Часть 1

~🫐~ Так вы правда думаете, что рептилоиды, вред 5G вышек и чипирование - вымысел? Что Теневого правительства не существует? Ну да, ну да... Хотела бы и я в это верить. Но, к сожалению, мы живём в реальном мире. Мне уже 16 лет. В этом году я заканчиваю школу. И надеюсь, что конец света придёт хотя бы после моего восемнадцатилетия. А что вы хотели? Энергетический кризис, массовый голод и бедность, гражданские войны, мусорный остров, почти занимающий весь Атлантический океан, да ещё и смена полюсов. Эту планету в балансе от окончательного краха поддерживают Иллюминаты и всякие кланы Теневого правительства, пока не найдут, как свалить с нашей Земли. А, чуть не забыла про рептилоидов, изощрённо рубящих с жителей деньги. Но почему все они раскрывают свои технологии и выделяют финансирование? Почему даже образование у нас ещё бесплатное? (Вы что, только вернулись из космической экспедици, длиной в 60 лет?) Да потому, что вышла такая неприятность: и Теневое правительство и Иллюминаты родились на этой планете. С нами. (А рептилоиды просто странные). Поэтому в нашем мире, чтобы стать кем-то, ты либо продаешь душу корпорациям-рекламщикам либо становишься учёным и изучаешь космос и ракетостроение. Есть ещё вариант стать громилой на службе полиции или какого-нибудь богатенького корпоранта, воевать за ресурсы, чем и занимаются все страны. Я выбрала несуществующий вариант: стать помешанным экологом и не оставлять бесполезные попытки спасти нашу планету. Рано или поздно эти Теневые правители перебьют корпорации и улетят отсюда, верно? Надо же будет как-то выживать и после этого. Кстати о бесплатном образовании... Я учусь в обычной школе. Мне даже повезло: мы в мамой живём недалеко от Большого города, места, где обитают только богачи. Там у них экологически чистый район, передовые и всякие инновационные центры. Медицина, в конце концов! Правда, туда не пускают обычных смертных, как я: нужно удостоверение или очень тугой кошелёк. Школа же моя ничем не отличается от любой другой. Все они построены по одному проекту для экономии. В каждом городе штампованные больницы, детские сады и школы. И учителя все как картонные. Тоже пытаются выжить, а тех, кому это удаётся хуже, заменяют программами с высоким синтетическим голосом. Полное уныние. Наш большой, иногда даже дружный класс много раз менял состав: кто-то переезжал, кто-то умирал от недостатка лекарств, от токсинов. Некоторых любителей погулять до ночи забирали на опыты, а о других исчезновениях лучше вообще ничего не знать. В чём-то я понимаю Теневое правительство с их планом побега: наш мир - определенно не лучшее место для жизни. Я вышла из здания школы. На улице ветер раскидывал мятые упаковки, на асфальте лежало меньше бездомных, чем обычно, и небо застилалось тучами. Я нахмурилась, ведь всё это предвещало только одно: дождь. Как современный городской романтик, я просто ненавидела дожди. Настоящая смерть с небес. Токсичные капли постепенно, раз за разом разъедают дороги и железные укрепления на крышах. А если попадают на живое существо, (человек - не исключение), то оставляют ожог на коже, какую-нибудь аллергию или проедают насквозь, (никогда не знаешь точные последствия). И судя по тем, кто остался без крыши над головой, кислотный дождь оставлял на голове зелёные или жёлтые пряди. Иногда и медно-железные - тут смотря с какого промышленного района принеслось облако. Я хорошо разбираюсь в кислотных дождях. Если честно, это моя специализация как эколога. Хочу побороть эту напасть, потому что слишком много вреда она принесла и неуклонно приносит. Государство, разумеется, пытается уменьшать вред от них: один уважаемый современный учёный, (мой кумир, если честно), Салаз Макс, выяснил, что большинство токсинов разбиваются об электронное поле при определённом заряде. Так, над каждым городом появились силовые куполы. Хотя над нашими "трущобами" этот щит снижен до минимальных значений, где он всё ещё будет действовать - 77%. Когда в Большом городе, разумеется, все 100%. - Эй, Женя! За спиной я услышала своё имя. Это была Маргаритка, моя единственная и лучшая подруга. Мы обе горим молодой идеей изменить - а в нашем случае спасти - этот мир. Я откликнулась, глядя в серое небо: - К вечеру будет сильный дождь. Возможно даже с грозой. Если так, купол может не выдержать. - Вечером мы уже будем дома. Ну, пойдём! Мы, как юные экологи, созывали собрания. Ну, как созывали: расклеивали и раздавали несколько дней по всему городу листовки, получали насмешки в спины от рабочих с фабрик и прочих таких же. На "собраниях" мы говорили равнодушным прохожим, как важно начать менять ситуацию сейчас, предлагали к нам присоединиться. Мы могли безрезультатно простоять весь день, хорошо, что под козырьком и в сухом месте. Уже на первый раз я поняла, что людям глубоко плевать на будущее. Для них главное - жить в настоящем и работать, чтобы не потерять квартиру или комнату. Живой мотивацией им были сотни бездомных на улицах. Маргаритка же не хотела этого замечать: она до вечера с улыбкой и громко говорила об экологии, о том, что мы можем сделать сейчас, показывала кадры с чёрными от нефти морями, страдающими животными. В общем, меня бы убедила. Подруга жила ближе меня к Большому городу, её родители работали на какую-то корпорацию. Я иногда с завистью смотрела на её светлые волосы в хвостиках, ни разу не подвергнутые действию дождя. Мои-то вьющиеся каштановые приходилось не раз резать и перекрашивать в натуральный. Поэтому теперь со спины меня не отличить от парня, зато с отличной стрижкой - мама работает в парикмахерской. Конец света, не конец света, а люди всегда будут стричься. Это собрание, как и прочие, заслужило только презрительные взгляды, иногда улыбки. Одна добрая бабушка подошла к нам, долго советовала бросить это дело и "идти работать, как и всем", но, для приличия, одну листовку она взяла. Кстати, эту листовку я нашла потом в ближайшей мусорке. Лучше бы тогда не брала - мой труд художника денег стоит! Когда начало темнеть, Маргаритка смотала самодельные плакаты в трубу и завязала на спине. Я взяла листовки, и мы пошли. Как недопонятые революционеры. Полдороги шли в