь таскать тяжести сколько влезет. - веселым, но не терпящим возражений тоном сказал Аокидзи, - Хотя лучше бы этим за тебя занялся какой-нибудь парень..        Робин сразу поняла, к чему вдруг начал клонить ее дядя. Стоит сказать, что Кудзан никогда не ограничивал девушку ни в выборе друзей, ни в выборе спутников жизни. Дело лишь в том, что последних у Нико в общем и целом не наблюдалось, что иногда даже расстраивало Аокидзи. Сначала, конечно, он чувствовал скорее облегчение и спокойствие, что никакие придурки не пытаются приставать к его племяннице. Но позже и вовсе заметил, что ни про хороших, ни про плохих парней Робин не говорит ни слова. Зато об учебе она могла рассказывать сколько угодно, в особенности про историю. Шли годы, и Кудзана это начало несколько напрягать. И он переживал не только потому что не хотел остаться без внучатых племянников, но и беспокоился о моральном состоянии Робин. Все таки в этом ведь и была вся прелесть молодости! Отрываться на тусовках, засиживаться допоздна или оставаться у друзей на ночь, крутить романы и все такое. Но вот Нико была этого лишена, и видимо не особо по этому поводу волновалась. По крайней мере искусно делала вид.        В один из вечеров у них все же случился разговор по душам, в котором Робин и поделилась некоторыми душевными терзаниями с дядей. Что она мало кому может и хочет доверять, из-за чего друзей у нее было и не густо. Кудзан по максимуму пытался убедить девушку, что она лишь натыкалась на не тех людей, но видел, что особо эффекта на нее эти слова не имеют. Но тут Аокидзи в голову пришел несокрушимый аргумент: Нико ведь уже скоро собиралась поступать в другой город, а это самая лучшая возможность познакомиться с новыми и наверняка приятными людьми. Все же прослойка общества в более большом городе отличалась, так что кто знает, может это пойдет на руку девушке? Робин примирительно пообещала дяде, что будет очень стараться познакомиться с кем-нибудь и вообще наладить связи на новом месте. Кудзан был крайне доволен таким исходом, так что в будущем ждал от племянницы радостных известий.        И ведь они правда появились. Сначала Нико обрадовала его, что она начала общаться с одногруппниками и подружилась с парой девушек из университета. Потом произошло небольшое затишье, и Нико вдруг рассказала, что влилась в компанию крайне хороших и приятных ребят. Ох, как их там.. Мугивары, кажется? Причудливое название, но раз Робин о них такого высокого мнения, значит переживать не стоит.        Видимо новость о столь крепких дружеских отношениях племянницы сильно приободрила Аокидзи, раз уж он решил и про парней разговор завести. Ну а что, ему и правда все казалось крайне логичным: друзей себе Робин нашла, может и молодого человека тоже? Просто не успела или постеснялась ему рассказать.        — Не завела там себе еще кавалера? - спросил Кудзан. И пусть в голосе его слышен был смех, будто он спросил это случайно и невзначай, на самом деле мужчина с особым вниманием приготовился слушать ответ.        Робин, готовая услышать нечто подобное, тем не менее на секунду замялась, не очень понимая, что же ей сказать. Вроде ни с кем официально она не встречалась, хотя претендент был, хотя они поссорились.. Да и вообще, Нико хотела по максимуму не думать о нем и просто насладиться родным домом и временем с дядей. А тут такие вопросы.        — Ну, как бы тебе сказать.. - Нико неловко почесала затылок, тщательно подбирая слова. В итоге самым правильным решением для нее стало не юлить, - Мне вроде как симпатичен один парень, но у нас с ним сейчас все сложно. Не знаю, вообщем. - Робин выдавила смущенную улыбку.        — Ох, вот оно как. - дядя понимающе покивал, - Ладно, сейчас за чашечкой чая все поподробнее расскажешь. Кстати, я спек твои любимые косички.        Напрягшаяся было Робин тут же счастливо улыбнулась. Какой бы ее диалог сейчас не ждал, перед глазами появились вкуснейшие косички из слоенного теста. Дядя умел печь их так вкусно, как пожалуй никто на планете. Еще и начинки обычно делал разные: сладкие, с маком или корицей, или наоборот более сытные, с ветчиной и сыром. У проголодавщейся Нико тут же призывно заурчал живот, предвкушая предстоящую трапезу. Затащив все сумки на второй этаж, Робин с Кудзаном наконец сели за стол. Аокидзи поставил перед племянницей манящие приятным запахом косички и ее любимый черный чай со свежей мятой, после чего и сам уселся на стул напротив.        — Ну, рассказывай.  

