(Арка 1) Эпизод 10: Триумф героев

      Три голема действительно стали тяжелой проблемой, Риббон довольно быстро уклонялась от массивных кулаков, радовало, что они довольно медленные, в отличии от тех стрёмных мумий. Благо здесь не было людей, а значит, песочное проклятие не могло их поглотить. Она блокировала атаки массивного существа, стараясь не попасть под удар, хотя песка было действительно много. Сложно сражаться, боясь, что тебе засыплет песком глаза. Это легко дезориентирует, Риббон отскочила, в ее руках возникло два сияющих сердечка, что покружив, создали длинные ленты. Воительница направила их в голема.       Тёмная леди несколько раз уклонилась, тяжелая рука голема была остановлена посохом Вейн, она оттолкнула его, а подруга проткнула клинком, но лезвие прошло насквозь. Она цокнула, отскочив: "Эти чучела крепче предыдущих!" — подумала она, прикрывшись от удара. Вейн схватилась за посох, треснув по животу голема, но тот застрял в песке, заставив её вырывать кусок с посохом. Голем взревел, отбросив девушку резким ударом. — Вейн! — крикнула Тёмная леди.  — Вот же… — она сжала шпагу, бросившись на врага.       Такуто отвлекся на неё, едва не пропустив удар, его защитила Долл, поймав кулак Голема, она схватила его, перекинув через себя. Она была действительно в плохом расположении духа, кажется, нынешняя проблема лишь помогает ей сбросить эту злость. Такуто отступил ей за спину. — Есть идея, но мне нужно немного времени. — Действуй, — Долл коснулась пудреницы на поясе, огонек, пролетевший вокруг неё, создал несколько кристаллов, что ринулись в Голема, наделав в нём дырок. — Иначе следующим будешь!       Он кивнул, под ногами Хранителя возник сияющий радужный круг призыва. Рядом ещё один, они появились, простираясь вверх, будто лестница, по которой он побежал вверх. Низам это заметил, направив Голема, но того снова привлекла Долл, острыми кристаллами. — Их нужно отвлечь от Такуто-сана, — заметила Риббон, задумавшись. — Вейн, Тёмная леди, мы должны сосредоточить их внимание! Объединим силы!       Темная леди прижала к себе клинок, выставив его вперед. Под ногами Големов раскрылись маленькие черные порталы с алым сиянием, провалиться в них не выйдет, Големы слишком большие, но ноги застряли. Вейн в этот момент стукнула по песку посохом, из него вырвались лозы, обхватив Големов, Риббон добавила их скованность своими лентами, а после вступила Долл. Она сомкнула руки окруженная голубым сиянием, она создала острые тонкие кристаллы, что попадав сверху стали подобием тюрьмы для песочных чудовищ. — Пора заканчивать с этим безобразием! — Долл нарисовала в воздухе небольшой символ, что вырос в размерах, создав подобие сияющего четырьмя гранями, ромбоидного кристалла. — Пурикюа! Кристаллический Дождь!       Скованных Големов заволокло голубое сияние Долл, будто необъятной волной, в которой они растворились без следа. От них остались лишь маленькие огоньки, которые вернулись в амулет Низама. — Ах вы… — его раздражение видно слишком хорошо. — Как вы, низшие создания осмеливаетесь противиться воле Асфет! — Он поднял руку, амулет ярко сиял, ноги девочек начали проваливаться в песок. — Эй! — перепугалась Вейн, держась за посох. — Чтоб тебя… — выругалась Тёмная леди. — Какого черта ты творишь!? Асфет богиня хаоса, она не принесет миру ничего хорошего! Как можно поклоняться злому богу!? — Злому? — он вскинул бровь. — Добро и зло, нечто столь эфемерное… верить в это лучше чем поклонятся госпоже, что способна стать новым началом? В таком случае мне тебя жаль. — Я твоей жалости не просила! — А я не собирался болтать, хотя ты почему-то решила, что я стремлюсь к чему-то "хорошему". Мне откровенно плевать на эту планету. Кроме того… — он улыбнулся. — Вам в любом случае конец, — протянул Низам, заметив легкий смешок Долл. — Встречаешь смерть с улыбкой? — Нет. Ты кое-что забыл, фанатик…       Низам не сразу вспомнил о Такуто, резко подняв голову. Мягкий свет создал три сияющих круга, которые собрали рассеянные огоньки в большую сферу, разделив их на несколько, что градом ринулись вниз. Низам прикрылся рукой, он действительно просчитался, позабыл о нём, Амун вовремя заслонил его, заблокировав атаку, собственным энергетическим лучом. — Амун! — Поднялся сильный ветер, огоньки, рассеиваясь, падали, на землю превращая песок в светлые частички, освободив девочек. Они прикрылись руками от волны. Свет постепенно рассеялся, Такуто приземлился на землю, Амун же рухнул, вниз потеряв большую часть своих сил, он обратился обратно в кота. — Амун! — Низам подбежал к нему, взяв на руки. — Эй… очнись! — Я предупреждал, — подошел Такуто. — Мы могли решить всё мирным путем, но вы отказались. — Ни за что! — его амулет слегка треснул. — Ни вы, ни Шамоджи, никогда не сможете увидеть того что ждет за вратами! — Низам приобнял кота, отступив назад. За его спиной раскрылась сияющая дыра, будто прорвали пространство. — Я отомщу… — Стоять! — Тёмная леди бросилась за ним, но не успела ухватить, как он исчез в портале.       Песок исчез совсем, с ним вернулся легкий ветерок, без привкуса песка и удушающей жары. Риббон и Вейн подошли к Такуто. — О каких "вратах" шла речь? — не поняла Риббон. — Дуат, — подошла Вейн. — Я думаю, он говорил про загробный мир. — Мы его упустили, — Такуто вздохнул и повернулся к девочкам. — Нужно быть начеку… — он заметил, что Наги уже и след простыл. — Даже не попрощалась, — скрестила руки на груди, Тёмная леди. — Главное что она нам помогла, — улыбнулась Риббон. — Но, кажется, мы его разозлили… это ведь был его друг? — Он жив, просто потерял много сил, — уточнил Такуто. — Но ты права, думаю, он придет поквитаться. Мы должны быть готовы.       