Запись двенадцатая. Жизнь без тебя вовсе.

      Дорогой дневник, я не писал сюда целое лето. Дело в том, что я был то на соревнованиях, то в спортивном лагере, то у Бабушки. Всё было хорошо. Спешу сказать, что у Бабушки я снова начал общаться с Катей, мы даже вместе гуляли пару раз.       Всё как будто бы начало налаживаться.       Но затишье перед бурей никто не отменял?       …       20 августа нас (нашу семью) пригласила на день рождения мама Кати. Это очень добрая и улыбчивая женщина со светлыми волосами (наверное, именно от неё таракану перешёл этот оттенок), однако глаза у неё карие, что нельзя сказать о Кати, они у неё небесно-голубые. Такой красивый цвет у её отца, тут, я думаю, всё понятно.       Мы пришли в гости как раз вовремя, ну нам и спешить толком не нужно было: соседний дом как-никак. Мне всегда нравился их дизайн квартиры: светлые обои, почти на каждой стене висят картины, мебель либо белая, либо молочных оттенков, люстры как будто хрустальные.       — Привет, — радостно встретила нас тетя Лена (мама таракана). Не прошло и пяти секунд, как я очутился в охапке, обниматься я не шибко и любил, однако не отталкивал, кто бы это ни был. Потрепав меня по голове, она направилась к моей Маме, чтобы поболтать.       Туда — сюда, и вот мы за столом. Напротив меня таракан, которая то и дело жуёт траву и смотрит в телефон, скорее всего ожидает какое-то сообщение. Было столько всего вкусного! И запечённая рыба, и сушки с мясом, и тарталетки с грибами, и мясо, и какой-то печёночный пирог, и множество салатов, и многое другое. Но что я ждал больше всего? Правильно, сладкий стол.       Когда уже вечерело, тётя Лена подумала, что пора бы вынести тортик! Он был просто шикарен! Шоколадный с бананами! Самое вкусное, что есть на Земле. Так же было много печенья, конфет, вафель.       Я впервые за такой большой промежуток почувствовал себя свободно. Да, именно свободно. Моя голова была пуста, странные мысли не кружились в ней, я не переживал за всё подряд, а просто веселился. Да, это было хорошо.       Мне также удалось немного поболтать с тараканом, она рассказала мне, что решила заняться танцами и уже записалась, что решилась поехать с подружками в парк аттракционов, что хочет съездить на речку в ближайшем будущем. Я слушал её и не перебивал, лишь когда следовало кивал либо отвечал короткими фразами. Мне было спокойно вот так болтать, как будто нам снова восемь лет и мы в деревне, как будто мы по-прежнему дышим той дружбой.       Когда «банкет» заканчивался, я заметил, что глаза тёти Лены на мокром месте.       — Что случилось? — спросил я её, однако она не ответила сразу, лишь снова схватила меня в охапку и уткнулась в плечо. И… Заплакала. Я остолбенел, потому что не знал, что мне делать. Мои глаза начали искать помощи у окружающих, однако моя Мама стояла, шмыгая носом, стараясь на меня не смотреть. Я не обратил бы на это внимание, если бы тётя не прошептала несколько раз:       — Прости, Дёня, мне очень жаль.       Вот тогда холод промчался по моей спине, заставляя напрячься и надеть невидимую броню. Я был готов ко всему, но не тому, что она сказала далее:       — Мы переезжаем в другую страну через несколько дней.       Хоть с Катей наше общение и нельзя назвать тёплым, но две семьи знали, как она мне нужна. Все знали, как сильно я ей дорожу, как я её люблю. Что теперь? Что будет теперь? От лёгкости в моей голове ни осталось и следа, ноги стали какими-то непослушными, но я крепко стоял, однако руки, которыми я приобнимал тётю, скатились. От тысячи вопросов, наполнявших меня, мне становилось сложно дышать.       «Мне нужно взять себя в руки», — повторял я себе как мантру, ища глазами предметы, которые могу пересчитать у себя в голове, чтобы отвлечься.       — Всё в порядке, — сказал я ей, хотя это было далеко не так, а после задал вопрос, который мучал меня уже несколько минут.       — Как давно вы это решили?       — После Нового года, — виновато ответила тётя.       Новый год… сейчас уже лето, а я даже и не подозревал.       Я стал искать глазами одного очень важного человека, который тихо стоял неподалёку, изредка заглядывая в телефон.       Вот оно как, кто-то еле держится, чтобы не словить паническую атаку, а кто-то даже не предупреждал, хотя летом много общались.       Тётя выпустила меня из своих объятий, и я поплёл к таракану, мне почему-то до ужаса хотелось спросить.       — Почему ты не сказала мне ранее?       — А смысл? — эта фраза застала меня врасплох. Руки начали трястись, и, чтобы не показывать слабости, я засунул их в карманы.       — Что прости?       — В последнее время мы не очень-то и общались, вот только недавно начали вновь. Ты постоянно на тренировках, а я нашла подружек.       Я засмеялся.       — А тебе никогда не хотелось узнать, почему я постоянно зависаю в спортзале?       — Тебе это нравится, — предположила таракан.       — Потому что ты первая отвернулась от меня. Ты первая бросила меня. Ты первая наплевала на нашу дружбу. Ты…- меня глушила обида стольких лет, но я не смел выбросить всё то, что скрывал.       Таракан обняла меня и тихо прошептала:       — Прости, я постараюсь это исправить.       И я поверил, обняв её в ответ.       …       Первого сентября я поплёл в школу в полном одиночестве, так как родители были заняты, а таракана не было.       Знаете, иногда отсутствие одного человека, бывает громче, чем присутствие тысячи других.       С виду ничего не изменилось: всё та же школа, всё те же люди, кроме одного, всё те же учителя. Однако было чувство, что изменилось ВСЁ.       С Катей мы общались каждый день как раньше! Это не могло не радовать. Мы договорились, что я буду ей писать и что будем созваниваться.       Я писал ей каждый день про всё: как Мише случайно выбили нос, как Маринка начала встречаться со Стёпой, как мы писали контрольную по математике, про то, что у нас открылся новый магазин возле школы. Он кратко отвечала мне, этого было достаточно. Созванивались мы редко, однако тоже было.       Но через месяц мои сообщения и звонки оставались без ответа.       Я думал, может там телефон сломался или номер поменяла. Я спрашивал у Мамы. Которая несмотря ни на что продолжала общение со своей подругой. Однако тётя Леня не могла дать трубку Кате, потому что та постоянно была не дома.       «Привет, как ты?» «Я сегодня купил новую игру, ты же приедешь летом?» «В школе такое было… ты не поверишь…»       Я писал и писал, однако ответа не было. На каникулах тётя с дядей приехали, однако без таракана. И тогда я понял, что это конец нашей дружбы.       …       Я погрузился в учёбу.       …       Два года пролетели словно один миг. Подготовка к экзаменам и тренировки, и так по кругу.       Экзамены прошли адекватно, если не учитывать стресс от них.       Осталось поступление. Я был уверен, что пойду на юриста или адвоката, однако решил идти в медицинский. Денис, надеюсь, что ты не пожалеешь о своём решении. Ахахаха.