Глава 7

Дверь в коридоре громко хлопнула, посылая волны вибраций по всей квартире. От этого звука Маша поворочалась на диване, медленно просыпаясь. Сегодня она спала очень чутко, поэтому уже давно не была в глубоком сне с того момента, как начался дождь. Он шёл уже пару часов, а Маша всё это время просто кемарила. Поэтому было забавно слышать, как Антон пытается делать всё тихо, чтобы не разбудить студентку. "Зачем так стараться?", 一 улыбалась девушка сквозь сон. Её тело было повёрнуто к стене, поэтому доцент не видел этой улыбки. Одновременно с этим Маша сочла такой жест очень милым с его стороны, несмотря на то, как они расстались вчерашним вечером. Маша приподнялась на локтях и тут же поморщилась от яркого света белой комнаты и стрельнувшей в голову боли. Она упала обратно на подушку, завернувшись в одеяло. За окном всё ещё тарабанил дождь. Довольно редкое явление на урале на самом деле: обычно либо "дубачелло", как девушка любила называть чересчур морозную погоду, либо просто тучи. Хотя, зависит от сезона. В этом году осень явно была холодная и дождливая. Маша перевернулась на живот, бросая взгляд на журнальный столик, отодвинутый к подлокотнику, у которого лежала голова девушки. Заметив что-то интересное, она вновь приподнялась. Боль всё ещё присутствовала, но уже не так сильно волновала. На столике стояла тарелка с овсянкой, от которой ещё поднимался дым. Рядом расположился прозрачный стакан с водой и какими-то таблетками возле. Прямо напротив этих предметов были приклеены стикеры с надписями "Съешь меня" и "Выпей меня". "Я вроде не Алиса, да и в нору к кролику не лезла.", 一 подумала Маша и открепила третий стикер, где было гораздо больше букв. Доброе утро! У меня пары до 16:45, поэтому дома буду вечером. Позавтракай и обязательно выпей таблетки. Под столом полочка вторая 一 там вторая доза и деньги. На обед закажи себе что-нибудь и тоже таблетки прими. Не вставай! Разрешаю подняться только до ванной и встретить курьера. Целую, Антон <3 "А чего это мы такие милые и добрые?". Маша отложила стикер в сторону и, усевшись в позу лотоса на диване, взяла горячую тарелку с овсянкой. В неё любезно накрошили каких-то орехов и положили кусочек масла, которое уже успело растаять. Она зачерпнула ложкой завтрак и сразу отправила его в рот. "Как же охуенно!". Голодная студентка была таковой со вчерашнего вечера. Тогда она не смогла осилить ужин из-за мерзких мыслей об Антоне. И сейчас Маша пыталась закинуть их куда-нибудь вглубь головы, чтобы прикончить этот завтрак без каких-либо мучений. Она признала, что мужчина довольно вкусно готовит. Хотя, чтобы сварить овсянку, многого уметь не надо, но девушка не привыкла обесценивать чужой труд. Выпив таблетки, она окончательно решила попробовать начать хоть какую-то деятельность, пусть и минимальную. До ванной Антон разрешил ей дойти. Маша встала с дивана, аккуратно ступая по ламинату. Время от времени она останавливалась, привыкая к боли в голове. Она не была мучительной. Скорее неприятной. Маша зашла в ванную. И в голову сразу полезли мысли вчерашнего вечера. Она до сих пор не понимала, что за фрукт этот Антон Александрович. Он вроде умный, раз в универе преподаёт. Заботливый, иногда даже милый. Но при этом в один момент может оказаться полной противоположностью: злой взгляд, излишняя требовательность, скрытность, теперь ещё и выясняется, что он изменщик. Хотя, Маша была не из тех, кто делает поспешные выводы. Если её что-то тревожило, то она всегда могла спросить напрямую. Но в этом случае её что-то останавливало, да и в этом будто и не было необходимости (и так уже достаточно спросила вчера). Слишком много улик. Маша вновь подошла к раковине и не глядя открыла маленький ящик. В отражении зеркала она увидела ту шкатулку. Она хотела ошибиться в своих догадках, поэтому вновь взяла её в руки и заглянула внутрь. Ошибки не произошло. Всё на месте. Маша тяжело вздохнула и убрала всё обратно. Повернувшись к зеркалу она осмотрела своё отражение. Уставшее, немного бледное от недосыпа лицо, чуть сползшая на лоб повязка и всё ещё фиолетовый нос, заживавший после удара дверью. Ко всему прочему добавились небольшие мешки под глазами, искусанные губы и спутанные волосы. Она одним ловким движением стянула ослабший бинт с головы, а затем сполоснула лицо холодной водой, думая, что это поможет исправить ситуацию, и быстренько почистила зубы дедовским способом, когда под рукой нет зубной щётки: пальцем. Маша поняла, что с таким положением дел она эту неделю вне общаги точно не просуществует. Будет выглядеть как бомж, зато со здоровой башкой 一 такой расклад ей не нравился. Ей показалось, что быстренько съездить до общаги и обратно 一 не такая плохая идея. А что? Аксёнов на работе, сам сказал, до вечера не появится, а больным полезно быть на воздухе, да и времени это много не займёт: максимум час. "Да, пожалуй, съезжу до общаги, а что Антон потом скажет 一 это проблема будущего!". Маша обрадовалась даже своей мысли. Весь негатив начал отступать вместе с головной болью. Поспособствовали этому таблетки или позитивный настрой 一 непонятно, да и разбираться в этом вопросе не очень хотелось. Она дошла до кухни. Там всё ещё приятно пахло лавандой, а на столе лежал телефон девушки. Антон знал, что студентка утром будет его искать, да и конфисковал его он только на вечер, поэтому позаботился о том, чтобы время на его поиски было минимальным. Маша взяла телефон и, разблокировав экран и проигнорировав все уведомления, тут же открыла приложение такси. Вбив нужный адрес, она прогрузила цену. "Сколько?!". Да, пожалуй, глупо было полагать, что в такую погоду спрос на такси будет низким, но не восемьсот же с лишним рублей! 一 Долбанный Академический! 一 выругалась девушка. Она не понимала, почему в этот отдалённый район все рвутся, будто заранее не предугадывая последствия. Да, хорошая инфраструктура, против бесконечных пробок, дорогого такси, далёкого расположения и убогих старых автобусов, на которых через весь город куда-то добираться 一 отдельное испытание. И цены на квартиры здесь тоже заоблачные. И как Аксёнова только сюда занесло? Маша вышла с приложения, зная, что сегодня из этой квартиры она никуда не выйдет. Она уселась на мягкий стул возле стола и принялась проверять приложения маркетплейсов, уведомляющих о "скидках", которые на деле таковыми не были, несколько сообщений пришло в беседе группы в мессенджере: все интересовались, где же пропадает староста, но Лена любезно объяснила всё за Машу, за что она мысленно поблагодарила её. Сегодня не очень хотелось общаться с разными людьми. Разве что только… Мой пездюк (22:03) Ты как там, Марусь? (22:10) Да я не поверю, что ты спишь (22:15) Как дела? (22:21) Да ты угораешь что ль? (22:30) Я понял, ты всё ещё обижаешься (22:31) Ну прости! Я виноват что ли, что вы так классно вместе выглядите? (22:40) Ладно, я всё равно буду ждать (23:22) Всё ещё жду (00:14) Жду…

