he said yes

— Да, тут девушка без сознания — Тэхен переступал с ноги на ногу, стараясь устоять. Новость потрясла его не меньше девушки, но Дженни не ела уже два дня, да и сам ее организм был настолько слаб, что она просто не выдержала того, что случилось за эти два дня. Сначала смерть отца, теперь его друга. Тэхен задумался над тем, как ощутил себя он, если бы Чонгука не стало, как бы он отреагировал? Как себя чувствовал? Ему было очень интересно узнать, какие именно эмоции испытывает сейчас Дженни — Приезжайте скорее — сказал он и сбросил звонок. Тэхен нашел сигареты в кармане Дженни, закурив, он сел рядом. Мертвой хваткой девушка сжимала у себя в руке письмо, последнее, что оставил ей Кай.

…

— Ей стоит остаться здесь до обеда — зевнувшая медсестра, протянула Тэхену лист бумаги — Ты ведь ее брат? — Да — быстро среагировал Тэхен — Я могу быть с ней? — Как хочешь — девушка прошла в палату, она проверила капельницу висевшую над Дженни — Почему именно в мою смену и так рано — прошипела она — Сиди здесь и заполняй — она показала пальцем на стул около койки — Вернусь через несколько минут, мне срочно нужен кофе…почему эти детишки попадаются именно в мою смену, господи. Тэхен присел рядом с Дженни и посмотрел на нее. Исхудавшее лицо и слегка подрывающиеся ресницы. Черные волосы, которые так контрастно смотрелись на фоне больничного постельного белья. И наконец, игла входившая в вену девушки. — За что тебе такое — прошептал Тэхен. Он снова взял тот лист и стал заполнять его. В месте для связи с родителями он оставил несуществующий номер телефона. Судя по отношению к их утреннему визиту, медсестра даже не станет ничего проверять. Это станет лишь ненужной бумажкой в бесчисленном количестве таких же. — Закончил? — медсестра вырвала бумагу из его рук — Отлично — она даже не посмотрела на то, что держала в руках — Что-то понадобиться, я там — она ушла, оставив Тэхена встречать рассвет. Он посмотрел в окно. Холодное зимнее утро, но снега все еще нет. Солнце сегодня настолько яркое, будто готово вернуть лето. Тэхен не хотел бы этого. Лето - самое ужасное время года. Нет ни школы, ни репетиторов. Он буквально безвылазно заперт в своем большом и страшном особняке. Наедине со своим самым страшным врагом. С родным отцом. Иногда Тэхен задумывается над тем, как смешно это, наверное, со стороны. Обычно отец это тот, в ком можно найти защиту и поддержку. Человек, который готов защитить тебя. В случае же парня, его папа тот, от кого Тэхен хотел б уметь защищаться. Он просто не может этого сделать. С самого детства он привык к такому отношению, а если он когда-то и пытался поднять свою руку в защиту, получал лишь больше. Это бессмысленно. Легче промолчать и получить, чем на следующее утро не иметь никакой возможности встать с кровати. Тэхен даже боится представлять то, что ожидает его по приходе домой. Он не появляется там с прошлого дня, а значит ему точно влетит. Но с другой стороны, он наконец сделал то, на что, как раньше думал, никогда бы не решился. И прямо сейчас перед ним лежала девушка, которая начала менять его. Она помогла сделать ему первый шаг к свободе. К тому чувству, которое он даже не знал, потому что никогда не ощущал, но так мечтал попробовать на вкус. Тэхен переодически посматривал на часы, висевшие над ним, но даже не заметил, как пролетело два часа. Дженни вдруг начала шевелится. Она приложила много сил для того, чтобы открыть свои глаза, и когда у нее наконец получилось это сделать, она резко поднялась. — Это больница? — она вырвала из своей руки иглу от капельницы. — Дженни тебе… — Блять — она быстро поднялась и побежала вон из помещения. Тэхен вскочил со своего места и рванул за ней. — Дженни остановись — прокричал он, когда они оба выбежали из больницы на улицу. — Что? Я опять что-то забыла у тебя? — она постучала по своим карманам — Все при мне — Дженни снова обернулась. — Дженни, тебе нужно подольше отдохнуть — парень опустил свои руки на коленки и тяжело задышал. — Что ты ждешь? Хочешь чтобы я поблагодарила тебя? — Я… — Я не просила тебя мне помогать, и ничего тебе я не должна — словно