Часть 1

      Ифе познавала жизнь заново. Она ценила её с каждым днем сильнее, удивляясь и поражаясь бесчувственным годам, проведённым на Полях Иалу. И поскольку к тому времени бывшая аментет ни за что не хотела бы вернуться, изучение было любопытно со всех сторон. В том числе и с части под заглавием "отношения".       Она не помнила прошлого, но искусство соблазнения, как в девушке, жило и проявлялось в ней интуитивно. На ком ей проверять свои чары, как не на спутниках по дороге за артефактами? ***       Первый под их осознанные проблески попал Сет. Грешный бог недавно присоединился к конвою из вора-благодетеля и принца-умника, и сейчас спокойно сидел в тени раскинутых ветвей пальмы. Солнце не щадило смертных, как и вся Та-Дешрет в самый безжалостный на пекло час.       – Здравствуй, пташка, решила переждать зной со мной?       Медленной походкой Ифе дошла до Сета и остановилась, ненамерено возвышаясь над сидячим богом.       – А если да?       Он ухмыльнулся, сильнее облокотившись о ствол пальмы.       – Отрадно знать, что компании принца и вора ты предпочитаешь мою.       Ифе слегка помяла пальцами лоб и ответила:       – Мне правда очень жарко. Ты победил Анубиса, ведёшь переговоры с Исидой, силы твои безграничны, значит, ты многое можешь?       Довольный искренней похвалой, на какую способна невинная душа вроде Ифе, Сет потянулся и более ясно на неё посмотрел:       – Маленькая аментет щедра на любезности, но я никак не понимаю, к чему ты клонишь?       Через его довольство сложившейся ситуацией сквозило любопытсво.       – Можешь создать ветер?       Сет непонимающе уставился на Ифе. В её взгляде не читалось конкретики, и бог не уловил маленьких изменений в ещё недавно по-детски наивном поведении девушки.       – Я хочу охладиться. Душно.       "А ещё я очень хочу, чтобы обо мне позаботились", – не до конца понимая, зачем так желать чужой помощи, Ифе списала всё на прошлую жизнь, события которой были стерты песками времени, и сейчас являлись к ней вместе с воспоминаниями. Может, она действительно была права в этом...       – Я – бог ярости, а не ветренных потоков, – Сет откинулся окончательно на дерево и прикрыл глаза. – Почему ты решила обратиться ко мне с такой просьбой?       Снисходительный и благосклонный, насколько это возможно от повинного изгнанника, ехидный тон не слишком обрадовал Ифе. Зацепившись за одну вспыхнувшую мысль, как за спасительную верёвку, бывшая аментет произнесла:       – Извини, я попрощу Кейфла мне помочь...       Сет мигом встрепенулся и посмотрел на готовую развернуться и уйти Ифе. В его взгляде блестел недовольный огонёк. Маленькое и неожиданное лукавство, которого бог ещё не осознал, заставило девушку получить своё.       – Не стоит. С этим справится лучше тот, у кого опыта на целую вечность вперёд.       Не понимая как он это сделал, Ифе ощутила долгожданное дуновение на щеках.       "Интересный ты, Сет... Столько в себе скрываешь, так и ветер смог сотворить. И неужели неприязнь к кому-то способна созидать что-то доброе другому? Это сложно... Но приятно." ***       Следующим на очереди оказался второй небожитель. Грозный и могучий Каратель всех неугодных был недоступен, как прощение Ифе за грехи. До недавних событий. С ним у девушки дела обстояли иначе, чем с Сетом. Если с богом-проказником общение складывалось в непонятные никому загадки, но при этом по-своему он шёл на контакт со всем отрядом самоубийц, то Анубис был кокосом – непробиваемым. Или запертыми городскими воротами во время вражеского штурма. Поэтому Ифе действовала подобающе, подстраиваясь под ситуацию – напролом.       – А если бы я помолилась Сету, как Вам? Тогда, у шатра.       Таран ударил по воротам. Ошарашенный Анубис чуть было не поперхнулся воздухом. Помощник Осириса лишь осматривал окрестности, с удовлетворением подмечая красоту Та-Дешрет в своём спокойствие ночью. Тишь да гладь. Пока безрассудная грешница вновь не ударила по его устоям своими неожиданными вопрощениями. Нахмурившись, Анубис с возмущением смотря в упор на Ифе, произнёс:       – Зачем ты говоришь всё это?       