Маруся (09:34) Ты его ни разу не видел, чтобы говорить, что мы классно смотримся, дебил

Мой пездюк (09:35) Моему шипперскому мозгу это не мешает (09:35) Куда ты пропала? (09:36) Я все больницы и морги обзвонил!

Маруся (09:36) А мне чё не позвонил?

Мой пездюк (09:36) Бля… (09:37) Неважно! (09:37) Как ты???

Маруся (09:38) Да пиздец (09:38) Я у Аксёнова дома валяюсь с лёгким сотрясом

Мой пездюк (09:39) ТЫ ЧТОООО???? (09:39) И ты говоришь вас не шипперить (09:39) Пиздец я в ахуе (09:40) Как так вышло?!

Маруся (09:40) Я сама в ахуе (09:40) Заканчивай со своим ремонтом (09:40) Приедешь 一 расскажу

Мой пездюк (09:41) Пиздец, неделю ждать почти… (09:41) В вс вечером приеду

Маруся (09:41) Жду, сладкий

Лёгкая переписка, не несущая в себе почти никакой смысловой нагрузки, привела Машу в чувства. Прошло пару дней, а она уже соскучилась по лучшему другу. Она была уверена, будь он в общаге 一 точно заботился бы о ней, соблюдая все рекомендации врача и не отходя от неё ни на шаг. Маша знала, что с таким другом, как Олег, она точно не пропадёт. Маша пошла обратно в "свою" комнату и плюхнулась на диван. Она понимала, что скорее всего ей придётся напрягать преподавателя, ибо без своих вещей она точно тут не продержится и пары дней. До конца пары оставался ещё час, поэтому она решила подождать, пока Аксёнов не освободится. Развлечений в данный период жизни ей было доступно мало. Можно было разве что спать, лежать, опять спать, снова лежать. Собственно, Маша решила попробовать сначала полежать, а затем поспать, ибо сегодня совсем не выспалась. Она лежала с закрытыми глазами бог знает сколько времени. Да, именно с закрытыми глазами, потому что сном это было трудно назвать. Из этого состояния её вывел звук уведомления, пришедшего на телефон. Она вытянула руку и подцепила пальцами гаджет. Открыв телеграмм, девушка увидела сообщение от преподавателя. По времени как раз кончилась первая пара. Батарейка (10:35) Видел тебя в сети. Как голова?

