Расчёт по старым долгам

Посольство в горах

Цири вышла за ворота города, палач Атар выдал ей что-то вроде увольнительной и указал предполагаемые место нахождение банды и напомнил девушке, что бандиты нужны ему только мёртвыми. Девушка, благодаря бумаге полученной от палача, могла не бояться повторного ареста. Ей оставалось дойти до своего тайника, взять из него оружие и отправиться на поиски банды, с голыми руками идти на головорезов ей не хотелось. Но зачем вообще всё это делать? Из тюрьмы её выпустили, она может идти куда угодно, Атар ничего не сможет сделать, если Цири захочет сбежать, её ничего не удержит. Но Атар понимал риски, если сбежит, то ничего страшного, невелика потеря, к тому же девушке что-то было нужно и кошель золота на дороге не валяется. И в этом он не ошибся, Цири не думала сбегать. Девушка вооружилась, разложила на камне карту и принялась её изучать. Палач сказал, что банда укрылась в месте, которое называется «Железное логово». Она нашла его на карте и составила маршрут. Цири проверила свою экипировку и отправилась в путь, долго задерживаться она не хотела, на эту охоту отводила 1-2 суток, мёрзнуть в Хаафингарских горах не входило в её планы. Вскоре, девушка вышла к роскошному комплексу, и решила осмотреть его. Забралась на сосну и стала изучать что перед ней. Два двора: внутренний и внешний, три здания; скаты крыши были слегка изогнуты, крышу венчал фигурный конёк, периметр комплекса патрулировали солдаты — это были солдаты Талмора. «Передо мной посольство Талмора, и оно так близко от столицы Скайрима». Цири удивилась тому, что она так просто вышла на посольство, но как в него попасть? Посольство охранялось по высшему уровню, много стражи, что незаметно не проскользнешь, и находиться оно на отвесной скале. Вон то двухэтажное здание, это резиденция самой Эленвен, первого эмиссара, про неё Ариента много рассказывала. Она была там не раз, когда встречалась с первым эмиссаром. Резиденция имеет свой секрет, там есть лестница, которая ведёт в подвал, где возможно томиться сама Ариента, но как узнать так ли это на самом деле? Подойти к воротам и спросить разрешения на встречу с самой Эленвен, скорее всего, окажешься в соседней камере с Ариентой, если эльфы сразу не убьют. Остаётся только штурм посольства, но у Цири на это не было ни сил, ни средств. С грустью Цирилла спустилась на землю, понимая, что ту она бессильна, нет у неё возможности воевать с Талмором. «Возможно Ариенты там вообще нет, Алиндодир полагал, что её отправили морем на корабле в Алинор, чтобы судить». Но в одном Цири была точно уверена, что эльфийка до сих пор ещё жива. Надо идти дальше, выполнять поручение Атара, это приблизит освобождение Ариенты. Обеих им нельзя попадать за решётку. А сейчас надо идти восточнее посольства, там находится дорога между горами, которую грабят бандиты.

Железное убежище

В горах дул холодный северный ветер, но Цири уже привыкла к скайримской погоде. Она карабкалась по скале, чтобы зайти бандитам с тыла и это давало определённое преимущество. Когда стемнело девушка выбрала позицию на склоне горы с которой было видно убежище бандитов. Итак, их трое, все как на ладони, не ожидают нападения. Цири на всякий случай проверила «Обнаружением жизни», не притаился ещё кто-то. Она решила атаковать из далека, достала лук. Первых выстрел, один бандит поражён в шею и упал. Оставшиеся двое вскочили, пока соображали, Цири выстрелила второй раз, но не так удачно, цели на месте не сидели. Второй бандит ранен в плечо. Поняв, что если они останутся на месте, то их просто перестреляют как кроликов, бандиты бросились в лес. «Уйдут же, надо догонять». Цири быстро спустилась и за ними, одного хуже экипированного, она добила ледяными копьями, целиться из лука не было времени. Третий был одет в резную броню, и её так просто не пробить, похоже это и есть главарь, за которым она пришла. Главарь понял, что ему не уйти и бросился на неё с криком: «Умри, будь ты проклята!!!» Хороший случай проверить оружие оставленное Ариентой. Цири уклонилась поворотом от удара топора, но всё же топор скользнул по её нагруднику, эльфийская броня выдержала. Цири рубанула в плечо и получилось пробить наплечник, бандит перебросил топор в левую руку, теперь он стал осторожнее. Они стали кружить друг перед другом, Цири попробовала атаковать огнём, но без особого результата, похоже у него есть зачарование против огня. «Пусть кружит, он ранен, скоро ослабнет. Время работает на меня». Бандит тоже это понял и решил её атаковать пока ещё есть силы, но всё же движения его были не такими ловкими и Цири не составляло большого труда уворачиваться. Девушка, уловив момент, поразила ногу сзади, где не было защиты. Главарь рухнул в снег, и Цири снесла ему голову. «Надо признать, что эта серповидная штука рубит отменно». Она собрала трофеи. И сложила отрубленные головы в мешок, в качестве доказательства выполненной работы. «Теперь я ничем не отличаюсь от Бонарта. Но что тут поделаешь, ничего личного, только бизнес». Уходя, Цири решила, что это была разовая акция, когда она убила за деньги. Но кто знает, что будет дальше.