тишине, но потом она оживилась: - Ну и что! Сегодня я уже видела дедушку на другой стороне улицы, который нас долго слушал! - Этот то? Он же гробовщик. Он не вслушивался, а пытался понять, к какому числу нам готовить могилы, когда нас заберут на органы или что-то вроде того. Маргаритка что-то обиженно фыркнула. Я задумалась: зачем она вообще этим занимается? Моя подруга всегда была оптимистичнее меня, да и многих других. Её ждало лучшее будущее, наверняка в корпорации, где работают родители. Тем не менее, Марго не боялась высказывать своё мнение и повлиять на рейтинг. Больше всего, конечно, в ней мне нравилось умение заслужить доверие людей. Она твёрдо и неуклонно к этому шла. Так мы, собственно, и подружились: громкий экстраверт и я, омброфоб-теоретик. Дождефоб, проще говоря. - Да брось!.. В любом случае, всегда можно обратиться за помощью к корпорациям. Я тут же вспомнила рассказы мамы о её коллегах, одноклассниках и их долгах крупнейшим компаниям, из-за которых бедняг посылали на какое-нибудь ядовитое или просто грязное производство, а квартиру и всё имущество "опечатывали в счёт уплаты задолженности по кредиту". С кем, с кем, а с рептилоидами я дел иметь не хотела: - Что? Нет! Ты хочешь, чтобы мы попали к ним в рабство? - У нас одна цель! Им выгодно защищать планету. Ты знала, что они учредили несколько проектов по защите морских животных? - У нас с ними не одна цель. Корпорации хотят только стричь с людей деньги. И защищать ящериц. Вот и всё. Маргаритка пустила в ход последний аргумент: - С ними можно договориться! Я ответила ей уже знакомой фразой: - В корпорациях все на крутых должностях поголовно ящеры! С-с-с! Подруга хотела обидиться, но я слишком смешно подражала парселтангу рептилоидов, или на чём там они говорят. - Ух, Марго, ты точно успеешь домой до дождя? - Я тревожно посмотрела на темнеющее небо. - Если ускоримся, то успею, а если нет, то ничего страшного. Щит прочный. Я настойчиво напомнила: - Он пропускает капли. - Ну, будет у меня крутое окрашивание. Я вдохнула поглубже и затянула моё любимое: тему вреда кислотного дождя. Но одновременно со своим услышала ещё один голос: - Сами капли токсичны! - Эти капли ядовиты. Я и Маргаритка обернулись - мы уже дошли до близких к Большому городу улиц и остановились у кинотеатра. На дороге стояла редкая чёрная машина с тонированными стёклами, а к ней прислонился водитель в солнечных очках. Мы с подругой одновременно переглянулись: "Машина электрическая!" Из-за кризиса автомобили в принципе стали дорогим удовольствием. В некоторых городах даже полностью вернулись к паровозам, которые нужно поддерживать углём вручную. А тут электрическая. машина. В годы, когда не только электро энергию, так ещё и горячую воду дают почасово. Таких на весь мир, в лучшем случае, несколько десятков. Наши взгляды так прилипли к изящной чёрной диковинке, что мы и думать забыли про худого водителя, который продолжал: - Кислотный дождь появляется из отходов фабрик и выбросов производств в водоёмы и в воздух в ходе цикла формирования облаков. Тяжёлые частицы собирают вокруг себя влагу и выпадают на города в виде дождя. Содержат... - Состав разный в каждом регионе. - Подхватила Маргаритка, - на юге много шахт, добывающих уран, радий и другие элементы, так что те районы заражены радиацией в небольших дозах. На север выпадает дождь с честицамм бетона из-за карьеров и смесительных этих-самых, а наш регион - промышленный. Так что всякой гадости понамешено: и фосфор, и кислоты разные, вплоть до малых содержаний соляной кислоты и неона, из-за чего капли такого стереотипно-зелёного цвета. Её теоретические знания немного уступали моим, ведь я несчитанные часы проводила в городской библиотеке или в интернете, пытаясь отыскать какие-нибудь научные материалы. Я могла ответить то же самое, углубляясь в производства и доли содержания веществ, но меня смутил этот сипящий акцент водителя. Ненавижу, когда служащие или работники корпораций настолько привыкают к начальству или просто подделывают протяжность "с" и "ш", как ящеры. Если ты человек, то и говорить надо по-человечески! А я, если и буду работать, чтобы прокормится, то, наверняка, на Теневое правительство. Я слышала им нужны экологи, чтобы создать нужные условия на других планетах. А ещё они теплокровные люди, а не рептилии с голубой кровью. Водитель, услышав хорошо заученный топик от Маргариты, улыбнулся и пригласил сесть в машину. Я тут же хватаю её за рукав, не давая это сделать: - Эй, Марго! - Опасливо гляжу на водителя и на подругу. - Сейчас из кино вылезет крутой рептилоид, владелец этой машины... Она не дала мне закончить: - Он поймёт, какие мы умные экологи и возьмёт на работу! Я не поверила, что она всерьёз. И пока подбирала аргументы, хоть как-то похожие на технику безопасности для любого ребёнка, начался дождь. Этот противный кислотный дождь. Я не заметила, что за две минуты до этого над Большим городом загорелось силовое поле - верный признак того, что на улице лучше не оставаться. Маргаритка тут же залезла на заднее сидение машины, вокруг которой тоже появился щит. Я хотела её вытащить, хотя бы словами, но капля попала на ладонь, и я тут же получила химический ожог. Почти на рефлексах, я отпрянула к стене здания, под железный навес кино. Подруга, кажется, ругалась на меня и призывала сесть в машину. Но я уж лучше пережду дождь здесь, чем лезть в авто к богатому корпоранту. Ливень усиливался и перекрывал звук всех слов. Над Большим городом замигал счётик до окончания дождя, как и всегда. Правда, отсюда огромное табло не было видно настолько хорошо, поэтому "сколько ещё ждать" оставалось загадкой. Водитель сел в машину вслед за Марго на кресло, соседнее с рулевым. И машина поехала. Абсолютно без водителя. Я выругалась вслух, но дождь заглушил и это: электрический автопилот, чтоб его, похищает мою подругу! Это значит, что тот человек был не водителем, а самим корпорантом. И очень важным, если ездит на электро-беспилотнике. Дурацкий их акцент, который все подделывают! Я кинулась бежать за машиной, но меня быстро остудил дождь. Я буквально почувствовала, что придётся перекрашиваться снова. Ненавижу это