***

На дальней планете фиолетовых скал Закован в цепи сын Дракона Валат. Обманом коварным сковали его, И братец сыночка место отнял легко. За место престола дворца Домино — Антис отдал душу трём Ведьмам давно. Фальшивой улыбкой сверкал все года, Злой умысел тайно тая два века. Поверженный братом Валат призывал К Творцу — о спасенье молитвы шептал: «Услышь же ты сына — раба своего. Дракон, мой отец, я всегда за тобой. Мне помощь нужна над победою Зла, Что кружит в обличье трех Ведьм у огня. Священное пламя в опасности вновь — Зло хочет господствовать в мире Твоем». А Ведьмы кружили над Валатом смеясь: «Одолеть нас не сможешь, не старайся, бедняк. Брат отдал свою душу в обмен на престол — И отныне господствуем мы в мире твоем». Король зарычал на трех Ведьм из-под лба: «Антис, мой собрат, не предаст никогда!» Зло склонилось над ним и коснулось рукой: «Так давай посетим сей же час Домино». *** Королевство Валата все искрилось три дня: Высший свет щеголял в самых лучших платьях. А в фонтанах журчали эльфов вина ручьи, Что любили так сильно, как и власть короли. Из казны уходило по минутам добро, Что пополнил Валат в век правления свой. Но эпоха его подошла к завершению, И настал век Антиса — время хитрости, денег. Ведьмы магией скрылись от почтенных особ, Притаились за спинами в ожидании слов. Валат двинуться с места никак уж не мог, Ведь проклятие Ведьм удержало его. Повинуясь проклятью в бесполезном бою, Он взглянул на дворец, а точнее толпу: Взгляд ловил силуэты знакомых господ, Но призвать их к спасению совершенно не мог. Торжество на момент притаилось и вдруг: Вышел в мантии белой совращенный король. Кривоватой походкой подойдя ко столу, Антис поднял бокал и взметнул к потолку: «Наш Великий король честно бился в бою, И почти сверг в могилу монстра наших краёв, Но в последний момент содрогнулась рука: Испустил вздох последний и ушёл навсегда». Для Валата в мгновение все застыло вокруг, Ведь не бился он с монстром в государстве своем. Ведьмы громко смеялись за плечом у него: «Ты не верил нам, так вот тебе правда в лицо. Ночью в комнату тихо пробрались втроем, И похитили тело с чистым светлым огнем. Ты хранитель не бойся, мы теперь заодно: Отомстить ты ведь брату желаешь, сынок. Мы поможем тебе эту месть совершить, Но давай для начала кое-что проясним». А король мстить собрату не хотел никогда, Не желал он разрухи и боли сполна. Разговором все быстро он жаждал решить И понять, что случилось и быстро простить. Тем временем Ведьмы приготовили план По захвату планеты и господством Огня, Что горел в крипте башни под дворцом в тишине, Ото глаз чужих скрытых и от Тьмы вдалеке. Солнце резко перестало сквозь окна светить, Прозвучали слова как приговор для других: «Мы пришли за тобой, наш любимый Антис. Продал душу ты нам, так давай же крутись — Превращайся в то Зло, что сказал господам, И сразится с тобой твой собратец Валат». Гости в страхе решили из дворца убежать: Кто порталы открыл, кто ко входу бежал, Но сейчас Ведьмы взмахом заморозили всех И оставили лишь двух родных королей: «Время мести настало, дорогой наш Валат, Ну а ты, сын Антис, превращайся во что стал. Обмануть нас не сможешь, не старайся никак: Продал душу два века нам троим ты назад». Валат в ужасе на это превращение взирал: Чешуей брат покрылся и с ума сходить стал. Вид звериный он принял на глазах у него, Зарычал на собрата, не узнавая его. Ведьмы скрылись в стенах, оставляя двоих, Полетели ко дну, где же пламя горит. Поглотить силу жизни, чтобы тела обрести, И демонический дух в Его тело впустить. Антис в облике зверя напал на него, А Валат к крипте башни уходил от него. Избегал он ударов и страшнейших атак, Лишь словами взывал к человеку, что знал: «Избегай их влиянья, брат, услышь же меня. Я прощаю все то, что таил ты века, Без души ты хоть слаб, но борись до конца — Я с тобой и не брошу тебя никогда». Человек в чешуе словам брата внимал, Но а разум постепенно его покидал. Ведьмы путали мысли в голове короля — Так что тот постепенно выживал из ума. Валат искренне верил, что возможно вернуть Человека с кем прожил бок о бок не год. Но Антис растерял человечность навек — И тогда Валат понял, что это конец. У мужчины он взял солярийский кинжал, Начищенный до блеска в казарме солдат. Напоследок взглянув на собрата любя, Валат кинулся с боем на Антиса крича: «Ты прости меня, брат, но иначе никак, Одолеть Зло я должен, я хранитель Огня. Предначертано Богом мне планету хранить, А ты все-таки смог ее так погубить. Этот грех мне нести до конца своих дней, Но а ты почему так посмел поступить? Что я сделал не так, ты мне только скажи, Я всегда хранил верность и тобой дорожил. Пусть простит пригрешенья Творец в небесах, Но Антис, час прощания с тобою настал». И прошелся кинжал по звериной груди, И покинул Антис вместе с ним и грехи, Совершенные им из-за злости к Валату, Что досталось ему место править веками. Прижимал Валат брата к тяжелой груди, Разрывался он в крике от утраты семьи. И впервые король слезы лил не стыдясь, Ведь всесильным, увы, никому же не стать. Оплакивать долго смерть он брата не стал, Поспешил к крипте башни, где угроза мирам: Ведьмы мир хотят в руки свои заключить И Дракона Огня все что есть поглотить. А в душе гнев кипел с каждым шагом сильней: На себя и на Ведьм, что смогли сотворить. Первородное Зло — искусители душ, Но вина людей в том, что поддаются ему. Валат кинулся в крипту, где ведьмы уже Пожирали Огонь и кружились над ним. Духи древние облик бестелый меняли, Пока в юных дев они не обратились с рогами: «Страшный грех совершил ты, великий Валат, Брата жизни лишил, да и душу предал. Многолетним мучениям обречен ты теперь — Пробудил ты часть Хаоса, что с рождения в тебе». Зарычал он от боли, ведь из спины как вдруг: Прорезались крылья с когтями вокруг. Демонический вид прибрел наш Валат — И сменилась лазурь на цвет крови в глазах: «Вы не сможете меня никогда одолеть — Я хранитель Огня и Дракона я сын!». Ведьмы жизни Огонь пожирать перестали И взглянули на демона да рассказали: «Мы пришли за тобой по приказу Властителя. Он следит за тобой и желает увидеться. Ты бастард короля, сын правителя Хаоса, И не место тебе во дворце Светлого пламени. Часть души наконец-то ты миру явил — И Тьмы место Властителя будет твоим».