One

Простота — необходимое условие прекрасного. (Л.Н.Толстой) Переезд из Майами в Токио не оправдал её ожидания. Хотя, какие ожидания, они были крайне неоднозначными. Сначала Рине Блейк казалось, что все это пиздецки сложно. Новая страна, новые люди, новый язык, новое… Да все было новое. А потом ей стало по барабану на все. Думала, не найду друзей — буду одна, ничего страшного, сложно будет учиться — перетерплю, все в порядке. Но прилетев в аэропорт Токио Рине стало страшно. Она не была в предвкушении жизни в новом городе, вовсе нет, ей было именно до жути страшно. Блондинка была безумно рада съехать от родителей куда подальше, желала этого с самого детства, хотя неимоверно скучала по младшему брату — Итану. Но одновременно с этим она тревожилась о своей прошлой жизни. Как там люди из Нью-Йорка, родного города девушки, которые в той или иной степени ей были дороги? Но никто не мог ответить на этот вопрос. Блейк знала, что не желает слышать горькую правду. Пока она ждала свой багаж, оперевшись спиной об стену, пыталась сменить сим-карту в телефоне. Параллельно с этим по громкоговорителю вроде извещали о пропаже ребёнка внутри аэропорта. Почему же вроде? А потому, что японский Рина знала не идеально. Говорить и слушать на нем более менее получалось, а вот писать ни в какую не выходило, только примитивные предложения. Рине было очень непривычно слушать японскую речь повсюду. Она постоянно переживала, вдруг напутала слова, сказала что-то не то. Менталитет разный в конце-то концов. Даже повести себя как-то не так боялась. «Похуй, будь что будет» — крутилось у нее в голове с момента поступления в Японию. Так то, это был девиз последних десяти лет ее жизни. Блейк участвовала в университетской программе, благодаря которой каждый учебный год она могла отправляться в разные страны на обучение. Будучи гражданкой США, первый год она выбрала обучаться там, в медицинском университете лечебного факультета в Нью-Йорке. И ой как пожалела об этом. К сожалению, Рине пришлось жить с родителями весь первый курс. И вот ее мечта съехать от них после совершеннолетия разбилась в дребезги. Ежедневные Чуть ли не ежеминутные ссоры были бытом этой семьи. Родители Рины, люди чуть старше сорока лет, постоянно ссорились друг с другом, приплетая в ссоры детей. И как бы девушка не пыталась огородить брата от этого — не вышло. Но об этом позже. Мать звали — Натали Блейк. Длинные черные волосы, строгий взгляд карих глаз, превосходно пекла различную выпечку на заказ. А отец — Николас Блейк, почти подстриженные под лысину волосы черного цвета, голубые глаза, странное чувство юмора, руководил парой автосалоном. И объединяло их одно: безостановочные оскорбления детей они любили друг друга и детей-то тоже любили, но были очень сломленные и травмированные жизнью люди. Таким выросло и их наследие. Во второй свой учебный год она выбрала Англию, Лондон. Всегда мечтала посетить Европу и начать именно с этой страны. Учительница Английского привила своей группе любовь к этому языку, а впоследствии и к стране. Рина ежедневно переписывалась с родителями, минимум раз в неделю звонила им. И вроде все было хорошо. И Рина очередной раз в это поверила. Но ключевое слово вроде. Приехав обратно во время рождества, под конец первого дня все опять началось по новой. Едкие комментарии по поводу и без безостановочно лились на Рину. Итан, будучи уже четырнадцатилетним подростком, смог лишь смотреть на сестру с сочувствием и пониманием. А Рина как бы не старалась, не могла предотвратить такое отношение между ними. И так было всегда, когда она куда-либо уезжала. Третий курс она разделила на два, первую половину проучилась в Италии, Неаполь, а другую в США, Майами. Везде ей удавалось только найти себе лишь приятелей, не всех она могла назвать хотя бы друзьями. Но Майами все изменил. Благодаря Рине, создалась компашка из четырех совершенно разных личностей. Рина Блейк, которая стремилась стать кардиохирургом. Куродо Кенджи, будущий оболтус бизнесмен, собирающиеся унаследовать ресторанную сеть отца и спа центры матери. Хаяси Харуки, единственная лучшая подруга Блейк, заявляющая что станет честным журналистом. Джордж Эванс, среди своих Джо, очень мутный и настолько же умный парень, стремящийся стать