Часть 1

У Джинни десять минут до отбоя. Десять минут, чтобы успеть добежать до безопасной гриффиндорской башни из Больничного крыла и не попасться кому-то из Слизерина. Только десять минут. Она не обращает внимания на ноющее ребро и рассечёную губу, с которой капает кровь. Не имеет права обращать, потому что под складками мантии она прячет так много лекарств, которые нужно донести до башни. И в первую очередь, обезболивающее для Невилла. Он целый день мучается от Круциатуса и не может связать и слова. Это была огромная удача для Джинни - попасться на отработку у директора Снейпа. Он отправил её к мадам Помфри убирать Больничное крыло, и милая Поппи украдкой от шатающихся прихвостней Крэбба и Гойла передала ей целое богатство для Отряда Дамблдора. С начала войны Джинни долго проклинала себя за то, что не училась целительским чарам или зельям. Сейчас они были нужны как никогда, а кроме Невилла и Ханны никто из них не разбирался в достаточной мере в Знахарстве. Джинни не раз обкрадывала кладовую Слизнорта, чтобы забрать нужные ингредиенты. Она умела только драться и пускать проклятия. Хотя, как оказалось, и это она делала не так хорошо, раз перед тем, как попасть к мадам Помфри, она отбивалась от свиты Гойла. Эти четверо детин обступили её со всех сторон. Если бы не директор... Джинни бы не отделалась задетым ребром и разбитой губой. Она торопливо заворачивает за угол и надеятся на то, что там не будет никого, кто мог бы помешать ей. Джинни ошибается. Из полутьмы факелов выходят две фигуры, преграждая ей путь. Сначала она видит поблёскивающие значки старост рядом с вышитыми гербами Слизерина на чьих-то жилетках. И ей не нужно смотреть фигурам в лицо, чтобы понять - перед ней Астория Гринграсс и Драко Малфой. Они действительно стали старостами в этом году. Парень и девушка холодно смотрели на неё и не подавали хоть малейших признаков жизни. Было ли дело в освещении, или в том, что Джинни мерещилось от недосыпа, но слизеринцы казались восковыми. Мёртвыми. Будто два призрака, маячили перед глазами. Джинни начала аккуратно доставать палочку, готовясь к бою. Гринграсс не выглядела бойцом, к тому же, была ниже Джинни, а Малфой всегда был трусом. Она должна хотя бы отбиться от них, чтобы сбежать. Хорёк, как назло, замечает движение её руки и кривится. Он мягко уводит за свою спину Гринграсс и угрожающе шипит: - Только попробуй, Уизли. Никто не собирается на тебя нападать, дура. Джинни отскакивает от него. Сейчас она напоминает дикую лису, готовую защищаться. Слизеринка в этот момент хватает Малфоя за плечо. - Прекрати, Драко. Он послушно отступает. Странно видеть, чтобы этот платиновый засранец слушал хоть кого-то. Они стоят так пару минут. Джинни теряет драгоценное время до отбоя. Наверняка эти двое хотят, чтобы она задержалась и её вновь наказали. Чёртовы слизеринцы. Наконец Гринграсс безучастно спрашивает: - Кто тебя так, Уизли? - Тебе какое дело? Малфой фыркает и ядовито замечает: - Наверняка друзья Гойла. Кто ещё бы решил испортить её милое личико. На фамилии Гойла Гринграсс заметно вздрагивает. Говорит: - Мы проводим тебя до твоего общежития. Вперёд. Джинни соображает всего несколько секунд. Если они хотят завести её куда-то и там поиздеваться, то они ещё не знают, какую опасность она может представлять. Перечить старостам Слизерина точно не пойдёт ей на пользу. А их компания вполне может отогнать от неё других мудаков с факультета Салазара. Джинни стала много ругаться в этом году. И ей не было стыдно перед мамой. Она идёт впереди, пока шаги этих двоих раздаются у неё в голове набатным колоколом. Ещё несколько лестниц и пролётов и она в безопасности. Ещё немного. Шаги Гринграсс сбиваются и Малфой обеспокоено шепчет: - Тебе плохо? Что такое с Гринграсс? Она выглядела даже хуже Малфоя. Тихий голос девушки потерял все краски, но она возражает Хорьку: - Успокойся, я в порядке. Наконец они перед портретом Полной Дамы. Джинни слышит, как слизеринцы уходят обратно. Она оборачивается, смотря на шатающуюся фигуру Гринграсс, взявшую Малфоя под руку. Джинни громко окликает их. - Спасибо, что проводили. Гринграсс оборачивается и устало кивает ей. Старосты пропадают в темноте коридора. *** Джинни идёт с урока Флитфика. Она старается заходить только в те коридоры, где не было бы неприятных ей личностей. Слизеринцев. Кэрроу. Пожирателей. Она уже хочет пройти мимо приоткрытой двери кабинета Нумерологии, но улавливает чей-то приглушённый плач. Джинни не нужно думать, чтобы пойти на этот звук. Она - часть Отряда Дамблдора. Она поклялась защищать студентов от нападок Слизерина. Она делает это каждый день, успокаивая