вызубренную фразу, проговорила она. — Да, ты ничего мне не должна, но… — парень сделал паузу, рассматривая Дженни — Ты выглядишь так, будто просишь о помощи… — девушка застыла на месте, смотря на парня, стоявшего перед ней. Перед глазами одна за одной стали пролетать все сцены, которые когда-то устраивала перед ней мать… — Посмотри на себя, господи — женщина взяла в свои руки волосы Дженни — мне стыдно за тебя — закричала она — когда люди узнают, что ты моя дочь, мне хочется провалиться под землю — женщина замахнулась — Что? Смотришь на меня так, будто хочешь высказаться, так давай — она подняла свои брови в ожидании слов своей дочери. Дженни стояла перед ней, опустив свою голову, она пыталась перевести свое внимание на что-то другое. Настроить свой разум на что-то иное…шнурки, шнурки на кроссовках…сегодня она зацепилась за них и полетела вниз по лестнице — Я сказала говорить — пощечина словно холодный душ тут же привел Дженни в чувства. Она подняла свою голову и встретилась взглядом с женщиной, которую она просто не может назвать своей мамой. — Спасибо — Дженни прикусила свою губу и убежала. — Блять — Тэхен ударил себя по голове. Он шел по незнакомому ему маршруту, парень никогда не был в этой больнице, поэтому ему сначала было очень сложно сориентироваться в пространстве. Его желудок урчал, от того, что в него давно не поступала никакая еда, а глаза то и дело прикрывались от недостатка сна. В голове постоянно крутилась одна мысль: «что меня сейчас ждет»…Тэхен понимал, что натворил дел, и что никто из его семьи не расценивает этот поступок, как то, что должен делать их вечно прилежный сыночек. Почти дойдя до своего дома, он остановился. В голове не было ни единой отмазки, которую он бы смог сейчас использовать. Тэхен поднял свою руку. 11:30… — Уроки все еще идут, может стоит пойти в школу — парень развернулся от крыльца дома и сделал шаг в сторону дороги, как вдруг услышал знакомый до боли голос. — Вернулся — его отец стоял на лестнице, держа в руках чашку с таким горячим и вонючим кофе. Тэхен почувствовал этот запах и скривил свое лицо, все еще стоя спиной, и боявшись развернуться, парень не сделал ни единого шага — Заходи — голос отца прозвучал мягче обычного, отчего Тэхен резко развернулся. Его отец стоял, протягивая свою руку, с улыбкой…с улыбкой на своем лице — Соскучился по дому, наверное, заходи — повторил он, показав рукой внутрь дома. Опьяненный и совершенно не верящий в происходящее, Тэхен медленно поднялся по лестнице и сделал шаг внутрь дома. И как только его нога вступила на порог, он почувствовал резкий толчок в спину. Тэхен упал на пол, не успев сгруппироваться. Его лицо коснулось холодной плитки, но когда парень постарался подняться, понял, что сделать это ему не удастся. На его голову опустилась ступня его отца, которой тот блокировал любые попытки подняться с пола. Своей щекой Тэхен чувствовал, как сильно отец сейчас зол. — И ты посмел вернуться…— мужчина чуть сильнее надавил своей ногой на лицо своему сыну. Он сделал глоток этого ужасного, противного и вонючего кофе и продолжил — Видимо мое отсутствие дает тебе какую-то силу и уверенность в себе, да? — Нет, отец, это не так… — Видимо, когда меня нет, ты ощущаешь всю свою власть, да? Думаешь, что можешь делать все, что тебе вздумается, да? Тебе так нравится заставлять своих родителей волноваться за твое существование, что ты решил свалить из дома на два дня? — Волноваться — прошептал Тэхен. — Что? — Ты не умеешь волноваться за меня, зачем ты это говоришь? — Зачем я это говорю? Может быть ты и прав, но твой поступок не оправдается — Его отец сделал еще один глоток, а потом перевернул чашку, заставил Тэхена ощутить всю неправильность своих слов. Горячая жидкость полилась на его щеку, от чего парень закричал. Капля за каплей разливались прямо на его лицо, оставляя на нем ожоги, Тэхен зажмурил свои глаза, пытаясь стерпеть непрекращающуюся боль. — Ах — мужчина наконец поднял свою ногу — на меня из-за тебя тоже попало — он прошел в другую комнату и закрыл свою дверь. Тэхен лежал на полу, ощущая, как горит его правая щека.