***

      Робин с облегченным выдохом опустилась на свою кровать. Не самая легкая дорога на поезде, а следом еще и выматывающий и долгий разговор с дядей окончательно высосали из нее все силы. Да и день уже потихоньку подходил к концу - за окном догорал закат. Кудзан еще вчера заботливо поменял постельное белье девушки на свежее, так что все что от нее требовалось, это собрать волю в кулак, сходить в душ, расправить кровать и спокойно ложиться спать. И пока дядя первым занял ванную (со словами: «уж извини, дорогая, но ты у меня копуша»), Нико рассматривала свою комнату. Она почти не изменилась за этот год. Дядя, как и обещал, не стал ничего разбирать или переклеивать. Все стены были увешаны различными плакатами, вырезками из исторических журналов и газет. Полки все так же были сплошь уставлены книгами всех форм, цветов и размеров. На окне цвели любимые домашние растения Робин, которая облегченно выдохнула, увидев что дядя все же позаботился о них. Рабочий стол, весь в уже не отмывающихся подтеках кофе, был так же уставлен цветами, книгами и различным барахлом. У изголовья кровати все еще висел ловец снов, что Нико как-то раз смастерила в творческом порыве. Здесь же красовались рукописи Египта - иероглифы Робин самостоятельно выводила прямо на обоях, классе в пятом, словив очередной острый приступ интереса к истории этой древнейшей страны.        Робин невесомо провела пальцами по причудливым изгибам на обоях, как любила делать в детстве перед сном. Она в очередной раз глубоко вздохнула, ощущая особый, ни с чем не сравнимый запах этого места. Находясь здесь в этот момент, накормленная любимой дядиной стряпней, уложенная в немного скрипучую, но удобную кровать, осматривая до боли знакомый интерьер, Нико будто и забыла на время, что она вообще уезжала отсюда. Будто никакого другого города, универа, новой квартиры, поменявшегося окружения и так далее просто не было. Так, какой-то сон, вполне себе не дурной, но и реальностью не являющийся. За стеной дядя чистит зубы и насвистывает себе под нос какую-то мелодию. Разве существует жизнь, кроме этой?..        Но не успела Робин совсем погрузиться в грезы и ностальгию, как ее телефон призывно прогудел, извещая о новом сообщении. Ах, точно! Она ведь еще несколько часов назад должна была отписаться Нами, что она доехала и все в порядке. Ну, дырявая бошка. Быстро пошарив в своей сумке, Нико выудила из неё телефон. Отписавшись Нами, что все чудесно, Робин уже начала расправлять кровать.        Завершив все водные процедуры, девушка наконец легла в постель. Она планировала дочитать сегодня ту книгу, что начала в поезде, но весь этот день настолько вымотал Нико, что никаких физических и моральных сил на это уже не было. Опустившись на подушку и закрыв глава, Робин погрузилась в долгий и крепкий сон. 

***

      На следующий день дядя запланировал совместную прогулку по городу. К счастью, для такого вида времяпровождения все было устроено как нельзя лучше - повсюду были большие, зеленые парки с прудами, уточками, цветами, ларьками со всякими вкусностями и так далее по списку. Именно из-за наличия всех этих зеленых зон, плавно переходящих из одной в другую, город не создавал ощущение бескрайних бетонных джунглей. Так что даже и дышать тут было легче, и шум машин не так мешал. Благодать, что еще сказать.        Проснувшись утром, Робин осторожно разлепила глаза. Первые пару секунд Нико все не могла сообразить, где же она вдруг оказалась? Но замешательство после сна длилось недолго. Совсем вскоре нахлынули теплые воспоминания вчерашнего дня, так что Робин лишь вновь обвела стены своей старой комнаты глазами. Она проснулась бодрой и в крайне хорошем расположении духа, так что девушка ловко вскочила с кровати и направилась в гостиную - узнать, встал ли уже дядя.        