Девочки кивнули друг другу, очевидно, что он вернется. Теперь им стоит быть вдвойне осторожнее, потому что неизвестно что предпримет Низам. ***       Наги возвращалась домой, в её шагах слышалось раздражение. Она обещала себе не вмешиваться в эти дела, но каким-то образом снова оказалась втянута в них. Она ругала себя за импульсивность, понимая, что помощь им может привести к дальнейшим осложнениям. И всё же, несмотря на лучшие намерения, её собственная натура, казалось, гнала её вперед почти против её воли.       Чувство раздражения и разочарования охватило Наги. Она смотрела, как камень отскакивает от неё, когда она пинала его ногой, а её мысли были поглощены абсурдностью всего этого. Мир был наполнен таким количеством скрытых истин, тайн, скрывающихся за поверхностью обычного существования. Она задавалась вопросом, сколько из этих скрытых реальностей она упустила из виду, сколько вещей посчитала простыми совпадениями. Мысль о Такуто и его участии заставила её нахмуриться, в голове зародилось чувство тревоги. — Пошло всё к черту. ***       Тёмное помещение внезапно осветилось двумя факелами, они начали зажигаться попарно дальше по коридору, освещая старинный зал. По стенам сияли различные старинные письмена, потолок усыпан золотым песком, будто это помещение одни огромные песочные часы. Низам подошел к пьедесталу, который мирно охраняло две двухметровые статуи, осторожно уложив кота. Он аккуратно погладил его и снял с себя кулон, тот засиял, воспарив над ладонями.       Алый свет начал постепенно освещать Амуна, раны, что нанесли, эти чертовы воительницы, медленно затянулись. Свет постепенно утих, Низам выдохнул, погладив кота, что слегка приоткрыл глаза. — Отдыхай… — он выдохнул, оглянув статую. — Мы отомстим им…       Амун промолчал, сложив лапы, он и правда, чувствовал себя слишком ослабленным. Не было сил даже на пару слов, но это и не нужно, Низам всегда отлично понимал его. Оглянув кота, он отошел к воротам, что были за пьедесталом, уже тысячелетия они были запечатаны. "Я закончу то, что начал, клянусь", — пронеслось в мыслях Низама, когда он коснулся врат. ***       Вечерело. Цукико возвращалась домой, с неким трепетом думая о том, что Айра тоже обрела эту силу. Это значит, что теперь они команда. Команда… какое громкое слово, они должны поддерживать друг друга, помогать друг другу, но… Наги так быстро испарилась. А из какого источника проявляется сила Рей, ей в принципе не очень ясно. Цукико думала об этом довольно долго… после того боя они собрались в Псае, Такуто назвал их командой, но было ли так на самом деле. Они справились с этим парнем, но… разозлили его. Она вздохнула, проходя по улице, рассматривая, как постепенно появляются звезды на сумеречном небе.       "Нет, об этом не стоит говорить родным. Как и обещал, я выполню то, что вы попросите, но ваш долг лучше не раскрывать вашим семьям. Это для их же безопасности, если ваши враги узнают кто вы, ваши родные…"       Это были слова Такуто. И конечно он прав, но как долго она сможет скрывать нечто подобное от своей семьи? Возможно, было бы проще, будь она обычная, но… это совсем не то, что относится к ней. Цукико понимала, что теперь придется сложнее, нельзя перевоплощаться, где попало, нельзя чтобы кто-то узнал, что она воительница. — Цуки! — послышался знакомый голос, к ней подбежал младший брат. — Мамору, ты чего так поздно домой идешь? — она немного волновалась, но учитывая, что брат отстает по учебе, могла догадаться. — Я перепутал листы теста, сдал не то, пришлось переделывать. — Мамору… — её скептичный тон совсем не радовал. — Тебе нужно быть повнимательнее. — Эти бумажки все такие одинаковые, — он слегка растрепал волосы. — Почему школа такая сложная? — Почему? — Цукико задумалась, она всегда плохо понимала, какими глазами на этот мир смотрит брат. Он избегал сложных вещей, но жизнь сама по себе штука непростая. Да и сама она никогда не думала о том, что школа может быть чересчур сложной. — Ну, она не будет сложной, если ты будешь заниматься дома. Делать домашнюю работу. — А играть когда? — А играть после учёбы, — неловко протянула девушка. — Понимаешь, это важная часть жизни. Помнишь, что папа говорил. — "В жизни всё непросто", — повторил он слова отца. — Ну и ладно… значит, я просто сделаю её проще! — Цукико не понимала, что это значит, что в принципе он имел ввиду. Мамору был невероятно похож на Такуто внешне, но при этом, внутри он совершенно другой. Если понять ход мыслей своего внезапного начальника она всё же может, то мысли Мамору пляшут так, что ухватится за них просто невозможно. Он побежал вперед. — Цуки, давай быстрее, на ужин опоздаешь и я съем твою порцию! — Эй! — она нахмурилась. — Кто тебе разрешал!?       