чувство. Беспомощности. Красные фары уменьшались, но машина точно ехала по прямой. К воротам в Большой город. А я стояла у двери в кино и смотрела на это. В небе загорелся полупрозрачный голубоватый купол. Дождь ослабел где-то через 10 минут. Настолько, что даже наш щит пропускал максимум две-три капли на два метра. Но даже так я умудрилась поймать несколько то ли одеждой, то ли лицом. Когда пришла домой, жгла рука, жгла нога, левое плечо и нос. И совесть. Когда мама вернулась с работы, выслушала мой рассказ, то обработала ожоги и пообещала покрасить меня в скором времени. После всех процедур я глянула в зеркало - тусклый взгляд, карие глаза, веснушки, два пластыря на лице: на носу и на правой щеке, прожжённая на левом плече рубашка, кроссовки с почти растворившимся металлическим покрытием. И растрёпанные каштановые кудрявые волосы. Некоторые пряди на макушке, за ухом и почти у лица стали кислотно-зелёными, (вау, мама рассказала, что так раньше красились специально). В зеркале стали отражаться и слёзы. Н-да, похоже мир решил, что я слишком хорошо живу и захотел спустить меня с небес на землю. Забрать единственную подругу. Утро рано ознаменовалось серыми облаками в небе и ясным диском золотого солнца, периодически тонущего за завесой белого дыма со стороны заводов. Интересно, когда оно погаснет? А, может, уже погасло. Раньше считалось, что солнечный свет идёт до нас 4 года или дольше, а на деле - где-то 8 минут. С пропажи Маргаритки прошло три дня. Это значило, по данным следователей, что её, скорее всего, уже не найдут. Да сейчас и в принципе никого не ищут, если упираются в корпорации - себе дороже. В классе всего лишь стало на одного человека меньше. Хотя некоторые, узнав новость, действительно грустнели. Интересно, если бы исчезла я, они бы тоже так задумались? Наверняка, Маргаритка своей речью просто довела бы всех до слёз. Я проснулась от хлопка дверью. Ранний подъём мамы на работу - отличный будильник. В зеркало и смотреть не хотелось. Эти зелёные пряди на ощупь были как солома. Как и несколько других, уже естественного цвета. Может их легче не красить, а выстригать? На завтрак бутерброд с маслом, соевое молоко. И в школу. Иногда, когда пью на завтрак только чай, включаю Цоя. Люблю старинную музыку: немножко бытового рока и малость уныния. Но сегодня был и так слишком печальный день. В школе опять те же 13 уроков, распределенных почасово на неделю: обязательные физика, астрономия, астрофизика, биология, (где у нас то появляются учебники с темами по рептилоидам, то исчезают. Смотря кто финансирует), химия, ботаника, физкультура, математика и ракетные вычисления, информатика, строение спутников, русский язык, английский язык. Один раз даже парселтанг ящеров ввели, но никто его не хотел учить. Даже название слишком сложное - целиком из глухих, сипяще-шипящий. Учить язык значило понять философию. А я их даже понимать не хотела. Как можно догадаться, нашу школу финансировало Теневое правительство. Их основной деятельностью было обучение молодёжи - нового поколения изобретателей и строителей ракет либо будущих обустраивателей биосферы - биологов. На искусство большой упор не делался, наверняка они думали: "нам бы свалить отсюда, потом и творчество". Я лучше справлялась с точными науками, но не тянула это строение спутников или астрономию, где нужно было запоминать чертежи и кучу других ненужных вещей. А вот на биологии я могла поставить электронную учительницу на место фактами о проблемах с экологией. Правда, один раз она задымилась от перегруза и сломалась, а меня наругали. Я ещё долго шутила, что наша электробиологичка сгорела на работе. Хе, даже сейчас смешно. В педагогическую программу всегда записано, что нельзя рассказывать детям о том, что с планетой нашей что-то не так. Надо говорить о свершениях и проектах правительства и организаций, которые только и делают, что нас спасают. Нигде не сказано, что "спасают" от себя же. Когда я вышла из школы, было уже 16. Хорошо, что пару дней назад сменила железную оббивку подошв, теперь кислотные лужи не будут чувствоваться. Железные листы на кроссовках - это символ бедности всех незащищённых от дождя городов. Говорят иногда у ворот в Большой город проверяют по ботинкам. Но мне уже пора бежать в магазин, купить чего-нибудь на ужин и завтрак, чтобы завтра продолжить эту бессмысленную жизнь. Вторая часть предложения маме или Маргаритке не понравилась бы. Но, только я прошла огороженный двор со всякими плакатами о космосе и вышла на улицу, как увидела того корпоранта, который забрал Марго. Опять у своей машины. Я, долго не думая, направилась к нему. Это я днём и в толпе такая смелая, вечером я бы ему на глаза попасться побоялась бы. Он же рептилоид... Впрочем, мне уже нечего терять. - Ты! Где моя подруга, которую ты увёз три дня назад? Где Маргарита?! Мужчина обратил на меня внимание, плавно повернул голову, даже не изменив выражения лица. У него все движения были какими-то волнообразными, мягкими и последовательными. Он никогда не шевелил, допустим, головой и рукой одновременно, только по очереди. - А-а, эколог. Поехали, увидишься с ней. Не думала, что рептилоиды умеют угрожать. Хотя, как бы иначе они бы конкурировали с людьми на равных? Меня особенно раздражала его манера растягивать гласные. Я поняла, что ничего толкового от него не добьюсь и выдохнула: - Просто... Хотя бы тело верните. Мужчина медленным движением снял солнечные очки. Я увидела жёлтые неяркие глаза. Разумеется, ящер. Удивительно, что зрачки не вертикальные, как говорят, а круглые, человеческие. - Евгения Шин, проживающая по адресу улица Колодная, дом 5, квартира 113. Если не поторопится, Евгения опоздает и не зайдёт в магазин, чтобы купить продукты из соевого молока для употребления утром. Я нахмурилась - не зря мама рассказывала, что у этих ящеров отличная память и доступ ко всем камерам и документам. Сила корпораций. Но я решила выиграть время: - Неправильно. Корпорант плавно наклонил голову влево, опустил глаза на асфальт и начал анализировать ошибки в сказанном. Какие же они странные... Интересно, Маргаритка пару раз говорила, что за годы здесь они научились не реагировать на обзывательства. Как будто в гены вшито игнорирование. Мне бы такое. Я не побоялась проверить гипотезу. Я уже ничего не боялась: - Квартира 115...