То, что было, и что ещё будет

      Шейн Уолш проснулся в своей удобной кровати, привезённой из Хиллтопа, в своей небольшой, но довольно уютной комнате в Святилище. Пот стекал по его лицу, а сердце билось сильнее, чем обычно. Ему потребовалось мгновение, чтобы осознать, что он находится в Святилище, и после этого его дыхание выравнилось.       Во сне он бежал по разрушенным улицам, лицо жгло, а дышать становилось всё сложнее. Каждый шаг давался ему с трудом, пока его преследовала большая группа ходячих, и с каждой минутой их становилось всё больше. Выбраться из того автобуса казалось нереальным, но Шейн сделал это. В одиночку.       Его брат, Рик, бросил его умирать. В этом чёртовом автобусе, он бросил Шейна на растерзание ходячим. И всё же, Уолш смог выбраться, но не сказать, что это было легко. Стоны нежити эхом отдавались в его ушах, а лёгкие горели от нехватки воздуха, но больше всего беспокоила раненая нога. Чёрт, Шейн не мог вспомнить, когда в последний раз ему было так больно. Стараясь не оглядываться назад, он всё-таки понимал, что как быстро он не бежал, толпа доставала его, готовясь съесть заживо.       Но он не был готов сдаться. Уже плевать на Лори, но это был его ребёнок. Его сын, или дочь, и он точно знал, что его ребёнок будет не в безопасности с Риком. Поэтому он шёл дальше, и дальше, испытывая помимо боли что-то похожее на чувство обиды, вперемешку с чистым гневом. Рик был его братом, и даже когда он бросил Уолша умирать, Шейн мог понять это. Но Рик слаб. Рик не сможет защитить их. А Шейн сможет, поэтому он переживёт это сейчас, и вернётся на ферму, ради его ребёнка.       Шейн умылся, почистил зубы, и уставился на себя в зеркало. Если ему снились сны, то только этот. Сон, который был правдой, его прошлым. Уолш тяжело выдохнул, проводя рукой по мокрым, выросшим волосам, возвращаясь в реальность. С того момента прошло много времени, Шейн проделал тяжёлый и долгий путь, чтобы оказаться здесь, в Святилище. В рядах Спасителей. Сейчас, будучи одним из главных в Спасителях, Шейн жил на широкую ногу. Он был выжившим, и при этом хорошим воином, которого боялись рабочие, и уважали бойцы. Шейн, вытерев лицо полотенцем, вальяжно направился в рабочую зону, проконтролировать работу, а затем и проветриться на улице.       Работа в Святилище кипела с самого утра. Каждый был занят своим делом, усердно трудился, желая получить побольше очков, кроме… Чуткий взгляд Шейна остановился на молодом, белобрысом рабочем, которого кажется звали Грег. Расправив плечи, Уолш пригляделся к его рабочему месту, будто не веря своим глазам. Инструменты были разбросаны как попало, да и вообще его верстак выглядел отвратительно, на нём был сущий беспорядок. Возбуждение Шейна от сна смешалось с его раздражением из-за небрежности Грега, и, не раздумывая, он бросился к нему.       — Что это за хрень, а? — рявкнул Шейн, указывая пальцем на беспорядок, — быстро, какой твой номер? Грег на секунду замер от ужаса, его зрачки расширились, и он сам непроизвольно сделал шаг назад.       — Твой номер! — вновь рявкнул Шейн, немного наклоняя голову вниз, сверля Грега яростным взглядом.       — С-семнадцать… -промямлил Грег, опуская взгляд вниз, — я п-просто отвлёкся, и не убрал… П-простите...       Шейн вскинул голову вверх, на грубом лице появилась лёгкая ухмылка, которая пугала ещё больше.       — Отвлёкся… — повторил Шейн вслед за Грегом, — здесь нельзя отвлекаться, слышишь меня? Ещё раз… отвлечёшься, и тебя ждёт наказание.       Шейн перешёл на шёпот, делая шаг вперёд к Грегу, чтобы расстояние между ними было минимальным.       — И оно будет очень серьёзным, — Шейн вновь повысил голос, — а теперь быстро убрал всё это!       Шейн направился в торговую зону, приказав всем остальным работать, а сам, неспеша, разгуливал по зоне, набирая продукты абсолютно бесплатно, ловя на себе косые взгляды торговцев, которые только забавили Шейна.       