Часть 1

Этот вечер не последний. Не первый. Никакой. Он не ощущался под ногами, его не было. Может, что-то изменится в жизни? Глухой звук капель дождя по металлическому подоконнику за окном, темнота проникала в квартиры и дома, желая окутать тех, кого было возможно. За окном был слышен цветастый джаз и электропанк. Пьяные мелодии, они не смолкают вечерами. Сегодняшний вечер не исключение. С улицы доносится мёртвый запах дождя и прогоревшего бензина. Странно, этот запах, оказывается, присвоен не только его ИИ ? Интересно, каково это быть запертым, в комнате с электрическим светом, который горит, как спичка? Вот так. Зрачки никак не реагируют на яркий экран телевизора. Слух острый, но кажется, сейчас металлическая мембрана не хочет улавливать безучастные слова и их значения. Руки робота-андроида держат пульт по обе пластиковые стороны, модульные пальцы то и дело поднимаются и опускаются на мягкую поверхность кнопок пульта. Телевизор, как не стараясь, не затрагивает никаким местом железный нрав Тамари, что сегодня, видимо, тускнел. Даже если сильно постараться, дать яркий код и команду интеллекту, кажется, его серые эмоции не изменят себя. Он перестал оценивать себя во всей мере. Что он ощущает? Ровным счётом - ничего. Панельная атмосфера даёт ещё большую духоту тёмной квартире, андроид стал жертвой этой тьмы. Практически. Его внутренности всё ещё не тронуты. ما البعد أنت في مرة أخرى? Его планы не провалились. Он уже добился того, чего хотел. Но не до конца. Он знал, что это не конец. Но что делать дальше? Он знает, но приступить не может. Не может, не может.. أين هي? Чёрные глаза переместились с незнакомого лица телеведущего на часы. 21:34. Что дали эти цифры? Тамари отложил пульт на диван, закинув ноги на мягкую поверхность и поджав их под себя, обхватив руками колени. Кажется, его заинтересовал этот канал. Почему он врёт своему сознанию. Что с тобой такое. Неужели вспоминаешь свою... Дверь открылась так быстро, как и закрылась. На это андроид не среагировал, его взгляд на секунду стал чуть более живым и веки чуть подёрнулись, но больше ничего. Неторопливый топот. На пороге комнаты вырисовался тёмный силует. Она ровно стоит, а он нормально сидеть не может. Одинаковые глаза встретились, после Тамари отвёл взгляд от сестры уже непонятно куда. Не этот ящик. И не она. Он видел её несколько секунд, он не хотел углубляться в неё, но быстрый и достаточно мощный алгоритм позволяет развидеть почти всё за короткое время. Она что-то держала в руке? Тамари покосился на сестру вновь чтобы убедиться в своих догадках. Она ничего не держит. Она просто сжимает кулаки. ما الذي عقد في يديك? Тамари успокаивается. Он и был спокоен, но со стороны кажется, что он на что-то был обижен. Сейчас он может спокойно смотреть везде. Ноги обессилино опускаются обратно на пол, пока что он смотрит на эти две свои конечности. Кажется, он угубился в себя. Под оболочкой видны цветные контакты и соединения. Прикосновение. Он щупает себя? Оказывается, его глаза были закрыты. Андроид резко распахивает веки, холодноватая ладонь лежит на ляжке, чуть сжимая её. Она ощупывает место "шрамов" - закрытых глаз. Надавливание. Больно. Робот убрал руки от себя, и посмотрел по сторонам. Марьям уже стояла около стены, перебирая в руках что-то. Книга, наверное. Рядом книжный шкаф. Взгляд Тамари зацепила именно его сестра. Белая блузка с жёлтым оттенком, на которую ещё и падает переливающийся свет телевизора. Синий, жёлтый, красный.. она светится во мраке. Длинная нефтяная юбка реет от каждого неровного движения. Чёрные густые волосы растекаются по плечам. Сегодня не было особенностей, также как и в самом Тамари. Глаза, кажется, начинают теряться. Взгляд теряет свойственность. Это усталость? Это невозможно. Голова тяжелеет, андроид закрывает глаза и больше не удерживает себя в тугом пространстве. Он падает на диван, как казалось. Холодные ладони хватают его за голову и крепко держат на весу. Хватка резкая и сильная. Голову что-то давит. Тамари не понимает, почему ему не дали лечь на диван. Открывая глаза он видит перед собой пол и темноватые прямоугольники по бокам - те самые ладони. Кажется, не подрассчитал траекторию падения. Не Марьям - давно упал бы лицом в пол. Хотя, он бы смог среагировать. أنت تفقد نفسك. Они чувствуют друг друга. Передают сигналы. Ладони слабеют и отпускают голову робота, что в свою очередь точно и ровно поднялся. Связь. Одновременно. Они почти одно целое. Марьям садится рядом с братом, положив ладони на свои колени и сжав их. Он не поднимает взгляда, но характерно чувствует на себе обеспокоенный, тяжёлый взгляд сестры. قل شيئا. Из уст Марьям доносится имя андроида рядом с нею. Тихое, будто боящееся спугнуть его самого же. Она правда беспокоится за него. Тамари не чувствует под собой дивана. Он смотрит на неё с некой жалостью. Рога на голове подрагивают, взгляд Марьям упёрся в хвост того, что дрожал не меньше. Она вздохнула, и Тамари начал опускаться в сторону сестры. هذا ليس ما كنت تتوقعه. Секунда, две, три. Метталическое дыхание участилось. Андроид лежал на поверхности. На мягкой поверхности. Её колени тёплые. Тамари приоткрыл глаза, и чуть замешкался. Спокойно. Стало спокойно. Бешаная и пьяная музыка за окном утихла. Он это слышал. Телевизор до сих пор что-то тарабанит и трещит, но это не мешает. Подобно телефону. Нет, радио. Что-то из этого. Глухо, монохромно, ярко. لقد أخطأوا في الوقت. Это умиротворение? Теперь незачем размышлять. Он не видит сестры, но чувствует лёгкую улыбку на её лице. Она просто ощущается. Тамари непроизвольно еле видно улыбается и закрывает глаза. Дождь всё ещё идёт, кончается. Ветер бьёт в окна. Холодно, но тепло. Пальцы аккуратно скользят по волосам робота, обходя рога. Бережно. О Тамари заботятся. О нём забо- Ничего не нужно. Кажется, этого сейчас достаточно. "Марьям.." Он это вслух произнёс? Пальцы не остановились. Значит, не вслух. Это к лучшему, ведь он не знал, как построить свою мысль. И незачем. Засыпай.