Часть 1

— Маргарита, мне кажется, что ты сумасшедшая! — воскликнул высокий мужчина с карими глазами и грубыми, но привлекательными чертами лица, обращаясь к девушке, что стояла впереди него и смотрела на ночной город с высоты тридцати этажей одного из небоскребов города Смерти. Девушка его не слушала. Все, что ее сейчас интересовало, — это бесконечное множество огней города, что освещали его каждую ночь с наступлением темноты. — Скажи, Демиан, зачем нам все это? Зачем нам так много света? Зачем эти бессмысленные жизни, когда наш век итак невозможно мал? — вопросительно обратилась девушка к Демиану, но в голосе ее было лишь безразличие и отчуждённость. — Маргарита! Это серьезная тема, ответь мне, зачем тебе это? Ты… ты всерьёз сделала это? — в отчаянии произнес мужчина. Еще немного и он просто расплачется и станет умолять ее отступиться от безумной идеи, что она породила. — Ха, Дамиан, поздно. Сделка заключена. Ты был моим другом с детства, сейчас мне не очень-то и безразлична твоя судьба, поэтому я рассказала тебе все. Иди, забирай своего младшего и бегите из города как можно скорее. Пара часов — и город сгорит дотла. Мы этого заслужили. За все грехи. — Нет, нет, нет, нет, нет — почти обезумев бормотал мужчина, — черт, да ты не можешь все бросить! Убить всех! Сумасшедшим сейчас оказался именно он: подбежав, он потянулся к хрупкой, нежной шее девушки, украшенной дорогим рубиновым колье, камни на котором напоминали капли крови. Схватив ее, он сжал руки с такой силой, что девушка стала задыхаться. — Ты! Ты чертова стерва! ТЫ ДОЛЖНА БЫЛА ТОГДА УМЕРЕТЬ! — лицо Дамиана стало влажным от слез, глаза покраснели. — У. уме-реть т. тогда… д-ол-же-н был ТЫ! — С трудом произнося слова, говорила девушка, под конец сорвавшись на слабый крик, на который была только способна со сжатым горлом. -Да. Да. Ты права, умереть должен был я! Ведь я обещал ее защищать ценой своей жизни. Но я жив! А сейчас ты хочешь убить меня? Да? Ты хочешь этого? Ты всегда хотела этого? Это потому что умерла твоя сестра вместо меня, да? Хахахаха. Но покушение-то было совершено изначально на тебя! Это ты ее погубила. И погубишь нас всех сейчас! Мало тебе было ее смерти? Жалкая стерва! Откуда в тебе столько ненависти? Зачем тебе моя смерть? Это же ты во всем виновата, так убей себя! Избавь нас всех от страданий! Твоя смерть в обмен на миллионы людских жизней — разве ради благой цели ты не можешь пожертвовать собой? Может, мне помочь тебе? Давай, попроси своего близкого друга прикончить тебя! — Дамиан был в абсолютном бреду, он был слаб эмоционально, а сейчас, интерпретировав все неправильно, заблуждаясь в суждениях, он допустил ошибку. Он был не прав, он почти всегда был не прав. На самом деле самый жалкий тут именно он, но Маргарита любила его как брата, ведь он был рядом в самые тяжелые дни ее жизни. Даже после всех этих слов девушка не стала ненавидеть его, а лишь слабо улыбнулась его неверному выводу. Как и всегда: она не умела ненавидеть, а его могла только безгранично любить, хоть это и было глупо. Дамиан же в свою очередь был чертовски самолюбив, слаб характером, вечно старался что-то из себя представить, создавая образы, свои «я», которыми он никогда не был и не будет. На самом деле он давно, очень давно, понял, что может подучить от жизни все, если будет рядом с этой чистой, невинной, доброй девушкой, ведь именно она имела в этой жизни все. Конечно, со временем, со смертью ее сестры, — она потеряла смысл жизни, но обрела его рядом с ним. Волей случая, или не совсем, он был вместе с ней, после чего она доверилась ему без задней мысли. Хоть Марагрита была девушкой не глупой, но поддавшейся чувствам к этому парню, она позволила ему заменить ей сестру, она считала Дамиана идеалом наравне с самым чистым божеством, а на деле он был лишь пустышкой, использовавшим ее. Сейчас все, чего он хотел, — это спасти свою жизнь. Он даже забыл о своем брате. Заботился лишь о себе. — В одном ты ошибся, Дамиан — прохрипела Маргарита, — это уже не люди, все гнилые, хуже демонов. С этими словами девушка схватила мужчину за руки и откинула его на несколько метров, отчего тот впечатался в стену, будто она была из картона. -ТЫ ПРОДАЛА ИМ СВОЮ ДУШУ, ТЫ МЕРЗКАЯ, ОТВРАТИТЕЛЬНАЯ МРАЗЬ — завопил мужчина, поднимаясь с пола. Он не мог сразиться с ней, ведь она превосходила всех в этом городе, тем более его. Не воспринимая его слова, она позвала слуг и попросила их увезти его за город, забрав его брата по пути. Оставшись одна в просторном кабинете тридцатого этажа, Маргарита стала наблюдать за городом. Она просто стояла, смотрела на высокие и не очень здания, уличные фонари, видела вывески с рекламой, названием заведений, которые, кончено, разглядеть не могла. Вдали уже начались пожары. Постепенно огонь охватывал весь город. На улицах можно было слышать безумные крики людей, пытающихся спастись из этого огненного бедствия, которое каждую секунду забирало десятки жизней. Всего за пару минут все яркие огни города были поглощены пламенем, за которым нельзя было ничего разглядеть. Все жители умерли за пару минут — настолько сильным был пожар. Огонь добирался и до этажа небоскреба корпорации по делам смерти, которая управляла городом, а директором была, конечно, Маргарита Рафеззо. Самая влиятельная девушка этого региона, которую боялись многие. Сейчас она стояла и смотрела. Взглянув по направлению к городу Свободы, Марагрита приложила руку к сердцу. Закрыв глаза, она прошептала: — Прости меня, ***. Острые ногти впились в плоть. Тонкие струйки крови побежали по ее коже и стали впитываться в ткань и без того ярко-алого платья. Колени согнулись, сама девушка опустилась на пол. Вздохнув последний раз и позволив слезам покинуть ее глаза, она вырвала свое сердце. Тотчас она замертво упала. Никогда. С этого момента Маргарита Рафеззо никогда не сможет открыть свои глаза и улыбнуться Дамиану. Никогда не поругает своих слуг за их безалаберность. Никогда не выйдет на улицу и не поиграет с бездомными детишками, которых бросили родители на произвол судьбы из-за бедности. Никогда больше не увидит портрет своей умершей за нее сестру. Никогда больше не произнесет не слово. Никогда больше не посмотрит своим безразличным взглядом на кого-нибдуь или что-нибудь, пряча за своей незаинтересованностью искреннюю заботу и доброту. Маргарита Рофеззо никогда не скажет «я люблю тебя» тому самому ***. Она умерла и никто ее не вспомнит. Даже Дамиан.