ты, чешуйчатый. Подругу мне верни. - Квартира 113. - Ящер поднял голову и приступил к осознаванию последних слов. - Твоя подруга у нас в офисе. Работает. Я уже не хотела шутить, может, хотя бы ещё разок на похоронах её получится увидеть. Она достойна хорошего конца. - Рано или поздно всё равно найдут её где-нибудь... - Ты эколог? Внезапный вопрос. Я задумалась, отвечать на него или нет, но решила не рисковать: - Верно. Мужик натянул улыбку и показал свои акульи зубы. Я чуть не испугалась. До этого он улыбался только губами. - Предскажи следующий кислотный дождь. Я удивлённо посмотрела на него, вздохнула "карасья морда", перевела глаза на небо. Что ещё мне оставалось делать? Поиграть хочет - что ж. В городе было удобно отслеживать перемещения облаков, закрепив взглядом какую-нибудь точку на высоком здании. И смотришь боковым зрением, в какую сторону плывёт эта токсичная вата. - Через полчаса небольшой кислотный дождь. С запада фронт идёт мимо, но сегодня четверг, в Большом городе разгоняют облака, поэтому часть полетит сюда. Улыбка стала шире. Он протянул руку, от которой я тут же шарахнулась. Чтобы корпорант подавал руку экологу? - Салем. Просто С-алем. Садись в машину, я всё объясню о твоей новой работе. Ну всё. Вот и напросилась первым клиентом на испытания препарата какой-нибудь фармацевтической компании. Я поняла, что дела становятся совсем плохи: - Разумеется. Тут же развернулась и пустилась бежать. Но ступить я успела шага три, и ноги подкосились. Я почувствовала асфальт раньше, чем поняла, что упала. Очнулась уже в машине. В голове как будто кто-то закрутил водоворот, я с трудом поняла, что беспилотник уже проехал самое дальнее место, куда разрешала ходить мама. Впереди росли ворота и мост. Меня увозили в Большой город. Я осмотрелась и увидела, что ящер сидит рядом со мной. Начала приливать паника: - Что за.?! Куда мы едем, зачем? Корпорант ответил тем же размеренным голосом, как у школы: - Мы едем в один из павильонов компании, представителем которой я являюсь. - Эй, это похищение! Вы же, корпоранты, не идёте против закона! За окном проносились незнакомые улочки. Чем дальше мы ехали, тем дома становились выше, а бездомных всё меньше. Салем выбрал эмоцию удивления и слегка поднял брови: - Я отчётливо услышал согласие. "Разумеется". Я попыталась вспомнить последнее, что приходило в голову. Конечно, я оглянулась на него и увидела вытянутые зрачки. Он меня вырубил гипнозом, или что это было! Сама виновата... Я схватилась за голову и уже мысленно подписывала прощальную записку маме. - Мои поздравления. Ты победила в школьной олимпиаде по экологии, учрежденной нашей компанией, дочерней к крупнейшей... - Подожди, что?.. Олимпиада? Мужчина терпеливо пояснил: - Отбор в виде конкурса проводился во всех школах мегаполисов с целью приглашения на работу молодых талантливых кадров. Евгения заняла призовое место по направлению "экология". Я приехал, чтобы сообщить эту новость и познакомить Евгению с новым местом работы. Я судорожно выдохнула и откинулась на спинку. Меня везут не на органы. Уже хорошо. Как только выдастся возможность, я откажусь от всего и вернусь домой. Не зря Маргаритка посоветовала хвататься за любую возможность - теперь меня не убьют! Наверное... - Пожалуйста, называй меня не в третьем лице, а на "ты". Содом, верно? - Салем. - Ясно, Гоморра. - Са-лем. Мы довольно долго сидели молча даже после того, как полицейские боты на воротах считали номер машины и пропустили нас. Я впервые видела Большой город вблизи. С обоих сторон от моста был глубокий ров, отделявший наши города. Мельком, но я увидела внизу что-то, напоминающее человеческие фигуры. Почти везде. Сам город был просто шикарным, разумеется, я никогда такого не видела. Высотные дома с окнами в пол, парки, озёра прямо посреди города, живые деревья, цветы, дети, одетые в новую одежду, полиция, фонари, рекламные щиты, машины почти везде! Все признаки иной жизни. Я довольно долго не могла оторваться от окна, но потом всё же поняла, что я здесь не в очень выгодном положении. Мало ли что со мной ещё будет, может тот дед-гробовщик меня всё же дождётся. Меня захлестнуло нетерпение. В конце концов, я сидела в электрическом беспилотнике какого-то корпоранта и впервые так близко видела рептилоида. Настоящего ящера, сидящего рядом со мной. Поэтому, не забывая о мерах предосторожности, я достала телефон и начала быстро строчить маме сообщение о том, что со мной пока всё в порядке, куда я еду и с кем. Я не успела закончить второе предложение, Салем отобрал у меня телефон. - Эй! Я маме пишу! - Ты указала место назначения и упомянула меня. Это сообщение не может быть отправлено. - Да что за секретность?! Она волноваться будет. - Мы пришлём письмо твоей матери от имени компании. Я помолчала, глядя на него, как на идиота: - Если это сделаете, маме придётся скорую вызывать. - В любом случае, твой телефон пока побудет у меня. После окончания ознакомительной экскурсии я его верну. Я поняла, что спорить бесполезно и обиженно отвернулась к окну. Вскоре я заметила, что улицы Большого города повторяются одна за другой. Такая же штампованность, как у нас со школами. Только в таких размерах, что трудно понять. А ещё я впервые увидела белые полоски, по которым ходят люди, а машины останавливаются. И мигающий разноцветный фонарь. Если бы нам такой повесили... Его бы украли минут через 15. В конце концов, я переключила внимание на рептилоида. Забрал телефон, так хоть на вопросы пусть ответит. - ...