Бюрократия Скайрима

Атар осмотрел доказательства, добытые девушкой, покачал головой: «Это правильная голова. У меня прямо гора упала с плеч». Затем он достал из стола кошель с золотом и отдал Цири: «Ты настоящий друг, бери, заслужила». Цири взвесила в руке кошель, он увесистый, монет тут прилично, если не пропить в таверне, а вложить дело, то принесёт хороший доход. «Может переквалифицироваться в охотницу за головами, платят больше и не так опасно, чем на чудовищ ходить». — А теперь вали отсюда, — неожиданно сказал Атар. — Пока я не передумал. — А можно я вернусь свою камеру, — вдруг ответила девушка. — Я так устала в горах, мне требуется отдых. Сначала Атару показалась, что заключенная не поняла, что её освобождают. — Ты свободна, можешь идти куда угодно. — В этом случае, пожалуйста, удостоверение личности, — потребовала Цири. — И бумагу, что невиновна или отбыла срок. Плач Атар имел грозный вид, с помощью его решал многие вопросы. Вернее сказать, у палача никто не осмеливался что-то спрашивать, но эта заключённая его не боялась. А также оказалась хорошо подкована в законах и праве, и палачу пришлось блеснуть своим интеллектом и эрудированностью. — Сделай милость, скажи, зачем так всё усложнять? — Я хочу начать честную жизнь, — ответила Цири. — А для этого должна рассчитаться по долгам прошлой. Будь проклят, тот день когда её арестовали и бросили за решётку Мрачного замка, таких упертых узников ещё у Атара не было. — Чем тебя не устраивает бандитское ремесло? Странный вопрос, он же законник, и должен стремиться к искоренению преступности. — Я думала, исправившаяся преступница, ставшая на честный путь, это похвально. И попадать за решётку как-то надоело. — Думала она? А обо мне ты думала, кого я в тюрьму буду садить, если бандитов не будет, — возмутился Атар. — Я без работы останусь. И указал ей на прейскурант, который висел на стене, там были расписаны преступления и положенные штрафы за них. Чем тяжче преступление, тем больше полагался штраф за него, но цены были весьма демократичные, легко можно расплатиться и разбойничать дальше. Что за город, на всём делают деньги. — Главное не убивай коронованных особ и не участвуй в мятежах против власти, в таких случаях нельзя откупиться. Я вижу, что ты девчонка понятливая. А всё остальное решается за звонкую монету, прямо не отходя от кассы. Вернула украденное, заплатила штраф и гуляй дальше. До Цири дошло, почему в тюрьме не было ни одного криминального заключённого, там сидели они только политические. Нормальные бандиты, как правило, откупались, а охоту объявляли только, на самых отъявленных головорезов, которые сильно досаждали и не знали меры своим преступлениям. И Цири поняла почему её арестовали, накануне был убит король Торуг и стражники хватали всех подозрительных. Про неё подумали, что она связанна с Братьями Бури, но доказательств этому не было, а просто так выпускать не хотелось, и про неё забыли. — А если я не заплачу? Допустим, у меня нет денег. — Тогда сядешь в тюрьму, — разъяснил ей регард и показал другую табличку на доске документации, где были указанны преступления и положенные сроки за них, которые тоже были весьма терпимые. Атар выигрывал в любом случае. В первом - он сразу получал штраф, во втором - выплаты от властей на каждого заключённого. Штраф конечно был приемлемее, так как выплачивался сразу и никакой возни с узниками. — Ну, что ты хочешь ещё легализоваться? — Да, хочу, — настойчиво сказала девушка. — Мне надоело скитаться, и хочу где-нибудь поселиться. Атар почесал затылок, его