Экскурсия и неожиданный поворот.

Наконец, настало воскресенье – самый любимый и долгожданный для школьников день. Тем более, что сегодня в десять часов по плану была экскурсия в Институт Времени. Класс собрался у дома Селезнёвых, а затем на флипах отправился в путь. На площадке возле Института учеников встретила Полина. Их поразило оформление территории перед зданием, но ещё более необычное ожидало школьников внутри. Они зашли в Институт через автоматические двери и оказались в одном из многочисленных коридоров, на полное изучение которых понадобилось бы не меньше недели. Серебристые потолки, полы и стены, круглые стеклянные проёмы между ними, позволяющие просматривать соседние коридоры. Коля и Фима остановились возле одного из таких проёмов и рассматривали изображение коридора, слегка искажённое чёрно-синими вставками, пока Полина не позвала их. - А вы покажете нам лабораторию, которую взорвал профессор Гоги?- вдруг поинтересовался Фима. - А зачем тебе это?- задала встречный вопрос Полина. - Всё, что происходит вокруг нас, имеет свой интерес, и вряд ли только я один любопытствую,- с этими словами Королёв повернулся к классу. Фиму поддержали несколько человек, и Полина нехотя кивнула: - Ну, так и быть, покажу, - а про себя подумала: «Ох уж эти дети». Спустя пять минут прогулок по помещениям экскурсионная компания зашла в заветный коридор, где люди из ремонтной бригады стеклили окна, занимались побелкой стен и проводили электричество в лабораторию. Хотя в коридоре отсутствовал тот ужас первого дня, масштаб трагедии всё равно был заметен. - Скажите, на какой срок затянется работа?- уточнила Полина у главного. - Не меньше, чем на неделю,- ответил старший рабочий. - Ничего себе, ну и даёт профессор Гоги-Геносвали!- прокомментировал Садовский. - Это вы ещё лабораторию и коридор сразу после взрыва не видели! Вот где был форменный кошмар,- довёл до сведения подростков Альтрон, гордой поступлю вышагивая навстречу экскурсии по центру коридора. Сзади шёл Вертер, отстав от напарника на социальную дистанцию. Подростки наперебой начали с ними здороваться, жать руки. - Очень рад,- кивал и улыбался Вертер. - Вы подготовили, что я просила?- уточнила Полина для формальности, и так зная точный ответ. - Конечно, Полина Александровна, - кивнул романтик. - Отлично. А сейчас, дети, прошу следовать за нами в библиотеку. - У вас здесь и библиотека есть?- удивилась Юля. - Конечно, она связана с гардеробом для временщиков,- произнёс Вертер. - Каждый временщик перед путешествием проходит через библиотеку – для уточнения образа,- добавила Полина. - А ещё здесь есть потрясающий журнал анекдотов! Как по мне, единственная полезная книга из всех многочисленных томов,- выдал Альтрон. - Надо же! Покажете?- Коля Садовский заинтересовался не на шутку. - А как же! Только найду, куда бросил его,- сказав это, робот стал внимательно просматривать полки, которых на каждом шкафу было с десяток. - Ну что ж, пока Альтрон ищет, мы с вами как раз успеем посмотреть обсерваторию,- объявила Полина. - И она тут есть?- поразилась Мила. - Разумеется. Институт собрал очень много современных технологий, которые здесь широко используются, и считается самым технически оснащённым зданием 21 века,- пояснил Вертер. Пришлось пройти через весь Институт, прежде чем школьники добрались до обсерватории. Эта часть здания была просто огромна, в центре стоял гигантский телескоп, предназначенный для изучения объектов, находящихся в миллиардах световых лет от Земли (в том числе и далёких галактик). Телескоп поменьше предназначался для изучения ближних галактик и граничащих с межгалактическим пространством объектов Млечного Пути, таких, как Столпы Мироздания, что содержат в себе врата к квазарам, и пограничные планеты, потенциально обитаемые. Далее стоял телескоп для изучения звёзд и других объектов Нашей Галактики. Наконец, совсем небольшой, скорее любительский телескоп предназначался для изучения объектов Солнечной системы и явлений на них – например, кратеров на Луне, Большого Красного Пятна на Юпитере, вулканов на Ио, бурь на Уране и Нептуне, а также других подобных наблюдений. В исторической части обсерватории находились астрономические приборы прошлого - астролябия и секстант, которые использовались только во время экскурсий для наглядного примера. Вертер помнил, как их только привезли, и он производил опись этих приборов – пришлось искать информацию, так как ранее биоробот их не видел. Стены помещения украшали портреты знаменитых учёных и исследователей космоса, внёсших весомый вклад в развитие астрономии. Они достались Институту в побитом состоянии, и кому, как не главному бюрократу, пришлось восстанавливать информацию об именах, годах рождения и заслугах этих учёных. Тогда здесь уже работал Альтрон, и долго смеялся над портретом Фридриха Вильгельма (Уильяма) Гершеля, показавшимся ему самым нелепым из всех. Помимо всего прочего глупый напарник достал плохо смываемую красную краску, сохранившуюся в алюминиевых банках с самого начала 21 века и разрисовал ею портреты Гершеля, Ньютона, почти добрался до Хаббла. Вертер успел спасти учёного, в честь которого был назван самый большой и мощный телескоп, однако ценой своего костюма, который потом так и не смог отстирать. Портретам учёных повезло больше – защитное покрытие на бумаге не впитывало краску, их можно было восстановить, но Вертеру пришлось делать это в костюме с красными пятнами, ибо новый пришёл только в конце дня. Всё было бы ничего, если бы краска не была настолько похожа на кровь... С тех пор у Вертера в комнате хранится пара запасных костюмов - на всякий случай. - Ну, как вам, ребята?