Часть V. Глава 30: Особенная книжка

      Когда я думаю о папе, улыбка постепенно пропадает с моего лица, и перестаю вслушиваться в окружающие звуки. Я замечаю, что моя юбка немного подкосилась и были видны мои голые колени с выглядывающими чашечками. Они кажутся такими небольшими и округлыми, а руки произвольно тянутся к ним. Касаюсь прохладной кожи, от чего пробегают мурашки от пяток и до самых бедер, которые прикрывала ткань белой юбки.       Мои уши сосредоточено ловят шумные голоса Мико и Рафаэля, которые, казалось, уже просто дразнят друг друга, кто и в чём лучше. Но несмотря на них, мысли вертятся вокруг одного человека, который сейчас для меня выглядит самым одиноким и печальным во всём мире, — папа. За всю свою жизнь, он запомнился мне самым лучшим отцом, о котором можно только мечтать. Всегда заботился, оберегал меня и всегда рисковал своим свободным временем, которого у него никогда и так не было, пока мы жили в Японии.       Живя на родине, никогда мои переживания не доходили до такой глубины, как сейчас. Для моего общества всегда было нормой, что мужчина мог засиживаться допоздна на работе до такого времени, что уже лучше переночевать в капсульных отелях. К счастью, мой отец не так часто ими пользовался… где-то раз в два месяца, если был завал на работе перед сдачей отчётов. Только, иногда, я проводила свои выходные в полном одиночестве… даже не потому, что у отца была работа, а из-за обязанности в посещении различных мероприятий с рабочим коллективом и директором компании.       К моему удивлению, я не раз слышала обсуждение в своей старой школе о том, как старшеклассницы, которые были старше меня на менее трёх лет, обсуждали о своих планах о будущем. Никто из них не желал работать и хотели уже в двадцать три, ну, максимум в двадцать пять лет, выйти замуж за офисного работника, чтобы забирать все его деньги и оставлять ему только ту сумму, на которую бы ему хватало перекусить или купить готовые бэнто. Это слишком жестоко и несправедливо по отношению мужчин в японии…       Может по этой причине отец захотел переехать в Америку? Ведь… здесь ему намного легче, спокойнее, меньше стресса и работы. Но… почему-то, сомневаюсь в этой догадки. Мне кажется, что на это решение оказало другое влияние… Ведь он мог и раньше переехать или же… всё это время он копил деньги на переезд? Это тогда объяснимо. А почему именно штат Невада? Именно этот город Джаспер? Я ни в коем случае не хочу сказать, что мне тут не нравится! Напротив… тут… потрясающе… Впервые за свои шестнадцать лет, я смогла так долго с кем-то разговаривать, к тому же…       В моей жизни появился настоящий рыцарь в сверкающих доспехах! Это же просто невероятно и потрясающе! Я словно попала в какую-то сказку, только в современном времени! Хи-хи… Брюс… Сильный, высокий, гора мышц… но даже так… он мягкий, заботливый и нежный… не торопит события… осторожен со мной… и… и… и не отказывается отвечать на мои сообщения, которые бывают специфическими… а его губы.       — Бу-у! — как раскат грома раздаётся сзади громкий возглас, принадлежащих точно Мико, и в одно мгновение, не дав мне ухватиться за край стола, каким-то образом мои глаза обращены на потолок и ноги висят в воздухе.       Я не смогла сдержать крик, который прозвучал слишком пискляво, словно схватили в ловушку крольчонка. Дальше следует неконтролируемый смех от моей одноклассницы, а также само радостное выражение лица с сияющей улыбкой бросаются мне на левый глаз. Моя грудная клетка высоко поднимается от тяжёлого дыхания, пытаясь перевести дух, и не скрою, что я удостоилась чести вновь лицезреть настолько прекрасное явление — смеющуюся Мико, у которой так мило выглядывают ямочки и глаза плотно закрыта, пока она чуть не задыхалась от искреннего смеха.       