Лист второй

Право, выглядело это романтично, однако в горле у меня (да, верно, не только у меня) появилось чувство лёгкой тошноты, постепенно переходящее в жуткий дрилл, отчего на пару секунд, пока я глядел на это праздненство, я стал похож на наркомана. Хотя вечерами становлюсь не просто похожим на него, а становлюсь лексическим значением этого слова в каком-нибудь старом толковом словаре. Стою я у входа в свои чудные покои, иногда зовущиеся кабинетом химии, а милостивой сударыни, под чей голос я так сладко засыпаю, всё нет и нет. И вижу, высокий маджахед А., чьё имя уже упоминалось выше, стоит в позе такой геометрической фигуры, которая Пифагору даже во страшных снах не снилась, пред чудесной и как всегда неотразимой Д.. И то ли Д. уловила взглядом пыль на его плече, то ли порчу хотела навести, положила она руку на его плечо, а он в свою очередь небрежно подвинул её руку к своей шее. Постояв так секунд 5, Д. всё же осознала паршивость своего положения и убрала руку, отчего маджахед заметно поник.