заставляли работать, а этим заниматься ему не очень хотелось. Если её понравился Солитьюд, а это неудивительно, многие хотели осесть в столице, то есть два способа. Первый более простой — выйти замуж за местного гражданина и поселиться в его доме, второй способ сложнее — стать таном ярла и получить разрешение на покупку жилья в городе, но для этого требовалось стать известной в Хаафингаре. А тогда, если выйти замуж, то можно поселить мужа уже в свой дом. Кстати, один дом уже продаётся «Высокий Шпиль», по соседству с кузиной императора Витторией Вичи. — Я хочу стать таном ярла, — уверена произнесла девушка. — Я ни какая-нибудь пустожорка, чтобы меня взяли в жёны просто так. Цири понимала, что возвышение по социальной лестницы поможет осуществлению её планов. Но для этого требовалось имя, чтобы войти в Синий дворец. И она рассказала свою биографию, которую ей придумала ей Ариента. Атар снова поскрёб голову: «Для удостоверения твоей личности требуется запрос в твой родной Рорикстед, потом утверждение ярлом Вайтрана Балгруфом. Далее запрос в сиротский приют в Рифтене и ещё проверка подлинности документов». — А как долго это делать? — поинтересовалась девушка. — От года, до нескольких лет, — объяснил регард. — Учти, всё это время ты будешь сидеть за решёткой. Не передумала легализоваться? — А чего так долго? — удивилась девушка. — Надо всего несколько бумажек собрать. Ей Атар разъяснил, что бюрократия всегда так работает, а сейчас идёт война перемещение по дорогам опасно и рассматривать на неё запросы будут в последнюю очередь. Кроме того справки имеют срок актуальности, после чего их надо заново заказывать. — У тебя есть, юрист, который сможет их сделать? — задал вопрос Атар. — Пока ты будешь отдыхать в камере. — Нет у меня таких знакомых, — ответила Цири. Получалось, чтобы начать честную жизнь, надо хорошо постараться. Но тут она вспомнила про своё личное дело из Северной крепости. Она его прихватила при побеге, по этой причине не хотела показывать, чтобы не выдать себя. Но регард располагал к себе, и Цири рискнула. — Вот это подойдёт? — спросила девушка и передала тюремщику увесистую папку. Атар принял её и стал с интересом изучать её. — Писала девушка, красивый почерк, — похвалил Атар свою эльфийскую коллегу из Северной крепости, любуясь изящно выведенными буквами, страницы дела до сих пор хранили запах духов Ариенты. — Даже держать в руках приятно. Эльфийка достала всё что можно, это были различные документы, подтверждающие существование Фионы из Рорикстеда. Оказывается она родилась в Рорикстеде в семье Эмгара Колючего и его жены Павельды. Мать умерла после родов, а отец ушёл в лес и не вернулся, когда девочке было 5 лет, после чего, та попала в сиротский приют Рифтена. И это всё подтверждалось документами, как добыла их Ариента, только одной ей было известно. Хотя с юстициаром Талмора связываться никто не хотел, эльфийке давали всё, что она требовала и без всяких проволочек, лишь бы юстициар не устраивала обыски в домах горожан и не находила что-нибудь запрещенное. Вот и спешили её проводить, как можно скорее. Там были даже детские снимки Цири, когда она жила в Рорикстеде, документы из приюта с подписью Грелод Доброй. Документы о задержании и аресте из различных тюрьм Скайрим. Всё это было липой, но высококачественной, что даже Цири показалось, что это происходило с ней на самом деле. Эльфийка с усердием создала ей легенду, новую личность. Цири называла написание документов бумагомаранием, а Ариента - документооборотом и относилась к этой работе очень