Она побежала за братом, кажется, совсем позабыв о тех тяжелых мыслях, что преследовали её, до его прихода. Может оно и к лучшему, всё же, спать они совсем не помогают. ***       Рей направлялась домой, размышляя о том, что сегодня произошло. Теперь и у Айры были эти странные силы, значит, сейчас их трое. Было бы четверо, если бы не ушедшая от них Наги, хотя стоило признать, что винить её за такое решение Сакаки совершенно не может. Все-таки она сама решила помогать Такуто ради своей личной цели, ведь если он говорит правду, то вполне с его помощью девушка могла забрать из приюта младшего брата. — "Как я и говорил, это можно рассмотреть с точки зрения выгоды", — раздался в голове голос ее авангарда. — "Ты так говоришь, будто это очень простое дело", — мысленно ответила Рей и замерла на перекрестке.       Вспоминая первое сражение и сегодняшнее, Рей могла сказать, что подобная деятельность сложна, и сомневалась, что справится, если попробует действовать одна. Потому, наверное, "команда" звучит лучше, чем "одиночка"? Все-таки и в футболе один игрок не может играть на поле и побеждать, нужна слаженная командная работа, а порой еще и доверие и вера друг в друга среди игроков. — "Думаю, подружиться с ними будет самым правильным решением", — сказала девушка Хаосу, переходя дорогу. — "Даже с данной тобою силой я не справлюсь одна. Да и просто новые друзья — это неплохо. Будет с кем посплетничать".       Воин промолчал, но Рей надеялась, что это не молчание от какой-нибудь обиды за её слова, всё-таки она же права. Вспомнив, что её просили зайти в магазин Сакаки, слегка свернула в сторону от дома и побежала, продолжая размышлять о новых подругах. ***       Такуто по возвращении старался определить местоположение Низама, но тот довольно умело скрывался. Конечно… он жил именно в той смотровой, до того как был обнаружен, скорее всего в этот раз он не позволит найти себя так просто. Но теперь у него есть четкие доказательства, которые можно предоставить Шамоджи. Нельзя чтобы угрозой для Земли стал житель Крея, только не снова, ему вполне хватило Семерки Апостолов, гастроли которых едва не привели к полному уничтожению обоих планет.       Он сидел за столом, размышляя. Обнаружив Хаоса в руках Рей, он неслабо напрягся, конечно, то, что у него отсутствуют воспоминания, не делает его менее опасным, особенно учитывая, что он способен даже в таком состоянии наделить силой человека. "Хаос генерал Колец, и всё ещё является, одним из Апостолов… я не могу, просто избавиться от него, судя по всему, у него ещё есть клоны, и даже если я смогу обнаружить хотя бы несколько, я не могу быть уверен, что уничтожил всех. Но оставлять его без присмотра, в любом случае нельзя", — задумался он. Такуто стучал ручкой по столешнице, сейчас ему стоит сосредоточиться на одной проблеме. Потом уже думать о Хаосе и Рей, пока он без памяти за ним просто стоит присматривать, но если он покажет хотя бы какие-то признаки своей опасности, Такуто придется действовать мгновенно. Сейчас же… проблема в Низаме. — Мне нужно чтобы вы обыскали город, — из колоды Такуто вылетел золотой огонёк, приняв облик златовласого рыцаря. — А если он не в городе? — Похоже, придется ещё кое-кого попросить помочь с поисками… — он поднял взгляд. — Но город на вас.       Эзель поклонился, и снова обратившись огоньком, улетел в окно, исчезнув где-то там. Такуто поднялся из-за стола, уже думая покинуть кабинет, как услышал легкий стук. Открыв дверь, он увидел немного волнующуюся Отоху, она выглядела слегка, не уверено, хотя отчаянно старалась это не показывать. — Рекка-сан просила позвать на ужин. — Уже иду, — Такуто прикрыл дверь кабинета. — Как день, ты выбрала школу? — Да я думаю… наверное Мияджи, Рекка-сан её очень расхвалила. — Хорошо, — он спрятал руки за спиной. — Ты вполне можешь звать нас просто по имени. Мы ведь семья. — Да, но… мне немного неловко, — протянула девушка. — Я не настаиваю, может, привыкнешь со временем, — он оглянул библиотеку. — Иди вперед, я тоже скоро присоединюсь.       Отоха кивнула, спускаясь по лестнице, Такуто прошел в библиотеку, пройдя к большому глобусу, он рассмотрел его, а после направился к стеклянному шкафу, где под замком хранилось несколько книг. Он задумался. — Не отбирать мою работу, — послышался голос брата, он вышел из-за полки. — Что ты там хотел? — Мне нужно отыскать человека из Шамоджи, он здесь на Земле. — Разве твои рыцари не шаряться по всему городу, — развел руками Ному. — Он может быть не в городе. Брат, мне нужно чтобы ты отыскал его убежище, где бы оно ни находилось. — Ты же знаешь, я не вмешиваюсь в твои дела. — Не вмешивайся, мне нужна только информация. — Это уже делает меня одной из твоих фигур, — спрятал руки в рукавах Ному. — Ясно… — Такуто коснулся шкафа, думая открыть его, но брат прижал дверцу ладонью. — Ты не будешь пользоваться ею, — он развернул брата к дверям. — Я найду твоего нарушителя.       Ному — Наблюдатель, Такуто — Хранитель, работа первого следить за ходом истории, наблюдать и записывать, запечатлеть всё что происходит, не вмешиваясь в ход действий. Работа второго оберегать и защищать планету от напастей судьбы. Их долг слишком противоположен потому частые стычки не что-то удивительное, однако даже с их противоположными обязанностями, Такуто всё же старается сосуществовать с братом в какой-никакой гармонии. Хотя его даже слегка удивило, что в этот раз он решил помочь так просто. Может ему, просто претит мысль, что Такуто будет рыться в его Хрониках? — Спасибо, — Такуто поклонился и пошел к двери. — Нас ждут на ужин. — Да, сейчас буду. ***       Айра шла домой, погрузившись в раздумья, устремив взгляд в вечернее небо. В голове у неё крутился вихрь мыслей, каждая из которых проносилась по сознанию, как вспышки света. События, разворачивающиеся вокруг неё, были ошеломляющими, почти как в кино или во сне. Красота сумеречного неба отражала суматоху в её сердце, создавая картину, которая казалась сюрреалистичной и неуместной. Ей хотелось разобраться во всем этом, но мысли в её голове были трудноуловимы, неуловимы, как шепот ветра…       Бремя казалось непосильным, и в ней зародились сомнения. Действительно ли она способна справиться со столь сложной задачей? Сможет ли она по-настоящему воплотить идеалы героизма или тяжесть этой роли окажется слишком тяжелой? Её внутренние мысли были наполнены меланхолией и неуверенностью, создавая тяжелый груз на ее плечах.       