нейрохирургом. Чего эти четверо только не пережили. Даже нападение серийного убийцы. Но это тоже другая история. По итогу вышло так, что все четверо учиться по такой же программе. И все вместе выбрали четвертый год, для Харуки и Кенджи последний, учится на родине этих же двоих — Япония, Токио. Наконец-то сменив сим-карту, Рина кинула старую в сумку, зная что та еще очень долго проваляется на дне. Боковым зрением она увидела маленькую девочку справа от себя, что тянула к ней руку. Она явно собиралась дернуть Рину за край серой толстовки, дабы обратить на себя внимание. Повернувшись, она наклонилась к малышке, которой на вид было лет шесть. —Хей, что случилось? — Большие черные глаза девочки, которая так и намеревалась вот-вот заплакать, встретились с голубо-зелеными глазами Рины. — Это ты потерялась, верно? —Д-да. — Сказал она осипшим голосом. Рина так за всю свою прожитую жизнь и не смогла понять: любит она детей или же нет? Но смотря на это дитя, она вспомнила как в детстве тоже потерялась в аэропорту, провожая бабушку, и безмерно ей сочувствовала. Потеряться, будучи ребенком в таком месте — отвратительно. —Не переживай, все будет хорошо, сейчас я отведу тебя к твоим родителям, ты же Кэору, верно? — малышка боязливо мотнула головой, все еще смотря в глаза Рины. —Кэори. — Очень тихо сказал она. «Блять, как же все сложно с этими похожими словами во всех языках». — Извини, Кэори, я не очень хорошо знаю японский язык. Пойдем к родителям? — Рина, пытаясь своей улыбкой хоть немного успокоить малышку, взяла за руку Кэори. Та же медленно кивнула, явно ничуть не расслабившись. Рина переживала, что опоздает на оформление документов в новой съемной квартире, но была уверена в том, что её поймут и простят. Хотя, когда блондинка думала, что опаздывает — приезжала гораздо раньше запланированного. На телефон стали приходить безмерное количество уведомлений. Рина написала матери, что долетела и открыла чат с Кенджи. Кенджи Я уже подъехал к аэропорту, давай выходи, амёба Рина Багаж забираю, подождешь не расклеишься Возле кассы Duty free стояли родители Кэори. Увидев их, малышка побежала к маме и расплакалась. Рина чуть полюбовалась воссоединением семьи и все-таки пошла уже забирать свой багаж с ленты. Взглянув на телефон по дороге быстро ответила на одно сообщение. Кенджи Больше не буду играть ни с кем из вас в карты на желания Рина Да ты каждый раз так говоришь, а потом всем нам проигрываешь, лох В Токио находились Харуки и Кенджи, но подруга не могла забрать Рину, за неимением водительских прав. Куродо встретил бы ее и так, но надо же было ему повыпендриваться, а-ля я это делаю лишь из-за загаданного желания. А Джордж решал какие-то свои тайные дела на родине, в Лондоне. Забрав свой гигантский чемодан, и гигантский — это еще мягко сказано, с заедающими колесиками, Рина наконец-таки направилась к выходу из аэропорта. Завидев черный спорткар Кенджи, она решила подобраться к водительскому окну и напугать его. Идти медленно с чемоданом не получалось, уж слишком тяжелый и ровно не едет. Оставив его возле багажника, Рина аккуратно подошла к окну, поняв, что так она его не напугает, решила резко открыть дверь. —БУУ! — Крикнула она и залилась хохотом, увидев лицо лучшего друга. —Блять, ты совсем чокнутая?! — Пытаясь остаться серьезным сказал он, но после этого сразу заржал как конь. — Добро пожаловать в Токио, но если честно, милая моя, уже не добро пожаловать. — После этих слов они обнялись. —Ой, иди в жопу, но перед этим кинь мой чемодан в багажник, будь любезен. — Сказала Рина, направившись к пассажирскому сидению. Цокнув, Кенджи пошел выполнять просьбу. Сев в машину Рина сразу же подключила свой телефон по блютузу и заиграл её любимый плейлист. Адрес дома уже был введён в навигатор на телефоне Кенджи, добираться нужно было сорок минут. За время поездки они обсудили всех и вся. Доехав до нужного места лучший друг уехал на ужин к своей семье. Дотащив свой чемодан до лифта Рина на наконец-то смогла выдохнуть. А вот и минус путешествовать одной — сама тащишь свой сломанный чемодан-гигант. —Фухх… Чтоб я еще хоть раз в своей жизни тащила этот чемодан. — Раздраженно сказал Рина, протирая глаза. —Вам помочь? — Резко обернувшись справа от себя она увидела парня