Часть 4

И кажется, будто все в порядке. Но только не ему. Он видит, как едва заметно дрожат её руки, держащие чашку с ароматным чаем. Видит, как она, глядя в бумаги на самом деле находится далеко за пределами кабинета, как невесомо меняются эмоции на красивом лице. Он был с ней до конца смены, но так и не смог вторгнуться в то чувство вины, которое теперь давлело над ней. И даже дома, в его объятиях она не была сама собой, кажется, вновь и вновь воспроизводя каждое свое действие, ища ошибку. Он успевает заснуть и проснуться от тихих всхлипов. Она сжимается в один тревожный комочек. Дыхание рваное, будто в такт неровному ритму сердца, словно повторяя его: импульсивно, больно. Под тонкими длинными пальцами мнется простынь. Ей не пристало так вести себя, не пристало чувствовать, не пристало плакать. Да только чувства так просто не спрячешь, не выбросишь, их бы прожить, прочувствовать. Паша прижимает к себе, поглаживает по спутанным влажным волосам. -Все хорошо, родная, ты ведь сделала все, что могла -Да, - сквозь слезы она согласна с ним, но ругать себя не может перестать. -А если бы это был ты? Ты бы смог? - он плотнее сжимает губы, обнимает сильнее. -Девочка моя, - нежный поцелуй, соль на ее губах сменяется лёгким привкусом кофе на его. -Как мне смириться с этим? - Паша пытается припомнить, как принял свою первую смерть в присутствии, но все что приходит в голову - это пара литров водки в прикуску с чёрным хлебом. Оле нельзя пить, равно, как и ему. Если только самую малость. -Иди сюда, - Оля послушно подползает к нему, удобно устраиваясь под боком. -Расскажи мне, как все было, - и это странным образом помогает, пока слова мешаются с всхлипами, он гладит её по голове и слушает. Слушает обо всем и гордится своей сильной девочкой.       Её дыхание постепенно становится ровнее, тело расслабляется. Никто не обещал, что будет просто, но он не позволит ей топить себя в чувстве вины, тем более, что она и правда сделала все, как надо, пусть и с небольшими огрехами. Паша осторожно касается ее кожи, стирая солёные капли в уголках глаз. Целует в лоб. И осторожно, чтобы ни в коем случае не разбудить, подтягивает одеяло. -Спи, моя девочка, ты сегодня большая молодец, - она бормочет что-то неразборчиво, крепче обнимает за торс, забрасывает на него свою ногу. Паша улыбается и закрывает глаза.