Мертвые

Добро, Навязанное... Станет, Злом!!! Воистину...Не Сей, там где: не Сможешь, Собирать!! А Урожай Узри лишь в Сердце, Искреннем! Пусть все Лукавые, друг-дружку, Поедят... Я не Желаю Худа им!... Они ж не Могут!!Жить по Другому!!! "Обогнать и Затоптать...На шею камень! Конкурентов , Глубже в Омут!!Отжать. Переоформить. Поховать!!!.." Везде, Война, тут, в небе, среди нас, Идёт! Борьба за Рейтинги людские, на Земле!! Я так скажу, что Те с кем Обретаешься... Спасут или Введут во Тяжкий Грех!!! Один будь. Постарайся, если сможешь, Беззвучную Вселенную, Услышь! Останови свой, Монолог... А в Диалоге,С Ним Мудрость «Хроники», Безсмертную, Вкуси!!             Дато Ахметели, «Добро Навязанное станет злом!!! Воистину…»                   Она смирилась давно с тем, что осталась одна. Этот мир больше не наполнен такими яркими красками как когда-то. Он больше не излучает тепло и доброту. В этом мире погибло все, чем она когда-то дорожила. В этом мире погибла ее любовь, ее забота и ее доброта. Она больше не смогла стоять крепко на земле, по которой когда-то шла шаг в шаг с дорогими ей людьми.       Ей 19. Она уже давно не та малышка, которая верила в добро, дружбу и любовь до гроба. Она больше не верит слухам, у которых нет фактов, подтверждающих их.       Ей 19. Она уже не верит в существование черного и белого. Она стала такой же серой, невзрачной, какой была в своем далеком-далеком детстве.       Ей 19. Ее руки уже по локоть в крови. Ее глаза больше не такие яркие как раньше. Она больше не излучает тепло. Она стала ледяной.       Ей 19. Но в ее жизни все так же есть вещи, которые не меняются и которые просто невозможно разрушить, отнять или изменить силой. В ней по-прежнему течет жизнь, несмотря на острое желание покинуть мир и воссоединится со своими близкими людьми.       Ей 19. Ей все так же неприятно убивать. Она убивает уже не сто первый раз и не сто второй, но она до сих пор цепляется руками за горло, пытаясь восстановить дыхание и смотрит большими от страха глазами на труп, пытаясь прийти в себя. Она – та самая девушка, готовая задушить руками врага, а после, придя в себя, тихо рассмеяться, поправить волосы, накинуть капюшон и вернуться в свое убежище.       Ей 19. Она живет в полуразрушенном доме, где везде витает запах спирта и дешевых сигарет с ментолом. Когда же она стала курить… Ей самой даже не известно когда эта привычка появилась: после смерти Ронни? Или Джини? А может тогда, когда она нашла изломанный труп Гермионы? Или, когда на ее глазах убили Невилла, который закрыл ее собой? Она не помнит. Да и не хочет вспоминать. Она снова тянется рукой к пачке сигарет.       Ей 19. Она плохо спит. А последние пару дней вообще не может сомкнуть глаз: ей снятся кошмары, и она устала. Устала видеть все те же картины: разрушенный Хогвартс, трупы детей/товарищей/друзей/преподавателей. Она устала видеть, как он быстро разрушает ее мир, заставляя рыдать в голос…       Ей 19. Она все так же пьет коньяк и засыпает в потрепанном кресле, погружаясь в царство Морфея. Она снова видит улыбки, чувствует радость и улыбается. Там, в том самом мире снов, она снова счастлива, снова смеется, бегает на свидания, сплетничает с девчонками и мило краснеет, когда остается на едине с тем самым, ее единственным, ее любимым. А потом наступает кошмар. Прекрасный сон превращается в кошмар, в котором текут реки крови, повсюду крики и стоны боли, которые слились в единое целое со слезами и всхлипами. Она снова там, в том самом мире кошмаров, она снова плачет, снова хоронит друга, своего товарища. Она снова видит эти лица с улыбками, которые никогда не померкнут. Ей снова больно, и она просыпается.       Ей 19. И кроме имени у нее ничего не осталось. Того самого имени, которое нельзя отнять.       