Божечки… Хоть она всё время была позитивной и жизнерадостной, но эта ситуация для неё, похоже, — самая забавная вещь на свете. У меня появилось сильное желание сделать снимок…       — Ах-ха-ха! Ну ты и пугливый оленёнок! Может он твой тотемный зверь? Если да, то всё ясно с тобой! Ха-ха! Какая же ты трусишка! — отдышавшись, с улыбкой тараторит Накадаи и распахивает свои большие, карие глаза.       Она внимательно изучает меня, уделив сначала внимание к челка, а затем и к открытой части. Наши взгляды встретились и я заметила искру в глазах Мико, повлекшие за собой следующие эмоции — радость и… озорство? Я точно не могла сказать, что это за эмоция, но её губы искажаются в улыбке, глаза прищурены и на её щечках заметны изменения в цвете. Она наклоняет голову чуть набок, отчего её голова немного закрывает свет от ламп, теперь с довольной ухмылкой всматривается в мою левую половину лица и спрашивает довольно тихо и с игривостью в голосе:       — Грязные мыслишки посещали твою головушку?       А…?       Что…? В каком смысле? О чём она говорит? Грязные… мыслишки?       — Твои щёчки запросто выдают твои мыслишки, хе-хе! Шика-чан, как же так можно! Вот расскажу Брюсу, какая ему досталась извращённая девочка, — усмехается Накадаи и с довольной ухмылкой высовывает крохотный кончик языка, а её глаза светятся в ожидании чего-то.       Словно вспышка промелькнула перед глазами и не по своей прихоти представляю, как Мико с довольным и гордым видом рассказывает Брюсу о случившемся. Она стоит с расправленными плечами, высоко поднятой головой, но не для того, чтобы встретиться со взглядом Райма. Он же внимательно, изогнув бровь и держа скрещенные руки напротив своей мощной грудной клетки, следит за мимикой лица девочки, пока та с лукавостью делиться об увиденном, «немного» приукрасив свой рассказ: «Дядь Брюс! У меня есть такое, что просто Вас повергнет в ШОК! Ваша Шика-чан ещё та пошлячка! Ага! Представляете, она прямо в библиотеке думала о всяких грязных вещах с Вашим участием! Пока я разговаривала с другими, то она в это время мечтала о Вашей ласки и Ваших прикосновениях! Уверена, она думала, как Вы держите её в своих объятиях! Целуете прямо в губы! А может даже представляла, как Вы шепчете на ушко приятные словечки, пока Ваше дыхание обжигало её кожу»       Мой мозг не успевает даже воспроизвести реакцию Брюса, как всё моё лицо вспыхивает от стыда и я машу головой с такой силой, что начинает кружится голова, отчего моё воображение отключается.       Нет-нет-нет-нет! Я же не смогу даже смотреть ему в глаза, если он о таком узнает! Он же точно во мне разочаруется и вдруг подумает, что мои мысли только об одном и думает! Какой позор… А-а-а!       Мои ладони в мгновение ока оказываются прижатыми к лицу, одна из них плотно прижимает чёлку к моей правой половине лица. Мысль о том, что Рафаэль и Дэмиен могли услышать наш разговор, заставляет моё сердце быстрее стучать от волнения и увеличивает троекратно желание провалиться сквозь землю. Даже мои ноги трясутся и плотно прижимаются друг к другу, а я верхняя половина тела склоняется ближе к столу, забыв о том, что мой стул находится под наклоном. Но Мико во время опускает стул, на котором я сидела, а её руки теперь обнимает меня сзади, переплетая тонкие пальчики в замочек на уровне моей ключицы.       — Ха-ха! Да ладно тебе! Я же пошутила! Боже мой, какая же ты стесняшка! Не боись, я могила! Конечно не в прямом смысле, но всё же! — не переставая смеяться над моей физиономией, она поразительно осторожно, словно боясь меня спугнуть, прижимает подбородок к моей макушке.       Я с неуверенностью отстраняю руки от моего лица и не двигаюсь, направив всё своё внимание на утихающий смех Мико, а также на неожиданное тепло от её рук и чужое умиротворённое сердцебиение. Моя же голова не находится у её груди, но всё равно слышу эту музыку… так… спокойно и… теперь самой стало забавно от своей реакции. Когда я прижала ладони к своим коленям, мои губы медленно расплываются в улыбке, но румянец всё также горел на моих щёчках.       — Тебе не скучно сидеть в сторонке? — я от удивления вздрагиваю и глаза становятся шире, когда моя одноклассница переходит на шёпот, звуча очень ласково. Она громко выдохнула, легонько трётся подбородком об мои каштановые волосы, и чуть громче проговаривает: — Моя задача — вытащить тебя из скорлупы. Так что… не стесняйся так сильно, ладно?       — А-а… — от её слов я на пару секунд теряю связь с внешним миром, не веря услышанному, и вскоре я очень медленно и едва незаметно киваю, пытаясь не поранить Мико движением моей головы: — Я-я… п-пост… тар-раю…юсь…       — Прекрасно! Давай тогда…       — А м-могу… л-ли я…       Одновременно прозвучали наши голоса и, не успев договорить, также резко и в один такт замолчали. Похоже, Мико, как и я, ждала, когда я закончу свою мысль. Не знаю отчего, но мои щёчки зарумянились ещё больше, а улыбка стала шире и не могу сдержать тихий смех, так как ситуация показалась мне очень весёлой и очаровательной. К моему изумлению, надо мной донёсся звук в виде тихого хихиканья моей одноклассницы, которая прижимается ещё ближе к моей голове, и она словно принюхивается к волосам, как маленький любопытный зверёк.       Хи-хи, милый и весёлый… хомячок!       — Что ты хотела сказать? — спрашивает Мико.       Я не сразу отвечаю на поставленный вопрос. Вдруг, я побыла мало с ними и тем самым обижу Мико, Рафаэля и его брата? Только меня папа ждёт… возможно, он бы тогда написал мне, но… а что, если он стесняется и думает, что потревожит меня? Для него всё же это тоже большое событие, как и для меня…       Я тревожно выдыхаю через приоткрытые губы, во рту неожиданно пересохло, похоже, от напряжения, и всё-таки мне удается выговорить следующие слова слишком нелепо, что хочется стать просто немой:       — Я-я… И-Из-звин-ни… Н-но… М-могу л-ли я… п-пой… п-пойти д-домой? П-пожал… луйста? М-мне о-очень… п-прият-тно с-с в-вами… Н-но… — я замолкаю, думая, как лучше объяснить, после чего осторожно договариваю: — я-я… Е-ещё н-не могу… П-прив…выкнуть… И-и… Х-хочется п-побыть дома…       — Шизука! Ужас, ты ещё спрашиваешь! Конечно же можно! Если и хотели держать тебя насильно, я бы тогда привязала тебя к стулу, — отвечает она с ухмылкой. — Может в другой раз, хе хе…       Что…?!       — Раф! Дэмиен! Идите сюда! Тут наша Шика-чан хочет уйти и попрощаться с нами!       