Эпилог

… Итак, было около четырёх пополудни. В коттедже сумрачно, несмотря на ясный погожий день. Возможно, дело в закрытых жалюзях на окнах кухни, а может мрачностью веяло от сутулой фигуры, сидевшей за стойкой и уныло жевавшей плохо нарезанный сэндвич. На столе были разбросаны крошки, остатки овощей и сыра, но дымящаяся чёрная кружка разносила душевный аромат зернового кофе. В целом, атмосфера была гнетущей, будто природа замерла в ожидании грозы. Но она казалась сравнительно спокойной: пустой взгляд светло-серых глаз был равнодушно устремлён в пространство, отчаяние покинуло его, а тело небрежно расслабилось над столешницей стойки. Вокруг разливалась благостная тишина: звуки чужих голосов не нарушали её покой, и образы сумасбродных убийц не маячили перед глазами. Она была по-настоящему одна, это ли не радость?.. Когда сэндвич кончился, ей захотелось что-нибудь на десерт, но в полках сладкого не нашлось. Наша героиня надула губы и пару минут стояла посреди кухни, машинально оглядываясь по сторонам и думая, сходить ли в магазин. Идти не хотелось ужасно, но желание вкусно покушать пересилило и, выпив залпом полкружки кофе, она поднялась наверх, чтобы переодеться. Порывшись в куче вещей, одна часть которых была разбросана на диване студии, а вторая — небрежно сложена в шкафу, она сменила серую оверсайз футболку на спортивный тёмно-фиолетовый топ, белые велосипедки и чёрную олимпийку с серебристой нашивкой Adore на груди. На столе валялся мини-рюкзак, в котором, всегда готовые, лежали вещи первой необходимости: три паспорта, бинт, забитое наличкой тётино портмоне, выключенный запасной телефон с зарядкой и бутылка воды, правда, уже заплесневевшая. Перебрав ещё раз этот набор, она тоскливо посмотрела в окно. Стоит взять только деньги? За последний месяц, проведённый в Б., не было никаких признаков охоты, поэтому такие сравнительно спокойные часы появлялись чаще. Однако сегодня что-то бередило её предчувствие, поэтому, резко закрыв молнию рюкзака, она перебросила его через плечо и спустилась вниз. Уже возле двери, ещё раз обернувшись, убедилась, что сюда не вернётся. И вышла, не заперев дверь на ключ. Дворик возле дома был покрыт молодой зелёной травой. Глядя на неё, невольно захочется так же сочно цвети, не думая о всякой ерунде. Того же хотелось и ей, сейчас девушка чувствовала бодрость и даже некий подъём — чуяла развязку. Стоило выйти на асфальтовую тропинку, ведущую к ближайшему супермаркету, как послышался шум подъезжающих авто. Повернув голову в сторону шума, она увидела кортеж из трёх полицейских машин: они подъезжали тихо, точно крадущиеся дикие коты, опасающиеся спугнуть добычу. Это не удивило и не насторожило девушку, она просто стояла и ждала, даже заметив такой же кортеж с другой стороны дороги. Все шесть машин подъехали вплотную к ней, стоявшей посреди тротуара, в них сидело с дюжину офицеров, большинство из которых вышли и направились в её сторону. Она остановила невозмутимый взгляд на том, кто шёл немного впереди и держал в руке бумагу. Встав в паре шагов от девушки, он произнёс: — Магдалина Годман? — Она неторопливо, но уверенно кивнула. — Вы арестованы за участие в подрыве отеля Babelone's в Сплитперсе 19 октября 2*** года, — глаза офицера, светлые и холодные, напоминали осколки льда. «Этот человек сдерживает ярость. Наверно, кого-то потерял там…» Она не стала делать удивлённый вид, как изначально планировала: вместо этого окинула взглядом полицейские машины — одна из них оказалась пустой. — Что за бред? — снова сосредоточившись на предъявлявшем ей ордер, ответила девушка: — Это правда, осенью три года назад я была в Сплитперсе, и посещала отель. Но я не имею отношения ко взрыву! — слегка повысив голос, она нахмурила брови, напустив на себя возмущённый вид. Почувствовать что-то по-настоящему сейчас ей было непросто — мыслями она была уже далеко. У её собеседника