Кудзан и правда уже встал - это было заметно по свежеприготовленным и заботливо накрытым салфеткой оладьям, что ожидали появления Робин на кухне. Да и заглянув мельком в спальню дяди, Нико увидела, что кровать его уже заправлена. Но лишь девушка сунула голову в дверной проем гостиной, как узрела Аокидзи мирно сопящим на диване с книгой в руках и очками на кончике носа. На Робин вдруг вновь нахлынули воспоминания из детства, когда дядя в абсолютно такой же позе мог заснуть в любое время дня. Нико всегда очень это забавляло, так как Кудзан в такие моменты погружался в на удивление крепкий сон, из-за чего девушка могла позволить себе немного пошкодить. Вот и сейчас Робин заговорщически улыбнулась сама себе, задумав одну безобидную шалость. Она нашла в своих старых вещах завалявшуюся подводку и поспешила обратно в гостиную. Осторожно сняв с дяди очки, Нико принялась самозабвенно выводить у него на лице всякие каракули. Пририсовала усы, как у кота, сделала кривущие стрелки, густую монобровь и бороду. Точкой в этой маленькой пакости стала большая темная родинка над верхней губой мужчины, все так же нарисованная подводкой. Наконец, поднявшись от лица дяди, Нико довольно осмотрела свое творение, сделала пару селфи, тихо хихикая, и абсолютно удовлетворенная своей детской выходкой пошла завтракать.        Где-то на середине трапезы в кухню вошел Кудзан, сонно почесывающий свои пышные кудри.        — Доброго утра, Робин. - поздоровался дядя и уже хотел было сказать что-то еще, но именно в этот момент уловил свое отражение в оконном стекле, находящимся как раз на уровне его глаз. Аокидзи на секунду непонимающе возрился на своего двойника, а потом быстро переключил внимание на Нико, что безуспешно пыталась сохранить невозмутимый вид.        — Доброго, кхм-хм.. дядя.. хихи. - поймав на себе негодующий взгляд Кудзана, Робин все же не сдержалась и разразилась громким хохотом. Давно она так искренне и самозабвенно не смеялась. Весь этот „макияж” вкупе с недовольным дядиным лицом производили такой юмористический эффект, что удержать серьезное выражение лица было нереально.        — И это тебя-то я вчера взрослым человеком назвал? - уже весело вздохнул Аокидзи. Несмотря на его недовольное с виду лицо, его очень радовало, что Нико все же не потеряла внутреннего задора, что она еще способна смеяться из-за мелочей и совершать такие детские шалости, - Что ж, если я останусь в таком виде, - мужчина очертил пальцем в воздухе свое лицо, - ты, чего доброго, еще подавишься тут. Так что я пойду смою сие художество.        Наконец отсмеявшись и утерев выступившие слезы, Робин обработала сказанное дядей. Ей пришла мысль, что вероятно подводку обычной водой смыть будет несколько проблемно, а средства для снятия макияжа дядя вряд ли держит у себя под рукой. Так что глотнув чая, Нико решила дать Кудзану свою мицелярную воду, которую она предусмотрительно взяла с собой из дома.        Робин достала нужный флакон из сумки и уже направилась в сторону ванны, совсем не замечая, что дядя подозрительно притих. Нико ушла в собственные мысли, поэтому ответная шалость от Аокидзи стала в разы эффектнее. Девушка удивленно хлопала глазами, облитая целым ковшиком воды из-под крана. Она перевела непонимающий взгляд на хихикающего дядю, который и стоял с тем самым ковшиком, притаившись у стены. Улыбаясь, Робин покачала головой:        — Мне кажется, мы друг друга стоим.        — Тебе не кажется, дорогая. 