младшекурсников, вновь попавших под горячую руку. Но как только она входит, то замечает, что та, кто так горько плакал в пустой комнате, совсем не девочка из Хаффлпаффа или Когтеврана. Это староста Слизерина. Астория Гринграсс. Девушка затравленно смотрит на неё. Джинни отмечает красные пятна вокруг глаз, нездоровую бледность и изорванные чёрные гольфы Гринграсс. Под ногами у неё капли крови. На месте порванной ткани глубокие порезы, и кровь не перестаёт идти. Джинни осторожно подходит, будто укрощая дикого зверя. - Кто тебя так? Гринграсс, видимо, тоже чувствует дежавю и усмехается. - А тебе какое дело? Джинни вздыхает. - Гойл? - И Крэбб. Им сегодня скучно. Джинни достаёт из кармана Заживляющее. Гринграсс протестует: - А как же твоё Сопротивление? Разве вам не нужно лекарство? - От того, что я немного потрачу на тебя, ничего не случится. Я опущу гольфы, чтобы было удобнее. Видимо, у слизеринки просто нет сил на то, чтобы спорить с ней. Она сама послушно опускает их, шипя от неприятной боли. Джинни палочкой очищает всё от крови. Раны на ногах девушки просто ужасные, но зелье моментально начинает действовать, заживляя кожу с тихим шипением. Гринграсс морщится от боли, а на её белом лице проступает пот. - Почему Малфой не защитил тебя? - Его вызвали домой. - А кто-то другой, кроме Малфоя? У вас же там своя компания. Гринграсс раздражённо передразнила её: - Кто-то другой? Кто, скажи на милость? Теодор? Да на нём живого места не осталось, потому что он ещё и дома получает. Он заикается, Уизли. Я буду прятаться за спиной заики? Или, может, за спиной Блейза, которого задевают только потому, что его родители поддерживают нейтралитет? Он сейчас в Больничном крыле. Скоро будет проверка от сама знаешь кого. Никто не должен прознать, что над чистокровными тоже издеваются. - Почему ты не пошла с Блейзом? Слизеринка горько усмехнулась. - Меня искромсали не потому, что мои родители в стороне. А потому что я просто хорошо отношусь к маглам. Я предательница крови, Уизли. Меня никто здесь не будет гладить по головке. - Я не знала. - Только вот не надо меня жалеть. Я рада, что это мои ноги порезали, а не кого-то с младших курсов. - Над вашими малышами тоже издеваются? Слизеринка захохотала. Это был нервный смех, который обычно принадлежит больному человеку. Впрочем, так оно и было. Гринграсс мучалась от боли. - Удивляюсь тому, насколько гриффиндорцы могут быть эгоистами. Вы думаете, что только вы - великие страдальцы? Что только ваш Лонгботтом подставляет себя под палочки Кэрроу, чтобы дети не кричали от боли? Да как бы не так, Уизли. Нам тоже приходится это делать. А некоторые ещё терпят сама знаешь кого. Каждый день я надеюсь на то, что этот ад закончится. - Гарри сейчас пытается победить его. Он обещал, что война скоро закончится. - Как оптимистично. Ну, я не подруга Гарри Поттера. Даже если он и победит, то мне придётся плохо. Может, меня и не тронут, но все мои друзья пойдут под суд. Я буду присутствовать на каждом Поцелуе Дементора. Гринграсс устало проводит руками, размазывая засохшие слёзы по щекам. Джинни цепляется взглядом за серебряное кольцо в виде изящного дракона со сложенными крыльями у неё на пальце. Слизеринка замечает её взгляд и поясняет, глядя на украшение потеплевшими глазами: - Помолвочное кольцо Малфоев. Драко подарил. Он думает, что это заставит меня надеяться на лучшее. Я не говорю ему, что я чаще думаю о смерти, чем о том, что у нас всё получится. Внезапный звонок на урок заставляет их обоих вздрогнуть. Они вскакивают, хотя Гринграсс нужно немного больше времени, чтобы устоять на ногах. Она прихрамывает, но старается поскорее покинуть класс. На секунду оборачивается к Джинни и коротко бросает: - Спасибо, что подлечила. Джинни только кивает в ответ. *** Джинни стоит рядом с телом брата. Она не знает, как утешить маму, рыдающую на весь Большой Зал. Она не хочет, чтобы её обнимал Чарли в попытке утешить. У неё нет слёз. Почему-то у неё было предчувствие того, что кто-то из них не вернётся из боя. Девушка сбрасывает широкую ладонь Чарли с плеча. Бормочет: - Я пойду попью. Он кивает, ничего не говоря. За это она и любила Чарли - он никогда не настаивал ни на чём. Джинни не знает, куда ей пойти. Демонстративно держит голову прямо, чтобы её вновь не затошнило при виде мёртвых Люпинов. Мысль о Тедди только всё усугубляет. Гарри ушёл неизвестно куда. Но она к нему тоже не хочет. Они не утешат друг друга. Невилл с Луной явно не нуждаются в её компании. Взглядом Джинни проводит по всем сидящим и наталкивается на фигуру Астории Гринграсс. Она вся в чьей-то крови, а её щека рассечена на всю