Часть 1

«Полезна ведь и хитрость на войне! Ты лишь держись своей великой цели»       Город-ключ не из тех, что легко стереть со страниц истории. Понадобился не один десяток лет, и Её Величество Голфри Мендевская вновь обратила свой взор на Дрезен. Нашёлся и герой, что повёл за собой войско на, казалось бы, верную погибель.       Пепел кружит в беззвёздной ночи. Повсюду эхом разлетается звон клинков, боевые кличи, визг и рёв демонических отродий. Некогда мостовые были залиты багровыми реками, а лучи заходящего солнца скорбно танцевали на лицах тех, чьи кости упокоились здесь навечно. Улицы снова усеяны трупами, но на этот раз – трупами демонов. Ты взял то, за чем пришёл – над Цитаделью вновь развевается знамя Иомедай. Любопытно.       Под сапогом хрустнула лапа дретча, распростёртого на земле, словно изломанное угловатое изваяние. Никчёмные твари, мошки, выползшие из своих затхлых нор, пока вы уничтожаете всех и вся ради утоления животного голода, движимые первобытной злобой, крестоносцы будут разбивать вас одного за другим, давить, как скорлупу. Любая армия – это, прежде всего, порядок, чёткое соблюдение приказов. Неплохо сработано, командор. К твоей персоне прикованы взгляды всех, кто желает сделать свою ставку в этой игре.       Боковым зрением замечаю, как двое паладинов, закованных в покрытые копотью и порядком искорёженные латы, атакуют бегущего из города раненого глабрезу, оглашая окрестности хриплым криком – «За Иомедай, за командора»! Со стен летят стрелы, пронзая шкуру этой жалкой пародии на вместилище тёмных сил. Ещё один паладин выскакивает из-за обвалившегося здания и встречает глабрезу восходящим ударом. Захлёбываясь смердящей кровью, тот тяжело сползает по лезвию меча. Сами по себе крестоносцы – не более чем пешки, но нужно быть глупцом, чтобы обойти вниманием получившую над ними власть фигуру в разыгрываемой шахматной партии. Порыв холодного ветра отбрасывает в сторону алый походный плащ. Я делаю шаг вперёд, направляясь к воротам Цитадели.       За спиной слышится омерзительное шипение.       – Эй, осторожнее! – Ты вскидываешь руку, собираясь связать магическое плетение и прийти на помощь.       Не в этот раз. Не глядя назад, ловко разрываю дистанцию, уходя в бок, и наконечник копья пронзает воздух. Пальцы ложатся на витую, богато инкрустированную рубинами рукоять рапиры. Поворот, финт в голову и хлёсткий рубящий удар под открывшиеся рёбра. Отшаг назад и одновременно – новый удар. Твои заклинания не попадают в цель, зато здорово злят бабау. Не переставая кружить и уклоняться от свистящего рядом копья, ловко сдёргиваю плащ, наматываю на левую руку. Провоцирую на очередную атаку, подставляю под удар плащ и, не без удовольствия поддаваясь холодной ненависти, направляю рапиру точно в сердце. Слова – более привычный инструмент, но, если театр военных действий требует личного присутствия, старая добрая драка предпочтительнее. Выдёргиваю клинок и стираю кровь о плащ. Придётся его сжечь при первой возможности.       Ты подбегаешь и с тревогой смотришь на меня.       – Вы не ранены? Кажется, от моих заклинаний было мало проку.       – Беспокоится не о чем, благодарю. – Одариваю тебя одной из самых своих радушных широких улыбок. – Если бы не вы, Пятый крестовый поход, полагаю, постигла бы та же прискорбная учесть, что и предыдущие четыре. Но теперь у Голариона появился шанс.       – Я лишь исполняю свой долг. Кто вы, Общество Следопытов, наёмник Хайлора? – В твоих прищуренных глазах зажигается подозрение. Цепкий взгляд скользит по одежде и оружию, ища знаки отличия. Рука напрягается, готовая в любой момент применить атакующее заклинание. Что ж, я не ошибся в выборе. – Решили внести свой вклад в общее дело?       – Я не принадлежу ни к одному из известных вам орденов – лишь дворянин, который не смог остаться в стороне, когда вокруг вершится судьба мира. А сейчас прошу меня извинить, город взят, но работы ещё много. – Учтиво киваю и ухожу.       Крепость, некогда овеянная величием и славой, что должна была принести победу своим защитникам. Оплот крестоносцев. Неприступные стены ничего не могут сами по себе, всё дело в людях, которые стоят за ними. Но что могут люди противопоставить древней силе, имя которой ложь? Крестоносцы – это возможность, которую я не намерен упускать.