заметно заходили желваки, и, молча опустив взгляд, он достал наручники: — Расследование ещё не закончено. Но мы забираем вас, мисс Годман. — Нет!!! Это не я, это он! — все полицейские вздрогнули от резкого вскрика. Невозмутимость испарилась мгновенно: теперь глаза девушки отражали жуткий неестественный блеск, она вытягивала руку и показывала пальцем на кого-то с другой стороны дороги, но там, как ни странно, было пусто, стоял только припаркованный рядом с соседним коттеджем минивен. — Это всё они! Арестуйте их! Ад снова поднялся из-под земли, чтобы достать её. Сначала она увидела Винченцо, всё таким же, как в тот день: чёрная толстовка и штаны, сливающиеся с ночью, хотя при свете дня до ужаса отчётливые, кепка и маска на этот раз не закрывали лицо, и был виден хищный прищур его глаз и безжалостная бледная полуулыбка. Поодаль, один за другим проявились фигуры — Долли и Джинни прыгали возле офицеров и корчили рожицы, копируя их угрюмые мины, Кен присел возле неё на дорогу и безнадёжно всматривался ей в лицо, Патрик, оперевшись на одну из коповских тачек, затянулся сижкой, поглядывая на красотку Дженнифер, уже стоявшую возле той самой пустой машины и нетерпеливо постукивающую ногтём по её окну. Глава кортежа нависал над ней и шипел объяснения, сдерживая злобу, и поэтому мог видеть, как менялось выражение её лица — будто она неспешно надевала маску: в до этого испуганных глазах засияли искры, морщины напряжения на лбу расслабились, уголки губ приподнялись. Внезапно она выдала: — Я знаю, кто за этим стоит, — эта тихая фраза гулом пронеслась над копами: — А вы хотите узнать? — подмигнув, она подалась вперёд и слегка оторопевший мистер Зистер (так звали офицера) не успел остановить её руку, которая молниеносно выхватила пистолет из его кобуры. Над тихой улицей раздался выстрел. *** Вдоль широкого шоссе, соединявшего города штата С., располагалось с полсотни постовых пунктов с недремлющими патрульными. Нападая на след злостных нарушителей, доблестные полицейские мчались «на всех парах», дабы пресечь их неправомерные деяния. Но когда мимо одного из пунктов проехала, оголтело шумя сиреной и мигая синим и красным, патрульная машина, никто и не подумал отреагировать — у водителей-копов свои дорожные правила. И это давало очевидное преимущество. Открыв пошире окно и посмотрев в зеркало заднего вида, она снова рассмеялась, подмигивая пустому соседнему сиденью, с которого ей вторил самодовольный смешок томной Джен. Сзади слышалось звонкое хихиканье Лолиты, сидевшей на руках у Джинкс, которая, высунув голову из окна, похоже подумывала залезть на крышу. Довольные собой Вин и Пат сидели рядом с выражением холодного превосходства. Бедный Канеки как обычно хотел умереть и залез в багажник. Да, все её заклятые друзья вновь были с ней. Как и три месяца назад, когда она покинула Сплитперс. Как и пять лет назад, когда она сбежала из «дома скорби» (полный бред, там, как и везде, бывает очень весело). Как и в тяжёлые времена её отрочества. А может, как и всю её жизнь… Куда же им направиться теперь? Это путешествие длиною в жизнь! Она знала, что оно бесконечно, ведь смерти нет. «Магдалина Годман?» Этот вопрос эхом отозвался в голове, и она сжала челюсть. Как надоели эти безызвестные чужие имена! «Я Дорри Райан! Дорри Райан!!! Больше никто не посмеет назвать меня другим именем!» — в очередной раз оглянувшись на быстро проносящийся пейзаж, опалённый алым весенним закатом, девушка нахмурилась и сфокусировалась на дороге — она приняла решение: «Я знаю, куда мы направимся. Старые добрые Стентоны…» — последовал недобрый оскал: — «Они точно не будут мне рады! Но у них нет выбора, придётся помочь мне вернуться, если не хотят проблем. Это и правда всё, чего я теперь хочу — вернуться… Обратно, обратно домой! Прочь из города! В наш уютный Пряничный Домик на берегу розового озера! Мама, я всё ещё люблю…»