Маруся (10:36) Лучше, чем вчера

Батарейка (10:36) Отлично. Лекарства принимала?

Маруся (10:36) Да

Батарейка (10:37) Сегодня ты немногословна. Что-то случилось? Почему-то во рту девушка стала ощущать горький привкус, а внутри будто тихонько, но ощутимо, кольнуло иголкой. Чувство вины. Маша смотрела в экран телефона и кусала нижнюю губу. Внезапно стало как-то стыдно за её вчерашний выпад в сторону преподавателя, который даже, скорее всего, не хотел ничего плохого. А она так быстро разочаровалась. Думала, что в нём, а по факту в тех ожиданиях, что успела построить. Так бесцеремонно влезла в его личную жизнь. И потребовала объяснений об этом. Горло внезапно сжала невидимая рука. Маша всё ещё смотрела в экран, а пальцы сами по себе начали нажимать по клавиатуре. Складывать из букв оправдания, которые сейчас совсем не нужны. Будто это изменит прошлое. Студентка глазами прочла сообщение. И слишком быстро поняла, что подобное выставит её полной дурой. И думать о том, почему ей внезапно стало важно, что о ней подумают другие, а тем более её преподаватель, не хотелось.

Маруся (10:42) Просто не выспалась (10:42) Антон?

Батарейка (10:43) ?

Маруся (10:43) А это будет слишком нагло, если я попрошу тебя съездить до моей общаги и взять оттуда пару моих вещей? (10:44) Я напишу, каких

Батарейка (10:44) С чего такая необходимость?) "Скобочка? Наверное, это хороший знак.".

Маруся (10:44) Ну мне надо

Батарейка (10:45) Вчера тебя вроде ничего не смущало "Да он издевается!". Девушке очень не нравилось, когда люди делают вид, что ничего не понимают, когда и так всё ясно.

Маруся (10:46) Я дико извиняюсь, но перспектива чистить зубы пальцем ближайшую неделю и стирать свои единственные трусы на руках, при этом гуляя по квартире с голой задницей перед своим же преподом, меня не очень устраивает. А поскольку я не могу сама съездить в общагу, я могу это попросить сделать тебя

Батарейка (10:47) Пиши адрес Маша ценила свою прямолинейность. В такие моменты она всегда выручала. Девушка знала, что смутила этим сообщением своего преподавателя, поэтому она саркастично улыбнулась, прочитав ответное сообщение, полностью соответствующее её ожиданиям. Написав короткий список тех вещей, которые она вспомнила, и небольшой инструктаж, как пройти в общагу и где что лежит в её хоромах, она легла обратно в постель, закутавшись в одеяло. Антон в переписке удивился тому, что девушка не закрывает дверь в свою комнату. После этого сообщения Маша начала думать о своём друге, который время от времени смеялся над этой привычкой. Приятные воспоминания убаюкивали. Впервые за пару часов она смогла нормально заснуть с улыбкой на лице.