***

      К неудовольствию Нико и Кудзана, солнечная с утра погода уже к обеду кардинально изменилась. Все небо заволокло темными тучами, что угрожающе нависли над всем городом и готовы были в любой момент излиться на землю ливнем. В дали сверкали молнии и иногда подкатывал еще далекий гром, но вся эта свистопляска неумолимо приближалась. Вообщем, в связи с погодными условиями, прогулка по паркам была отложена до лучших времен. К счастью, дядя взял отпуск по случаю приезда племянницы, так что отправиться бродить по городу они могли в любой удобный день. Сама Робин даже любила дождливую погоду. Ведь именно в такие моменты было невероятно приятно и комфортно сидеть с чашкой горячего чая, есть косички из слоенного теста и читать книгу, иногда поглядывая на стекавшие за стеклом капли дождя.        Так, вялотекуще, день начал клониться к вечеру. Гроза уже отсверкала свое и ушла дальше в поля, но мелкий дождик все продолжал моросить. И вот, в момент когда сумерки уже опустились на город, Кудзан вдруг постучался в комнату Нико:        — Робин, могу я тебя отвлечь на секунду? У нас тут хлеб с молоком кончились, не сгоняешь по-молодецки в магазин? А то он закроется через полчаса.        — Да-да, конечно, я схожу. - без особо энтузиазма, но все же покивала девушка, - только хлеб и молоко, больше ничего не надо?        — Можешь еще муки прихватить. Деньги на тумбочке. - кудрявая голова дяди вновь пропала за дверью.        Пусть желания выходить на улицу не было от слова совсем, Робин считала своей обязанностью оказывать всякого рода помощь Аокидзи, так что без колебаний принялась натягивать на себя джинсы и толстовку. Особо о выборе одежды она не парилась - дорога до магазина у дома займет всего пару минут, да и наряжаться тут не для кого. Зонтик она тоже решила не брать - Нико бы больше времени потратила на складывание и раскладывание самого зонта, чем на дорогу до магазина. Еще и на улице был вовсе не ливень, так что чуть промокшая одежда бы никому не повредила.        Прихватив с собой наушники, Нико отправилась за покупками. Закрыв за собой дверь, Робин пару раз прокрутила связку ключей на пальце, размышляя при этом, как давно она ими не пользовалась. Спускалась по лестнице девушка уже включив какой-то меланхоличный трек из своего плейлиста. Настроение под вечер у нее было примерно такое же, что и у песни. Да и вся Робин была какой-то неприятно озябшей, уставшей и сонной, как часто бывает в такие пасмурные дни. Потому она торопилась как можно скорее купить все нужное и вернуться в уютную квартиру.        Но Робин и подозревать не могла, что все эти пару дней, что она умиротворено проводила дома с дядей, один человек из прошлого был прекрасно осведомлен о ее возвращении. И человек тот был вовсе не приятелем или хорошим знакомым, наоборот - он уже много лет хранил старую, детскую обиду и вынашивал план мести. И вот, наконец ему подвернулся крайне удобный шанс свести с Нико старые счеты.        Робин спокойно шла средь потрепанных жизнью гаражей-ракушек, ведь именно через них пролегал кратчайший путь до магазина. Потрескавшийся асфальт под ногами освещали уже включившиеся фонари, а само место было привычно безлюдным. И вот, обходя одну из луж, Нико приблизилась к проходу между парой гаражей. В этот момент пред ней мелькнула тень, и в следующий миг девушке уже зажали рот и оттащили в тот самый проход. Руки Робин предусмотрительно свели за спину и крепко сжали, чтобы в первое время она не смогла дать отпора или сбежать. Нико в ужасе пыталась кричать, но из зажатого рта вырывалось лишь глухое и еле слышное мычание. Она в страхе крутила головой во все стороны, пытаясь понять, кто ее вообще похитил? Глаза успели выцепить лишь темный силуэт в капюшоне и маске, скрывавшей нижнюю половину лица, из-за чего опознать нападавшего было нереально.        Наконец стало ясно, что нападавший вовсе не один, а их как минимум трое. Первый все еще крепко сжимал руки Робин у нее за спиной, второй стоял где-то сбоку, закрывая неширокий проход между гаражами от чужих взглядов, а последний расположился прямо напротив Нико, надменно смотря в ее глаза, где плескался неподдельный ужас в перемешку с гневом. Наконец, он подал голос:        — Ну здравствуй, Нико Робин. - эти глаза и голос вызывали у девушки крайнее отторжение, но вместе с тем она ощущала, что этот человек ей смутно знаком, - Неужели не узнала? Что ж, ты всегда ставила себя выше других. Не удивлюсь, если в глубине души ты считала каждого человека, кроме себя любимой, просто жалким, копошащимся под ногами червем. - все эти слова вылетали из его рта с такой ненавистью и остервенением, будто Нико и в правду была чуть ли не врагом народа. Услышав эту гневную речь, девушка все больше начала догадываться, кто же вскрывается под черной маской. Все стало совсем прозрачно, когда парень все же снял свою маскировку и смачно плюнул под ноги Робин. Он поднял на Нико изменившееся, повзрослевшее, но все же до боли знакомое и до сводящих зубов ненавистное лицо.        