Ей 19. Ее все так же зовут Гарриет Поттер, наследница родов Поттер и Блэк. Ее волосы все такие же черные как смоль. А вот глаза… Какими бы яркими они у нее не были – они больше не горят так как раньше. Они больше не горят тем самым ярким огнем, которым горели тогда, когда все были счастливы. Они больше не два больших ярких изумруда. Они больше похожи на мутный зеленый агат, который не так популярен среди элиты серого общества.       Ей 19. И единственные живые люди, которые рядом с ней – это Луна Лавгуд и Флер Делакур. Обе блондинки и обе потеряли свое счастье на войне.       Она снова тихо вздыхает, прикрывает глаза и откидывает голову на спинку кресла.       -Ты снова ходила туда? Снова испытываешь себя Гарри? – тихо произносит француженка с небольшим акцентом. Брюнетка открывает глаза и смотрит на девушку, что в руках держит несколько полных продуктами пакетов. Гарри подмечает детали раз за разом, когда смотрит на оставшихся живых. Она пытается запомнить в памяти каждую деталь, даже не самую яркую. Блеклые волосы, потухшие серые глаза, синяки под глазами и потрепанную одежду, которая вся измята и местами испачкана. У них возможности на отдых нет, ведь маленькие дети требуют внимания и заботы. А на самих девочек до сих пор устроена охота, их ищут и днем, и ночью. А это только прибавляет лишние проблемы и отнимает время на сон и отдых.       -Ты должна отдохнуть, Флер, - закуривая очередную сигарету, шепчет Поттер. Голос сел уже давно: после громких криков, рыданий и проклятий, которые она посылала убийцам и разрушителям ее мира. – Ты давно не спала, Доминик и Мари-Виктуар нужна мать полная сил и с искренней улыбкой, а не вымученной и фальшивой. И, - она медленно скользит взглядом по собеседнице. – Без синяков под глазами, конечно. Тетушка Кармен справится с ролью няни. Тем более... Отчасти я тоже виновата в том, что ты не отдыхаешь. Скинула своих детей на тебя...       -Что ты такое говоришь Гарриет Лилиан Поттер?! – закричала вторая блондинка, вбегая в комнату. Ее голубые глаза были полны ярости, но не такой яркой и насыщенной. Все стало фальшивым, проносится в голове брюнетки. – Немедленно забери свои слова! Как ты могла подумать, что твои сыновья – обуза для Флер? – подойдя ближе к журнальному столику, Лавгуд поставила на него поднос с чашками с горячими напитками и сладостями, а потом по щелчку пальцев призвала эльфа, Тилли, чтобы тот отнес сумки с продуктами. – Флер, - обратилась она к девушке постарше, - садись и не вздыхай. Идея Гарри позвать тетушку Кармен – самая лучшая из всех, которые посещали ее голову в последние несколько лет, - она гневно посмотрела на девушку, что сидела в кресле. – И прекрати курить! Ты достаточно уже погубила свое здоровье. Мальчикам нужна любящая, энергичная и отдохнувшая мать! – воскликнув блондинка вырвала сигарету из рук подруги и сунула ей в руки кружку. – Вам обоим пора отдохнуть и прекратить тратить драгоценные часы сна на всякую ерунду.       -Луна! – возмутилась Поттер, обнимая кружку дрожащими пальцами. Нервы, недосып и длительная бессонница давали свои результаты. В чем-то Луна и правда права – пора приходить в себя. Нужно отдохнуть пару деньков и, наконец-то, провести с детьми больше времени.       -Пейте кофе. А после - ложитесь спать. Вам не хватает сил на то, чтобы быть на ногах все время, - сев в позу лотоса, проговорила Луна. Ее голубые глаза пока не потеряли блеск жизни несмотря на то, что те потускнели. Но эмоций в них стало меньше. Для Гарри смотреть на подруг, видеть их эмоции, редкие улыбки и блеск в потускневших глазах – это единственное успокоение, не считая ее подросших сыновей: Скорпиуса и Северуса, а также крестника Тедди и крестницы Розы.       На некоторое время в комнате воцаряется тишина. Это худшее, что происходило за последние годы жизни в этом забытом всеми богами, людьми и существами месте.       -Знаете, - спустя некоторое время проговорила черноволосая девушка, поставив кружку на столик, - я, наверное, схожу, прогуляюсь. Я слишком напрягаюсь в последнее время, пытаясь что-то найти. Хоть самую маленькую зацепку, которая послужила бы ниточкой к нему. Если все будет снова впустую, то я вернусь и заброшу это дело. Стану больше проводить время со своими детьми, заниматься нашей с вами безопасностью и прочим, что с этим связано.       -Ты все еще пытаешь найти его? Не пора бы уже прекратить все это? Ты уже 4 года ищешь. Он появился на мгновение, год назад, когда…. Когда… Когда на нас напали, - прокашлявшись проговорила Флер, опуская глаза в чашку: единственное, что она могла сделать в такой ситуации – попытаться спрятать глаза – спрятать боль.       Да… Тот день четко отпечатался в памяти всех присутствующих здесь. День, когда Невилл пожертвовал собой и пал от руки того, кого она когда-то называла любимым. Того, к кому она бежала каждый вечер, кого целовала, называла ласковыми прозвищами, в глазах которого тонула… Она видела эту тонкую пленку ненависти, это отвращение и презрение, и даже желание закончить весь этот театр, все эти «отношения» … Закончить то, что связывало их. Она все это видела и пыталась превратить иллюзию в настоящее... Но ничего не получалось. Да, в самые темные моменты, самые грустные моменты, сама Гарри считывала его эмоции. Она знала, что он переживает, что что бы не случилось страшного - он ее не бросит. Она верила, что он будет с ней…       А в итоге... Ее реальность оказалась всего лишь построенной в небесах, как тот самый воздушный замок. Стоит поверить в одно, самое лучшее, как какая-то деталька получает повреждения и все рушится. Без возможности починки.       Гарри совершила ошибку.       Много раз совершала. Очень много. Она ошиблась, когда поверила Дамблдору и отправилась за крестражами, потеряв Добби. Она ошиблась, когда решила, что сможет спасти всех. Как итог: все ее друзья, товарищи, ее семья – все они мертвы. Она ошиблась, считая, что дети будут ее радостью. А в конечном счете, в них она видела его: цвет волос Скорпиуса и глаза Северуса. Платина и серебро. Она не могла без слез смотреть на двух мальчишек, которые смеясь, играли в слова. Она во всем видела их отца… Того, кого любила всем сердцем, до сбитых костяшек и обжигающих слез.       Сейчас, хорошая и глупая одновременно идея сбежать кажется ужасным способом избежать проблем. Обещание бросить все, если очередная попытка найти хоть что-то потерпит крах, не кажется таким выполнимым для нее в действительности, как на словах. Она думает о таком варианте, но везде старается найти выходы и обходы. Ей кажется, что еще немного и она почувствует себя предателем. Предателем тех, кто ради нее живет, кто заботится о ней, кто погиб за нее.       -Гарри, - тихо и нежно тянет буквы Флер, поднимаясь со своего места. – Если ты хочешь расслабиться и отдохнуть, если ты все еще не можешь принять то, что у тебя осталось в память о нем… Мы не имеем права тебя останавливать. Беги, иди, почувствуй свободу. Хотя бы сегодня, хотя бы сейчас… Но возвращайся. Пожалуйста, возвращайся к ним. Скорпиус и Северус, они чудесные мальчики, им нужно больше твоего внимания. Они скучают по тебе, по их дорогой маме. Твой крестник Тедди, твоя крестница Рози они тоже нуждаются в тебе. Они все нуждаются в тебе. Ты дала обещание защищать их, растить и воспитывать в любви. Поэтому, если для тебя так важно сбежать сейчас и привести все свои мысли в порядок – иди, мы отпускаем тебя. Мы позаботимся о них. Но мы не отпустим тебя, если ты не дашь нам обещание. Не отпустим тебя, если ты снова попытаешься себя уничтожить.       -Да, Гарри, мы присмотрим за твоими детьми, мы обещаем, - улыбается Луна. – Но Флер права – ты должна дать обещание, что вернешься.       Брюнетка только улыбается краешками губ, обнимает сначала Лавгуд, потом Уизли (Делакур), подбирает с пола пачку сигарет, тяжело вздыхает и идет к урне. Она сжимает пачку в руках и бросает ее в мусорку.       -Хватит, - тихо говорит девушка. Она отряхивает руки, снимает указательным и большим пальцами очки с переносицы, устало потирает глаза другой рукой. – Я устала. Устала бежать за кем-то. Устала бежать от кого-то. Я прекрасно вас понимаю, девчонки. Наши дети растут, им нужны родители. Им нужна мать. Нужен… Отец… Если я поддамся слабости, желанию бежать за фантомом, отдамся желанию мести. Я просто потеряю не только себя. Я потеряю семью. То, что от нее осталось. Я потеряю детей: сыновей, племянниц, крестников… Я потеряю вас... Себя… Мне нужен отдых. Забыть о мести, посвятить себя жизни своих детей. Поэтому, с меня хватит беготни. Патруль – да, хорошо. Бесконечный бег за фантомом – нет. Поэтому я обещаю, что если я больше ничего не найду, то вернусь. И только безопасность наша и наших детей будет приоритетом.       Две другие девушки слушали ее очень внимательно. На их лицах были тени улыбок: подруга вернулась. Он наконец-то смогла выбраться из пучины отчаяния и боли, смерти и предательства. Она смогла расколоть лед, стену из которого пыталась построить.       -Так держать Гарри, - Луна медленно поднялась с насиженного места и подошла к подруге, крепко обнимая ее. – Мы все устали и нам нужен отдых. И твое обещание... Мы с Флер очень рады твоему возвращению, подруга.       -Думаю, пора нам держать путь в другое место, - Флер присоединяется к объятиям. – Мы слишком долго здесь находимся. Думаю, Испания или Италия будет хорошим началом нашего маленького путешествия в новую жизнь. А там можно и маршрут выстроить. Жизнь в бегах должна иметь свои плюсы.       Девочки смеются, продолжают обниматься и размышлять о том, какой же все-таки дом лучше купить: замок в викторианском стиле или модерн-котедж. Но потом они понимают, что лучшим решением будет не покупка, а просто аренда. Это же не переезд, а жизнь в бегах.       Да, они вернутся. Обязательно вернутся. Через год или два… Может пройдет десять лет, а может и все двадцать… Но они все равно вернутся сюда, в этот полуразрушенный дом, снова сядут на свои привычные места, откроют бутылку коньяка и будут вспоминать былые времена, смеяться, плакать, улыбаться. Потом одна пойдет дежурить, а две другие уйдут в мир сновидений, где они счастливы, где все живы и где нет войны. Они просто продолжат строить счастливую жизнь для детей.       А сейчас… Сейчас они должны покинуть это место, чтобы найти то, где детям будет безопасно. Где им найдут хороших учителей и наставников, дадут престижное образование. Место, которое они назовут домом и в которое захотят вернуться.       Не сегодня. Не завтра. Когда-нибудь. Они обязательно когда-нибудь найдут то самое идеальное место, где они в безопасности, а их драгоценные чада счастливы.       Возможно, им удастся найти его – того самого, который все испортил. Того, кто отнял жизнь у их друга и оставил бедняжку Луну вдовой, вернувшей себе свою девичью фамилию. Луну, потерявшую своего младенца после стихийного выброса, вызванного горечью потери и погубившего несколько пожирателей смерти, что были в его отряде.       Они постараются найти и поймать его, Драко Малфоя, и заставить ответить за все грехи.       Они обязательно отомстят за тех, кого у них отняли.       Они заставят заплатить всех, кто причастен к их страданиям.       Они построят счастливый мир для живых: для себя, для близких и для детей.       Они не боятся смерти. Нет. Единственный страх – страх оставить тех, кого любишь в одиночестве.       Да, они обязательно сделают все это. Только позже.       А сейчас они с улыбкой убирают чашки, стряхивают пылинки с пледов и идут в свои комнаты – проведать малышей.       Да, улыбки сияют на их лицах. Да, на первый взгляд они кажутся яркими и сияющими, ласковыми и милыми. Но, если внимательно присмотреться – многие поймут, что они все уже мертвые, поломанные и неправильные.       Мертвые, живущие ради благополучия будущего поколения.