***

Маша проснулась. Сама, не от какого-либо звука. И не понятно, почему. Ведь чувствовала она себя всё равно не выспавшейся. Возможно, организм так решил оповестить её о голоде, ведь как только она приподнялась на кровати, желудок неприятно стянуло. Приняв такое положение дел, студентка потянулась за телефоном. Раз сегодня платит не она, можно и шикануть. С такими мыслями Маша открыла сайт своей любимой пиццерии и оформила заказ на адрес Аксёнова. В такой отдалённый район курьер прибудет лишь через полчаса. Время как-то нужно было скоротать, поэтому Маша решила начать собственное расследование: выяснить, кто жена Антона, да и что там у него на личном вообще. Да, наверное, это было не совсем правильно, но Машу не покидало ощущение какой-то странности, неуютности и недоверия к доценту, когда она находилась рядом с ним. Возможно, это связано с тем, что Антон максимально скрытный, а на вопросы о личной жизни так вообще чуть ли не огрызается. Чувство вины, мучающее её совсем недавно, уступило место страху. Он лёгкий, почти незаметный, но плотно засевший в голове. Такой страх не ощущается сразу, выдавая себя навязчивым шёпотом за здравые мысли. Он подступает очень медленно, направляя людей совершать глупости. Студентка считала, что поступает правильно, поддавшись дьяволу на плече. Маша, привыкшая принимать проблемы и волнующие вопросы словами через рот, внезапно для себя решает выяснить всё самостоятельно, подкрепляя это мыслью о собственной безопасности. Считает, что имеет право знать всё, раз вынуждена жить с ним в одной квартире несколько дней. Девушка зашла в беседу проекта, где были все её одногруппники и два преподавателя. Она создала её по просьбе Смирновой на случай, если опять внезапно всех посадят на карантин. Это вряд ли, но перестраховаться всё равно надо было. Она зашла в список участников и сразу тыкнула пальцем на строчку "Антон Аксёнов". Что ж, стандартная страничка: красивая фотка на аватарке с какой-то его поездки в Питер. Он тут вышел каким-то романтичным. Взъерошенные от ветра смолянистые волосы, развевающееся тёмное пальто и синий шарф, подчёркивающий голубые глаза 一 и всё это на фоне Невы. Маша поняла, что слишком долго уже рассматривала фотку, поэтому смахнула её, принимаясь дальше за изучение странички. Дальнейшие её действия не дали никаких результатов: все фотки сделаны в этом году. Она была уверена, что там были ещё и ранние, но он их удалил, либо просто создал новую страничку. Маша вновь открыла его аватарку. Зачем 一 ей самой было непонятно. И как она умудрилась поставить лайк на неё 一 тоже. "Бля-я-я-я-я-ять!". Девушка отбросила от себя телефон. "Красава, Маш!". Чтобы замять тот факт, что она спалилась в своём расследовании, студентка кинула ему заявку в друзья. В её голове всё так и происходит: нашёл страничку препода, поставил лайк на аву, чтобы показать свой дружелюбный настрой, ну, а потом и в друзья можно постучаться. Она удивилась тому, как быстро пришло уведомлении о принятии заявки, а следом ещё одно: "оценил Вашу фотографию". "А он шарит в этой схеме!". Маша улыбнулась и откинула телефон в сторону, поворачиваясь на подушке в сторону прохода. Взгляд остановился на двери напротив. Она сощурила глаза, медленно поднимаясь на диване, опуская ноги на пол. Девушка сидит, всё ещё не отрывая взгляда от двери. 一 Там мой кабинет, 一 Антон замялся. 一 Он всегда закрыт, поэтому даже не пытайся открыть её. "Да кому ты пиздишь?!". Маша вскочила с дивана и стремительно направилась к двери. Она с силой дёрнула её за ручку. Заперто. Ну, да, а что она ожидала? Это как пытаться попасть в ларёк, на обеих дверях которого приклеена бумажка с надписью "ЗАКРЫТО". Маша наклонилась к ручке, изучая замок. Она поняла, что такую дверь можно закрыть на щеколду только изнутри с помощью поворачивающегося замка. А снаружи это можно сделать только лишь с помощью… "Монетки!". В комнате Маши раньше стояла подобная дверь, поэтому, когда в дом неожиданно заглядывали гости, она всегда закрывалась на такой замок. А мама, в свою