Часть 1

Как предпочитающий мотоцикл четырёхколёсному транспорту, Цзян Чэн недолюбливал водителей автомобилей. Ему всегда казалось, что те готовы подрезать в любой момент, и на треке он, конечно, чувствовал себя намного комфортнее — по крайней мере, там точно не могла выскочить распонтованная тачка в неожиданный момент, оглушить тупыми басами и заставить вильнуть в сторону. Больше прочего Цзян Чэн не любил не вовремя притормаживающих перед светофором. Он запросто бы промчался на зелёный прямо перед тем, как тот сменится жёлтым, но дорогущее авто впереди предупредительно моргнуло стоп-сигналами и замедлилось до черепашьего шага, чтобы ровно к началу жёлтого сигнала замереть перед переходом. Сбившись с ритма, Цзян Чэн разозлился. Честно говоря, он немного опаздывал, но на мотоцикле наверстать эти десять-пятнадцать минут можно было без проблем. Если бы не вот такие водилы, да! Сдержанность не была его коньком. Подъехав со стороны водителя, Цзян Чэн постучал в стекло. Неожиданно, но то действительно поехало вниз. На него взглянул приятного — да что там, откровенно горячего — вида мужчина в небесно-голубом костюме; дорогой галстук мерцал облачным рисунком. Красивые руки спокойно лежали на руле. — Тому, кто так боится дороги, — брякнул Цзян Чэн, передумав ругаться матом, но так и не сумев затормозить, — нечего делать за рулём. Такие… — он сдержался и не назвал этого мужчину даже козлом, потому что на козла тот походил в последнюю очередь, — только мешают остальным. Выражение лица мужчины почти не изменилось, только глаза чуть потемнели, превратившись в глубоко стальные, совсем как у Вэй Ина, когда тот сердился. Но никакого ответа не последовало, а светофор уже готов был изменить сигнал. Пререкаться времени не осталось, к тому же других слов — особенно цензурных — так и не приходило на ум. Цзян Чэн нажал на газ, вылетел из ряда автомобилей вперёд так быстро, что, наверное, слегка превысил скорость. *** …Стоило ему остановиться на парковке и стянуть шлем, чтобы оставить его болтаться на руле, как к нему тут же подошёл менеджер Чжан. Выражение его лица было строгим. — Если ты хочешь кататься в высшей лиге, пора научиться вежливости и пунктуальности, — раздражённо бросил он, выразительно постучав по смарт-часам на запястье. — Показывать свои исключительные навыки не только на треке, но и за столом переговоров со спонсорами. Ты сам зароешь в землю свой талант, если будешь так ко всему относиться, Ваньинь! Цзян Чэн глубоко вздохнул и опустил голову. Менеджер Чжан прекрасно знал его дурной шальной характер и спускал ему даже больше, чем следовало. Раз уж он начал сходу ворчать, значит, впереди действительно серьёзный разговор. — Сильно опоздал? — уточнил он. Прежде он собирался обрушить на менеджера оправдание. Действительно, это Вэй Ин никак не хотел отключаться от видеозвонка, это всё его вина! Но теперь жаловаться на подобное было бы слишком по-детски, вряд ли бы менеджер Чжан решил, что такое обстоятельство смягчает вину. — Нет, но спонсор уже в пути, будет с минуты на минуту, — менеджер растрепал и без того не лежащую ровно короткую, но густую шевелюру Цзян Чэна и сказал уже миролюбиво: — Я просил приехать за полчаса, а не за десять минут. Ладно. Просто веди себя пристойно и вежливо. Без глупостей, окей? Прикуси язык, я сам справлюсь. Нам нужны эти деньги. — Хорошо, хорошо, — закивал Цзян Чэн. — Буду паинькой. Менеджер Чжан глянул на него с неприкрытым сомнением, но больше ничего не добавил. Они отправились внутрь. *** …В переговорной никого не было, только заранее подготовленные бумаги покоились в пластиковой папке с дурацким золотым логотипом. Цзян Чэн уселся на стул у окна и без всякого интереса уставился на парковку. Его мотоцикла отсюда было не рассмотреть, да и машины с такой высоты казались только детскими игрушками. Он с большим удовольствием отправился бы сейчас на трек, а не сюда, в офис на двадцать пятый этаж, но новый спонсор хотел познакомиться с гонщиками прежде, чем решить, вкладывать ли в команду деньги. Точнее, с одним гонщиком, с ним, потому что для Цзян Чэна соревнования такого уровня были бы первыми, и, как это обозначил менеджер, он был самым сомнительным элементом в их формуле успеха. Цзян Чэн тогда стерпел. Но сейчас его обуревали разные мысли, и многие из них грозили обернуться яростью. От этого спонсора, мать его так, зависело его, Цзян Чэна, будущее. И без того дома недвусмысленно намекнули, что если он не начнёт уже участвовать в по-настоящему серьёзных гонках, то все его мечты превратятся в прах. «Или добиваешься чего-то, или начинаешь