Я удивляюсь от слов Мико и немного огорчаюсь, когда меня высвобождают из объятий, покидая моё пространство. Больше нет приятного тепла, нет тяжести на моей головы и нет умиротворённого сердцебиение у моей головы. Но я стараюсь не поддаваться своим тревогам и отбросив печаль в сторону, потому что голос Накадаи передаёт больше искренности, чес её жесты тела. Она… же точно не обиделась, что я ухожу. Я очень в это верю. Да и… наверное, эгоистично считать, что она хочет моего присутствия. Уверена, ей будет намного интереснее общаться со своими давними друзьями, чем мучатся со мной… эта встреча, я чувствую, изменила мою личность. Может не так сильно, как я желаю, но заметно… я сегодня очень много говорила в слух, даже с отцом не так долго разговариваю… поживу и, возможно, смогу общаться и выражать правильно свои мысли, как нормальный зрелый человек…       Я делаю глубокий вдох и выдох, закрыв глаза, мягко и расслабленно поднимаю кончики губ и наконец-то поднимаюсь со стула. Сначала проблематично. Из-за долгого нахождения в одной и той же позе, точнее, сжатыми между собой ногами, мои мышцы немного затекли и ощущается напряжение в икрах. Мне приходится даже удержаться за край спинки стула, а затем поправляю белую юбку веер. Удобная, не короткая и миленькая. А вот… Мико я ещё ни разу не видела ни в платье, ни в юбке. Я не считаю это плохим! Но… Очень бы хотелось её хоть раз так увидеть…       Я поворачиваюсь в противоположную сторону, на что тут же встречаюсь со взглядом обеспокоенного Рафаэля, который через секунду отводит взгляд и его глаза устремлены в сторону окон книжного магазина. Я замираю на месте, испугавшись, и, не торопясь, поворачиваю голову в ту же сторону, куда устремлены карие глаза мальчика. Мои плечи уже в преддверии неизвестно содрогаются и сердце словно останавливается, как только мой левый глаз внимательно смотрит вперёд и… ничего.       В том смысле, что нет ничего и никого устрашающего. Совсем никого. Ну… возможно… я вижу только машину через витрины. Красную машину с затемнёнными стёклами.       — Шизука… А… — неожиданно ко мне обращается Рафаэль и я слышу глухие шаги, приближающиеся в мою сторону: — Т-ты… уже уходишь?       Не знаю почему, но я всё также безотрывно наблюдаю за автомобилем, ожидая увидеть водителя. Напротив книжного магазина нет стоянки и парковка вроде бы запрещена, поэтому, этот человек мог ещё не выйти из машины, ну… я так думаю.       На вопрос мальчика я лишь медленно киваю, ослабив хватку пальцев на коричневом ремешке и успокаиваюсь. Становится спокойнее сразу от голоса мальчика и я слегка краснею, представив, как Дэмиен гладит с лаской своего брата по макушке, как щеночка. Дэмиен… кстати… а где он? Не помню, чтобы он стоял рядом с Мико и Рафаэлем. Минуточку! Неужели это его машина?! Вау… У Джека есть свой мопед, у Винса есть машина, у… у Дэмиена оказывается тоже… Это поразительно. Интересно, а… у Брюса тоже есть свой транспорт? Хотя, возможно… нет, он говорил, что тот грузовик его друга… Думаю, что всё-таки есть… Он же военный и надо добираться до своего… места работы? Ведь так?       — П-понятно… Спасибо, что… побыла с нами… — произносит мальчик, глядя на меня через линзы очков, и, похоже, заметив мой бегающий взгляд по помещению, неловко сообщает мне: — Ох, точно… Извини, Д-Дэмиену… нужно было отлучится…       -… по всяким мальчишеским делам, ну, ты понимаешь, о чём я! — договаривает быстро и громко Мико, оказавшись неожиданно слева от меня и довольно мягко прижимается своим плечом к моему, широко улыбнувшись.       Так… что-то намечается… снова эта игривая ухмылка…       — Хе-хе, Ши-ка-чан… — с хитрой мордочкой, словно лисичка, лукаво шепчет Накадаи и её руки обвивают мою левую руку.       