Часть 1

***

Любить – значит довериться, не ожидая гарантий, отдаться полностью в надежде, что твоя любовь пробудит Любовь в любимом человеке. Любовь это акт веры, и , у кого мало веры, у того - мало любви.

Эрих Фромм «Искусство любить».

Глава I

      Солнце катилось на запад, оставляя после себя небо, окрашенное в багровый оттенок и долгожданную, после жаркого дня, прохладу. Из раскрытого настежь окна подул легкий, приятный ветер, что, запутавшись в рыжих волосах, принялся раскидывать их по сторонам, придавая прическе мягкую небрежность. В голове, беспорядочно, подобно собственным волосам, путались мысли о предстоящем концерте. Неужели вот, спустя почти 4 года она вновь увидит любимых музыкантов вживую? Тех, чьи плакаты не снимает со стены с 12 лет. А может дело было только в одном из них? Фресса отвлеклась от разглядывания своего отражения в зеркале напротив и взглянула на настенные часы. 19:45.       - Фресс, ну ты скоро?       Взмолилась, лежащая на кровати, блондинка. «The Bills» должны были выйти на сцену через 15 минут, а это могло значить, что к началу девушки явно не успеют. Смирившись с этим, минут так 20 назад, Оливия попросту разлеглась на кровати подруги и смотрела в потолок, дожидаясь окончания сборов. Однако нервы уже начинали сдавать.       - Почти закончила. Дай мне еще секунду.       Подойдя к шкафу, она выудила из него, приготовленные еще со вчерашнего дня, вещи. Не сказать, что ко всему Фресса подходила с такой же предусмотрительностью, но и концерт, полюбившейся с детства, группы не был обыденностью.       Через несколько минут в комнате стоял фужерный, древесно–пряный аромат с ярко выраженным запахом печенья, ознаменовавший, долгожданное Оливией, завершение подготовлений подруги. Черный аутфит, рваные капроновые колготки и цепь на поясе, как никогда лучше подходили на сегодняшний вечер.       - Как я выгляжу?       Фресса не могла оторвать взгляда от зеркала, думая как бы еще довести образ до «идеала». Трепет в сердце и учащенное дыхание говорили о волнении перед предстоящим мероприятием. Об этом же говорили и долгие ее сборы.       Сегодня всё должно пройти идеально.       - Фресса, мы опаздываем. И вообще я, честно говоря, уже не хочу никуда ехать...       Измученная долгим ожиданием она устало взглянула на виновницу. Наряд блондинки значительно отличался от ее наряда, но приличествовал самой Оливии. Короткое розовое платье, дорогие украшения, разбавленные легким макияжем и аккратно лежащие волосы были ей под стать. Казалось, она и Фресса - были полными противоположностями друг – друга. Нежная и мягкая, с виду принцесса и дерзкая, своенравная рыжая бестия были словно инь и янь с женским началом. Однако, так же как и они – были составляющими единого целого. Их дружбы. Дружбы, проверенной годами. Взлетами и падениями, пережитыми вместе, тайнами и секретами, хранимых друг другом на протяжении уже нескольких лет, что еще больше сближало их. Они были, словно сестры друг для друга. Увидев отражение подруги в зеркале и то, как горели ее глаза, на губах Оливии появилась мягкая, понимающая улыбка.       - Ладно, впрочем...Только ради тебя!       - Да брось, Олив, расслабься! Будет весело. Лучше скажи мне, как я выгляжу?       Фресса весело обернулась к подруге, предвкушая хороший вечер. Схватив билеты, подаренные мамой на недавно прошедший день рождения, она положила их в краман юбки и вновь кинула мимолетный взгляд в зеркало, дабы убедиться в очередной раз, что выглядит хорошо.       - Да что с тобой? Ты всегда выглядишь потрясно, ты же знаешь. Что за странные вопросы?       - Не знаю...Как-то волнительно...Вдруг встречу свою судьбу, ты же обычно так отвечаешь?       По детски забавная отмазка вызвала смешок у Оливии и спокойствие в груди. Ладно, что могло пойти не так? Тем более на этот вечер у Оливии не было никаких грандиозных планов. На выходе из комнаты их поджидал, уже тоже изрядно помотанный долгим ожиданием сестры, Норт. Хмурый взгляд карих глаз, цвета шоколада, огненно–рыжие волосы, острые, словно лезвие ножа скулы и на удивление ровный, аккуратный нос заставляли сердце Оливии пропускать удар за ударом еще с раннего детства. Его характер нельзя было назвать идеальным, от слова совсем. Задиристый, вечно влипающий в драки и порой непостоянный, в априори, должны являться отталкивающими фактороми, однако было в нем что-то, что притягивало...