очередь, без каких-либо проблем открывала её с помощью пятидесяти копеечной монетки, чтобы хоть как-то вытащить дочь "просто поздороваться". И если подобную дверь таким способом закрывали, то и открыть таким способом тоже можно. Маша улыбнулась своим мыслям и побрела к своему рюкзаку, валявшемуся где-то у шкафов в зале. В кошельке точно должны были заваляться монетки. Она понимала, что сейчас по сути вторгается в личное пространство, в которое её не впускали, наоборот, даже запретили это делать. Маша, конечно, была очень любопытна. Если ей чего-то не договаривали, она старалась это понять и терпеливо ждала, когда ей всё расскажут. Ждать получалось плохо. Она могла сама начать что-то рыть, не задевая виновников истории. Чаще всего всё и так было понятно, а догадки подтверждались через некоторое время сами собой. Но это был не тот случай. Сейчас Маша убеждала себя, что всё это она делает ради своей безопасности, вставляя монетку ребром в отверстие и аккуратно поворачивая замок. Послышался щелчок. 一 Вы там трупы прячете? 一 Конечно. Ты следующая. "Только ради безопасности...". Люди делают много глупостей, когда им страшно. Она толкнула дверь. Взору открылась просторная комната, выполненная в сиренево-белых тонах. Приятно пахло какими-то конфетами. На полу постелен мягкий белый ковёр, на котором валялось пару мягких игрушек-котиков. Просторная кровать, застеленная пледом с какими-то феями-принцессами. Над ней полка с детскими книгами. Маша прошла дальше, ступая по ламинату комнаты. Сиреневые обои, которые в каких-то местах чуть выше плинтуса были изрисованы разными фломастерами. На кровати лежала открытая книга. Маша подошла ближе, взяв её в руки. Сказка о спящей красавице. Она оглядела комнату. В горле застрял ком, губы начали дрожать, а в глазах появилась пелена. Маша отложила книгу на привычное место, чтобы никто не узнал о чужом присутствии здесь. Она смахнула с щёк едва появившиеся мокрые дорожки. Девушка всегда говорила себе в голове 一 не делай поспешных выводов. Но тут будто всё само собой стало очевидно, ведь указывало на одно. "Чёрт, у него есть дочь...". Все самые страшные догадки Маши подтвердились. Почему-то стало больно. Где-то внутри внезапно открылись старые раны, оголяя чувствительное сердце, которое она сама же запрятала под толщу собственных травм. Вновь оглядев комнату, девушка начала предполагать, что Антон 一 хороший отец. Наверняка он много времени проводит со своей дочуркой, читая ту же "Спящую красавицу" ей перед сном или играя днём с ней с этими мягкими котами. Она не понимала, почему Антон скрывает это всё. Вряд ли бы его осудили в универе за то, что у него есть семья и что он примерный отец. Наоборот, молодых студенток, бегающих за ним по пятам, стало бы меньше. Если, конечно, ему не нравится подобное внимание. Насчёт этого Маша была не уверена. Да и вообще она уже во всём была не уверена. Она не понимала, где сейчас находятся его жена и ребёнок, почему никаких фотографий в комнате, да и во всём доме не было. Почему-то стало тошно здесь находиться. Маша бы всё отдала, чтобы в детстве у неё была своя подобная розовая комната, чтобы к ней приходил папа и проводил с ней время. Сейчас она выросла, и в общем-то, можно сказать, на это всё было похуй. Но иногда хотелось чувствовать себя хоть кому-то нужной, помимо мамы и Олега, который всегда был под боком и уже воспринимался братом. Она вновь тупит эти навязчивые мысли, заталкивая их в открытые раны. Надеется, что они вновь затянутся. Нужно лишь просто потерпеть. Девушка вышла за дверь, закрывая её монеткой. Последнюю она отбросила куда-то в сторону, где стояла обувь. Плевать, всё равно эти пятьдесят копеек лежали в её кошельке с года так десятого. Было слишком грустно. В голове появилась мысль, что лучше бы Маша не начинала ничего самостоятельно выяснять. Как это обычно у неё бывает: сначала делает, а потом лишь думает. Но уже слишком поздно. Сейчас студентка хотела попить горячего чаю и поесть чего-нибудь вредного, чтобы отвлечься. Раздался звонок в дверь.