Вечернее небо, представляющее собой полотно глубоких оттенков, казалось, отражало внутреннее смятение Айры. Заходящее солнце, обычно символизирующее надежду и новые начинания, отбрасывало длинные тени, сливая дневной свет с наступающей темнотой. Звезды, словно далекие мерцающие воспоминания, сверкали, как бриллианты, на фоне темнеющего полотна. — Даже представить не могу, чем все закончится… ***       Ночь была на удивление спокойной, хотя Цукико не удалось заснуть с первого раза. Мысли роились в её голове как трудящиеся пчелы в улье, без сна и отдыха, хотя ей и стоило отдохнуть. Она довольно долго ворочалась, прежде чем поспать хотя бы немного. Конечно, такая ночь не стала чем-то незаметным, за завтраком это легко заметили домочадцы. Благо ей удалось всё скинуть на волнение перед контрольной, да и внимание быстро перетянул Мамору, неожиданно вспомнив об этой же контрольной. Он совершенно не готовился. Впрочем… как обычно.       Первый урок Цукико проспала, ей удалось прийти в себя только после обеда, что всё-таки волновало её сестер, она выглядела очень сонной на обеде. Мамору порадовался, что в этот раз не он уснул на скучнейшем уроке математики. К счастью сон на парте и вкусный обед помогли ей немного подзарядится и контрольная прошла отлично. Что не скажешь про брата, Цукико пришлось оставаться с ним после уроков, чтобы помочь переписать нормально. Он совсем не хотел снова приносить родителям оценку ниже семидесяти. — Боже… я выжат как лимон!       Мамору с сестрой шли домой, задержатся, им пришлось неслабо, он долго не мог вникнуть в формулы. Цукико понимала, почему ему так сложно, Мамору долгое время учился дома, он была на домашнем обучении, и учил его папа, возможно, поэтому язык учителей для него непонятен. Их отец всегда находил индивидуальный подход к каждому из них, конечно учитель, у которого целый класс, не будет подобным заниматься. — Зато ты сдал! — она улыбнулась. — Это точно того стоило! — Да… по крайней мере я понял, почему эти формулы такие сложные? — Это ты ещё в генетику не окунался, братец, — посмеялась Цукико. — Нет уж, мне ваших цифр и формул хватает, — он с улыбкой зацепился за какое-то препятствие и, не заметив споткнулся, рухнув в песок. — А?.. Чего? — Мамору приподнялся, увидев гору песка. — Тут что фура с песком упала… — он глянул на сестру, которая замерла в легком шоке. Эта улица засыпанная песком, неужели снова Низам? Цукико стояла в ступоре, сжимая свой портфель, здесь рядом её брат, она не может превратиться, не может помочь людям, которых поглотил этот песок. Руки немного дрожали, в горле застрял ком, мысли метались как бешеные. — Цуки?.. — Мамору встревожился поднявшись. — Ты чего?       Он не понимал странного поведения сестры, да песка многовато, но мало ли что тут случилось? Цукико вздрогнула, увидев, как за спиной брата вырос Шезму. — Мамору! — она ринулась вперед, протянув руку, но не успела, даже приблизится, как парнишку схватила эта груда песка.       Он перепугался, явно не ожидая подобного поворота, Мамору чуть пожмурился ощутив резкую боль, когда его обхватила песочная рука. Шезму поднял его, парнишка обхватил руку попытавшись разжать её, но этот чертов песок, будто окаменел. Мамору заметил, как это существо откинуло его сестру. — Цуки! — она отлетела к ближайшей машине, Мамору протянул руку, за её спиной появилось сияющее прозрачное перо, не дав столкнутся с машиной. Он выдохнул, снова попытавшись выбраться. — Отпусти меня! Чертова глыба! — из портфеля, что валялся на земле, вылетел сияющий лист офуда. Мамору поймал его, он затвердел, оказавшись в руках парнишки, рассыпался на золотые частицы, осыпав руку, что держала его. Она засияла, рассыпавшись, Мамору освободился, упав на песок, придержавшись ладонью. Он уже думал побежать к сестре, как эта хрень отрастила клешню, схватив его снова, но на сей раз захватила руки. — Да чтоб тебя! Что ты такое!? — Мамору злился, он ещё не умел колдовать, не пользуясь руками.       Цукико приоткрыла глаза, она не ударилась о машину, но пинок голема был неслабый. Картинка в глазах расплывалась, постепенно нормализуясь, Мамору ругался, пытался вырваться, а Шезму казалось вот-вот куда-то уйдет. Но она не могла этого позволить, отпустить его, дать ему забрать брата и снова погрузить район в глубокую пустыню. "Об этом не стоит говорить родным", — послышались вчерашние слова Такуто. "Нельзя но… не могу же я просто сидеть, сложа руки и смотреть как эта штука его утаскивает", — она сжала руку приподнявшись постепенно. — Эй ты… — Цуки привлекла внимание Шезму. — Цуки! Нет! Не подходи! — Я не позволю… — её голос был очень тихим, Мамору не сразу услышал её. Девушка достала пудреницу, подняв взгляд. — Я не позволю, трогать мою семью! — парнишка удивленно моргнул, увидев, как Цукико открыла пудреницу. — Пурикюа! Смена образа! — он сощурился, когда сестру поглотила яркая сфера зеленоватого света, он развеялся довольно быстро, но на месте Цукико теперь стояла совершенно другая девушка. Её глаза сменили цвет на зеленый, на завитых хвостах раскрылся розовый цветок, это была Цукико, но… в то же время совсем не она. Рукава фонарики, нежный желтый бант на груди и длинный посох в руке с наконечником в виде розового бутона. Она приземлилась на машину, прокрутив посох. — Сильный росток, что рвется к небесам — Кюа Вейн! — Кюа Вейн… — Зрачки парнишки округлились, шок смешался с каким-то странным недоумением и восхищением одновременно.       