думать как бизнесмен, а не как подросток с ветром в голове», — заявила мать на последнем семейном ужине. Отец же только кивнул, точно они уже это обсуждали между собой. Или и правда обсуждали?.. Если этот мудила… то есть спонсор, откажется, Цзян Чэн реально мог бы сорваться! Не успел Цзян Чэн ни утонуть в унынии, которое всегда накатывало, стоило только вспомнить о матери и её планах на его жизнь, ни разозлиться из-за гипотетического отказа, как дверь открылась и в переговорную вошёл… красивый мужчина в светло-голубом костюме. Тот самый, кому он нахамил минут пятнадцать назад. Вне салона автомобиля он выглядел ещё привлекательнее. Цзян Чэн поспешно поднялся и едва не попятился, однако в последний момент поймал себя на этой секундной слабости и остановился. Ладно, пусть даже это — тот самый незадачливый водитель и тот самый спонсор в одном флаконе, но он же не видел его лица. Цзян Чэн был в шлеме, как его узнаешь! Не стоит беспокоиться об их маленькой стычке. Однако мужчина скользнул по нему таким внимательным взглядом, как будто и прежде сумел увидеть лицо сквозь тёмное тонированное стекло шлема. — Господин Лань, — между тем суетился менеджер. — Это Цзян Ваньинь, наша восходящая звезда. Было бы очень здорово… — Если бы мы поладили? — чуть усмехнувшись, прервал его этот господин Лань. Голос у него оказался чарующим, мягким и обволакивающим. Цзян Чэн ощутил, как у него в горле пересохло от его звучания. Да и вообще этот господин Лань был очень и очень хорош. И разворот плеч, и фигура, и правильные черты лица… И эти глаза, совсем не кажущиеся холодными. Цзян Чэн отвёл взгляд и торопливо сел — на один стул дальше, чем показал менеджер Чжан. Комментировать он что-либо не хотел, испугавшись вдруг, что шлем недостаточно искажает звук его собственного голоса, а значит — он неминуемо будет узнан. — Если вы поладите, будет замечательно, — сладко пропел менеджер Чжан, и в этом явственно слышался намёк Цзян Чэну вести себя хорошо. Менеджер Чжан умел быть обходительным со всеми, кто давал команде деньги, и чрезвычайно суровым с остальным миром. Ссориться с ним не следовало. — Некоторые данные восходящей звезды я уже успел оценить, — продолжил всё так же плавно и чарующе господин Лань, и Цзян Чэн похолодел. — Это ведь его мотоцикл там, у входа? С таким приметным шлемом, разрисованным фиолетовыми молниями, верно?.. Менеджер Чжан кивнул и развернулся на мгновение к заледеневшему прямо на стуле Цзян Чэну. На достаточно долгое мгновение, чтобы можно было успеть прочесть по лицу: «Что я говорил про вежливость?! Что я говорил про вести себя серьёзно?! Какие ещё проблемы ты привёз сегодня?! Извинись немедленно, что бы там ни было!» Цзян Чэн уставился в пол, надеясь, что на скулах не выступит предательский румянец. Если сейчас господин Лань откажется подписывать контракт, менеджер Чжан спустит с него три шкуры и будет прав. А дома добавит мать, потому что, конечно, соревнования тогда накроются. — Прошу… прошу прощения, — наконец сумел он выдавить. В ругательствах он был куда опытнее, чем в извинениях. — Недо… недоразумение. — М… недоразумение, — повторил за ним господин Лань, и голос его звучал так, что Цзян Чэн едва подавил желание встать на колени. С ним такое бывало нечасто — то есть никогда не бывало, — но голос этого человека, похоже, обладал особым магнетизмом, он как будто гладил Цзян Чэна, прикасался к нему, хотя они с господином Ланем сидели на противоположных сторонах стола и довольно далеко друг от друга. А главное — он как будто бы мог повелевать им. — Мы обязательно поладим, особенно если наша, — он выделил это «наша» голосом, — восходящая звезда будет показывать навыки вождения исключительно на треке, а не на городских улицах. Менеджер Чжан снова повернулся к Цзян Чэну. На этот раз его лицо каждой чертой кричало: «Ты опять гонял по городу?! Сколько раз я просил не гонять по городу?! Сколько?!» Дальше шли непечатные выражения, которые, к сожалению, Цзян Чэн прекрасно понимал, даже если они не произносились вслух. Однако мгновением позже менеджер Чжан, похоже, сумел прокрутить с начала и до конца все слова, что сказал господин Лань. — Наша… наша восходящая звезда? — резко развернулся он, так что даже ножки стула заскрипели по полу. — Верно я услышал? — Всё верно, я подпишу контракт, — господин Лань потянул к себе папку с документами и откинул пластиковую обложку, тут же заскользив взглядом по тексту договора. Цзян Чэн успел сглотнуть и перевести дыхание, когда его снова пронзил серебристо-спокойный взгляд. — Цзян Ваньинь, да? Услышав своё имя, Цзян Чэн только мотнул головой