серьёзно. И только сейчас Цири оценила объём работы проделанной альтмеркой. — Это меняет дело, твоя личность подтверждена, — Атар нехотя отложил шедевр Ариенты. — Будем судить тебя, Фиона из Рорисктеда, по всей строгости закона. Сама напросилась. Для начала тюремщик сверил изображения заключённой из дела, сделанные в Северной крепости. Цири пришлось стать в фас и в профиль слева и справа. Затем сверил её опечатки пальцев. Всё было верно, перед ним заключенная из Северной крепости, только непонятно, почему её там так долго держали. Эленвен сразу рекомендовала перевести Фиону в Солитьюд. — Сейчас ты находишься, там, где должна быть, — сказал тюремщик. — Ты должна была отбывать срок у нас. — У меня был конфликт с начальником тюрьмы, — призналась Цири. — И он решил меня задержать. Удовлетворённый ответом, Атар достал своды законов и счёты, принялся суммировать сроки за преступления, совершенные ранее девушкой. — Фиона из Рорикстеда приговаривается к 5 годам тюремного заключения, — наконец вынес свой вердикт Атар. — Если не устраивает приговор, то можно обжаловать. — Я согласна, — согласилась с решением суда Цири. — Мне 15 лет обещали. — Это эльфийские сроки, — добродушно объяснил палач. — Они и живут дольше нас, с тебя и 5 лет хватит. Атар снова взялся за дело Цири, прочитал, поднял голову и посмотрел на девушку, и снова проверил дело. Нет, всё верно, тиснённая талморская бумага, с альтмерскими орлами. Но как такое может быть? — У тебя в роду эльфы были? — задал вопрос Атар, заметив, что заключённая слишком хорошо выглядит для своих, предполагаемых, 50 лет. — Женщине столько лет, насколько она выглядит, — возмутилась Цири. — И своих родителей я плохо помню. Возможно были эльфы, но мне про это не говорили. — Ладно, если учесть, что ты отсидела 25 лет в Северной крепости, даже пересидела, — сделал вывод регард. — Сидеть тебе в Мрачном замке необходимости нет. Ты отбыла свой срок. — Наконец всё решилось, — выдохнула Цири. — Как я долго этого ждала. — Но тут есть одна загвоздка, — расстроил девушку палач. — Ты можешь, быть свободна, только когда будет получено высочайшее соизволение. — И долго его мне ждать, — поинтересовалась Цири, поняв, что её радость была преждевременна. Атар стал объяснять, что она может выйти из тюрьмы, только после того, как её помилует правитель Хаафингара, в данном случае ярл Элисиф Прекрасная, но в Солитьюде находится военный наместник Скайрима генерал Туллий, так что требуется ещё и его подпись. А все эти персоны очень заняты и бумаги подписывают редко, так что освобождение Цири может занять неопределённое время. Иногда заключённый ожидает освобождения дольше чем отбытый срок. Пока эти бумаги не будут подписаны, по закону девушка должна сидеть за решёткой. Ничего не поделаешь, такова бюрократия. — А если, я сама понесу бумаги на подпись? — предложила Цири. — Это ускорит дело? Атар подумал и сказал, что это может помочь разрешить ситуацию быстрее. Он даже разрешит Цири сходить самой, и как другу может ей позволить дожидаться решения этого вопроса за пределами тюрьмы. — Я буду сидеть в камере, как положено, — отказалась Цири. — Выпустишь меня, когда будут бумаги готовы. Она хорошо знала, какие цены в тавернах из-за наплыва гостей, они приехали на свадьбу Виттории Вичи и Асгейра Снегохода. А в тюрьме можно сидеть бесплатно, так что девушка решила этим воспользоваться. Ей не хотелось тратиться лишний раз. Тюремная камера такая же комната, как и в таверне. Клаустрофобией Цири не страдала, а к решёткам давно привыкла, что их даже не замечала.