- задала вопрос Полина. - Это потрясающе!- ответил Боря. Остальные согласно кивнули, продолжая рассматривать оснащение обсерватории. - Все эти телескопы рабочие?- поинтересовался Коля Сулима. - Конечно рабочие. Вы чё, это же не музей – каждый вечер профессора проводят здесь наблюдения,- ответил вернувшийся с журналом Альтрон. – И не только они... - Однажды Иван Сергеевич даже написал доклад в НАСА об обнаруженном нами втором радианте метеорного потока Леониды в другой части неба,- рассказал Вертер, не только, чтобы довести до сведения школьников, но и прервать глупую шутку напарника, о перспективе которой догадался уже по вступлению. - А нам можно будет посмотреть в телескоп?- уточнила Юля, переведя взгляд с межгалактического на биоробота. - Конечно, сейчас помощники их настроят,- кивнула Полина. Альтрона было страшно подпускать к телескопам, но Полина не могла раскрыть некомпетентность сотрудника перед школьниками, поэтому слегка помогла ему, приказывая взглядом обойтись без разрушительных шуток. У Альтрона уже был план по поводу журнала, который он всё же нашёл и принёс, поэтому оборудование осталось в первозданном виде. Вертер настраивал межгалактический телескоп в одиночку и тяжело вздохнул, толкуя это по-своему. Проделывая работу, он вспомнил про пластинки со средневековой музыки, которые специально нашёл для Коли Герасимова и оставил в своей комнате. Биоробот решил отвести его к себе чуть позже, когда дети посмотрят в телескопы, и, конечно же, несмотря на всю неприязнь, он незаметно рассматривал Альтрона на следы принесённой краски – с этим осторожность никогда не помешает. В главный телескоп школьники увидели бескрайнюю туманность Андромеды, рассыпавшуюся миллиардами звёзд на колоссальном от Земли расстоянии, Большое и Малое Магеллановы Облака, приветливо сверкающие на южном небе (телескоп мог показывать небосвод обоих полушарий Земли). В бездне космоса раскинулась галактика Водоворот, а также серебристая галактика Треугольника, что искрит и переливается от света собственных звёзд. Бездна бескрайнего, тёмного космического пространства, где разбросаны разноцветные, сверкающие галактики, по красоте не сравнится ни с чем. В пределах Млечного Пути, в телескоп поменьше, заметны волшебное сияние Сириуса, яркий свет Альдебарана, видимые сигналы звезды Алголь, красный гигант Бетельгейзе... - Как же прекрасен Алголь,- таинственным полушёпотом сказала Алиса. - Суров, но прекрасен, сиянием ясен, в бездне сигналит страж света – Алголь,- произнёс Вертер, посмотрев в телескоп после того, как отошли ребята. Альтрон тут же закатился дурацким смехом: - Ой, не могу, наш романтик уже стихами разговаривает! Тебе надо не в научном объекте работать, а в библиотеке или, нет, в школе – учителем литературы! Ха-хах-ха, Алголь у него сигналит! Ой, не могу! Полина просто хлопнула ладонью по лицу, видя недоумевающие взгляды школьников, и поняла – идиота не скрыть, он всё равно вылезет как-нибудь. Вертер же испытывал страшную неловкость, ощущая, что его только что выставили полным дураком. «Всё, надо перестать читать стихи на людях – всё равно это никому не нужно, а с тупыми комментариями некоторых получается ещё хуже. Больше вы ничего от меня не услышите, можете продолжать смеяться. Лучше вообще перестать этим заниматься – папа не писал стихи, и над ним не смеялись». Вертер, конечно, многого не знал. Чтобы не испытывать неловкость и дальше, он решил отдать Коле пластинки прямо сейчас. - Николай, пока все заняты, пойдём ко мне в комнату - я отдам тебе, что обещал. - Хорошо, идёмте, - обрадовался парень. Вертер провёл Колю запутанными коридорами и впустил в своё убежище. - Сейчас я их достану, а ты пока присаживайся,- биоробот взглядом указал на кровать, где не было ничего, кроме матраса. Подросток сел и стал изучать помещение пристальным взглядом. Обстановка была довольно скромной - стол, стул, полки с книгами. На столе стояла старинная ваза с засохшими цветами, а на стенах висели несколько портретов: на одном Вертер был с Алисой, на другом - сотрудники МИВ всем составом, а на других двух - с незнакомым Коле молодым мужчиной. Парень не показал любопытства, считая, что это невежливо, хотя и задумался, кто бы это мог быть. - Возьми, Николай. Надеюсь, они тебе помогут, - Вертер протянул ему пластинки. - Спасибо большое. И можно просто Коля.