Часть 7

      Впервые за долгое время Ева выспалась и чувствовала себя просто прекрасно, правда, только до тех пор, пока не проснулся и мозг и не начал прокручивать все события вчерашнего дня. Долгожданный дебют — то, к чему девушка шла так долго, то, чего желала больше всего, то, во что вложила столько сил, теперь стало частью её реальности, но она по-прежнему не могла привыкнуть к мысли о том, что это происходит наяву. На сцене её переполняли эмоции, поэтому сейчас выступление вспоминалось лишь отрывками. Ей казалось, что она пытается вспомнить сон, от которого она только что проснулась. «Надо обязательно посмотреть выступление со стороны», — подумала девушка и потянулась за телефоном. Быстро набрав название группы и песни, она включила первое попавшееся видео с названием «Огненный дебют новой женской группы JYP».              В целом их выступление выглядело крайне эффектно: красные огни зала подчёркивали страстные комбинации движений куда больше, чем освещение студии, в которой они репетировали. Но глаз Евы сразу стал всматриваться в партии каждой участницы: «Хм... вот здесь не дотянула, а здесь поспешила». Она, как самый придирчивый критик, выискивала всё новые и новые косяки, пересматривая видео раз за разом, при этом даже не замечая, как самые сложные моменты хореографии выдавались с невероятной точностью и профессионализмом. Так каждая новая замеченная неточность раздражала всё больше. Перфекционизм создавал пламя негодования в ней. Девушка с силой сжала челюсти и кулаки.              На экране выскочило сообщение Мина в чате группы: «Как же я рада, что мы наконец-то дебютировали! Первое утро в роли айдола~». Ева недовольно хмыкнула и набрала сообщение: «Так себе из нас айдолы, если мы даже выступить нормально не можем».              Она выключила телефон. Хотелось стереть себе память, а лучше — вернуться во вчерашний день и перевыступить. Она знала, что могла лучше, и осознание этого разъедало её, соединяясь с желанием поколотить всё вокруг. «И это видели все в зале, за кулисами, а теперь и в интернете! А-а-а, да за что?!»              Она лежала несколько минут, варясь в своих переживаниях, как вдруг её мысли прервал резкий, громкий звук открывающейся двери — в комнату влетела разозлённая Мина. Первая мысль была: «Она тоже недовольна выступле...»              — Ева! Не смей! Сколько раз ты посмотрела? — Ева от неожиданности не знала, что ответить.              Мина слишком хорошо знала свою напарницу, которая давно уже стала её лучшей подругой — нелёгкий путь трейни либо сближает, либо навсегда ставит бетонную стену в отношениях в виде конкуренции. Как лидер группы трейни, Мина не раз сталкивалась с перфекционизмом Евы и его последствиями. Сначала младшая становилась очень тихой, начинала стараться в сто раз усерднее, просто изводя себя в зале, если что-то не получалось у группы, винила себя, что это всё из-за неё, принижала свои способности и просто выгорала от выступлений. Пару раз Мина чудом успевала остановить девушку чуть ли не на пороге кабинета Пак Джинёна с заявлением об уходе.       Переполняющие негативные мысли убивали девушку. И, к сожалению, она не говорила об этом никому, просто держала всё в себе, усугубляя ситуацию, что очень бесило Мина. Как лидер, Мина не могла позволить кому-то брать её ответственность за ошибки на себя, особенно, когда это было по абсолютно безосновательным и надуманным причинам, да и к тому же она очень любила свою макнэшку.              — Я не знаю, что уже ты успела высмотреть в нашем выступлении, но выслушай меня, пожалуйста. Увы, мы не идеальны, и мы можем совершать ошибки. Скажи мне, а кто с первого раза выступает идеально? Да те же Stray kids, думаешь, у них не было ошибок?              — Но что, если за это нас не полюбит публика? Что, если нас расформируют? Это позор для агентства!.. — перебила лидера Ева.              — Если бы мы выступали так плохо, как ты себе сейчас напридумывала, нас бы не допустили до дебюта и не устраивали бы для нас после вечеринку-празднование, а тем более хвалил ли бы тогда нас Пак Джинён? Вот скажи, разве мы придумали плохое выступление?              — Нет, но...              — Никаких но! Да, там есть ошибки, но что мешает нам учесть их и выступить во второй раз намного лучше? — Ева хмыкнула. — Ты читала комментарии в сети?              — Я не хотела расстраиваться ещё больше.              — А зря. Их, конечно, не так много, но, кажется, людям понравилась задумка. Смотри! — Мина начала показывать специально отобранные положительные комментарии. Все остальные не должны волновать Еву, с их горечью Мина справится сама, да и большинство были необоснованным хейтом.              — Ева, я очень люблю наше выступление, и я считаю, что мы выложились на полную, — сказала Мина и включила видео снова: — Посмотри на этот взгляд, а на пластику движений, ну как ты не видишь, что ты выглядишь крышесносно? Я бы очень хотела быть хотя бы на половину такой харизматичной и яркой, как ты.              — Да брось, я танцую не лучше вас уж точно, вы все очень талантливые.              — Так , ладно, план А по поднятию твоего духа не сработал, включаем план Б. Пошли завтракать, я угощу тебя французскими вафлями с джемом. Как тебе идея? — мысль о еде просто не могла не вызвать улыбку у Евы.              — Вафли? Неужели ты сама приготовила? Мина, на тебя не похоже.              — О нет, — рассмеялась Мина, –травить я тебя не собираюсь. Забыла сказать: это Ксюён с утра приготовила, так что пойдём.              — О, ну если это Ксю, то я не могу отказаться.              Ева переехала в Корею ещё в детстве, поэтому отлично говорила на корейском, при этом дома с папой она говорила на его родном языке, греческом. Коренные корейцы всегда старались общаться со своими, они не игнорировали девушку, и тем более не издевались над ней за её нехарактерные для местных черты внешности, однако близких отношений с кем-либо она так и не смогла построить. Ева с детства мирилась находиться в большой компании и при этом чувствовать себя одиноко, привыкала к косым взглядам, к недоверию со стороны корейцев, свыкалась с тем, что она всегда одна. Так девушка стала более замкнутой в себе, очень редко проявляла инициативу в больших компаниях. Девушка стала считать, что она недостаточно хороша для Кореи, что всегда надо стараться больше, чем на 100%, чтобы добиться признания других. Она очень тяжело переживала любые ошибки. Да и её родители постоянно подливали масла в огонь фразами: «Ну ты ведь уже получала по этому предмету наивысшую оценку, почему ты не можешь снова?» и «Почему все могут, а ты не можешь? Значит ты просто недостаточно стараешься».              Так занятия танцами стали для неё отдушиной. Только растворяясь в танце, она могла доверить все свои эмоции музыке, расслабиться и быть собой. Родители позволяли заниматься танцами до тех пор, пока это не будет мешать учёбе, так что это стало ещё одной причиной стать отличницей во всём. Отличницей в оценках, а потом и перфекционисткой во всём остальном.              На одном из мастер-классов по танцам Еву заметила тренер от JYPE и предложила пройти отбор в состав трейни лейбла. Девушка никогда до этого не думала становиться айдолом, но за день до мастер-класса поругалась с мамой, которая считала расточительством ходить на мастер-классы по танцам, когда лучше потратить деньги и время на подготовку в университет. Родители хотели отправить дочь учиться на банковское дело и никаких других вариантов они даже не планировали рассматривать. В тот день Ева была в обиде на них за то, что они не хотели поддерживать её хобби и в принципе советоваться с ней о том, какого будущего она желает, поэтому девушка назло всем приняла приглашение на кастинг.              «Будь что будет. Я никогда и не думала становиться айдолом, так что если не пройду, ничего не изменится».              Но она прошла. Жюри очень понравилась её необычная внешность, да и танцевальные способности находились на высоком уровне. Родители были ошарашены новостью — они никогда не думали, что их дочь способна на что-то творческое на таком серьёзном уровне, чтобы метить в айдолы. После многочисленных споров им пришлось разрешить дочке подписать контракт трейни. Главным условием, которое они поставили Еве, была отличная успеваемость.              В агентстве её определили в группу из пяти девушек, с которыми они прошли через всё вплоть до вчерашнего дебюта. В группе особенно дружна она стала с Мина, их лидером. Та была чутким психологом, всегда знала, когда нужно утешить и поддержать, а когда дать пинка под зад. В общем, её приёмы мотивации были крайне разнообразными.              Мина была строгим, требовательным лидером со стержнем внутри, уверенно говорила с начальством. В ней словно никогда и не было той самой «корейском скромности». Все в группе называли за её характер мамой. Но несмотря на её непробиваемую маску неприступности и независимости, внутри она была очень ранимой. Так Ева и Мина хорошо знали слабости друг друга и тонко чувствовали, в какой момент кто из них даёт слабину, и всегда были рядом друг с другом.              