Сделав себе обширный бутерброд, он сделал первый укус, выходя на улицу. Туманное утро и яркие солнечные лучи встретили его в полной красе, и Уолш сделал второй укус, наблюдая за борьбой за воротами. Ходячие, порабощённые выжившие создавали какофонию звуков, на которую Шейн давно перестал обращать внимание. Он быстро адаптировался к жизни здесь, не только адаптировался, ещё и преуспел.       Утренняя идиллия была нарушена гнусавым, прокуренным голосом, исходящим откуда-то справа.       — Ну, ну, это-ли не великий мужчина всех времён, его величество Уолш! Всегда такой серьёзный, золотой мальчик Спасителей.       Шейн обернулся, и увидел лицо, которое явно не хотел увидеть с утра, чтобы не испортить себе настроение ещё больше. Мика, неряшливый человек с копной светлых, слегка подстриженных волос и торчащими усами. Грязная рубашка, и потёртые джинсы, обычная одежда, которую на нём можно было увидеть.       Глаза Шейна сузились, раздражение вспыхнуло с новой силой, и он низким голосом сказал:       — Заткнись, Мика. Лучше займись делом, а?       Мика усмехнулся, будто становясь более радостным, от того, что он услышал.       — О, да ладно вам, лейтенант. Расслабься. Ведешь себя так, словно ты какой-то герой в этом запутанном, жестоком мире, — Мика усмехнулся с новой силой, — но я то знаю, сэр Уолш, что ты сломлен, и, возможно, даже больше, чем мы все.       Шейн резко выпрямил спину, и сжав кулаки, сократил дистанцию между Микой и им самим, готовясь схватить ублюдка и выбить из него всё дерьмо.       Готовясь закончить всё это мощным ударом в челюсть Мики, баритон позади них заставил синхронно обернуться мужчин.       — Что здесь происходит, ребята?       Ниган, неторопливо приближающийся к ним, со своей печально известной бейсбольной битой Люсиль, перекинутой через плечо, заставив Шейна мгновенно забыть о разногласиях, происходивших секунду назад.       Мика ухмыльнулся при появлении Нигана, явно чувствуя себя максимально комфортно.        — Просто по-дружески поболтал с нашим дорогим лейтенантом Уолшем, Ниган. Ну, ты знаешь, с героем Спасителей.       Мика хрюкнул от непродолжительного смеха, ожидая той же реакции от Нигана, но тот лишь томно улыбнулся, сверля Мику суровым взглядом, который быстро стёр его самодовольное выражение лица.       — Кажется, наш Мика забыл о субординации, не так-ли? — прорычал Ниган, делая шаг вперёд.       Мика сглотнул, в то время как Шейн продолжал стоять с сжатыми кулаками, готовым разорвать этого жалкого подхалима в клочья, пока сузившийся глаза Нигана не посмотрели на Шейна.       — Есть проблемы, Шейн? Или, может, вы оба создаёте проблемы?       Шейн сильно сжал челюсть, стараясь сдерживать свой гнев. Уолш посмотрел на Нигана, сказав:       — Нет, Ниган, — следующие слова Шейн прошипел, — всё в порядке.       Ниган приподнял бровь, оценивая ситуацию.       — Хорошо. Потому что у меня есть работа для вас обоих, — он указал пальцем на Мику, — Ты, Мика, пойдешь с Шейном и некоторыми из его людей, чтобы отвести стадо, которое готовится сожрать нас с потрохами. Отведёте их в определенное место, с ним разберутся, всё просто.       Ниган снова обратил свое внимание на Шейна, его глаза были холодными и расчетливыми.       — Ты позаботишься об этом, Шейн. Мне не нужны никакие промахи, особенно со стороны моего золотого мальчика, - последние слова лидер Спасителей сказал с долькой сарказма в голосе.       — Да, Ниган, я разберусь с этим.       Мика кивнул, уходя собираться на вылазку, в то время как Ниган подошёл к Шейну, и что-то прошептал Уолшу, отчего у того на лице появилась ухмылка. Бывший офицер полиции твёрдо кивнул, после чего пошел на сборы.              Солнце медленно опускалось на предвечернем небе, когда Шейн, Мика и пара других Спасителей ехали на машинах, уводя прочь стадо, которое оказалось намного меньше, чем все предполагали. Транспортные средства были укреплены металлическими прутьями и решетками, что позволяло им перемещаться между ходячими. Стоны и шарканье мёртвых становились всё громче, наводя ужас на Спасителей, ехавших рядом с Шейном, но не на его самого. Уолш слишком быстро перестал бояться мёртвых, и одним из первых понял, что, а точнее кто на самом деле угроза — люди.       