***

Антон уже почти час добирался до района, где находилась общага Маши, попадая в пробки. Сегодня пары закончились как раз к тому времени, когда большая часть населения заканчивала свой рабочий день. Все уставшие торопились домой. Антон тоже. Поэтому хотелось поскорее разобраться с вещами Маши и приехать в родной район, который находился, как бы выразилась студентка, за три пизды (и почему он о ней вспомнил?). Это тоже изрядно злило. 一 Да ну что за хуйня, блять! 一 выругался Антон, вставая в очередную полосу из машин. Завернув на дорогу, ведущую совершенно в другую сторону от центра, дело пошло быстрее, и уже спустя минут двадцать он стоял возле пятиэтажной панельки. Маша писала, что проход осуществляется по студенческим пропускам: он прикладывается к специальной панели, и магнитный замок отцепляет дверь. Пропуск у него был, а вот его имени в базе 一 точно нет, поэтому, как и советовала девушка, он терпеливо ждал каких-нибудь студентов, возвращающихся с пар. Времени прошло немного: уже спустя минуты две из-за угла показалась девушка с огромной папкой через плечо. Она прошла мимо преподавателя, даже не посмотрев на него: мозг был занят музыкой из наушников. Он тут же последовал за ней. Студентка пикнула пропуском, открывая дверь, которую Антон успел поймать. Он удивился тому, что на месте, где располагалась каморка охранника, последнего вовсе не было. Вскинув брови, он прошёл мимо, поднимаясь на четвёртый этаж. Дверь действительно была не заперта: Антон без каких либо проблем зашёл в комнату. Первое, что он подметил 一 тут было уютно. Доцент сверился со списком в телефоне и подошёл к шкафу, достав какую-то небольшую сумку. Туда он кинул её домашний костюмчик, мирно висевший на спинке стула. Затем он заглянул в нижний ящик под основным отделом шкафа. Брюнет закатил глаза и потёр переносицу. Он не привык шариться в белье своих студентов и студенток. Да вообще просто в чужом белье никогда не копался. Он залез в телефон: ну что за женщина 一 она даже указала, какие именно трусы ей надо. Будто у девушек существует специальные критерии. Ну, вообще, скорее всего да, таковые были, но Антон предпочитал об этом не думать. Закончив с этим, он захлопнул ящик, будто ничего не видел там. Мужчина переключился на полки над столом, скидывая какие-то нужные баночки для водных процедур. В глаза бросились фотографии. На стене висело несколько полароидных фото, на которых была запечатлена улыбающаяся студентка. Он остановил свой взгляд на одной. "26.08". На фото две фигуры: Маша и какой-то парень рядом. Антон замечал его мельком в университете, но и не предполагал, что он так близок с ней. Они выглядели счастливыми. "Интересно, кто он ей?", 一 задал сам себе вопрос Антон, тут же отгоняя его. "Меня не должна волновать её личная жизнь!". Он оторвал взгляд от фотографии и принялся разбираться со столом, собирая оставшиеся вещи из списка. В руках оказалась та самая книга, которую он подарил студентке. Приятное тепло разлилось по телу, а на губах появилась улыбка. Открыв книгу на каком-то развороте, Антон увидел кучу каких-то пометок, подчёркиваний и выносок на полях, небрежно выведенных простым карандашом. Доцент очень удивился этому. Он почему-то был уверен в том, что она даже не будет её читать. И сам не понял, зачем ей подарил эту книгу. Просто захотелось. Мужчина отложил книгу на привычное место. А мысль о фотографии тем временем никуда не ушла. Антон думал, что у Маши очень красивая улыбка, он определённо хотел видеть её чаще. И пока сам не понял, кого "её": улыбку Маши или саму Машу. А может их вместе. "Антон, соберись!". С этими словами в голове мужчина вышел за дверь, плотно закрывая её. Спускаясь по лестнице, с нижнего этажа впереди него вышла какая-то студентка, зарывшаяся носом в тёмную куртку. Антон улыбнулся такой удаче и последовал за ней. Охранника всё ещё не было, а он смог выйти по чужому пропуску, проследовав за студенткой. Сев в машину и кинув на соседнее сиденье тёмную сумку, он тяжело вздохнул. Создавалось ощущение, что этот день никогда не кончится. На улице ещё было светло, а, несмотря на утренний дождь, в воздухе теперь стояла духота. "Будет гроза скорее всего...". Антон тронулся с места. Хотелось быстрее попасть домой. И не от усталости, а скорее из-за переживания за студентку, которая весь день была одна дома. Доцент надеялся, что она не натворила никаких дел, да и её состояние в целом не ухудшилось. Он обещал приглядывать за ней. Кому? Скорее всего самому себе. Усмехается своей внезапно появившейся эмпатии, когда давно уже разочаровался в людях. Двигаясь за потоком машин он не замечает пришедшего на телефон сообщения.

