Часть 4

      Опытным путём они выяснили, что для того, чтобы метла не «брыкалась», Гермионе необходима разрядка минимум раз в день.       А если нужно понервничать, помогая Гарри решать какие-то проблемы в Аврорате или после целого дня зубрёжки к предстоящим экзаменам, то ещё чаще.       Гермиона опиралась локтями о подоконник и смотрела на звёздное небо, пока Сириус, нависающий над ней со спины, теребил её клитор, просунув руку в расстегнутую ширинку джинсов.       Он дождался, пока стихнут её стоны и пройдёт мелкая дрожь, прежде чем вынул влажные пальцы, незаметно для неё поднёс к носу, наслаждаясь запахом, и только потом очистил.       Он поправил её трусики и застегнул молнию.       Она продолжала смотреть в окно. — Всё это бессмысленно, — произнесла она так, словно это уже давно вертелось у неё на языке. — Что? — Сириус сделал вид, что не понимает к чему она клонит. — Когда я вернусь в Хогвартс, всё это станет бессмысленным.       Он и сам всё чаще думал об этом, её пасхальные каникулы подходили к концу. — Мы что-нибудь придумаем.       Она прижалась спиной к нему. — Или ты начнёшь встречаться с кем-то из школы, — пошутил Сириус. Она стукнула его кулачком.       Оставшиеся каникулы прошли для девушки в таком режиме: Сонная Гермиона приходила на кухню за десять минут до завтрака и усаживалась на колени к Сириусу. Он запускал свои длинные пальцы ей под халат и нежно поглаживал и массировал её клитор и половые губы, а она млела в его руках, ласковая и тёплая после сна. Его нежные касания доводили ее до сладкой истомы и яркого и пробуждающего оргазма. Дальше был вкусный завтрак, приготовленный домашним эльфом, полёты на метле и обед.       После обеда Гермиона готовилась к экзаменам. Когда Сириус заканчивал свои дела, он приходил напомнить ей, что много учиться вредно. Обычно это на неё никак не влияло и она продолжала читать или увлечённо писать длинные эссе. Тогда Сириус присаживался рядом и начинал поглаживать и пощипывать её бёдра (не сильно, они договорились, что он не должен оставлять никаких следов), пока она не начнёт реагировать вздохами. После этого он врывался пальцами в её трусики, сжимал и теребил клитор, пока она не кончала с громкими стонами.       Дальше был ужин. После они могли продолжить заниматься своими делами. Потом был вечерний душ. И мягкая широкая постель. Сириус приходил обычно минут через пять, после того, как она уляжется.       Она жда его, не надевая трусики под сорочку, и Сириус делал ей кунилингус, мастурбируя свой член.       Это не было однообразным, как может показаться. Сириус менял позы, пробовал новые приёмы, доводил до нескольких ярких быстрых оргазмов или растягивал удовольствие. — Сириус? — наконец-то решилась спросить Гермиона, когда он убирал свою сперму с её простыней и ночной сорочки. — Мм? — А тебе достаточно вот этого? — Мне уже не двадцать лет, милая, чтобы по три раза в день кончать, — усмехнулся он.       Гермиона закусила губу. — Ну, а то, что ты сам это делаешь?       Сириус рассмеялся. — Ты можешь не поверить, но ласкать тебя орально тоже приносит мне удовольствие.       Гермиона потупилась. — Всё хорошо, мне нравится помогать тебе с твоей небольшой проблемой, — он погладил её колено и улыбнулся. — Спокойной ночи! — он как всегда ушёл в свою спальню.