Уведя стадо достаточно далеко от Святилища, мысли Шейна ненадолго вернулись к давно прошедшим временам, когда он был с группой Рика. За секунду пронеслись дух товарищества, интриги с Лори, и даже смех, который они испытывали вместе. Но так же быстро, как эти воспоминания всплыли на поверхность, он отогнал их прочь, похоронив глубоко внутри себя. Теперь это была его жизнь со Спасителями. Его жизнь, на которую он не жаловался, где он стоял высоко в иерархии, к которой полностью привык.       Наконец, они пригнали стадо в назначенное место, изолированную зону, где их можно было задержать и нейтрализовать. Заведя ходячих в ловушку, в самый угол, и закрыв все выходы приготовленными заранее грузовиками, Шейн наконец достал пачку сигарет, и закурил. Он даже не заметил, как пристрастился к курению, но точно помнил, что это было после того, как он попал в Спасители. Делая глубокую затяжку, он посмотрел на Мику, разминающего шею, и насвистывая себе под нос.       — Поехали отсюда. — приказал Шейн, бросая окурок на землю, и топча его армейским ботинком.       Шейн сел за руль, Мика, удобно развалился рядом, а двое мужчин сели на задние сиденья, и уже через мгновенье они поехали обратно.       Всю дорогу они ехали в тишине, лишь Мика иногда просил сбавить скорость, и зевал. В один момент, Шейн неожиданно затормозил, из-за чего Мика выругался, чуть не ударившись лицом.       — Какого чёрта, а? — прорычал Мика, нахмуривая брови.       Шейн вышел из машины, и приказал Мике сделать тоже самое, пока двое мужчин Спасителей недоумённо смотрели на Уолша.       — Думаешь, это смешно, не так-ли? — спросил Шейн, с ухмылкой на лице, — прикалываться надо мной, бесить и провоцировать всех?       Шейн сделал шаг вперёд, и расстояние между ними оказалось настолько мизерным, что можно было увидеть соринку в глазу Мики. Белобрысый же, сжал губы, стараясь не отводить взгляд с глаз Уолша. Открыв рот, он хотел что-либо сказать, но резкий и мощный удар врезался ему в лицо, заставив его пошатнуться и упасть на землю. Потрясенные, другие Спасители заколебались, не зная, что делать, но Шейн рявкнул, приказав им не двигаться.       Накопленный гнев за последнее вышел наружу, как лесной пожар, и он не сдерживался, нанося удар за ударом Мике, который мог только поднимать руки в тщетной попытке защититься. Кровь сочилась из носа и рта Мики, окрашивая пыльную землю под ним, пока Шейн не останавливался, избивая его с безумной яростью в глазах.       — Ты будешь уважать правила и выполнять приказы, — прокричал Шейн, его голос был хриплым от ярости. — Ты не особенный, никто из нас не особенный. Мы все — Ниган, и если ты не прекратишь заниматься хернёй, то закончишь на цепи, без ёбаного языка, обосравшийся и обоссавшийся от боли, ты меня понял?!       Шейн остановился, занеся кулак над Микой, лицо которого превратилось в фарш, а со рта потекла пена, но он всё же нашел в себе силы кивнуть, прежде чем без сознания рухнуть на землю. Лишь тогда Шейн остановился, тяжело дыша, и смотря на избитого и униженного Мику. Поднявшись на ноги и отряхнув с себя пыль, он приказал Спасителям затащить его в машину.       Другие Спасители обменялись тревожными взглядами, после чего беспрекословно выполнили приказ, и машина вновь поехала в Святилище. Шейн ухмыльнулся, вспоминая то, что сказал ему Ниган перед отъездом.       — Думаю, малышу Мике нужно преподать урок, не считаешь?       Шейн не был уверен, не сорвался бы он, если Ниган точно не дал добро, но всё прошло именно так, как хотелось. Машина вновь поехала, и в голове Уолша всплыло событие, как он также избил Эда, давным давно. Вслед за этим пронеслись и другие вспоминания, как он избивал до полусмерти и других провинившихся, уже будучи в рядах Спасителей. И что даже немного удивляло, так это то, что Шейн точно знал, что он продолжит это делать.