длину. Слизеринка апатично попивала из термоса. Рядом с ней сидели съёжившиеся Малфои. Джинни по инерции присела рядом с Гринграсс. Та не стала возражать и подвинулась. Кивнула в сторону семьи Джинни. - У тебя брат умер. - Я знаю. Я всё равно не смогу успокоить маму. Пусть Билл этим занимается. И я не хочу, чтобы успокаивали меня. Война могла забрать у меня гораздо больше. - Значит, ты пришла не за тем, чтобы искать утешения? - Нет. Гринграсс выдохнула. - Отлично. Я не самый лучший утешатель. - Где твоя сестра? - Дафна? Пошла отправлять Патронус родителям. Должны же они знать, что мы не умерли. - Справедливо. Они обе смотрели на вид из окон. Поле Битвы заливало искрящееся солнце, под лучами которого разрушения выглядели ещё маштабнее, чем ночью. Гринграсс протянула ей свой термос. - Хочешь чаю? Джинни принимает предложение и опрокидывает напиток в горло. Тут же сглатывает, морщась. - Почему в чае огневиски? Гринграсс хихикает. - Мой специальный рецепт для подобных случаев. И согреешься быстрее. Джинни тоже начинает улыбаться. Она сама не верит в то, что может улыбаться, когда тело брата лежит всего в нескольких метрах от неё. Но она всё же это делает, распивая алкогольный чай в компании Астории Гринграсс. Где-то там, в подсознании всплывает день их знакомства, когда Джинни забежала к тихой маленькой Астории в купе в надежде познакомиться с кем-то до распределения в Хогвартсе. Только вот Джинни сразу же отказалась от дружбы с девочкой, старшая сестра которой училась на Слизерине - самом плохом факультете по рассказу старших братьев. Наверняка Астория тогда очень расстроилась. А Джинни не стоило слушать своих братьев. Они могли бы стать подругами ещё шесть лет назад. И обе, в тайне друг от друга, надеялись на то, что война послужит отличным уроком для остальных. Уроком о том, что людей совсем не стоит делить на хороших и плохих только по тому, на каком факультете они учатся. *** Джинни бегала по дому, пытаясь быстрее убраться. Их дом с Гарри на Гриммо всегда был в беспорядке из-за троих детей. Женщина ещё успевала при этом следить за ужином и тем, чтобы прибраное ею оставалось в таком же состоянии, а не превращалось опять в бардак из-за непоседливой Лили. Наконец, всё вновь было на своих местах, а запечённая куриная грудка с картофелем вылетела на стол, стоило таймеру зазвенеть. Гарри вышел из камина, отряхивая свою мантию от Летучего пороха. Он чмокнул Джинни в щёку, которая уже успела найти приличное алое платье для встречи гостей. Альбус только поморщился, когда их увидел, и Гарри показал сыну язык. Джеймс уже сидел за столом, ему не терпелось поужинать. Лили шумела в детской. В камине появилась фигура женщины в изумрудном костюме. Она вышла, поправив тёмные кудри, а следом за ней появился её муж во всём чёрном. Он снял с неё пиджак, оставив женщину в шёлковом белом топе. Тут же из камина вышел мальчик - ровесник Альбуса. Джинни набросилась на подругу с объятиями. - Астория! Я так рада, что мы наконец увиделись. Как там в Испании? Гринграсс по-дружески чмокнула её и сказала: - Я тоже, Джин. Было очень жарко, Скорпиус обгорел в первый же день. Отлично выглядишь! - Ты тоже. Их мужья пожали друг другу руки. Скорпиус тут же убежал здороваться с детьми Поттеров. Со времён школы женщины стали настоящими подругами. Постарались примирить Гарри и Драко, которые теперь могли спокойно находиться в одной комнате и даже вести беседу. Правда, они всё ещё фамильничали и соревновались между собой, но топор войны был зарыт. - Гермиона с Роном скоро подойдут. Астория кивнула. Когда все гости наконец прибыли и расселись по своим местам, то начался настоящий праздник. У Поттеров в такие дни всегда было шумно. К ним можно было в любой момент заглянуть, и вас наверняка позовут за стол, потому что Джинни всегда считала, что много гостей - это весело. Уже ближе к ночи, когда дети уснули, мужчины тихо спорили в гостиной, а женщины сидели на кухне, Джинни предложила: - Может, чаю? Гермиона и Астория кивнули. Когда всё было готово, хозяйка дома отлеветировала подругам кружки с душистой мятой. Астория отхлебнула и произнесла: - Джин, когда ты уже начнёшь делать чай по моему рецепту? Гермиона ту же оживилась: - Астория, у тебя есть какой-то рецепт? Джинни захохотала, пытаясь прикрыть рот рукой в попытке делать это не так громко. Отсмеявшись, она пояснила сбитой с толку Гермионе: - Герми, там очень интересные ингредиенты. Тебе понравится. Джинни сейчас была такой счастливой. И была благодарна за то, что однажды Астория проводила её до общежития. А она помогла ей с ранами. Иначе бы у неё не было такой замечательной подруги.