Часть 1

За окном не перестаёт лить дождь. По правде говоря, погода хорошо отражает его душевное состояние. Мужчина с трудом поднимается с жутко неудобного дивана в гостинной. Он уже не знает, сколько ночей он спит на этом диване, а не на их удобной кровати в спальне. Ему тошно одному спать там, где они были счастливы. Где они спали, прижимаясь к друг дружке в пасмурные дни. Где они любили так, что срывало крышу. У обоих. По пути забегает в круглосуточный цветочный магазин, недалеко от их дома. Постоянный клиент он теперь тут, однако. Ещё пол года назад он возил сюда больных на большой машине скорой медицинской помощи, даже не подозревая, что когда-то это место станет его практически домом. Дорогу знает наизусть. Асфальт во дворе «Больницы центросоюза Российской Федерации» каждый день терпит тяжёлые шаги Павла, и кажется уже сам молится о скорейшем наступлении гормонии в жизни мужчины. Входная дверь больницы противно скрепит. Кошмар, уже даже скрип этой гребной дверь стал родным. Поднимается на второй этаж, и видит дверь той самой палаты «номер 4, интенсивной терапии» что слегка приоткрыта. Видит спину друга, который пришёл сегодня раньше него. Оперся о стену. После монолога друга всё же проходит в палату. — О! Привет, Араш! — улыбается. Друг вздрагивает, и сразу соскакивает со стула, и пожимает Паше руку. — Молодец, что зашёл. Ну, что как у нас? Без изменений? — окидывет взглядом жену, чуть останавливая взгляд на её бледном личике. — Да нет, всё так же Паш, — с грустью отвечает фельдшер, глядя на заведующую. — Вот вреднина, а! А я ей цветы принёс. Придётся медсестре подарить. — чуть наклонился над личиком жены. — Сегодня смотри, получше, да? Румянец, — улыбнулся. Положил цветы рядом, и осторожно присел на кровать с белоснежным бельём. — О, Паш, ты на собрание то пойдёшь? Время уже, — взглянул на часы Арашик. — Не, я был уже, а ты сходи послушай. Я к смене подойду, ты машину тогда примешь без меня? — только этого нудного СанСаныча со своим бредом сегодня не хватало, ха! Бесит. — Конечно, без проблем. — улыбнулся Араш. — Всё, огонь! — фельдшер поспешил выйти, и оставить супругов наедине. — Ну как наши дела? — взял правую руку жены. — Олька.. — вздохнул Паша. — Я так скучаю, Олечка.. Возвращайся к нам, пожалуйста. — нежно гладил ручку женщины. — Ты знаешь, как я устал улыбаться в глаза ребятам, и говорить, что у меня всё хорошо? Да ничерта не хорошо. Просто не хочу, чтобы они раскисли. И так СанСаныч всех задрал. — взглянул на показатели, изучая цифры. — Дома всё у нас хорошо. Кстати ремонт, который мы с тобой начали до аварии, уже закончили. Я послезавтра перевезу туда вещи. Костик поможет. Так, что ты вернёшься уже в новую квартиру. — улыбнулся Пашка. — Девочка моя маленькая.. мне ведь большего не нужно. Только лишь прижимать тебя к себе перед сном. Слышать, что твоё сердечко бьётся, и ты дышишь.. — сильнее сжал хрупкую ручку жены, и смахнул слезу. — Без тебя так одиноко.. домой приходить со смены совсем не хочется. Ужины готовить некому, целовать перед сном некого, ругаться не с кем. — взял хрупкую ладошку, и прижал к своему лбу. — Приходи в себя. Я буду тебе помогать, беречь тебя. С ложечки кормить буду, учить заново ходить. Только пожалуйста, дыши! Дыши сама.. — поцеловал ладошку. — Люблю тебя, моя бесконечно родная и упрямая женщина. — пристал с поцеловал щёчку.