Сокамерницы

Атар вызвала стражника, что-то ему сказал. Цири завела руки за спину, охранник накинул на запястья девушки верёвочные петли и затянул их и завязал узлом, зафиксировав руки заключённой. В солитьюдской тюрьме, похоже не хватало металлических наручников и стражники использовали обычную верёвку, но зато они пользовались этим средством весьма виртуозно, что без посторонней помощи не развяжешься. Цири отправились в низ к камерам, но её ждал сюрприз. Вместо камеры № 6 её привели к седьмой, где обитала Бьяртур. — Это какая-та ошибка, — осведомилась Цири. — Моя камера № 6, а эта уже занята. — Ошибки быть не может, — возразил стражник, отпирая дверь. — Смотри, вон ещё одну кровать поставили. Это было логично, в камере будут две девушки, и кровать должна быть у каждой. Цири не понимала причину переезда в камеру к Бьяртур. — Не тяни время, заходи и располагайся, — поторопил стражник Цири. — Сидеть будите вдвоем. Цири пришлось подчиниться, дверь за ней сразу захлопнулась и щёлкнул замок и она осталась наедине с нордкой. Раньше Цирилла сидела только в одиночке, а теперь у неё появилась сокамерница, и было непривычно делить камеру с другим человеком. В обычной жизни, если поладить не получается, то всегда можно разбежаться, а в этом случае, так проблема не решалась, ведь обе заперты в одном помещении, и разойтись не получиться. «Зачем Атар запер нас вместе?» — Приветик, мы с тобой теперь сокамерницы, в тесноте, да не в обиде, — ответила на немой вопрос Бьяртур Цири. — Ты рада этому? — Теперь ты будешь меня допрашивать? — вопросом на вопрос ответила Бьяртур. Цири поняла, что надо расставить всё по местам, иначе будут проблемы. — Бьяртур, не глупи. Тут места хватит нам обеим. Значит, так правая половина камеры твоя, левая моя, стол общий. Ты меня поняла? — А не желаешь подкрепить свои слова кулаками? — возразила Бьяртур. — Если хочешь смахнуться, то можно, — согласилась Цири. — Только смотри, я сегодня утром три свежих головы для господина палача добыла. Я непросто так в горы ходила. Бьяртур была симпатична Цири, и начинать совместное заключение девушке не хотелось с насилия, тем не менее сокамерницу поставить на место надо. — Ладно тебе, — ответила миролюбиво Бьяртур. — Как скажешь, тут места достаточно. Женщина подумала, что Атар посадил с ней в камеру убийцу, чтобы та прикончила её по-тихому. Атар завел себе ассасина, а что её новая сокамерница на это способна, женщина не сомневалась, посмотрев в глаза Цири. — Вот, как хорошо, что люди могут достичь понимания, — улыбнулась Цири, догадываясь, что нордка всё ещё не доверяет, и это была верная стратегия. «Видимо считает меня подсадной уткой, которая должна выведать информацию, что Бьяртур утаила на допросах». Через некоторое время Цирилла спала без задних ног в седьмой камере. День у неё выдался насыщенный. Цири не учла ряд подводных камней, про которые Атар умолчал, освобождение девушки зависело оттого согласится ли Элисиф засчитать срок проведённый в Северной крепости, а своенравная ярл могла вполне в этом отказать, и в том случае Цири придётся отбывать срок по-новому, и просить помилования, она могла только через 5 лет, когда полностью срок закончится. Но и на этом проблемы не заканчивались, помилование могли легко отклонить, если будет сказано, что она плохо себя вела вовремя заключения. В таком случае девушка получит новый срок. Даже пустяковая кража яблока может обернуться длительным тюремным заключением. Цири должна всё хорошо продумать, прежде чем попадёт на аудиенцию ярлу Солитьюда, чтобы не наломать дров. Но хуже всего для Цири было, то что украденный ею ключ, остался в камере № 6, а повторить трюк с кражей ключа, у неё не получалось, стражники почему-то проходили мимо седьмой и на девушку внимания не обращали. Цири была надёжно закрыта, и побег исключался. Может Цири лучше было принять первое предложение Атара.