Вейн ринулась вперед так быстро, что уследить за ней едва ли было возможно, резким ударом посоха она отрубила песочную руку, что держала брата, подхватив его. Последний всё ещё находился в недоумении, смотря на сестру круглыми глазами. Она опустила его на ноги, сжав кулак, она вернулась к Шезму, кулаком сбив ему голову. И оперевшись на посох, резким ударом ноги отбросила к ближайшему дереву. Восхищение перевесило удивление и шок Мамору, он даже начал болеть за сестру, видя, как легко она дает прикурить этой штуке. Шезму приподнялся, Вейн прокрутила посох, стукнув по земле, оттуда вырвались лозы, обвив голема. Она подняла посох, бутон на его конце раскрылся, создав множество розовых лепестков, которые по направлению посоха полетели к Шезму. — Пурикюа! Цветочный вихрь! — лепестки закрутились в торнадо, что ярким зеленоватым светом растворило голема, а вслед за ним исчез и песок. — Офигеть! — подскочил Мамору. — Это было так классно! — Ох… я не должна была говорить, — покачала головой Вейн. — Ты в порядке? — Жить буду. Почему ты не говорила, что так можешь!? — Вообще это тайна, — она неловко улыбнулась. — Никому не говори, хорошо, это очень важно. — Даже родителям? — Особенно им, — Вейн выглядела на удивление серьезно. — Хорошо!       Вейн улыбнулась, что-что, а секреты Мамору умел хранить отлично, он всегда уважал то, что касалось и личного, как личные вещи или место или какой-то важный секрет. Она оглянула сумку брата, но по коже внезапно пронеслись мурашки, Вейн ощутила вязкое, неприятное чувство чьего-то взгляда. Она сжала посох, заметив неподалеку от злосчастной машины разрыв пространства. Оттуда вырвались резвые бинты, окутав Мамору, и в ту же секунду отбросив Вейн. — Чёрт! — она зацепилась посохом, заметив рядом с братом Низама. — Ты ещё, что за выхухоль!? — фыркнул Мамору. — Забыл?.. — Низам оглянул его лицо, обхватив щеки, парнишка одернул его руки. — Да, похоже, я ошибся, но это не так важно. — Не тронь… — Вейн подняла посох, бросившись вперед. — Не трогай моего брата!       Резвые лозы были быстрее, но они врезались в купол, которым накрыл себя Низам, алое сияние его амулета касалось куда сильнее посоха Вейн. Она треснула по барьеру, на котором отразился символ защитного креста, она пыталась разбить его, вытащить брата, но на барьере не было даже трещины. Он засиял, Низам коснулся креста. — Это всё на что ты способна? — он ухмыльнулся. — Жалкое зрелище. Анкх сузился, собрав энергию, он высвободил её метким ударом, Вейн прикрылась посохом, постаравшись, удержатся на ногах. Но сильная волна отбросила её, девушка стукнулась о дерево, упав на колени. — Вейн! — в шоке крикнул Мамору, бросившись в ней, но его за бинты схватил Низам. — Нет уж, ты пойдешь со мной. — Пусти… — снова рыпнулся парнишка. — Вейн!       Девушка чувствовала жгучую боль, что пробирала со спины. В глазах всё расплывалось, по щекам побежали слезы, она видела, как её брата утаскивают в эту зияющую черную дыру. Вейн с трудом подняла руку стараясь приподняться, остановить, дотянутся но — он исчез. "Мамору…" — пронеслось в её мыслях, прежде чем всё потемнело. ***       В кабинете Такуто было довольно тихо, сквозь слегка закрытые занавески пробивался слабый свет. Они начали слегка колыхаться, когда в комнату навал проникать тихий ветерок из нежного радужного круга что раскрылся в комнате. Такуто вышел из портала, ступив на мягкий ковер, это слегка расстроило, надо помнить, что дома всё-таки не стоит ходить в обуви. Вслед за ним вылетел золотой огонек, влетев ему в колоду. Портал закрылся, Такуто оглянул золотое плиточное ожерелье в своих руках, оно сверкнуло, обратившись картой.       "Низам использует часть силы Асфет заключенную в амулете на шее. Он украл его перед побегом, и думаю, уже успел впитать большую часть сил, но источник именно амулет, если его уничтожить, он на время будет обезврежен. Тогда используйте это и призовите Анубиса, мы поможем обезвредить его и Амуна", — вспоминал он слова Осириса. — На него нужно нацепить ошейник? — послышался голос Эзеля из колоды. — Да, нужно подгадать момент, — Такуто спрятал карту в кармане. — Надеюсь, Ному нашел его укрытие.       Он разочаровано оглянул ковер и направился к брату. ***       Размытое марево постепенно приобрело четкие очертания знакомых черных глаз. "Наги-чан?.." — подумала Цукико просыпаясь. Спина немного ныла, но это единственное что осталось от той ужасной боли. Возможно, превращение не только дает им силу, но и возможность не умереть от перелома позвоночника. Хотя… был ли это перелом? Она не может сказать, в голове была настоящая каша, Наги помогла ей присесть на ближайшую лавочку.       