Что заставляло затаить дыхание, что вызывало непреодолимое желание касаться его, даже мимолетно. Что заставляло чувства внизу живота завязаться в тугой узел и что-то, что растекалось по всему телу приятной теплотой. Что-то, что можно было назвать любовью. Первой любовью. Девственно чистой и непорочной. Не испачканной ложью, предательством, не тронутой выгодой и желанием. Простая и чистая любовь, которая, казалось, была обречена... Была ли она не взаимна? Норт сам не понимал, что чувствует к Оливии. Она была для него первой подругой, первой девчонкой, после сестры, за которую он был готов стоять горой. Но была ли это любовь? Он не знал. Она всегда была и есть рядом. А что еще нужно?       - Ой, Норт, привет!       При взгляде на Норта у Оливии тут же поднялось настроение, на губах заиграла широкая улыбка, а взгляд стал слегка глуповатым, как и бывает у влюбленных девочек. Фресса не могла этого не заметить, к тому же она уже давно знала о влюбленности подруги в брата. Только в ее глазах он был задиристым, неугомонным и извечно ищущим приключений на свою задницу. Без сомнения, он был очень даже симпатичным. Но...черт, это же был Норт. Ее хамоватый брат Норт, раскидывающий по их общей комнате носки. Упрашивающий ее дать списать или любивший поязвить Норт.       Боже...началось...       - Давайте уходите уже, ну сколько можно?       Холодный и, казалось, неприступный парень закатил глаза и проигнорировав девочек, прошел вглубь комнаты.       Пара мгновений и девушки, полные энтузиазма и предвкушения ехали в такси в Мунвуд Милл. Проезжая по лесной дороге за окнами проносились густые ряды самых разнообразных деревьев, кустарников и редких, обитающих только в этой местности, растений. Солнце уже зашло за горизонт, окрасив небо в синеву, а за окнами были слышны стрекотания сверчков. Деревья покачивались от легкого ветерка, несущего ночную прохладу. Единственным освещением на этой дороге, соединяющей города меж собой, были фары от машины, на которой они ехали. Все это в совокупности добавляли в этот вечер непередаваемую атмосферу таинства с ноткой романтики. Кого–то она могла напугать, а кого–то, наоборот, воодушевить.       Фресса опустила окно возле себя полностью и слегка высунула из него голову. Ветер вызвал приятную россыпь мурашек по коже. В этот вечер даже воздух для нее пах иначе. Он пах свободой. Наслаждением. Она не могла дождаться, когда приедет на концерт, что бы вкусить эту «свободу» по полной. Ее родители не были властными, не доверяющими или с постоянным контролем, однако строгости ее отца можно было позавидовать. Он бы в жизни не отпустил дочь одну на концерт в другой город, благо, что у Фрессы есть Оливия. Брат бы никогда не поехал с ней. Они еще с самого детства ссорились из-за предпочтений в музыки. Хотя, по правде говоря, не только в музыке. Раньше у них и дня не проходило без ссоры, даже не имеющей на то определенной причины. Можно было бы попробовать, конечно, уговорить на данную авантюру своего дядю – Эда, который в прошлом, тайно, уже водил ее на концерт этой группы, но позже – здоров получил за это от ее отца. Так что, звать его вновь – было бы неудобно.       За окнами уже стали виднеться фонари большой сцены, а до ушей доноситься музыка. Они приехали. Восторгу Фрессы не было предела. Она вновь тут.        Расплатившись с такси, девушки вышли и поспешили к эпицентру событий. Крики толпы, громкая музыка, толпище танцующих и подпевающих фанатов создавало невероятную атмосферу. Телефоны подруг разрывались от звонков и смс от обеспокоенных родителей по типу «Вы доехали?» и «Все в порядке?». Но было не до этого. Оливия не была фанаткой и ей было малоинтересно наблюдать за концертом, поэтому она решила отойти и ответить матери, а Фресса в то время, поглощенная атмосферой и диким восторгом – решила пробраться поближе к сцене.       Плотная толпа фанатов, умудряющихся танцевать стала настоящим препятствием для достижения этой цели. Протискиваясь между ними и сопровождая все постоянными «Извините, простите, можно пройти?» она двинулась глубже, стараясь уклоняться от рук, а иногда и ног людей вокруг. Не пройдя и половины она почувствовала, как мир вокруг начал кружиться. Духота, запах пота и перегара вызывали приступ тошноты и темные пятна в глазах, будто весь свет включали и выключали. Резкая, тупая боль в голове, а дальше все как в тумане... Крики людей, остановившаяся музыка и всепоглощающая темнота.