Настроение Евы поднялось благодаря завтраку и осознанию того, что остальные участницы бы так не радовались, если бы они выступили и вправду плохо. Наоборот, они радушно приняли Еву за завтраком, положили кучу вкусняшек ей в тарелку и начали расхваливать танец, что Ева придумывала вместе с хореографами.              Когда все обсудили собственное выступление уже со всех возможных сторон, разговор зашёл о вчерашней вечеринке в лейбле. Оказалось, Мина хорошо провела вечер с лидером Stray kids, который щедро одаривал девушку советами как лидер лидера.              — О, Мина, какая ты скучная, расскажи лучше, каково это танцевать с самим Банчаном! — одна из участниц сразу перевела разговор к интересующей всех теме.              — Мина, ты танцевала с Банчаном? Что я упустила? — удивилась Ева.              — Конечно упустила, ещё бы с таким ухажёром не упустить всё происходящее, — продолжила их главная вокалистка.              — Да ничего не с ухажёром, мы с Чанбин-сомбэнимом просто по-дружески общались, он очень добрый и вежливый. Между нами ничего нет, мы знакомы всего пару дней, тут даже рассказывать нечего, — начала отнекиваться Ева, — Мина, лучше расскажи, что у тебя!              — А я что? Я ж говорю, разговаривали про дебют, про то, как вести себя на интервью. Ну и он позвал станцевать с ним, ну а кто будет отказывать самому Кристоферу Банчану? Но не буду скрывать, мне понравилось.              Поняв, что от лидера ничего не добьёшься, если она не хочет говорить, все переключились на Ксюён с расспросами о Хан Джисоне. На что та многозначительно хихикнула и сказала, что еда остынет, если все будут заняты разговорами.              Ева задумалась, что вчера было между ней и Чанбином? Это был третий раз, как они видятся, и второй, как он с ней разговаривал, если вообще можно считать первый за разговор.              Он ей нравился как айдол: на его счету десятки собственных песен, он один из лучших рэперов четвёртого поколения, да и к тому же он отлично танцует. Об отношении к нему как к человеку она могла сказать мало, поскольку они полноценно общались лишь раз, но в тот вечер с ней он был предельно вежливым, очень добрым, всегда шутил, если наступал неловкий момент или нечего было сказать. Это нравилось Еве, и она однозначно хотела узнать его получше.       Сначала она задумалась над тем, что, возможно, Чанбину было не так интересно с ней, как ей с ним, что он мог просто общаться из вежливости, ведь он много к кому хорошо относится. Но все эти мысли отрицал тот факт, что он попросил её телефон, когда они прощались в холле общежития. «Не будет же кто-то брать телефон у девушки чисто из вежливости?» — подумала Ева.       В голове Евы пронеслись все моменты их взаимодействия: как он пришёл с Джисоном и угощал моти, как они же пришли подбодрить их перед выступлением, как Чанбин улыбался уже после него и показывал «класс», как предложил вместе станцевать под их песню, как заботливо накладывал ей вкусняшки в тарелку на вечеринке и принёс ей коктейль, вкус которого ей так понравился, как пригласил её на танец, как аккуратно держал в руках и еле касался её одежды, как разрешил обращаться к нему неофициально, а потом провожал домой.       «Почему это выглядит так мило в моей голове? Я снова стала слишком всё романтизировать! Хватит, это будет мешать работе», — размышляла девушка. Ещё с прихода в агентство она решительно настроилась не упустить данный ей шанс и дебютировать несмотря ни на что.       Мысль о том, что если она не добьётся успеха, то станет простым банковским работником с самой обыкновенной жизнью, давала ей огромную мотивацию. Поэтому она зареклась выполнять все правила контракта трейни, чтобы ничего не смогло помешать осуществлению её плана. Так собственный запрет на отношения отбил у неё желание представлять хоть сколько-то романтические сценарии с парнями в её окружении, хотя в агентстве было море красавчиков на любой вкус. Она не могла позволить себе такую роскошь, как отношения.       Но этот Со Чанбин с невероятно милыми щёчками, неожиданно ставший мелькать в её жизни в последний месяц, почему-то не так быстро, как все остальные парни, выходил из головы и стало не так просто напоминать себе про запреты и свои обязанности, что, безусловно, озадачивало Еву. Со Чанбин «Доброе утречко, Ева~~ Я надеюсь, ты выспалась и хорошо себя чувствуешь. Ещё раз поздравляю с дебютом!»       Ева несколько раз перечитала сообщение в непонимании. «Так, это просто сообщение, просто сообщение от Чанбина-сомбэнима, просто сообщение от коллеги по лейблу, он просто поздравил с дебютом, он, конечно же, не только мне пишет, в этом нет ничего необычного. Так, соберись, Ева, и ответь ему что-нибудь вежливое!»