Конечно, возвращаясь с собеседования, она не ожидала наткнуться на такую плачевную картину, но и пройти мимо в данном случае было бы настоящим свинством. Когда она увидела, как Цукико без сознания лежит у этого дерева, внутри, будто всё сжалось, она бросилась в ней, даже особо не задумываясь. Что случилось тут пока оставалось для неё загадкой, но просто так она бы в таком состоянии не оказалась, это значит, что эти чертовы големы, отделали её. Или того хуже, она столкнулась с тем красноглазым чертом. Кажется, он обещал отомстить. Цукико постепенно приходила в себя, выпив воды, она старалась сложить точную картину, удивив Наги неожиданными слезами. — Мамору! — она схватилась за голову. — Мой брат… Низам, Низам забрал его! — Наги замерла, а тревога Цукико, её дрожь, её слёзы постепенно перерастали в панику. — Что делать!? Что мне делать!? Я не смогла его защитить! — её голос сбился, становился всё громче. — Что если он покалечит его!? А если… — от мысли что его брата могут убить, просто замирало сердце. — Нет-нет-нет! Что же я скажу родителям!? — Мёдзин… — тон Наги был очень низким. — Это я виновата! Это я во всём виновата! Нужно было тебя слушать! Я думала, что смогу, думала что получиться! А сейчас… — она сжимала волосы в истерике. — Мёдзин… — Что же теперь будет!? Если Мамору убьют! — Цукико! — Наги неожиданно повысила голос, отвлекая Цуки, от охвативших её чувств. — Паника сейчас тебе ничем не поможет. Ты воин или тряпка? Соберись! Успокойся! Хотел бы этот черт убить, сделал бы это сразу! — Наги-чан… — её сердце, что колотилось, как бешеное постепенно вернуло прежний ритм. — Нечего паниковать раньше времени, — она скрестила руки на груди. — Напиши в чат, Такуто скажи, — она слабо кивнула, вытирая слезы. — И не нужно тут на себя всё скидывать, он нас пятерых чуть в песок не закатал, а ты была одна, конечно силы не равны. — Я… я так испугалась… — Цуки вытерла слёзы. — П-прости… — Нечего передо мной извинятся, — она отвела взгляд.       На душе погано. Наги даже толком не понимала почему, её ведь здесь не было в тот момент, да и в принципе, она пошла по этой дороге не то чтобы специально, так получилось. Но на миг промелькнула мысль, если бы она была рядом с Цуки в тот момент, может всё закончилось бы иначе? — Ты грубая, Наги-чан, — она глубоко вздохнула и слегка успокоилась. — Какая есть. — Но мне приятно, — Цуки слабо улыбнулась. — Ты впервые назвала меня по имени.       Наги отвернулась, это был лучший вариант, так она хотя бы отвлеклась. Цукико написала о том, что случилось в чате, неслабо озадачив остальных. Наги тяжело вздохнула, смотря на неё: "Если за ней не присматривать, она себя в могилу загонит…" — Что там? — Такуто-сан зовет в магазин, — Цуки поднялась. — Кажется, он нашел убежище Низама, а где он там… и Мамору должен быть. — Иди, тебе нужно его спасти. — Угу, — она чувствовала себя куда более спокойнее после слов Наги, конечно, волнение никуда не делось, но теперь она хотя бы могла держать себя в руках. — Спасибо тебе, Наги-чан!       Она схватила сумку и развернулась, побежав в сторону центра. Каракури провожала её взглядом поедаемая собственными мыслями. Она поднялась, ощутив дуновение ветра, это ощущение преследовало её. Наги придержала волосы, смотря куда-то сквозь пространство. ***       Мамору вздохнул. Этот черт приковал его какими-то золотыми оковами, руки прикованы с двух сторон, к пьедесталу, от которого он пытался отцепиться всеми силами. "Если бы я захватил с собой побольше листов…" — сетовал парнишка. "Но в любом случае даже если бы они были со мной, как я достану их с прикованными руками!" — эта беспомощность злила. "Почему я не могу просто исчезнуть? В детстве получалось всегда появляться, где хочу, а сейчас фигушки!" — продолжал злиться Мамору, ему некогда тут торчать, он должен помочь сестре. "Цуки… только бы она была в порядке", — задумался он, усевшись на пьедестал. — Побереги силу, — со статуи спрыгнул Амун. — Она нам ещё пригодится. — "Нам?" — Мамору нахмурился. — Что вам от меня надо!? — Я был гуманен, — послышался голос Низама. — Знаешь, чтобы освободить запечатанное божество нужно много энергии, и я собирал её постепенно с людей в городе. Но эти воины… они вечно мешали моим Шезму. Из-за них энергии для врат совсем не хватает. — Прекрасно… а я тут каким боком? Меня одного тебе явно не хватит, если ты энергию с кучи людей тащил! — Изначально я спутал тебя с ним но… — Низам поднял взгляд на врата. — Врата в царство мертвых можно открыть ещё одним путем, мне понадобится жертва, и ты удостоился такой великой чести! — Ч-чего? — Мамору слегка замер, оглянув врата за собой, а после снова попытался вырвать руки. — Я, пожалуй… откажусь от такой чести… — он потянул руки вперед, но только порезался. — Ай!       Пара капель крови капнули на пьедестал, заставив его засиять. Мамору встрепенулся, пытаясь, отстранится, но всё еще был прикован. Низам подошел к нему, обхватив подбородок. — Не торопись так, нужно всё как следует подготовить. Госпожа не любит спешку. — Осталось совсем немного, — подошел Амун. — В этот раз нам никто не помешает, — Низам отошел. — Присмотри за нашим ключиком. Хотя, он в любом случае никуда не денется.       