А у тебя голубая кровь?.. Кажется, он подавил вздох. Который раз это у него спрашивают? - Можно сказать, я из знатной семьи. Которая слишком долго жила среди людей... - Не, я в прямом смысле. Я сверлила его любопытным взглядом. Он посмотрел на меня, как на дуру. - Голубая кровь только у кальмаров, скорпионов и мечехвостов, потому что в них больше меди, а не гемоглобина. Это не очень прояснило ситуацию для меня, поэтому я перевела взгляд в пустоту. Тут уже Салем не выдержал и выдохнул: - Красная у меня кровь! Красс-ная! Меня больше удивил не ответ, а то, что я увидела весь спектр эмоций в его глазах. Мама говорила, да и по телевизору было видно, что все они никак не выражают свои чувства. Как будто не могут. Но тут я почти что услышала нецензурные слова в мой адрес. Ладно, какое-то совпадение. В любом случае, машина уже тормозила и смотрела по камерам свободное для парковки место. - Заранее хочу Вам сказать, что я не намерена работать на корпорацию. - Как же ты представляешь своё будущее, Евгения? Чего тянуть, я честно сказала, что теперь планирую создать союз экологических волонтёров и спасать планету. - О, понимаю. Но быть бездомной - это не работа. С этими словами он вышел из открывшейся двери. Я тоже полезла из машины, что-то говоря себе под нос про ящеров. Мы остановились у высотки, которую окружали такие же многоэтажные тонкие дома. В центре между входами стоял большой фонтан из каких-то резаных форм. Я бы такой тоже смогла сделать. Чтобы разглядеть то здание, куда направился Салем, надо было сильно задирать голову. Настолько, что я чуть не упала назад. На входе, к моему удивлению, не было дверей. Я прошла левее корпоранта и тут же врезалась в стекло. Начинающуюся сигнализацию ящер остановил карточкой, авторизацией или ещё чем-то. У них в офисе стеклянные двери?! У нас бы она и дня не простояла - вечером обнесли бы всю лавочку. Внутри обстановка с трудом напоминала мебель. Везде всё было либо белым либо металлическим. И очень много света. Кстати, с первого этажа не было видно всего здания до верха и крыши, как я ожидала. Значит, эти дома внутри не пустые. Только мы вошли в огромное помещение, как из-за стойки вышли люди и пристали к моему провожатому. Я подумала, что это его кара за мой украденный телефон. Чем дольше он говорил о каких-то бумагах и встречах, тем больше стекалось людей. Как будто знаменитость пришла. Я поняла, почему у него среди тёмных волос заметны и седые. Салем (правильно же?) махнул кому-то рукой, и меня повела улыбчивая девушка в тёмном костюме. Она попыталась рассказать мне о компании то, что я слышала по телевизору кучу раз, поэтому всё моё внимание переключилось на поиск экстренных выходов на всякий случай. Мы с ней дошли до какой-то комнатки с кнопками внутри. Девушка ткнула на цифру 15, как из ниоткуда появились и захлопнулись толстые железные двери, кабинка поехала вверх. Я чуть не вскрикнула. Похоже, работница это заметила и начала объяснять мне, что такое лифт. Секунд через пять мы были на значке 15, как мне объяснили, это был этаж. У них что-ли три этажа за один считается? Не могли мы уже быть на... Меня пробил озноб, как только мы вышли из лифта и повернули налево. Из окон в пол было видно и стоянку, и парк, и дома и даже дальнюю реку. Как же высоко... Вроде красиво, а вроде как бы тянет к краю. Одно неловкое движение, и конец. Я постаралась держаться подальше за девушкой. Кто бы знал, что я найду-таки у себя страх высоты. Сначала меня повели в офис. Компьютеры, столы и люди через малое расстояние друг от друга. Как и ожидалось. Поначалу я не понимала, чего работники так удивлённо смотрели на мои волосы, а потом дошло. Я чуть не сгорела со стыда - я же всё ещё хожу с этими ужасными зелёными прядями! Девушка, заметив это, значительно ускорила повествование. А я начала незаметно срывать с лица пластыри. Меня неожиданно приятно поразила столовая. Неужели здесь заботятся о нуждах работника? Но меня не провести так просто - корпорациям лишь бы человек продолжал работать. А для этого нужно жить. А чтобы жить, нужна вода, еда и туалеты. Не думаю, что здесь планировка выходит за этот принцип. - Что ж, мы были в крыле информационной работы, обязательном к посещению. Сейчас мы направляемся в биологическую и экологическую лабораторию. - Тут есть экологическая лаборатория? Работница улыбнулась и пустилась в рассказ о том, что там просчитывают погодные условия, моделируют всякие ЧС. Стыдно признавать, но мне захотелось её увидеть, когда девушка упомянула, что экологи, пока что малочисленные, решают проблемы мирового загрязнения. У высокой арки входа висел плакат "Здесь спасают мир!" Я стала идти медленнее и оглядываться по сторонам. Здесь работников было раз в пять меньше, чем в других офисах. Все в белых халатах, некоторые с очками на голове. Один парень даже шёл с радостным видом, не знамечая ничего вокруг с почерневшими руками и одеждой. Явно последствие производств мазута и нефти. Девушка поспешила донести, что здесь проводятся исследования и эксперименты по поиску более экологичных путей производства необходимых вещей. В большой комнате, которую мы проходили, я заметила чаек, почти таких же чёрных, как тот парень. - Тут на животных понимают последствия действий химикатов? Неплохо. - Не просто выясняют последствия - всех животных стараются излечить. Я немного недоверчиво на неё глянула, и мы свернули в самую заметную арку. Перила ограждали нас от большого зала с длинными столами, идущими в виде значка wi-fi к гигантскому экрану, на котором была видна вся наша планета. Красная, в основном, оранжевая, иногда жёлтая. Совсем на дальних берегах - зелёная. А в городах или центрах стран просто алая. Это наглядная статистика общих загрязнений. Я ещё раз убедилась, что пора действовать и спасать планету. За героическими мыслями я пропустила всё, что объясняла моя проводница. Действительно, а ведь как я собираюсь создавать экологическое общество? Одна, из маленького города, когда состояние нашей Земли заботит только единиц. Но если и работать, только не с рептилоидами. Я увидела застеклённую комнату с редкими цветами из красной книги. Васильки, клевер и прочие вымершие растения. В конце аллеи росло высокое дерево со странными жёлтыми плодами. Мандарины такие что-ли? Когда я спросила, девушка ответила, что это лимонное дерево. Никогда не слышала про... лимон? лимо? лимоно? Фрукт такой что-ли?.. - Ой-ёй, надо срочно что-то делать с твоими волосами. Я покраснела и повернулась с видом побитой собаки на какую-то женщину в халате и научных очках. - Спасибо, я дома перекрашу. - Ну нет, раз уж ты здесь, идём в мой отдел. - Где Вы работаете? - В дождливом отделе! У него пока нет названия, если честно. В нём