Ромашковое поле

Яркий свет ослепляет маленькое стеклышко, расположенное на колонке С-7819. Спикермэн ощущает себя не в штабе и не на войне, что очень странно. Голубое небо, плывущие куда-то белоснежные облака и щекочущий тело ветер. Это.. Рай? Переворачиваясь на бок, что роботу удаётся с трудом, тот видит, что перед ним бескрайние просторы зелёной травы и белых цветов. Ромашки. Нежно-белые цветы. Похоже, их тут миллионы. Если бы у Спикера был нос, он бы наклонился, что-бы вдохнуть благовония этих цветов. Колонку С-7819 освещает яркое солнце. Он очень сильно удивлён. Почему он находится на прекрасном поле, ещё и украшенном его любимыми цветами? Он.. Он чувствует прекрасное, и такое долгожданное удовлетворение. Этот велеколепный пейзаж - то, о чем мечтал Спикер на протяжении всей войны. Он мечтал, что когда скибидисты вымрут、 все до одного, он обязательно сходит на подобное поле, где будет лежать на траве и чувствовать своё единение с природой. Радоваться победе.. Пусть ветер обдувает его серую одежду, пусть солнце греет его колонку, пусть ромашки олицетворяют его желание жить. Пусть.. всё будет хорошо. Ромашки.. Они напоминают ему о его друге. Нет, они олицетворяли его друга. Камероголовый К-3455... этот робот не отставал от него ни на секунду. Они были знакомы уже не мало времени. Спикер даже не помнил, когда они познакомились.. Может, место в карте памяти начало заканчиваться? К-3455, его лучший друг, однажды на поле боя обнаружил пробивающийся из под асфальта цветок. Тот сразу остановился и направил свою голову в сторону растения, настраивая фокус камеры. Ромашка. Безобидную ромашка. Сквозь чёрный асфальт, дым от огня и скибидистов прорвался маленький цветок. В такой момент и в такое время.. Желание жить этого цветка было просто невообразимым. Забыв о войне, К-3445 остановился, и простоял над цветком несколько минут. Да, и С-7819 не думал, что в такой атмосфере может вырасти растение. Он тоже не отодвинулся от цветка, несмотря на раздаваемое "Скибиди" вдалеке. Спикер подошёл к Камерамэну, и что-то тому прошептал, С-7819 уже не помнил что. Тогда, его друг Камерамэн сел на корточки, и постарался отодвинуть пальцами мешавшую дорогу. Да, он был заботлив, в отличии от других агентов в отряде. Этот момент отпечатался в памяти Спикера настолько сильно, что даже его синтетическое сердце, обвитое проводами, обливалось электричеством, когда он видел подобные растения. Оно.. Не могло сдержать счастья? Но вернëмся к текущему моменту. Умиротворение постепенно наполняло тело С-7819. Он не хотел вставать, он не хотел двигаться. Лишь чувствовать лёгкий ветер, проходящий по его телу - то ещё расслабление. Расслабление заглушающее боль. Он не замечал, что у него нету двух ног, поэтому он и лежал на земле, опираясь на руки. Что то в колонке Спикера явно повредилось.. Ведь он вовсе не на ромашковом поле. Смотря только в небо, робот ощущал несвойственное подобным созданием чувство удовлетворения. Война наконец-то закончилась? Они победили? Неожиданно, кто-то крепко схватил тело удивленного С-7819, и затряс его, нарушая спокойствие существа. Спикермэн что-то пропищал, и в мутном силуэте агента, увидел своего друга. Неужели, он тоже с ним, в этом прекрасном месте?.. Это.. Его товарищ был обеспокоен. Звук из динамика дрожал, а тело тряслось. Почему? С-7819 насторожено поднял руку, и положил еë на руку К-3445. Тот закачал головой, всхлипывая и еле произнося слова. - С-7819.. Прошу.. Не говори мне, что всё это правда, не говори мне, что ты лежишь здесь и покидаешь меня.. Спикер удивился. Он в полном порядке, и даже больше, он ощущает счастье и