***

Маша лежала, укутавшись в одеяло. Рядом валялась коробка с несколькими кусочками пиццы, а кружка с уже высохшим чайным пакетиком стояла на столике. Она слышала какие-то голоса. Один был такой бархатный. Им говорил знакомый ей человек, и он явно пытался вести себя тише, но выходило не очень умело. А вот второй ей был совершенно не знаком. Она прислушалась, аккуратно приподнимаясь на локтях. 一 И давно ты спишь со своими студентками? Антон, я ожидала чего угодно от тебя! Но это. Это просто… слов нет даже! 一 говорил громкий женский голос. 一 Я не обязан перед тобой отчитываться! И ты можешь вести себя тише? 一 Антон выдержал паузу, прислушиваясь к посторонним звукам, и, осознав, что всё тихо, он продолжил. 一 Зачем ты пришла? 一 Уже не за чем! 一 её голос дрогнул. 一 Антон, я понимаю, что мы в ссоре, но то, что ты делаешь, переходит все границы! Ты делаешь мне больно, 一 последние слова она сказала почти шёпотом. Маша встала с дивана и аккуратно подошла к дверному проёму, спрятавшись за стенкой. 一 Господи, ты всегда думаешь только о себе. Зачем тебе что-то объяснять, если ты всё время делаешь поспешные выводы? Маша словно видела сквозь стены: сейчас Антон точно усмехнулся. Девушка понимала, что подслушивать не хорошо. Да ей и не хотелось этого делать, она сегодня достаточно узнала, в том числе и то, что лучше не лезть не в своё дело. Как там говорится? Любопытство 一 не порок, но большое свинство. 一 Мы не в ссоре, Насть! Давно не в ссоре! Мы в… 一 Извините? 一 Маша выглянула из дверного проёма, закутанная в одеяло, оборвав Антона на фразе, и на неё тут же уставились две пары глаз. 一 Довольна? 一 еле слышно шикнул Аксёнов, бросая взгляд на светловолосую девушку, стоявшей у двери. Она была одета в голубое пальто и явно зашла на минутку, потому что даже не разулась. Руки она спрятала в карманы. Лицо её выражало смешанные чувства недопонимая, злости и разочарования. 一 Она уже уходит, 一 Антон вернул свой взгляд обратно к студентке. 一 Да, я уже ухожу. Потом спишемся, 一 она посмотрела на Машу, а затем вновь на Антона. Девушка еле заметно улыбнулась. Эта улыбка была скорее дьявольской. Она словно прочитала на лице Маши, что она ничего не знает о личной жизни Антона. Поэтому без зазрения совести блондинка нежно чмокнула в щёку брюнета и быстро хлопнула дверью. Антон закатил глаза и утёр поцелуй с щеки. Маша этого жеста не заметила. В её сердце будто вонзилась игла. Почему-то стало очень тошно от осознания всей ситуации. Она очень красивая. Блондинистые волосы, аккуратно уложенные в локоны, большие серые глаза, длинные ресницы. Если бы Маше сказали, что так выглядит жена Аксёнова, то она бы точно поверила. Рядом с таким человеком, как Антон, только такая девушка и могла бы быть. Не то, что Маша, которая даже внешне была полной противоположностью этой девушки. Почему вообще это сравнение возникло в голове Маши, она примерно догадывалась. Но эта догадка ей вовсе не нравилась. "Нет, я не ревную!". Девушка развернулась в сторону кухни. Она зашла в комнату. За столом сидел Антон, раскуривая сигарету прямо в квартире, рядом с ним стояла пепельница с несколькими окурками. Маша присела на стул напротив него. Она хотела нарушить нависшую тишину, задав волнующий вопрос, но Антон заметил её порыв… 一 Не спрашивай, 一 и оборвал его. Девушка сгорбилась. Догадки продолжали витать в голове, о которых она не могла теперь спросить. Они неприятно сдавливали голову. Хотелось от этого избавиться и хоть что-то выведать. Любопытство блуждало в голове и сладко умоляло утолить жажду, выстраивая цепочки отвлечённых вопросов, которые могли вывести Антона на чистую воду. Маша подняла глаза на Антона: тому было явно не лучше. Лохматые волосы, уставшие голубые глаза, направленные куда-то вверх, растворялись в дыме. В комнате больше не пахло лавандой. Табачный запах всё перебил. Наверное, так пахнет усталость. Хотя, здесь лучше сказать "заёбанность". Маша отбросила свои вопросы в дальний ящик мозга. Любопытной Варваре на базаре нос оторвали. Она была хоть и не Варварой, но нос только начал заживать 一 он ей ещё нужен. 一 Ты голодная? 一 прервал Аксёнов тишину, туша окурок. 一 Там пицца осталась 一 можем доесть, 一 Маша слегка улыбнулась. 一 Неси, 一 Антон тоже улыбнулся. "И вправду красивая улыбка", 一 подумал он, провожая взглядом девушку. Девушка поставила на стол картонную коробку с несколькими кусочками пиццы. Что-то делать сейчас вообще не хотелось, поэтому оба, без лишних слов отправили, в рот холодное тесто. Маша взглянула на мужчину, и внезапный укол вины вновь появился в сердце. Она еле слышно начала щёлкать котяшками пальцев и закусывать нижнюю губу. Студентка сглотнула вязкую слюну и почему-то решила заговорить, пуская самое мощное оружие 一 правду о том, что творится в мыслях и вертится на языке. 一 Извини меня, 一 тихо начала Маша, привлекая внимание доцента. Тот чуть свёл брови к переносице, заглядывая в карие глаза напротив, словно прося продолжить без слов. Он настроен слушать, несмотря на усталость, давящую на плечи. И это развязывало язык. 