примерно ее возраста, с длинными черными волосами и осветленными передними прядями, который нажал на вызов лифта. — На какой вам этаж? —Да, буду крайне благодарна за помощь, на двенадцатый! — Сказала Рина зайдя в лифт, поправляя лямку сумки на плече. —О, так это вы — новая заселяющаяся в квартиру! — Радостно воскликнул парень, поставив чемодан на пол и нажав на нужную кнопку. Двери лифта с шумом закрылись. — Неимоверно приятно познакомиться. Я — Ханемия Казутора. Можно просто Каз или Тора. Прошлый владелец был очень шумным подростком, поэтому заранее прошу, нет, умоляю вас не быть громкими. Хотя уверен — вы не такая! А так, если понадобиться какая-либо помощь, сразу обращайтесь ко мне, я с превеликим удовольствием помогу такой очаровательной даме! — Сказал он с растянутой улыбкой до ушей. —Спасибо, я — Рина Блейк. Можно называть меня Ри. Если тебе понадобится помощь, то можешь тоже обращаться ко мне. Не против, что на ты? — Казутора мотнул головой. — Не привычно, что абсолютно все тут относятся к друг другу с таким уважением. —Только приехала в Токио? — Спросил он с изучающим взглядом. —Да, чудесный город. — Лифт остановился и двери открылись. Казутора поставил чемодан возле двери теперь уже моей квартиры и отсалютовал мне. —Увидимся, соседка. — Сказал он и улыбнулся на прощание, заходя в свою квартиру. Кивнув, Рина позвонила по телефону хозяйке и сообщила, что пришла. Пока ждала открытия двери, вспоминала знакомство с Казуторой. Рина была уверена, что ее соседями будет какая-нибудь семейная пара, не знает почему, но была уверена. А оказалось милый парень. Что же, так даже лучше, наверняка проще контактировать в случае чего с ровесником, вроде еще и адекватным. А по поводу других семей у Рины всегда закрадывались сомнения. Всё ли так солнечно и радужно как они демонстрируют на публику. Впрочем, её семьи уже было достаточно, для опровержения данной мысли. Дверь открылась, на пороге стояла черноволосая женщина, на вид около сорока лет, и улыбалась Рине. —Привет, очень рада наконец-то увидеть тебя. — Блондинка ни разу не видела хозяйку вживую, квартиру ей выбирала Харуки, прилетевшая на родину самая первая. — Проходи на кухню, подпишем бумаги и потом будешь разбирать вещи и обустраиваться! —Здравствуйте, миссис Хига! — устало улыбнулась девушка в ответ. *** Поздно вечером, уже после подписания всех бумаг, обустройства в доме (остальные вещи были отправлены заранее, в коробках), Рина поняла, что чертовски голодна, до такой степени, готовая буквально съесть слона не оставив ни косточки. Надев черные большие джинсы, и сине-белый вязаный свитер в полоску, она отправилась в ближайший супермаркет, включая белые большие беспроводные наушники. На улице было прохладно, пасмурно. Распущенный волосы, достающие до лопаток, слабо согревали лицо, хотя бы наушники держали уши в тепле. Купив и разложив все продукты в холодильник, Рина поленилась что-либо приготовить и снова вышла на улицу в этом же обличии пошла в кафе с яркой эстетичной вывеской. Помещение очень уютное, выполненное в бежево-коричневых цветах, как и квартира Блейк. Было довольно много людей, но все они сидели за столиками. Подойдя к стойке пошли путанные размышления о том, что же лучше, лавандовое латте или же латте с шоколадным сиропом и корицей? «Если я возьму две булочки с корицей, то следует взять лавандовый латте, но мне хочется шоколадного латте. Чёрт. Вроде легко, но хочется все и сразу». Дальнейший поток мыслей прервал бариста, сбоку которого стоял улыбающийся… Казутора?! —Приветствую вас в нашем заведении! Что желаете заказать? — На Рину смотрел темноволосый парень с зелеными глазами. «Мацуно Чифую» было написано на бейдже. Девушка опустила наушники на шею, выключая песню Тейлор Свифт. —Добрый вечер. Мне пожалуйста две булочки с корицей и…— «Думай, думай, думай. Чего же ты хочешь?» — Лавандовый латте. — Сказала Рина, доставая банковскую карту. На неё уставились две пары шокированных глаз. «Чего блять им надо? На моём лице что-то? Я перепутала слова на японском?». В ответ Рина посмотрела на Ханемию, ожидая объяснения ситуации. Впрочем, Казутора пришел довольно быстро в себя и толкнул Мацуно под бок с коварной ухмылкой, не собирающийся ничего объяснять. —Случаются же чудеса, верно Чиф?