Заключение в Мрачном замке

Цири получила статус осуждённой преступницы, которая отбывала наказание, а заключённые должны работать и приносить пользу. Цири получила работу уборщицы в Имперском штабе. В её обязанности входила уборка центрального холла, зала для совещаний с картой, спальни генерала Туллия и легата Рикке. Эта работа была непрестижной, и нанять работницу из местных жителей не получалось, поэтому это дело поручали заключённым. Объём работ у Цири был конечно большой, но изначально планировали отрядить для уборки обеих женщин. Но гордая Бьяртур, наотрез отказалась служить имперским псам в любом качестве. — Грязные хоркеры освободите меня. Имперские псы. Свобода Скайриму, — провозгласила нордка. — Дура, чего кричишь, — попыталась Цири унять сокамерницу. — Тебя так никогда не выпустят. — Братья Бури возьмут Солитьюд и меня освободят, — уверено сказала Бьяртур и добавила с презрением. — Я о тебе была лучшего мнения. Иди чисти сапоги имперскому генералу Туллию, за своё жалкое помилование. — Должно же быть у тебя чувство товарищества, — привела разумный аргумент Цири. — Мы с тобой в одной лодке. И вдвоём прибираться намного проще. — Пусть хоть грязью зарастут, мне то что, — объяснила свою позицию нордка Цири. — Ульфрик Буревестник истинный король Скайрима. Цири тяжело вздохнула, если такие все Братья Бури, то повезло, что её тогда арестовали и не дали совершить ошибку. Симпатий к мятежникам у девушки становилось всё меньше и меньше. В целом комфорт содержания в тюрьме зависел от статуса и финансового положения заключённого, если за решётку попадал тан ярла, то он мог меблировать свою камеру по своему усмотрению и при этом не работать вовсе, а такие случаи редко, но всё-таки бывали. Но у Цири не было таких средств и связей, и она вела образ жизни обычной заключённой. Девушка сравнивала заключение у эльфов и здесь, по крайней мере, тут к ней обращались по имени, а не по номеру камеры. Её человеческое достоинство не попиралось, она была лишена только свободы. Эльфы злодеями тоже не были, они относились к ней в основном нейтрально, хотя и смотрели с высока. Неизвестно, такое отношение к людям в них заложено на генетическом уровне или это плоды воспитания. Такие два разных полюса, как Ариента, считавшая, что все расы ни хуже и ни лучше друг друга, тем не менее верившая в эльфийкое превосходство (Ариента старалась соответствовать образу высокого эльфа и получалось это довольно успешно), и Нериавин, полагавшая, что эльфы это высшая раса, а все остальные расы должны служить эльфам, встречались среди высокого народа редко.

Казнь Роггвира

Цири уже заканчивала уборку в комнате генерала Туллия, как зашёл сам генерал. Туллий осмотрел свою комнату: полы вымыты, с тумбочек и шкафов пыль вытерта, посуда сверкает чистотой, постель заправлена, оружие блестело; девушке доверяли чистку оружия, без опасения, что она может повернуть его против хозяев. Цири завидев генерала, слегка поклонилась ему и спросила: «Генерал, я прибралась, угодно вам что-нибудь ещё?» — Всё хорошо, Фиона, мне ничего не надо больше, — ответил военный наместник в Скайриме и дал ей монету за работу. — Зайдите капитану Алдису, пока он не ушёл. Цири быстро спустилась и пошла направо, где находились казармы городской стражи. За время своего заключения девушка знала Мрачный замок, как свои пять пальцев. Капитан городской стражи уже собирался уходить, как увидел Цири. — Фиона, вот ваш пакет документов. Отнесите его ярлу Элисиф. Ни пуха, ни пера. Удачи. Алдис куда-то спешил, Цири, выйдя на улицу, поняла причину спешки, на эшафоте стояли Алдис, Атар и заключённый Роггвир. «Казнь, почему без этого нельзя?» Девушка критически относилась к казни, она считала не делай того, чего не хочешь получить сам. Тогда в прошлой жизни, она тоже так стояла у плахи. Цири про себя молилась, чтобы для Роггвира всё кончилось быстрее. Крики были разные, кто-то жалел приговоренного, кто-то требовал крови. Алдис зачитал приговор Роггвиру: «Роггвир! Ты помог Ульфрику Буревестнику бежать из города после убийства верховного короля Торуга. Открыв для Ульфрика ворота, ты предал народ Солитьюда». Роггвир ответил:«Не было никакого убийства! Ульфрик бросил вызов Торугу. Он победил короля в честном бою». Альтмерка Тари выкрикнула: «Врёшь!» Роггвир возразил:«Такова наша традиция! Таков древний обычай Скайрима и всех нордов!» Эльфийка попробовала подойти поближе к эшафоту, но её остановил стражник: «Отойди. Мешать казни — серьёзное преступление». Тари извинилась: «Прости, я хочу посмотреть, как предателю Империи отрубят голову». Цири подумала: «Остроухая, какая тебе Империя, вали в свой Алинор». Ностер Орлиный Глаз произнес: «Отрубить человеку голову за то, что он открыл ворота? Мне кажется, это неправильно». Алдис приказал:«Стража! Подготовить приговорённого». Роггвир:«Обойдусь без помощи». Алдис:«Хорошо, Роггвир. Склони голову». Роггвир:«Сегодня… я иду в Совнгард». Цири вспомнила свою казнь, её казнь была гораздо скромнее. — До встречи в Совнгарде, — произнесла она про себя, когда голова Роггвира упала в ящик.