работает только два человека. Включая меня. Она грустно улыбнулась, сверкая зубами с щербинкой. Моя проводница подала голос: - Кажется, я к вам её и вела. Учёная тут же повернулась на меня, положила мне руки на плечи и начала рассматривать. - Так это ТЫ наша олимпиадница?! Надо же, я думала она будет из Большого города... Я отвела взгляд и хмуро ответила: - Где живу, там живу. - А! Так про волосы, идём скорей! Она за руку завела меня в комнату, выходящую из основного зала. Тут было просторно и светло из-за окон до пола. Почти всё оборудование стояло под тканью, рабочими были только длинные белые столы посередине и пара компьютерных у окна. Вот где-где, а там я бы не хотела сидеть. Над одним из столов склонился юноша со светлыми волосами. Лицо его было не разглядеть из-за яркого света лампы и маски, в которой он работал. - Это у нас Антей! - Она наклонилась ко мне и быстро добавила: - Он грек, поэтому и имечко такое. - Да слышу я про твоего грека! И что?! Молодой человек резко выпрямился во весь рост и снял маску. На последней фразе повыше поднял нос. Мама бы сказала, что как у статуи. В переводе на человеческий это значит прямой и не переломанный. Он, прищурившись, посмотрел на меня и спросил, картавя: - Это ты кого к нам ещё привела? - Это? Олимпиадница! - Как будто парировала женщина. - Ой-ёй! Всех представила, кроме себя! Так классно с тобой говорить, как будто сто лет знакомы! Я попыталась вспомнить, когда за эти пять минут я хоть раз улыбнулась или сказала приветливое слово. - Тоня! Он - Антейка, я Тоня! До сегодняшнего дня мы были командой АнТоним! Опережая все вопросы, я сказала: - Женя. Очень приятно. Парень подошёл поближе, присмотрелся ещё лучше и выдал: - А ты парень или девушка? - Олим-пиадни-ца! Ты чем слушаешь? Его минус в том, что иногда по три раза повторять нужно, чтобы дошло. Антей проигнорировал укол и вместо этого протянул руку к моим волосам. - Досталось тебе. На выхлоп предприятия попала? - Хуже. Я живу в них. Я это... Не знаю почему, я отвела глаза и закончила тише. -...из нижнего города. Двое учёных в один голос протянули сочувственное "ууу". - Ну вот, я и привела её к нам. Лечиться. - В плане, испытываться? - Лечиться! - с настоем добавила женщина. - Чего?! -Я опять ничего не понимала. Тоня вытащила от стола стул, усадила меня на него и дала маску от химикатов. Что-то мне всё меньше это нравится. Парень вернулся с баллончиком в руках: - Короче, это распылитель от всяких токсинов, которые оседают на волосы. На кожу пока это применять опасно, на волосы - щас проверим. - В каком смысле? - Он шутит! - Тоня удержала меня на стуле от попытки встать. Тем временем учёный уже обрабатывал мои зелёные пряди и сказал подержать недолго. Понятно, всё же меня привели на эксперименты. Пока я сидела, не могла не спросить эту странную пару: - Почему вы вообще работаете на корпорацию? Ответили одновременно, недолго думая: - Платят много. - Спасаю планету! Учёные тут же переглянулись. Тоня осуждающе посмотрела на коллегу, тот удивлённо на неё, а потом на меня. - А ты кто у нас? Тоже типа, идейная? - Я не собираюсь работать на рептилоидов. - Маска легко поддалась, и я наконец-то смогла дышать легче. - К тому же, недавно какой-то из них похитил мою подругу. - Да ладно. - Тоня опасливо покосилась на камеру в углу комнаты. - Они ж таким не занимаются. Я посмотрела на неё таким взглядом, что это заморозило оптимизм. - Где тут у вас зеркало? Пока двое искали под тканью зеркало, я обдумывала, как работает этот спрей. - Неон же нельзя устранить без химической очистки. По какому принципу это работает? Тоня ответила мне моментально: - А это не неон, это фосфор. Ты в темноте светилась, знаешь? - Мы добавили в раствор соли алюминия, обезопасили, как могли, и готово. Эффект моментальный. - Но соль алюминия же белая... Я не успела закончить, как Тоня скинула с зеркала ткань. Мои пряди были такими же белыми, как и моё представление о соли алюминия. - Вы что?.. Антей кислым тоном подытожил: - Вуаля. - Зато! Зато теперь твои волосы не как солома! И ещё мы обезопасили эти пряди. Расскажешь потом, хватило на один раз или дольше. Я всё ещё стояла неподвижно и мысленно пыталась объяснить всё маме. "Знаешь, меня забрал из школы рептилоид с помощью гипноза, мне провели экскурсию в офисе компании, а ещё меня покрасили." - В седой-то зачем было?! - Других красителей пока ещё нет, извини. Парень вернулся к своему исследованию, надел маску и опять приблизил лампу. - Ну, не говори, что тебе вообще не нравится! Абсолютно белый сейчас с твоим цветом волос - большая редкость. - Угу... Меня осенило: - Можете дать телефон позвонить маме? Я не успела ей сказать, где я. Тоня усмехнулась: - Так быстро бежала сюда, когда получила приглашение? - Нет. Меня вырубил у школы, а потом привёз сюда какой-то мужик-рептилоид на электрическом беспилотнике. Учёная выразила на лице своё удивление, Антей просто сказал сквозь маску "круто". - Салем вроде. Тоня чуть не уронила телефон, а парень передвинул маску на волосы: - Кто?! - Или Содом... - Э-это типа племянник генерального директора? - Да фиг его знает. Я прошла и взяла из рук кудрявой женщины в очках телефон. - Да. Мам, привет! Судя по голосу, она волновалась. - Тут такое дело - со мной всё в порядке! Я в Большом городе. -...