一 Я не знаю, что на меня вчера нашло. Я не должна была лезть в твою личную жизнь и всё такое. Многого не договаривает, но извиняется за это, поднимая свой виноватый взгляд на него. Хочет облегчить свою ношу а, заодно, показать, что рядом. Почему-то ей показалось это правильным. Антон посмотрел на её лицо. Наивные глаза, которые чуть сверкали, виновато закушенная губа и сжатые где-то под столом руки. Она, будто на страшном суде, ожидала вердикт. И ему внезапно стало чуть легче, а на гноившейся сердечной ране появился первый, хоть и довольно слабый, шов. И он улыбается ей, а у Маши из лёгких внезапно пропадает весь воздух, лишая возможности говорить дальше. Но этого словно и не нужно было. 一 Всё нормально, 一 чуть хрипловатым голосом ответил он. 一 Спасибо. Они больше не перекинулись словами за весь ужин. Каждый думал о своём. Маша уминала очередной кусок пиццы, запивая его чаем. Антон делал то же самое, только вместо чая был коньяк. Маша ничего ему на это не говорила: брюнет выжат как лимон. А у каждого разные способы восстановления моральных сил. И иногда хочется просто выпить. Разошлись они глубокой ночью, будто полностью удовлетворенные небольшим разговором и долгим молчанием после. Действительно, если и так всё понятно 一 зачем что-то ещё говорить? Можно обсудить это тогда, когда найдутся нужные слова. Сейчас таковых не было. За окном начало смеркаться и сверкаться. Как бы странно это ни звучало. Молнии разрезали фиолетовые облака, обрушивая на город страшный ливень. Маша ворочалась, сминая под собой простынь, каждый раз зажмуривая глаза от громкого звука. Она всегда боялась грозы. Мама рассказывала ей, что когда та была маленькой, то прибегала всегда ночью к ней во время непогоды и говорила, что Земля вот-вот разорвётся. Прошло много лет, а Маша до сих пор так думает. От грома вибрация проходила по всей квартире, заставляя девушку дёргаться и утыкаться в подушку. Сегодня она точно не уснёт. И походу не она одна. Маша услышала крик из соседней комнаты. Она поднялась с дивана, закутавшись в одеяло, и подошла к двери. Сейчас её волновало не любопытство, а всё ли в порядке с преподавателем. Студентка аккуратно открыла дверь. На неё тут же устремился испуганный взгляд Антона. Он поджал под себя ноги и сжимал подушку в руках. Сверкнула молния. Маша увидела его голубые глаза, в которых застыл страх. 一 Всё в порядке? 一 Д-да. Почему ты не спишь? 一 Антон тут же принял расслабленную позу, дабы не показывать свой испуг. Послышался звук грома. Он вновь сжался, как ёжик. 一 Ты кричал… 一 Маша зашла в комнату, прикрывая за собой дверь, и аккуратно села на край двуспальной кровати. 一 Всё в порядке, правда. Иди спать. 一 Тоже боишься грозы? 一 Антон замолчал. 一 Я просто тоже из-за неё всегда не сплю… 一 Маша начала теребить край Антоновской футболки, с которой она уже не расставалась. 一 Хочешь с тобой лягу? 一 подобное предложение выходит из её уст настолько легко, что Антон округлил глаза. 一 Нет-нет, ты не понял! Это без какого-либо подтекста. Я, когда маленькая была, в такие моменты спала с мамой, а как старше стала, она подарила мне большую мягкую игрушку. И, когда гроза, я всегда кладу её возле себя. Просто чувствуется безопасность какая-то что ли… 一 девушка замялась, увидев заинтересованный взгляд Антона. 一 Нет, моё дело предложить. Просто мы в одной лодке, ну, ладно, 一 Маша надеялась, что он не видит в темноте её краснеющее лицо. Она уже жалеет о своём предложении, только сейчас осознав, как оно выглядит со стороны. Маша поднялась с кровати и поспешила к двери, надеясь, что Антон в этот момент здраво мыслит, в отличие от неё, и вежливо выразит свой отказ. 一 Подожди! 一 он остановил её, когда её рука опустилась на ручку двери. Люди всегда идут на поводу своих эмоций, когда им страшно. Желание скорее перебить это чувство, что устроилось на плечах, сильнее здравого смысла. Маша обернулась. Антон подвинул одеяло, освобождая место рядом. Девушка улыбнулась и улеглась на простынь, накрываясь своим одеялом. В глубине души она всё же хотела получить положительный ответ, скидывая подобный порыв на обычное желание помочь. Но улыбка долго не сходила с лица. Она слышала, как тысячи капель барабанят по окну. Но это всё уже не имело значения, когда на неё опустилась мужская рука, придвигая ближе к себе. Девушка даже через одеяло ощутила тепло мужчины. Она чувствовала его дыхание на своём плече. Преподаватель, по его размеренным вдохам и выдохам, видел уже десятый сон. Маша сжалась, на мгновение задержав дыхание. Это всё так странно, но внутри почему-то не было никакого страха. Это вновь казалось чем-то... правильным. И подобное ощущение, что вызывало лёгкий и приятный трепет крыльев бабочек, ей нравилось. Она прижалась к Антону ближе, прикрывая глаза. Губы вновь изогнулись в улыбке.