Я не успеваю даже взглянуть на её лицо, как тут же меня тянут в бок с такой скоростью, что чуть не падаю на пол, но Мико во время хватает меня за плечи, посмеиваясь над моей реакции и проговаривая с озорством:       — Да ладно, тебе понравится, вот увидишь… хе-хе… и не только тебе…       Я сглатываю комок в горле и, скажу по правде, впервые меня охватывает такой страх от неизвестности. У меня просто нет представлений, что стоит ожидать от этой проказницы. Но ине больше ничего не остаётся, кроме как просто молчаливо и боязливо идти за ней. Она доводит меня до стеллажа с книжками, которые относились все к жанру «Психология». Вот это было неожиданным. Вскоре, Мико выпускает мою руку и с энтузиазмом ищет что-то на второй полке, только с такой торопливостью, что книжки падают на пол. Мои глаза в ужасе широко раскрываются и я тот час поднимаю с пола книжки, проверяя, не пострадала ли обложка или страницы при падении.       Фух, всё хорошо… Может, это слишком, но… книжки жалко… а ещё владелец этого места может расстроиться или разозлиться на такое отношение к товару… Ой, ой, ой!       — М-ми… М-мико… — я покачиваюсь из стороны в сторону, так как мои руки каким-то чудом продолжают удерживать стопку толстых книг, количество которых уже превысило шести.       — Сейчас-сейчас! Вот же…! Я точно её здесь видела! Агрх! Кто посмел забрать?! — возмущается девочка, стоя на носочках, уже ища какую-то книжка на четвертом уровне стеллажа.       Рядом со мной оказывается Рафаэль и он тянет ко мне руки, мягко и дружелюбно улыбаясь, предлагая свою помощь. Ох… моё сердечко вскоре не выдержит такой милоты! Хи-хи, он такой джентльмен… удивительно, мне больше не так тяжело и я с лёгкостью сгибаю ноги в коленях, чтобы маленький мальчик смог взять пару книжек. Он с любопытством стал рассматривать их, похоже, удивившись от названий: «НИ СЫ» и «Люби себя».       — Нашла! — радостно восклицает Мико, держа в руках какую-то книжку со светлой обложкой и изображением влюблённой пары, смотрящиеся с улыбкой друг на друга.       Хм? Что это? Неужели… что-то связанное с отношениями? Я… я удивлена… и это мягко сказано, потому что… не ожидала, что… кто-то захочет помочь мне… и… и через такой способ, который я привыкла… через книги… Это…       — Та да! Это поможет вам стать чуточку ближе! Хе-хе, можно пока без аплодисментов! — с довольной улыбкой обращается ко мне моя одноклассница, держа в руках книжку, пока я расставляю книги на полки по высоте.       Хи-хи… Мико! Божечки, это так очаровательно! Она… она словно сделала мне подарок на день рождения! Спасибочки большое!       — А можно посмотреть? — спрашивает Раф и краем глаза замечаю, глядя через левое плечо, что Мико, по какой-то причине, прячут лицевую сторону книги, прижимая её к себе       — Не-а! Не дорос!       О… наверное, там ограничение шестнадцать плюс. Обычно во всех книгах психологии требуется такой возраст, но, мне кажется, что ничего страшного, если Раф просто посмотрит на обложку… и вроде бы нет ничего постыдного на ней, то есть милая картинка, только я не смогла рассмотреть название. Как только книжки благополучно возвращены на свои места, Накадаи наконец-то передает мне в руки эту книжку, не слишком толстую, с такой миловидной улыбкой, что появляется желание крепко обнять её и сказать на всех языках ей спасибо.       — С-спас-сиб-бо… о-огромн-ное, э-это… о-очень… — шепчу я с сильным румянцем и с улыбкой, медленно переводя взгляд на обложку книгу и, когда мой левый глаз пробегается по названию книжки, улыбка медленно сходит с моего лица, брови лезут на лоб и чуть челюсть у меня не отваливается.       А… А… А… Мне… Я… Это… Моя… фантазия так… или… А… Э… А… Почему… Я… Вижу… Я… Моргаю… Но… Всё… То же самое… А… Что…?       — Ах-ха-ха! — мой глубочайший шок прерывает громкий и радостный смех одноклассница, схватившись обеими руками за свой животик.       — Мико! Что ты сделала?! Шизука! Что такое такое? — когда Рафаэль пытается приблизиться ко мне, то моё лицо в одно мгновение заливается томатным оттенком, глаза широко раскрыты и из меня вырывается испуганный писк, боясь, что ТАКОЕ увидит мальчик, у которого должно быть нормальное детство!       — И-извин-ните! — я кланяюсь вперёд, зажмуривая глазки, и выбегаю из книжного магазина, всё также прижимая книжку к худи.       Боже мой, боже мой, боже мой! А-а-а-а! А! Божечки мои! Как?! Почему?! Зачем?! Мико! Это ничуть не смешно! Боже! А если Раф увидел?! Мы бы тогда разрушили его психику! Он ни за что не должен был это увидеть! Какой же стыд! Кья… И что это только что было?! Как так можно… Они же теперь посчитают меня ненормальной, особенно Раф! Он совсем без понятия, что произошло! А что… если… нет-нет-нет…! Я надеюсь, что Мико ни за что ему не расскажет! НЕТ! Она точно может рассказать Брюсу! Стоп! Зачем я ЭТО забрала?! Я должна была оставить её там! Ужас! Мало того, что так позорно сбежала, так я ещё украла! За что мне это… ой… а если дойдет до полиции? Мне… мне нужно вернуться! Я должна оплатить! Нет! Да просто вернуть! Почему именно так заканчивается?!       — К-кья! — я испуганно вскрикиваю, с грохотом уронив книжку на землю, когда я в очередной раз из-за бега и невнимательности с кем-то столкнулась.       Дура…       Мне так стыдно открыть глаза, а в уголках немного щиплет из-за наступающих слёз. Мои плечи содрогаются, руки опускаются вдоль тела и с трудом открываю губки, пытаясь вымолвить прощение перед незнакомец.       Но я не успеваю даже промолвить извинения и посмотреть на потерпевшего, как моё тело обхватывают чьи-то мощные и большие руки. Мужские и очень знакомые ладони ложатся на мою спину, подталкивают моё маленькое тело вперёд и правая половина лица оказывается прижата к выпирающим и немного твердым мышцам, скрывающиеся за хлопковой тканью из темно-серых ниток. Я узнаю своего рыцаря, когда отчётливо раздается умеренное сердцебиение и над моей головой доносится низкий и хриплый голос:       — Ты в безопасности. Всё хорошо. Я держу тебя…       — Брюс… — невольно с моих губ слетает имя мужчины, рядом с котором моё нервное состояние за считанные секунды исчезает, а все тревоги остаются позади.       Я облегченно выдыхаю полной грудью и в нос ударяет успокаивающий аромат хвойного леса и свежести. Ещё добавить ласковые прикосновения со стороны Райма по отношению к моим плечам и спине. Его руки такие большие и обжигающие, что запросто закрывают вид на мои плечи и нагревают мою кожу сквозь одежду. Моя душа в любую секунду покинет моё тело, а голова пуста от мыслей. Хотя… я замечаю, что я слишком низкая для Брюса. Когда мы сидели на диване, то не так уж и заметно это было, но, возможно, ему приходилось сидеть в согнутом положении. Не хватало, чтобы у него потом искривился позвоночник…       — Ты не против… если мы всегда так будем встречать друг друга? — шёпотом задаёт вопрос Брюс, отчего его голос становится ещё ниже, горячее дыхание опаляет мою голову, и теплые сухие губы касаются моей макушки.       Румянец вновь даёт о себе знать, но не до такой степени, чтобы щёки горели от пламени. Я не могу не улыбнуться от столь трепетного и заманчивого предложения. Голова самопроизвольно поднимается вверх и вниз, но когда снова поднимает вверх, то удерживаю в таком положении, чтобы дольше ощутить мягкость прикосновения мужских губ.       — Моя милая девочка… — проговаривает мой мужчина, тихо усмехнувшись, и одаривает мою голову долгими и несколькими поцелуями.       Я осторожно тяну левую руку вверх, ведя путь от живота до лица моего сильного рыцаря, пальцами очерчивая каждый мускул. Я краснею и хихикаю, когда Брюс бережно хватает мою ладонь, тянет к своему лицу и его губы накрывают мои тонкие пальчики, затем прижимается щекой к моей коже. Я ощущаю пальцами едва заметные ямочки на его лице, когда он улыбается, а его грудь широко поднимается и медленно опускается.       — Теперь… расскажешь, что произошло? — Брюс всё также тих и ласков со мной, не выпуская меня из своих объятий, но в голосе слышно небольшое беспокойство, и накаченные руки в оберегающей манере держатся на моей спине.       И… И как… мне сказать… Вдруг он… огорчиться услышанным… разочаруется во мне… перестанет называть своей милой, стеснительной девочкой…       Мурашки пробегают по спине и вновь становится трудно дышать. Я боюсь даже посмотреть в лицо Райма и не могу ничего сказать, поэтому просто прячу своё лицо в его груди, плотно прижавшись к его грудной клетке. Тело вздрагивает и я неуверенно топаю ножкой, думая, что Брюс так посмотрит на землю. И осторожно прижимаюсь нос ботинка к краешку книжки, лежащая на тротуаре. Удивительно, но она лежит на асфальте именно так, что вверх было устремлено… название книги.       — Хм?       Брюс опускается ниже, став на одно колено, пока одна из его рук переместилась на мою правую щеку прямо под чёлку, а другой — поднимает книгу. Он долго и внимательно рассматривает обложка, наклонив голову к плечу и задумчиво, без какого-либо стеснения и удивления, прочитает вслух:       — «Оральный секс — удовольствие для обоих партнёров»…       Я зажмуриваю крепко глаза и желаю скрыть своё лицо за ладонями, но из-за страха и волнения не могла пошевелить руками. Из-за того, что Брюс теперь находится ниже, моя левая рука лежит прямо сейчас на его плече. Если я её сдвину, то он вспомнит обо мне…       — Из-за неё… тебе пришлось испытать дискомфорт? — спрашивает мой рыцарь и его рука приходит в действие.       Шершавые и горячие пальцы гладят мою щеку, а затем медленно отодвигают мою чёлку в сторону и моё лицо снова становится напоказ. Я неуверенно киваю и немного расслабляюсь, так как реакция не выглядит осуждающей или агрессивной, напротив, очень переживающей.       — Да… — хоть я и ответила, только вот мне теперь стыдно, что я так долго молчу и как маленький ребёнок отвечаю. — Я-я… Испугалась… И не… заметила, как… выбежала и… из… магазина… Не заплатив… Даже… Н-но… Я-я… Н-не хотела её брать…       — Тебе не нужно беспокоиться, Шизука… Всё хорошо. Ты ничего плохого не сделала… — я неуверенно приоткрываю левый глаз и замечаю, что Брюс смотрит на меня с такой нежной и любящей улыбкой, что моё сердечко останавливается.       — С-спасибо…       Я медленно наклоняюсь и со смущенной улыбкой дарю кроткий и мягкий поцелуй прямо в губы моего возлюбленного, прикрыв глаза. Я тихо и смущённо выдохнула в его губы, когда его пальцы притягивают моё лицо ещё ближе, и ножки неожиданно трясутся и всё тело окутывает необъяснимый жар. Больше минуты Брюс отказывался оставлять в покое мои уста, хотя, я и не старалась отстраниться. Он же так нежен…       — Тогда… я её изымаю у тебя, — его глухие слова словно влетают прямо в мой ротик и дыхание становится неровным, в следующую секунду мужские губы оказывается у моего правого ушка, пока Брюс прижимается шершавой, с легкой щетиной, кожей к моей открыто правой щеке. — Моя девочка… ты ещё молода для такой литературы. Согласна?       — Д-да… — я сейчас растекусь в лужу от этого тембра, а ноги предательски подкашиваются, отчего падаю вперёд и держусь за мышцы, играющие на плечах моего рыцаря со сияющими голубыми глазами.       — Умница… — уже слегка влажные губы нежно касаются местечка, за моим ушкам, и тяжесть ощущается на моей талии.       Брюс… Самый… лучший на свете… даже, может, чуточку лучше папы… Но… он… так приятно всё… объясняет, а его способы проявления нежности ко мне… очаровывают меня всё больше с каждой проведённой совместной секундой…       — Тебя сопроводить до дома?       Снова улыбка заиграет на моё личико, хотя, кажется, она и не пропадала. Я осторожно и мягко двигаю головой, в итоге это больше похоже на то, что я трусь щекой об лицо Брюса. И снова этот смешок, от которого лицо загорается ярче алым пламенем. Вскоре, Райм слегка отстраняется от меня, оставляет напоследок лёгкий, но долгий поцелуй на моей щеке, и возвращается в полной рост. После чего осматривается по сторонам, проверяя, нет никого, кто смог увидеть подобное зрелище — взрослый мужчина ластится к несовершеннолетней девушке, или же наоборот…       — С-сегодня… малолюдно… — осторожно шепчу, неотрывно с восхищением разглядывая идеальные черты лица моего Аполлона и засматриваюсь в сосредоточенный взгляд голубых очей.       — Да… и это подозрительно, — с задумчивым видом комментирует Брюс и, снова глядя на моё лицо, проговаривает тихо и немного серьезно: — Но я больше переживаю за твоего отца.       — Ч-что…? — невольно вырывается и я убираю руки с чужого тела, прижав их к своей груди, как будто схватившись за сердце.       — Ох… извини, я… Не хотел тебя напугать. Он в порядке. Я хотел сказать, что не знаю, куда он отправился… — Брюс становится прежним, глядя на меня с заботливой улыбкой, и бережно гладит меня по волосам своей левой рукой. — Я пересёкся с ним. Это было семнадцать до того, как тебя встретил.       — Э-это… Странно… обычно папа… меня в-всегда предупреждает…       Это на него и правда непохоже и это случилось не так давно… А может… он просто искал меня? Хотел проведать меня? Но я его не видела, хотя я ему сказала точный адрес места встречи со своими… друзьями.       — Я склоняюсь к тому, что он проведать тебя хотел… твой отец хороший человек и беспокоится за тебя, — слова Брюса приводит меня в шок, потому что я очень удивилась в одинаковом мышлении либо он умеет читать мысли.       — Думаю… ты прав… — осторожно киваю головочкой и мягко улыбаюсь, не желая думать о чем-то плохом, и буду верить в то, что мы оба правы.       Глядя нежно друг другу в глаза, моя рука медленно тянется к мужской ладони и вскоре наши пальцы переплетаются в замочек. Райм в другой руке держит книжку и совсем не стесняется и не боится, что кто-то может увидеть наличие такой книги в его пальцах. Мы шли неспешно, держась за руки, и, самое удивительно, в полной тишине. Но я не считаю это плохим, уверена, Брюс тоже. Вот только, во время прогулки, мой рыцарь всё-таки разрушил эти минуты молчания, после того, как он с любопытством осмотрел меня с ног до головы:       — Ты в любой одежде выглядишь невероятно… и очень милой…       Мои губы изгибаются в нелепой улыбке, я стараюсь как можно тише смеяться от переизбытка счастья и смущения, из-за чего прикрываю губы ладонью.       Думаю, дело вовсе не в одежде, а в глазах смотрящего. Чем больше они прекрасны, тем больше мир выглядит в них невероятнее и милее. Хи-хи!