Ты ГДЕ? Что ты там делаешь? Как ты туда попала? Марго вернулась? - Я.. эм. - я не знала, что лучше сказать. Или соврать? - Я дома сегодня вечером всё расскажу, ладно? Но со мной всё хорошо! Пора идти. Пока! Целую! Я скинула вызов пока мама допытывалась что случилось. Ох, надеюсь, я не сделала хуже. Я поблагодарила Тоню и протянула ей телефон, но она замотала головой, всем видом показывая, что это не её. Сзади меня раздался голос. Опять этот голос: - Кто дал ей телефон? Разумеется, за спиной стоял Салем. Антей, глядя ему в глаза сказал: - Ей выдали временный на этаже, когда она попросила. Я неохотно покивала, подтверждая это. Не хотелось мне ему врать, но всё же. Каким-то уставшим он выглядел. Ящер ещё раз обвёл лабораторию взглядом. - Тебе здесь нравится? - Я удивлена размахом экологического центра у вас здесь. - Отлично, тогда с завтра сможешь приступать к обязанностям. Каждое утро за тобой будет заезжать транспорт от компании. Выбирай себе рабочее место... Я не дала ему закончить и стояла на своём: - Я извиняюсь, но я не собираюсь работать в вашей компании. Корпорант выглядел невозмутимым. - Где же тогда собираешься? - Эм... - Я опустила голову, пытаясь сказать вслух свой построенный в голове план. - Окончу школу, пройду стажировку от правительства, потом познакомлюсь в городе с экологами и начну своё благотворительное движение по спасению планеты. Салем наклонил голову влево: - В будний день? - Что? - Ты собираешься искать экологов в будний день? - Не понимаю, как это относится... - Если будешь искать посреди рабочей недели в городе, никого не найдёшь. Все экологи в радиусе многих километров здесь. Салем указал руками за спину на центральный зал. - Скажите честно, сколько людей отказались от работы в компании? Экологи. Он смерил меня взглядом, пытаясь понять, куда я потрачу эту информацию, но ответил: - Трое. Я опустила голову, говоря про себя: - Маргаритка в их числе... - Нет. Я мгновенно посмотрела ему в глаза. Рептилоиды не врут, так ведь? - Маргарита, которой ты так интересуешься, приняла предложение и проходит обучение в этом комплексе, в отделе, связанном с животными. Она действительно хотела спасать животных. Даже строила планы, как избавиться от браконьеров. - Почему тогда она не появлялась в школе? Не выходила на связь? - Стажировка длится полный рабочий день. Можно считать, что Маргарита успешно закончила школу. - Он сузил глаза. - А в данном комплексе запрещено сообщать информацию всем, кроме ближайших родственников о своём местоположении или обязанностях. - Я маме звонила! - Она не работает в нашей компании, я не могу не сомневаться. - Тогда можно мне сейчас пообщаться с Марго? - Нельзя. Я подошла к нему как можно ближе, игнорируя, что когда-то его предки прилетели из космоса. Я была очень зла: - Да почему?! - Ты не ближайший родственник. - Да вы издеваетесь! Это нельзя, то запрещено! Вот почему я не люблю корпорации! Вы вообще не думаете о людях. - Мы заботимся о наших работниках и устраиваем им самые благоприятные усло.. - В том то и дело! Вы видите в нас только рабочую силу. Всё! Я шагнула немного в сторону, как будто оглядывая его со всех сторон. - С-салем. Скажи, зачем ваш конгломерат, огромных размеров и оборотов компания, увлеклась экологией и спасением планеты? Лично я склоняюсь к тому, что это всё ради общественного одобрения, которое может помочь вам выиграть выборы. Тогда Теневое правительство превратиться в обычную тень! Тоня и Антей, заслышав о политике, отвернулись и сделали вид, что занимаются своими делами. Хотя женщина до последнего подавала мне знаки, чтобы я успокоилась. Не успокоюсь. Салем наконец ответил: - Я думаю, нам стоит продолжить разговор в другом месте. Простите, продолжайте работу. Он практически выволок меня за руку через центральный пункт в такую же комнату, где я только что была. Только в этот раз это было совсем пустое помещение с теми же окнами в пол. Из мебели только научные длинные белые столы и окна. В лаборатории омбрологии ещё пару минут было тихо. Первым нарушил тишину Антей. Он завершил своё исследование и начал раскладывать всё по местам. - ...И больше её никто не видел. - А ты не задумывался, зачем работаешь в корпорации? Нам же действительно даже задания не дали. - Я работаю в кор.. пора... - эта буква явно его бесила. - В компании, потому что если бы не работал, жил бы в нижнем городе. И ходил бы с такими же "стильными" волосами, как и... Женя. - Так ты из нижнего? - Не из этого. Тут на район много найдётся трущоб. Я пошёл в экологи, когда увидел объявление на сайте с зарплатой, конечно. Но ещё до этого я многократно видел и сам кислотный дождь. Тоня чуть слышно засмеялась: - А я знала, что ты не просто бессердечный контрактник, который гоняется за деньгами. Антей оглянулся на неё и тоже улыбнулся: - Ошибаешься. Я стояла и старалась не смотреть в окно. Всё ещё висела тишина. Неужели рептилоидов так легко оскорбить? Внезапно, Салем вынул из кармана мой телефон и протянул его мне: - Тебе стоило поставить мобильный телефон на беззвучный режим. Звонки поступали каждые полчаса. Это было неудобно и раздражающе. Я недоверчиво взяла телефон и посмотрела на экран. Меня обдало холодом - 56 пропущенных звонков от мамы. Как у неё только сердце не остановилось? Я начала обдумывать, что ей скажу дома. Уже темнело и все здания включали подсветку. Как неэкономно, но... Красиво. Я, как и дома, видела это издалека, но не снизу, а сверху. - Ты чувствуешь вину? - А? Корпорант продолжил: - Дыхание участилось, движения стали резче. Ты думаешь, что сказать родственнице? - Да, думаю. Я ответила тише, чем мне хотелось бы. Кричать второй раз на сына, племянника или кто он, гендиректора мне бы не хотелось. - Если я позволю видеться тебе и твоей подруге Маргарите, ты останешься работать в компании? Я недоверчиво на него посмотрела, но говорила уже спокойно: - Для начала, зачем вам я? Наверняка в нашем районе у вас есть и другие победители олимпиады. Они гораздо охотнее займут это место. - Неверно. - Он всё ещё смотрел в окно перед собой, скрестив руки на груди. - Со всего района было зарегистрировано 8 человек. Приняли участие 6. Призёрами стали трое, то есть даже те, кто не знает, из-за чего загрязнены моря. Маргарита заняла второе место, Евгения - первое. Я даже улыбнулась: - Неужели настолько всё плохо? - Вы, люди, имеете склонность к тому, чтобы себя унижать. Не понимаю. Я чуть ли не испугалась его слов. Чтобы рептилоид не только подтверждал свою принадлежность, а ещё и называл отличия от человека?.. Он опять выдержал паузу. Я его что, сломала? - Если ты сомневаешься в наших намерениях, я могу объяснить, зачем корпорации необходимо экологическое крыло. - Даже без подписки о неразглашении? Темнота в комнате усилила эффект свечения необычного цвета глаз ящера: - Я прослежу, чтобы ты никому не сказала лишнего. Иначе вы с родственницей лишитесь не только квартиры, но и любой возможности снимать комнату в нижнем городе. - Объясняй уже. После паузы Салем достал из кармана что-то вроде ингалятора, вдохнул пару раз