Сборы в Синий дворец

— Нужно было растянуть его мучения. Он заслужил медленную смерть, - рядом с девушкой стояла неугомонная Тари. У Цири всё вскипело внутри: «Всё-таки эти остроухие ублюдки. Рассказать, как я несколько месяцев назад резала сородичей Тари, но старалась дать им быструю смерть. Я не хотела мучать даже такую дрянь, как Нериавин». Но Цирилла сдержалась, и ничего не ответила эльфийке на провокацию, всё равно она не поймёт. — Если ты идёшь в Синий дворец, лучше смени костюм, — продолжила беседу Тари. — Обязательно загляни в «Сияющие одежды». У нас прекрасный выбор товаров. Без сомнения, ты подберёшь себе что-нибудь интересное. Девушка кивнула эльфийке, и после того как альтмерка удалилась, обнаружила, что одета, так же как и казнённый Роггвир, в тюремную одежду. Осталось ещё взойти на эшафот вслед за Роггвиром. — Роггвир любил поговорить о чести. Сдаётся мне, честного человека не казнили бы, — послышалось рядом. — Чего вы пристали к нему, человек заплатил за свой поступок головой, он рассчитался и больше невиновен, — рассердилась Цири, она знала, что честность и порядочность вещи растяжимые. — О мертвых говорят хорошо или ничего. Человек стал объяснять, что они дружили в детстве и поссорились из-за девчонки. Роггвир постоянно его унижал при ней, вот и причина неприязни: «Однажды даже засунул пчелиный улей в мою постель. Конечно, тогда мы были детьми. Но с тех пор Роггвир так и не повзрослел, и добрее не стал. Так что любые разговоры о его благородстве — чушь собачья». — А сам-то повзрослел? Вот, они мальчишки, никак взрослеть не хотят. Девчонку поделить не могут, — подумала Цири. — Смешно. Говоривший представился, как Сорекс Виний, сын владельца таверны «Смеющаяся крыса». И спросил, девушку не собирается ли она пойти в Синий дворец. — Как раз туда собиралась, — подтвердила Цири. — У меня там важное дело намечается. — Ты можешь отнести посылку к управителю ярла Фолку Огнебородому? — обрадовался Сорекс Виний. — Там Строс М’Кайский ром, Фолк его давно ждёт, а я сейчас занят. Цири подумала, что главное идти не в чём, а с чем. Бутылка, будет кстати, а одежда заключённой возможно вызовет сострадание правительницы и шансы помилования возрастут. — Хорошо, отнесу твой ром управителю, мне как раз по пути. Девушка собиралась уже отправиться в Синий дворец, как её посетила мысль: «Может переодеться в хорошую одежду, то ещё во дворец не пустят. Была не была, зайду в магазин к остроухим». Когда Цири зашла в магазин «Сияющие одежды», Тари стала до неё допытываться, действительно девушка идёт в Синий дворец. Цири ответила эльфийке утвердительно. — Какой неожиданный подарок судьбы! Если ты наденешь один из костюмов от «Сияющих одежд» и поговоришь с ярлом, я тебе не только заплачу, но и позволю оставить костюм себе, — обрадовалась Тари. Цири смекнула, что на халяву и уксус сладок: «Если так, то я согласна поучаствовать в твоей рекламной компании». — Хорошо. Вот костюм. Постарайся узнать мнение Элисиф о нём, и если ей понравится, упомяни «Сияющие одежды», — объяснила сделки условия эльфийка. Цири вышла из магазина и отправилась в Синий дворец на судьбоносную встречу с правительницей Хаафингара. «Что за город, каждый чем-то торгует. Надеюсь мне больше не придётся переодеваться в тюремное и возвращаться за решётку сегодня вечером».