желание жить. Он живой. Он живой? Из динамика Камерамэна выдавались человеческие всхлипы. Тот не мог заплакать, из за отсутствия глаз. Он мог лишь смотреть и чувствовать отчаяние, чувствовать непросветный мрак сознания. С-7819 сильно удивился, смотря на реакцию К-3445. - От твоего голоса сильно колышутся ромашки. Что ты такое говоришь?.. Мы же.. Здесь, лежим на траве?.. К-3445 прижался камерой к груди товарища, и поднял руку, чтобы погладить колонку Спикера. Нежно гладя "голову" С-7819, тембр голоса Камерамэна становился всё тише и тише, перерастая в шёпот. Нехотя прерывать забвение дорогого товарища, он пытался заглушить свои эмоции, и встать с новыми силами, но не получалось. Эта картина слишком печальна для его линзы. С-7819 не понимал, почему его товарищ грустит. Спикер хотел встать, обнять друга, показать ему просторы поля из ромашек, и заиграть негромкий гимн Спикермэнов, чтоб показать, что всё хорошо. Он не хотел думать о плохом, а может у него специально не получалось. - Т.. Ты.. С-7819... К.. какие ромашки?.. Мы всё ещё здесь.. Мы всё ещё здесь... К-3445 знал правду. Они находились не на светлом ромашковом поле. Спикер лежал на всё том же чёрном асфальте, и смотрел в закрытое от дыма небо. Они всё ещё на войне. Они всё ещё несчастны. У С-7819 явно была повреждена колонка. И восприятие мира было другим. Лишь его друг понимал, что робот не может встать не из-за расслабления. Ниже пояса у С-7819 торчали разноцветные провода, а алый биогель заменявший плоть созданий, был разбросан по земле. Его тело даже не искрилось, как у выживших роботов. Колонка была проткнута железным штырем, оголяя внутренности головы, эхолокация Спикера явно была повреждена, из-за этого у него поменялось восприятие. Процессор торчал из колонки. Всё это выглядело настолько ужасно и отвратно, что даже скибидисты казались на таком фоне красавцами. Ужасное зрелище. Восстанавливать такого робота - была пустая трата материала и времени. Другие это понимали, но не К-3445. К-3445 крепко сжал оставшуюся часть от тела друга, и продолжал издавать электронные всхлипы. Он знал, скоро сюда прийдут другие бойцы - они же отнимут его дорогого друга, заберут из карты памяти информацию, и отправят на переплавку. Он не хотел этого. С-7819 уже не вертел колонкой, его взгляд был устремлён в одну сторону. Силы и электричество совсем покидали его, поэтому единственное что он мог увидеть - мираж поля из ромашек, великолепных ромашек. Так же, тело К-3445 медленно расплывалось в пространстве. Агент переставал видеть своего друга. С-7819 уже точно начал умирать. - К-3445.. Мы ведь победили, да? Камерамэн поднял камеру. Он резко перестал издавать звуки, когда увидел, что на колонке Спикера красный огонёк совсем поник. Его тело совсем перестало излучать электричество, оно уже вырвалось наружу. Оно уже опустилось в землю. К-3445 хотелось закричать, хотелось размазать себе камеру по асфальту, хотелось крепче обнять своего друга и умереть. Всё что он увидел - уже было достаточно для самоубийства. Но тот, посмотрев в маленькое стеклышко, лишь тихо произнёс: - Ты прав.. Конечно. С-7819 медленно поднял руку, и показал вялый палец вверх. К-3445 хотел ответить тем же, но Спикера уже не было. Его рука в миг упала на асфальт, а тело совсем перестало двигаться и издавать электроэнергию. Огонёк жизни совсем поник. Механический маниакальный крик раздался по всей округе. К-3445 пытался привести товарища в сознание. Он массировал ему сердце, дёргал его за руки, пытался вытащить арматуру из колонки. Но все попытки тщетны. С-7819 так и остался лежать на том ромашковом поле, не чувствуя грусти.