Часть 9

      На прощание Сириус попросил Гермиону сообщить, когда у нее будет экзамен по полетам, и заверил, что найдет способ пробраться в замок. Она пообещала, что сообщит…       Но потом…       Когда его не было рядом, её снова одолевали сомнения. Чтобы хоть как-то отгородиться от личных переживаний, она старалась ещё усерднее готовиться к экзаменам. Но становилось только хуже! Она всё думала о своем будущем, что она будет делать после выпуска? Где будет жить? У Сириуса? Одно дело — жить у него на каникулах, и совсем другое — поселиться у него после окончания Хогвартса… Кошмар! Получается ли, что она использует его? А он снова не пишет ей… Какая же она эгоистка! Он и так делает всё для её удовлетворения! И даже сказал, что ни с кем больше не встречается… Вот дура! Он жертвует своей личной жизнью ради тебя! Конечно! И как сразу-то не поняла?! Но он так нежен, так ласков… Дура! Он просто пытается помочь… Как близкой подруге Гарри, как той, что когда-то давно спасла его благодаря маховику времени… Он обещал помочь и не обидеть, вот и делает это. Но он такой необыкновенно нежный, заботливый, страстный… Он всё делает на высоте, иначе он не был бы Сириусом Блэком.       Так загонялась и накручивала себя Гермиона. И с каждым днем в её воображении она сама становилась всё ничтожнее, а Сириус приобретал героический ореол рыцаря, жертвующего собой, так как дал слово ей помочь.       Приближался день экзамена по полетом, но Гермиона всё не решалась написать Сириусу. Она так себя накрутила, что начала верить в то, что она неблагодарная эгоистка, что ни на что не годная, и что нечестно сдавать экзамен с его помощью… Правда без него она совсем его не сдаст… И это будет страшный позор! Потому что герой войны Гермиона Грейнджер не может справиться с треклятой метлой, все будут смеяться… А потом все решат, что всё обман и нет никакой её заслуги в победе над Воландемортом… А ещё её табель с оценками будет испорчен троллем по полетам, она не сможет получить работу мечты… И…       Она должна справиться сама… Без Блэка! Она снова попробовала мастурбировать, но в памяти снова всплывали пытки Беллатрисы и начиналась паническая атака.       Что же ей делать?!       Настал день экзамена, а она так и не смогла написать Сириусу. Да, он сам просил написать, но как это будет выглядить? «Приходи и ублажи меня?» Мерлин! Сириус… Он слишком хорош для нее… Наверное в этом всё дело. Да, когда-то он казался ей безрассудным, но с тех пор он как-будто стал взрослее, не внешне, выглядил он сейчас даже моложе, чем после Азкабана, а именно более зрелым. Ей нравился его ум и то, как он может поддержать любой разговор, его чувство юмора, его забота о Гарри… И о ней… Его преданность друзьям и близким. Его улыбка, его глаза, его руки… Его неотразимые волосы и его чувство стиля… Он достоин большего, чем замухрышка книжный червь Грейнджер, которая ни парня найти не может, ни подрочить…       Глаза щипали слезы… Без малого полчаса до экзамена. Гермиона уже в форме для полётов, стоит одна в сарае с метлами… Может быть, попробовать сесть на нее здесь, где никто не видит, позволить ей довести себя до оргазма, а потом на экзамене спокойно летать?       Гермионе послышался шорох, она обернулась к приоткрытой двери, решительно подошла к ней и заперла магически.       Сделала глубокий вдох и перекинула ногу через метлу. — Вверх!       Метла приподняла её на метр над полом. Гермиона сжала дрожащие пальцы на древке. Началась вибрация. Снова послышался шорох, но она не обратила внимание.       Метла вибрировала, соприкасаясь с её вагиной через обтягивающие штаны. Она почувствовала, как бешенно начало колотиться сердце, как сдавило грудь, руки похолодели, перед глазами поплыли темные круги, она начала задыхаться, заваливаясь на бок…       Её вовремя подхватили сильные руки. — Ну, всё-всё, малыш, всё хорошо! — Сириус Блэк скинул мантия-невидимку и прижал её к себе. — Всё хорошо, дыши, сейчас тебе станет легче!       Гермиона разрыдалась, громко, некрасиво, со всхлипами, кашляя и сотрясаясь всем телом. Она хотела провалиться сквозь землю.       Сириус держал её, целовал в лоб и похлопывал по спине, когда она заходилась кашлем. Минут через пять она успокоилась. Он протянул ей фляжку, она приподняла бровь — спирное перед экзаменом? Но всё же сделала глаток. Во фляжке, вопреки её ожиданиям, был не виски, а укрепляющий бальзам. Сириус Блэк продолжал её удивлять. — Что ты здесь делаешь? — спросила она, и тут же укорила себя за неблагодарность. — Узнал от Гарри, когда у тебя экзамен… Ты ничего не написала, я сначала подумал, что у тебя наверно кто-то появился… Но всё-таки решил убедиться, что с тобой всё в порядке… Одолжил у Гарри мантию и карту мародеров, зашел за тобой в сарай… Хотел сразу сказать, что я здесь, но ты села на метлу…       Гермиона спрятала лицо за волосами, ей было так стыдно! — Почему со мной вечно что-то не так?! — Эй! Эй! — он обхватил её лицо ладонями. — Ты не виновата! Это всё Белла, она прокляла тебя, я всё выяснил, я весь прошлый месяц пытался разузнать про это проклятье… — но тут они услышали голоса с летного поля и Сириус осекся. — Об этом потом! У нас мало времени! Его руки юркнули за пояс её брюк. Он спустил их до колен, развернул Гермиону спиной к себе, нежно поцеловал за ушком, успокаивая, пока одна рука отодвигала трусики, а вторая уже собирала влагу, чтобы скользить по клитору. — Сириус, — неуверенно позвала Гермиона. — М? — А ты? — Тихо спросила она. — Что? — не понял Сириус. — Ну, ты тоже… — «должен получить удовольствие, а не только ублажить меня» хотела сказать Гермиона, но не могла. Блэк всё понял, хмыкнул. Его левая рука отпустила её трусики (правая так и осталась поглаживать клитор), послышался звук растегивающейся ширинки и через мгновение Гермиона ощутила горячую твердость, упирающуюся в её ягодицу. Она непроизвольно ойкнула, а Сириус притянул её ближе к себе. Оттянул трусики сзади и засунул в них свой член. — Ты же не против? — он раздвинул её ягодицы, поправил нежный шелк трусиков и сделал несколько движений. Его ствол скользил между её булочек и белья, головка упиралась в кружевную тряпицу, растягивая её и пачкая предэякулятом, и снова проезжала по промежности, собирая смазку. Пальцы продолжали массировать клитор.       Времени у них было не много, некогда было растягивать удовольствия, движения Сириуса стали резче и решительнее. Его член в её трусиках скользил всё быстрее, пальцы всё увереннее теребили её клитор, жаркое дыхание опаляло тыльную сторону шеи. Сириус мычал и постанывал, вдыхая запах её волос и продолжал движения.       Он наверно тоже изголодался по сексу, — подумала Гермиона, — из-за меня, ему пришлось от него отказаться.       Сириус совершил новый толчок и со стоном кончил, сквозь натянутую его членом ткань трусиков Гермионы выступила сперма. Он несколько раз содрогнулся всем телом, преодолел головокружение и продолжил движения. Гермиона кончила спустя пару мгновений.       Собирались и приводили себя в порядок на предельной скорости, но Гермиона успела таки на экзамен!