Под "всем" длань справедливости подразумевал и прошлые, выходящие за грань поступки Ифе.       В действительности она хотела посмотреть на то, чем обернётся её активность в сторону бога. Был в этом некий азарт, который проявился ещё больше, чем с Сетом.       "Какова будет ваша реакция на столь смелые поступки от женщины?"       Храбрившись внутри, девушка продолжила свои речи:       – А если бы я вознесла хвалу, посвятила подношения и песнопения не...       Не окончив, Ифе замерла на месте, увидев стремительные шаги в свою сторону. Плотное сжатые губы Анубиса разомкнулись, в слабом освещении глаза, подведенные сурьмой, казались ещё темнее и угрожающе. Само воплощение надзора и подчинения. Бог громогласно приказал:       – Прекрати, безумная.       Ифе замолчала. На миг. А потом, как бы невзначай, словно не задумываясь, протароторила невинно, хлопая ресницами и размахивая руками:       – Хорошо-хорошо! Я буду так молиться только Вам! Если у меня снова возникнет то чувство, я посвящу вам во всех красках переживания! И не подумаю о Сете! Ни о ком, только о Вас!       Если бы Анубис был смертным, его хватил бы сердечный удар. Второй раз за вечер.       С наслаждением, девушка провожала взглядом уносящего могучие ноги Анубиса, прочь от сумасшедшей грешницы, оставленной наедине с воображаемым замком от ворот. Пробилась. ***       Завершал цикл, как полная фаза Луны, Кейфл.       Ифе глубоко задумалась и никак не могла решиться на действие. Их связь от самого начала её осознанной жизни все усложняла: она наверняка знала, что принц умён и его непросто удивить, скорее он сам мог застать её врасплох. И в экспериментах он был опытнее, чем только начавшая свои шалости Ифе. А ей хотелось поэкспериментировать. Не просто произвести впечатление – поразить. И сделать приятно. Ведь он столько раз делал хорошее ей.       В свете костра и круглой Нут, на песке у той пальмы, где ранее находился Сет, девушка застала хекау за изучением свитка. Тёмные волосы спадали на глаза, но это не было помехой увлеченному, и Кейфл скрупулезно вчитывался в текст.       Как только Ифе подошла и опустилась недалеко от него, Кейфл сразу перевёл все внимание на неё.       "Он всегда так. Что его может изменить?"       С исследовательским интересом, как выразился бы напротив сидящий, Ифе рассматривала его целиком. И пускай румянец вскоре загорелся на ней ощутимее жара огня, она не отвела глаз.       – Что-то случилось? - обеспокоенный вопрос выдернул Ифе из раздумий, словно рыбу на берег, но голоса она не подала. Пристально продолжила взирать, немного нахмурилась и задержала дыхание. Кейфл оказался моментально рядом, кладя ладонь на лоб:       – Тебе плохо?       Девушка лучезарно улыбнулась, чем окончательно сбила с толку.       – Нет. А ты, оказывается, нетерпеливый.       Расхохотавшись от собственной сладкой мести, ответной на его поддразнивания в храме Сета, она положила ладонь на плечо принца и легонько его сжала, постепенно успокаиваясь.       – Осторожно, Ифе, – вышедший из оцепенения Кейфл начал улавливать перемены в Ифе. Глаза его сщурились, неразумение сменилось ухмылкой. Их совместное шествие от Полей Иалу до побега от богов и меджаев давало принцу преимущество в оценке действий бывшей аментет – он замечал малейшее преобразование. – Играешь с огнём.       – Я не боюсь огня, – заявила она. Смешинки не покидали её глаз. – Ничего не боюсь, ты ведь рядом.       Сочетание невинности и появляющейся в новых оттенках женственности завораживали хекау. Её полное доверие к нему приятно размягчало в груди грешное сердце. И Ифе это видела. Кейфл осторожно коснулся её пальцев на своем рукаве. Мягко погладил. Лицо просветлело от ласковых чувств к этой желанной девушке.       "Чтобы было хорошо ему, достаточно того, чтобы довольна была я!" , – Ифе с восторгом принимала новое открытие, пока расслабленный от теплоты слов Кейфл целовал её руку.