Мамору наблюдал, как он удаляется куда-то, хотя вокруг этого места он не видел ничего кроме кромешной тьмы. Рука неприятно саднила, он выдохнул присев на пол. "Нет уж… жертвой я быть точно не хочу", — задумался он, думая как можно отсюда свалить. ***       Услышав о том, что случилось, девочки очень быстро собрались в Псае, хотя было тут лицо, которые никто не ожидал увидеть, рядом с Цуки сидела Наги. Айра прочитав сообщение подруги, очень встревожилась, у неё нет ни братьев, ни сестер, но понять чувства Цукико, насколько ей страшно и как сильно она волнуется сейчас, совсем несложно. Рей же сидела в легком ступоре, думая о том, что её брат мог бы стать частью этой опасной игры. Она не хотела об этом думать, не хотела даже представлять, но в голову лезли эти противные мысли. Девочки сидели как на иголках, в молчании, они просто не знали, что сказать Цукико, чем её утешить сейчас. — В-все будет хорошо, Цуки-чан, — взяла инициативу Айра. — Я уверена, мы вернем его домой! — Точно! Я этому Низаму так по морде дам! — подхватила Рей. — Ага, так же как в прошлый раз, — съехидничала Наги. — Эй! А что ты вообще тут делаешь? Разве ты не ушла от нас? — Я нахожусь, где хочу. — Находилась бы в другом месте! — вспыхнула Рей. — Тебя забыла спросить, — скрестила руки на груди Наги. — Девочки, — их прервал голос Такуто. — Без ссор, попрошу. — Он прошел в комнату. — Прости Цуки-чан, возможно Низам спутал твоего брата со мной. — Нет… — она покачала головой. — Он уже тогда понял что это не вы, но всё равно забрал. — Всё равно… — Такуто задумался, коснувшись подбородка. — Это плохо, я боюсь, он будет действовать куда более радикально. Мы больше не можем ждать. — Он достал из сумки небольшой оригами цветок и карту Авангарда. — Это ожерелье нужно надеть на Низама, оно ограничит его способности на время. Его источник сил в кулоне, цельтесь в него. — У него ещё котяра этот… — напомнила Рей. — Значит, разделим работу, я займусь Низамом, Наги-чан и Цуки-чан помогут Мамору-куну, а Рей-чан и Айра-чан, разберутся с Амуном. — Интересно почему… — Айра задумалась. — Животные мне всегда казались такими преданными и понимающими. Не думала, что мне придется бить большого кота. — Амун зверь-хранитель Низама, он действительно предан и верен, но только ему, — сжал цветок Такуто, оглянув девочек. — Итак… мы направляемся в Святилище Врат. Там находятся врата в Дуат, царство мертвых. — Звучит не очень радужно, — протянула Рей. — В любом случае, мы идем вперед.       Девочки достали пудреницы, мягкий свет окутал комнату. Рей превращалась благодаря своей колоде, всё же у Такуто это вызывало немало подозрений, но сейчас не до них. Он разжал цветок, он разложился книжной страницей, что выросла в размерах, превратившись в подобие двери. Такуто хотел пройти первым, но его опередила Вейн, вбежав вперед. ***       Мамору чувствовал противную боль от раны, из которой продолжала капать кровь, он пытался уговорить кота отпустить его, но этот зверь слишком противный. Он любил котов, но этот какая-то квинтэссенция наглости, он уж точно не похож на тех, которые изображены на его картах и на земных тоже. Мамору присел, осматривая святилище, его взгляд зацепился за статую, если бы она упала, может она могла бы разбить эти наручники? Но как её сдвинуть? Вот в чем вопрос.       "Сила мага исходит из разных источников, в твоём случае это душа, и проводником для колдовства может быть что угодно. Оммёдзи — маги Японии используют офуда, это зачарованные листы, на них они создают заклинания. В разных странах волшебники пользуются разными проводниками. Палочками, книгами, посохами, тебе нужно что-то для направления магии в определенное русло но… твоя сила всегда с тобой, даже без проводника ты можешь её использовать, но для этого потребуется куда больше силы и концентрации", — вспоминал слова учителя он. — Больше концентрации… — Мамору оглянулся, Амуна поблизости не было, он поднял взгляд на статую. — Нужно свалить её…       Он поднял руку, сосредоточившись на статуе. Расправив ладонь, он представлял, как толкает эту статую, но даже в представлении это невероятно тяжело. "Упади…" — она шелохнулась, несколько камушков упали с нее. "Давай… пожалуйста!" — он закрыл глаза стараясь сконцентрироваться. — Даже не пытайся, — его резко схватили за руку. — Тц… вернулся, — нахмурился Мамору. — Тебе бы смирится со своей судьбой, — Низам отпустил его руку. — Это место закрыто для обычных смертных, никто не придет за тобой. — Пф, будто я кого-то жду, — парнишка сжал руки. — Я сам спасусь! — Твоей уверенности можно даже позавидовать, — Низам улыбнулся, сжав его руку, он поднес её к пьедесталу, резанув по ладони острым кинжалом. — Ай! С-сволочь… — пожмурился Мамору.       Кровь, окропившая пьедестал заставила его разделиться на две части, они обратились круглыми колонами что подросли, потянув за собой парнишку. Ладонь пульсировала и болела, по руке потекла кровь, с этими оковами они оказались подняты над головой. От чего попытка побега полностью свелась к нулю. Мамору щурился от боли, дыхание слегка сбилось, он потратил много сил стараясь сдвинуть эту чертову статую. Алое сияние пробежало от ритуальных колон до врат, сроившись в сфере креста на них. Низам подошел ближе. — Что же, ты попытался, — он поднял кинжал. — Но, так или иначе, сегодня твоя душа достанется богине Асфет. — Хах… может, всё-таки попробуешь барана? — он слабо улыбнулся. — Мало ли, моя ей не понравится? — Вот сейчас и узнаем.       