и начал. Издалека. - Изначальная цель нашей расы по прибытию на эту планету было колонизирование с применением вашего климата и технологий. Проблемы возникли, когда спустя много лет наша раса не могла самостоятельно изобретать ничего, соответствующее местным законам физики. С действующим содержанием газов в атмосфере продолжительность жизни снизилась, и передавать все знания стало проблематично. Даже сейчас при глубоком дыхании заметно неполное привыкание к содержанию кислорода и к влажности. Экспедиция затянулась на столетия, но, наконец, наша раса смогла пробиться выше, чем когда-либо была и напрямую соревноваться с людьми. К моему удивлению, сейчас вы уже не боретесь за свою планету. Ваши правители ищут новую среду обитания. Как и мы когда-то. Рано или поздно, они должны покинуть Землю, оставив её в том же состоянии катастрофического ресурсного кризиса. По моему мнению, было бы разумнее поделиться нашими древними технологиями дальних путешествий по космосу, но моя раса считает своим принципом сохранить тайну от людей. Таким образом, как ни странно, у нас одна цель: спасти нашу планету. И знающие экологи нам приоритетно важны. - Странно, если честно, слышать это всё так откровенно от... Ну. Я запнулась. - Продолжай. - От рептилоида. - Прежде чем править, мы должны восстановить планету, насколько возможно. Для этого нам нужна ты и многие другие поколения экологов. - Ну а что... Что вы тогда планируете делать с населением, которого слишком много? Убивать или в рабов? - Для начала - ввести налог. Так детей станет меньше. Следующую фразу я с ним проговорила в один голос: - Но нищих больше. Я поделилась своим мнением: - Я верю, что нужное воспитание, отдельные уроки и популяризация эко-идей может нас спасти. - Веры уже недостаточно. Нужны действия. Он наконец посмотрел прямо на меня. Всё ещё не верится, что Марго была права насчёт того, что у нас одна цель. Выходит, что скорее правительство, половина из которых масоны, как раз и представляют главную угрозу. Не щадят никого и ничего, ведь им главное свалить от нас и подальше. - Если решу помочь и мы всё же сможем избавиться от кризиса, победить загрязнение и кислотные дожди до приемлемого уровня? Что дальше? - Дальше мы будем править. Наука будет самой востребованной отраслью. - А обычные люди? Мы все умрём? Да, нет? - Ещё до этого времени многие погибнут. - Не поняла. - Рано или поздно мы все умрём. - Не хочешь говорить - и не надо. - Каков твой положительный ответ? Я только хотела задуматься, как осознала слова: - Стоп, что? Салем улыбнулся, пояснив, что это шутка. Надо же, с каких пор ящерицы научились шутить? Может этот Салем полукровка? - Вау. У меня научился, чешуйчатый? - Ещё до тебя, седая девочка. - Да иди ты! - Я тут же встроила свой ответ - Да! Согласна! Спасём планету, а потом придумаем, что с вами делать. - Не придумаете. - Придумаем. - Посмотрим. - Тебе с такими глазами то смотреть удобно? - А тебе? С глазами, цвета земли? - Я думала рептилоиды не умеют никого оскорблять! - Как тебе идея поставить твой рабочий стол к окну? - Н-не надо. - Я видел, как ты заворожённо смотрела на город. - Не стоит! - Не отрывала взгляд, и дыхание учащалось. Надо же, приятная картинка работает на вас так же, как и страх. - Да ты специально, что-ли, голубокровый?! - Красная. У нас кровь красная. Даже вечером в коридоре у них в офисе горела подсветка. Все учёные расходились по домам, но некоторые ещё сидели на местах. Наверное, мы с Марго разминулись на пару часов. Я остановилась и заглянула в отдел с силовым щитом, где ещё днём светилось синеватым это поле. Если удешевить процесс, города поставят себе защиту от дождей получше. Внезапно из этой комнаты вышел мужчина в халате. Он глянул на меня зелёными глазами и я узнала в нём учёного с плаката в моей комнате. Салаз Макс! Это же изобретатель силового поля. Он тоже работает на ящеров? Вот наверное почему такое имя взял. - Я тут по делу, не слишком устал? Салаз подошёл к Салему. - Что за манера спрашивать о самочувствии? Тебе не идёт притворяться человеком. Он явно говорил это специально для меня, чтобы лишний раз убедить. Салаз Макс что, реально?.. - Позволь представить - победительница твоей олимпиады. Только что согласилась стать работником отдела омбрологии. Мой кумир с удивлением на меня посмотрел. - Это - Салазар Макс. Мой брат и известный учёный. - Просто Салаз. - Он обиженно поправил тёмные волосы и улыбнулся мне. Как человек. - Так Вы?.. Я, это, читала многие Ваши статьи про дождь и загрязнение и... Голос не слушается и упорно становился всё тише. - Предположу, что Евгения удивлена твоим происхождением. - В любом случае, во мне уже больше человеческого. - Салаз обернулся на брата с напором с голосе. - Прямо как в детстве. Я уже решила заканчивать эту перебранку братьев: - Было приятно познакомиться, надеюсь, мы сможем, ну, поработать вместе?.. Если Вы не против... Учёный улыбнулся ещё шире и повернулся к брату. - Разумеется! Дальше слова я разобрать не смогла - они говорили на своём родном. Надо же, как язык может быть почти без гласных? И почему Салаз Макс, мой любимый учёный, сделавший столько для обычных людей... Рептилоид? Через полчаса я уже была дома. Я незаметно оглядывалась на Большой город, уже горящий всеми огнями, что у него есть. На телефон мне пришло письмо о зачислении в штат. Похоже, лично от Салема Макса, потому что в конце значилось "Приветствуется вежливое поведение, теплокровная." Маме я выложила всё, как есть. Даже про Салаза, что он, оказывается, почти Салазар Слизерин. Всё, за исключением того, что корпорации из потомков инопланетной расы собираются править нашей планетой. И того, что я не собиралась туда ехать днём. Она немного подумала, повозмущалась, но одобрила мой выбор и сказала, что только там сейчас безопасно. А ещё ей понравились мои новые белые прядки. Мама повторила слова Антея о том, что они больше не соломенные. Я осмотрела нашу маленькую квартиру, как будто не была в ней целый месяц. Когда начну зарабатывать, перевезу маму в Большой город. В безопасность. Последнее, о чём я могла подумать - о том, что я когда-нибудь буду работать с рептилоидами. Вернее, на них.