вверх-вниз, будто был марионеткой, перекрестье с нитками которой никто не держал. То ли он заранее на что-то согласился — понять бы ещё на что, — то ли показал, что слышит. Он и сам не разобрался. — Цзян Ваньинь, — повторил господин Лань, и от этого сердце подскочило в глотку и мурашки скатились по спине. — Надеюсь увидеть действительно потрясающий результат. Стоящий моих инвестиций. Не люблю разбрасываться по пустякам. Цзян Чэн понимал, что поддеть его за случай на дороге было справедливо. Но называть его «пустяк»? Демонстрировать, что не верит в его навыки и готовность?.. Нет, тут он уже стерпеть не мог! Бешеный темперамент, который достался в наследство от матушки, не иначе, никак не удерживался оковами разума. Цзян Чэн и без того сумел молчать достаточно долго, теперь он должен был ответить — или взорвался бы! — Мои результаты всегда потрясающие! — заявил он, подавшись вперёд, как будто заодно собирался и ударить. — Вот и посмотрим, — тут же оборвал его господин Лань. — Уже через месяц, — он оставил изящную роспись и поднялся из-за стола, снова встречаясь с Цзян Чэном взглядом. — И если это действительно так, приглашу на обед. Цзян Чэн замер, так и наклонившись вперёд. В этом «приглашу на обед» было столько двусмысленности, что он всё же слегка покраснел. Но ответить что-то уже не успел — господин Лань пожал руку менеджеру Чжану на прощание и вышел. *** Во время тренировок Цзян Чэн поймал себя на странном ощущении. Будто внимательный изучающий взгляд прицепился к нему и следил за каждым его шагом. Даже появилось желание задать об этом вопрос менеджеру Чжану, но Цзян Чэн отчего-то сдержался. Не хотелось прослыть параноиком. Обнаружить же того, кто пристально за ним следил, он не сумел, а когда пожаловался на это Вэй Ину во время очередного созвона, тот принялся подкалывать, что у него — как у настоящей звезды — появился личный сталкер. Как бы то ни было, Цзян Чэн решил выбросить это из головы, сосредоточившись только на том, что действительно было важно. Прежде он почти не волновался перед соревнованиями. Уверенный в себе, он с лёгкостью опережал других, выходя если не на первое, то на второе место точно. Но теперь каждый вечер его одолевали тревоги и сомнения. А самое плохое было в том, что ему виделось лицо господина Лань, разочарование в стальных глазах, а чарующий голос произносил: «Неоправданное вложение». Если бы он видел мать, в этом было бы больше смысла. Почему именно это лицо? Отчего? Это сводило с ума! Конечно, думать ещё и о сталкере Цзян Чэн был не в состоянии. Однако в день икс он всё же был готов на сто десять процентов, а может, и на сто пятьдесят. Он отбросил все лишние размышления, сконцентрировался, вспомнил, что именно больше всего любит в гонках и… Да! Он был фактически готов выйти и порвать всех и каждого, опередить любого, неважно, сколько там у соперников было опыта. Единственное, чего он не ожидал, так это того, что к нему внезапно приблизится господин Лань. Не изменяя себе, он и сегодня выбрал костюм, ткань которого слегка отливала голубым, и галстук с изящным переливчатым узором. Остановившись напротив остолбеневшего Цзян Чэна, забывшего обо всём в тот же миг, возможно, забывшего и собственное имя тоже, он заметил — а голос был тихим, но чудесным образом перекрыл гул толпы, обычный шум, чужую болтовню и прочее: — Надеюсь, я не останусь разочарованным, Цзян Ваньинь. «Да какого гуя тебе надо?!» — хотел закричать Цзян Чэн, может, даже толкнуть этого господина Ланя в грудь, но вместо того отозвался: — Считай, я уже первый. — Да? — господин Лань смотрел так пристально и… так знакомо. Этот взгляд также касался, как тот, что сводил с ума месяц напролёт. Цзян Чэн неожиданно подумал, что его сталкер и его спонсор — одно лицо. Глупая мысль. Зачем это такому господину?! — Не забудь заказать столик! — ошалев от собственной наглости, добавил он. Господин Лань многозначительно улыбнулся и вдруг приблизился к нему, на мгновение захватив его подбородок. Прикосновение длинных пальцев буквально обожгло, хотя они не были такими уж горячими. — Не забуду, — прошептал теперь уже на ухо господин Лань, — победишь, разрешу называть себя Лань Сичэнь, — и ушёл, оставив Цзян Чэна глубоко дышать, чтобы успокоиться. Да что это такое?! Что за магия? Отчего этот мужчина… Этот… Лань Сичэнь такое себе позволяет. И что именно он имеет в виду? Цзян Чэн оборвал все эти мысли. Каждую из них. Растоптал внутри себя. У него была цель — единственная и максимально важная. Он должен был занять гуево первое место! Ничто теперь не способно было сломить его волю к победе.