Мамору сжал кулаки, прикрыв глаза, он всё ещё старался сбить эту чертову статую, но сил совсем не хватало. "Упади… давай же… давай!" — камень со статуи обвалился забрав внимание Низама на мгновение. В этот момент его руку с кинжалом резко обвили лозы, резко потянув вперед. — Руки убрал от моего брата! — голос Вейн раздался эхом, Низам поставил барьер, от внезапной атаки воительницы. — Вейн! — Мамору улыбнулся, хотя сил у него осталось не так много. — Ты пришла… — Думал, я тебя тут брошу?       По оковам пронеслись острые кристаллы, разбив их, Мамору оказался свободен, съехав на колени, он прижал раненую руку. Долл подбежала к нему, неслабо удивившись от лица парнишки. — Реально как отражение, — она вскинула бровь. — Ты чего брат-близнец Такуто? — Нет… ну, фактически нет, — он даже не знал, как ответить на этот вопрос. — Это слишком сложно…       Конечно, такое не объяснить так просто, но сейчас и не время для этого, Вейн с трудом удержалась на ногах, заслонив Долл и Мамору. Но её всё-таки сбил Низам, Долл подхватила её. ***       Риббон и Темная леди проходили по жутковатому темному коридору, тут совершенно ничего не видно. Факелы освещают совсем плохо, в какой-то момент Темная леди просто споткнулась и упала. Риббон это надоело, она создала несколько сияющих лент, что осветили коридор как следует. Он был достаточно большой, но старый, стены даже слегка осыпались, по ним бежали золотые иероглифы, что слабо сияли. — Жуть… — пробурчала Темная леди. — Снова вы… — знакомый голос Амуна привлек их. Из тени показались мощные лапы и светящиеся глаза, он заметно рычал. — Как вы сюда попали? Нарушители… — Спокойно… — Риббон подняла руки. — Амун, я не буду драться, просто, прекрати всё это, ладно? — Мне кажется, это не сработает, — шепнула Темная леди.       Риббон отвлеклась, Амун бросился на девочек, благо они вовремя отскочили. Но кажется, диалог между ними не получится. ***       Ожесточенное сражение с Низамом не привело ни к чему хорошему, Вейн с трудом держалась на ногах, её придерживал Мамору, Долл же тем временем пыталась пробить барьер врага своими кристаллами, но с новой волной их отбросило к вратам. Но тут их защитил Такуто, прикрыв барьером. Девочки тяжело дышали, стараясь немного прийти в себя. — Снова ты? — Низам коснулся своего амулета. — Но так даже лучше, я убью всех разом и преподнесу Асфет. — Губу закатай! — поднялась Долл. — Нельзя чтобы врата открылись… — протянул Такуто. — Да… мы и так догадались, — придержалась за посох Вейн.       Мамору видел, как сильно устала его сестра, он и сам уже не держится на ногах нормально. Однако, сидеть под защитой, ему совершенно не нравилось. Он заметил, что Низам стоит прямо рядом со статуей, той которую он так отчаянно пытался свалить. "Сейчас!" — он поднял руку, статуя шелохнулась, обескуражив Низама, она упала на него. — Есть! — Мамору, ты? — повернулась к нему Вейн. — Долл, Вейн, это наш шанс! — ринулся вперед Такуто. — Да! — хором выкрикнули девушки.       Барьер эта чертова статуя всё-таки повредила, вокруг Такуто собрались огоньки, обратившись острыми стрелами, они направились в барьер Низама одна, две, три, разбили его будто кусок стекла. Вейн в этот момент призвала лозы, связав за руки противника. Долл отбросила руку, создав в своей ладони пристальную рукоять, что выросла в кристальный клинок. Резким ударом она прошлась по амулету Низама, разбив его на осколки. Сила, таившаяся в нем, собралась в сферу и взорвалась, разойдясь повсюду, Такуто защитился барьером, Долл тоже защитила остальных кристальной стеной. Сам Низам защитится, не успел, когда пыль осела, он лежал на земле. Такуто подбежал к нему, проведя над ним рукой. — Помер? — подошла Долл. — Нет, живой, — Такуто достал карту, она засияла, приняв образ золотого ожерелья. — Это сдержит его на время. — Он зацепил его на шее юноши.       Над Такуто внезапно появился Амун, но его в тот же момент захватили ленты Риббон. В какой-то момент боя он просто развернулся и сбежал, видимо ощутил боль хозяина. — Поймала! — Отличная работа, девочки, — Такуто приподнялся, достав карту. — Что теперь? — подошла Долл. — Нужно вернуть их в клан, их будут судить там, — он бросил карту, вперед она закрутилась, под ней раскрылся круг призыва, создав силуэт, который обратился существом с головой шакала, в белых одеждах. — Явились… — Долл скрестила руки на груди. — Забирайте своих арестантов. — Долл… это же божество, — шепнула ей Вейн. — Да мне без разницы, мы за ними расхлебывали это дерьмо, — фыркнула она. — Прошу прощения, — неожиданно проговорил Анубис. — В том, что Низам и Амун сбежали на Землю действительно наша вина. Вы обезопасили обе наши планеты, великие воины, — он прижал к груди посох, чуть поклонившись. — Ого, нас даже поблагодарили, — улыбнулась Риббон.       Анубис открыл портал, он подошел к Мамору, легким движением руки залечив его рану. Перед ним он тоже извинился, призвав помощников, которые увели Низама и Амуна в портал. Анубис так же подошел к вратам, коснувшись их посохом, сияние постепенно померкло. — Мы позаботимся о том, чтобы подобного не повторилось, — проговорил он. — Хранитель, воины, мы благодарны вам, — он развернулся, исчезнув в портале.       Девочки переглянулись, Вейн выдохнула, обняв брата. — Эй, ты меня задушишь… я в порядке. — Прости… я так испугалась за тебя… — она улыбнулась. — Похоже, он узнал о тебе, — подошел Такуто. — Я сохраню её тайну, обещаю!       Такуто улыбнулся, кивнув. Он сжал оригами, снова открыв дверь схожую со страницей книги, они постепенно покинули Святилище, вернувшись в родной мир. Кажется, наконец — можно спокойно поспать.