Это был Спандам.        Кто бы мог подумать, но именно он единственный из всего прошлого Робин так и не повзрослел ментально. Он все еще держал старые обиды на девушку глубоко в себе, и ни на момент не покидало его желание мстить за нанесенное Нико оскорбление. Мало того, что эта чертовка смела его игнорировать или высказывать колкости, она еще и дралась с ним, а в последнюю стычку и вовсе сломала ему нос. Тогда эту ситуацию спешно замяли, но Спандам был очень недоволен таким исходом. Он считал, что Нико достойна была наказания, а она даже извинений ему не принесла! Эго парня было растоптано в пух и прах.        Потому он терпеливо ждал, пока Нико вновь окажется в родном городе, где сам Спандам, не без помощи влиятельной родни, но получил определеную власть. Теперь уже при „мести” самого Спандама над Робин дело можно было без проблем замять, чем парень и собирался воспользоваться.        — Знала бы ты, как же жалко сейчас выглядишь. - Спандам приблизился почти вплотную к лицу Робин, все так же выплевывая слова. - Все такая же молчунья, как и раньше? - он притворно сладко улыбнулся, после чего последовал первый прицельный удар под ребра. Девушка сдавлена вскрикнула, так как рот ей больше не зажимали. Согнувшись пополам, она все же выдавила из себя:        — Чего же ты.. хочешь?..        — Чего хочу? Оо, тебе в самом деле интересно? - Спандам больно сжал подбородок Робин в своих пальцах, приподнимая лицо девушки, чтобы в очередной раз надменно посмотреть ей в глаза. - Всего лишь немного помучить тебя. Ты ведь так любила этим заниматься, нос мне сломала, оставила столько синяков и царапин, у меня даже шрамы есть. Пора платить по счетам. - голос его вдруг стал до страшного спокойным.        Поняв, в какой жопе она находится, Робин начала судорожно искать пути решение ситуации, хотя прекрасно понимала, что против трех мужчин шансов не имеет. Она бы вовсе не удивилась, узнав что у них и оружие при себе имеется. И в случае чего они не побрезгуют использовать его против девушки. Потому перед очередным замахом со стороны Спандама Нико лишь резко извернулась, зарядив коленом в пах парня, из-за чего он согнулся пополам и начал шипеть маты, схватившись за раненое место. Больше Робин обороняться не дали. Вскоре хватка на руках еще больше усилилась и Нико почти поставили на колени, чтобы и ноги она использовать не могла. Девушка конечно сопротивлялась изо всех сил, но двое приспешников Спандама были в разы сильнее.        Сам Спандам наконец пришел в себя после нанесенного удара и распрямился, почти сразу схватив Нико за волосы и с силой сжав. Если до этого он старался выглядеть угрожающе-спокойным, то теперь он был в ярости и готов был сорваться в любую секунду. Он смерил Робин ненавистным взглядом, и она ответила ему тем же. Пусть Нико безумно сильно боялась, ведь не понимала до конца, насколько далеко Спандам вообще способен зайти, но усиленно делала вид, что вовсе не напугана.        За игрой в гляделки последовал четкий удар в челюсть, рассекший нижнюю губу Робин. Она судорожно провела языком по всем зубам, проверяя не выбит ли один из них. Колени все промокли из-за стояния на грязном, мокром асфальте. Участок под ребрами мерзко саднил, пострадавшая губа стремительно опухала и продолжала кровоточить, когда еще один удар, уже ногой, пришелся в предплечье. Нико пошатнулась и чуть не завалилась на бок, но все же удержала равновесие.        Пока ее не отмутузили до потери сознания, Робин предприняла еще одну попытку выбраться из железной хватки. Собрав все оставшиеся силы в кулак, она резко дернула руки в разные стороны, и на секунду даже получила свободу. Правда продлилось это недолго, так как взбунтовавшуюся девушку тут же помог приструнить второй мужчина из шайки Спандама, что стоял на шухере.        Робин обреченно опустилась обратно на колени, уже почти не сопротивляясь. Она не плакала, хотя все тело ужасно болело, а разум охватывала безысходность от осознания ситуации. Нико закрыла глаза, пытаясь собраться с мыслями и стараясь просто убедить себя, что рано или поздно это кончится. Она уже почувствовала, что Спандам в очередной раз замахнулся ногой для удара, потому вся сжалась, стараясь защитить живот. Но нога Спандама будто в недоумении остановилась в воздухе, когда тишину летнего вечера разрезал возглас:       — Эй вы, обмудки, отпустите ее!        Услышав знакомый голос, Робин шокировано раскрыла глаза. Последнее, что она успела увидеть перед тем, как отключиться из-за страха и боли, были ярко-синие волосы.