Пролог

Увидев в почтовом ящике необычное письмо из настоящего пергамента и с сургутной печатью, так похожей на все эти «Аделькины магические штучки» Дария Касымова из дома 13 устало вздохнула и закинув странный конверт к другим письмам, подумала о том, что дочери не мешает ограничить доступ к интернет-магазинам. Тогда, ещё не знавшая, что ждёт их семью, женщина поднялась наверх в маленькую комнатушку в конце коридора. Она хотела постучать, но раздавшийся храп дал понять, что вежливость проявлять бессмысленно. Открыв дверь, женщина увидела знакомую картину. Валяющиеся на полу горы одежды, которые Аделька слезно обещала «убрать когда закончит чатиться на имиджбордах», криво задернутые тёмно-синие, плотные шторы, на столе перед горящим монитором стояла армия кофейных кружек, а с раскрытой книгой на лице спал, скинув одеяло и подушку на пол, властелин этого самого срача. А именно, Аделька — её ребёнок. «Опять всю ночь в интернете лазила! Сумасшедшая… Каникулы скоро закончатся потом ныть будешь!» — причитала она пробираясь к столу у окна. Положив письмо, женщина забрала кружки и стаканы и ушла, пожалев ребёнка. «Проснётся, тогда и поговорим.» Тем временем, письмо из настоящего пергамента с зелёными чернилами, на имя «Аделия Касымова» продолжало лежать на столе.

***

Проснувшись Аделия, для семьи Аделька, для более посвящённых — принцесса Эдема, еле продрала глаза и стёрла рукавом пижамы слюни с щеки. Обнаружив мобильник под ногами и увидев, что время перевалило за полдень, она вскочила и тут же согнулась пополам. Голова резко заболела. «Да уж, такие марафоны меня в могилу загонят» — подумала она, медленно и осторожно поднимаясь к компьютеру, который она конечно забыла выключить. — Блин, он и так на соплях держится, если ещё перегреется, то все, хана. — Аделька закрыла вкладки перед этим все сохранив и нажала на «завершение работы» — Аделя, в Европе больше перспектив и уровень жизни выше! Ага, а я со своим сдохшим железом сижу. Зачем переезжали, спрашивается? Откинувшись на стуле и услышав хруст в спине, Аделя заметила, что интерьер стола как-то изменился. Кружки пропали, а на столе обнаружилось странное жёлтый конверт. — Мама, что ли, заходила? — спросила Аделька саму себя. Она взяла письмо в руки и увидела на нем свое имя, но не успела вскрыть, дверь открылась и в комнату заглянула мама. — Аделя, ты опять, как проснулась в интернет полезла? Спускайся, обед готов. — сказала мама и пожурив её ещё немного ушла. — Умыться не забудь — послышалось из коридора. Живот заурчал, и решив, что странный конверт не так уж и важен, Аделя стащила с двери полотенце и вышла из комнаты.

***

Замотав свои мокрые, тёмные волосы в мягкое полотенце и чувствуя во рту приятный вкус мятной пасты, Аделька спустилась в светлую кухню, совмещенную с залом. Папа, как и в обычный выходной, читал газету, а мама стояла над плитой. Чем дальше Деля шла, тем отчетливее чувствовала самое прекрасное, что есть на этом свете. Запах мяса. Такой манящий и волшебный… С прихожей послышался знакомый топот, хорошо бьющий по невыспавшейся голове. — О, проснулась спящая задротина! Мы думали, ты уже померла там! — смеясь забежал в гостиную Жаник. Он с разбегу плюхнулся на стул рядом и тут же получил от мамы кухонным полотенцем. — Жанибек! — строго сказала мама — Нельзя так с сестрой разговаривать. Мама запрещала подобные шутки, говоря, что шайтан нас услышит. Да, мама была крайне суеверна. — А чо я такого сказал?! — расстроенно возразил мальчик, тут же пиная сестру по ноге в ответ на её высунутый язык. Потасовка закончилась так же резко, как и началась. Папа одним взглядом дал им понять, что продолжать ссору занятие бесперспективное. Сложив газету и допив чашку чая стоявшую рядом, он встал из-за стола и пожелав приятного аппетита ушёл в зал, видимо смотреть новости. Наконец, мама накрыла на стол и они все начали есть. Вспомнив свой конверт Аделя тут же спросила: — Мама что за письмо у меня на столе? Опять какая-то соц.реклама? Мама посмотрела на неё удивлённо. — Я думала это твоя фэнтезийная ерундистика. В почтовом ящике нашла, вместе с открыткой Жаника. — услышав это, старший брат резко оторвался от своей тарелки и с набитым ртом спросил где она лежит. Забив на слова про «ерундистику», Аделя лишь про себя подумала, что это вообще-то важные вещи, но вслух сказала другое. — Подожди, твоя любовная переписка подождёт, — Аделя отпихнула брата локтем от мамы — Так, что за письмо? Я ничего не заказывала, ажекин көрімдік на дээр закончился. — Уже?! Ладно, я тоже не знаю, ты открывала? — Аделя покачала головой. — Я могу принести сейчас… — Жанибек, пытался вставить слово, но суетившаяся сестра его прервала — Мама кладёт почту на кофейный столик в зале. Вопрос был исчерпан.