……

— Что это? — Чонгук докоснулся своим пальцем до щеки своего друга — Ой — Тэхен резко отодвинулся от него и скривился — прости, так что это? — Награждение за мой побег из дома — Тэхен продолжал распаковывать посылку, лежащую у него на столе. — Господи — лицо Чонгука побелело от шока — Нет, это слишком, правда, даже для твоего отца это слишком. — Я заслужил — Заслужил? Что ты несешь?! — Чонгук…я ушел из дома на два дня, не предупредив об этом никого, они же волновались — сам не веря в свои слова, говорил Тэхен. — И что? Ты поступил плохо, но это точно не заслуживает этого — он указал пальцем на щеку своего друга — И стоп, какое нахуй волнение? Волнение, блять? От твоей семьи? От твоего отца? Что ты несешь? — Чонгук, успокойся — прошептал Тэхен, когда на них повернулось пару одноклассников. — Как я могу успокоиться, когда мой друг приходит в школу изувеченным. Твой отец вообще знает, что на него заявление можно написать? — Я не сильно изувечен, и это мне поможет — Тэхен достал из коробки пару мазей от ожогов. — Пиздец — Чонгук уткнулся лицом в свои руки — Просто пиздец какой-то, сначала Дженни, теперь ты…Кстати — он поднялся — как она? — Я не знаю — честно ответил Тэхен — я сглупил и сказал лишнего, и она убежала… — Что ты сказал? — Мне стыдно это даже вспоминать, Чонгук — Тэхен начал размазывать густую мазь себе по щеке — Бля, мне всегда этот кофе не нравился. — КОФЕ?!

…..

— Я думаю, ты понимаешь, что в ближайшее время мы не сможем погулять — парни спускались к воротам школы. — Понимаю, это так грустно, потому что, вчера открылась одна очень прикольная кафешка… — лицо Чонгука заметно погрустнело. — Мы обязательно сходим в нее — Тэхен стукнул своего приятеля по плечу — А где она…— парня прервал громкоговоритель. — Уважаемые ученики 10х классов, напоминаем вам, что лекция. вреде табачных изделий уже началась, просим вас подняться в актовый зал, чтобы прослушать ее — послышалось из динамиков позади. — Бля-я-я-я — Чонгук закатил свои глаза — точно…лекция… — Посещаемость обязательна, проверку будет проводить сам директор школы — мимо пробежала одноклассница парней. — Да ну не-е-е-т — Тэхен посмотрел на свои часы — Ты ведь понимаешь, как это будет выглядеть для моего отца? — Это же официальное школьное мероприятие — Ты думаешь, он станет меня слушать? Сегодня утром мне ясно было сказано вернуться домой не позже четырех. Может быть не пойдем? — У меня и так жесткие долги по истории Кореи, больших проблем мне не нужно — парни стояли в проходе у лестницы, пока мимо них то и дело пробегали школьники. — Идете? — за их спинами послышался женский голос. Парни обернулись, увидев перед собой Дженни, держащую в руках зажигалку. — Дженни! Привет! — улыбка на лице Чонгука расплылась до его ушей. — Дженни… — Так вы идете или нет? — она безэмоционально смотрела на своих друзей, прокручивая зажигалку между пальцами. — Тэхену нужно срочно домой, а мне придется остаться — ответил Чонгук. — Прям срочно? Дженни посмотрела на свою руку, в которой была зажигалка. Она огляделась, и увидев ближайший к ней датчик дыма, подняла свою руку к нему. Один щелчок зажигалки и по всей школе раздалась пожарная тревога, оглущающая все другие звуки, слышащиеся в заведении. — Так беги, что встал — своим взглядом она указала на входную дверь школы. Тэхен застыл лишь на секунду, но как только в его голове появилось лицо его отца, выбежал вон из здания. — Идем? — Чонгук потянул девушку за руку — нужно слиться с толпой. Друзья побежали вверх по лестнице, на них с потолка лилась вода, а постоянные крики учителей о том, что волнение будет мешать организовать эвакуацию чуть ли не заглушали сирену. В школе творилась паника, ученики бежали друг за другом, стараясь успеть первыми выбежать из здания. Когда у их класса все-таки получилось выйти на улицу, Дженни стояла в толпе, пытаясь протереть свои глаза, потому что из-за давки кто-то упал на лестнице на выходе из здания, поэтому пыль с пола поднялась а уровни их головы. — Ким Дженни, поднимитесь в кабинет директора — вдруг раздался звук из больших колонок, выходивших на улицу. Дженни поднялась с пола и посмотрела на Чонгука, тот не переставал хлопать своими глазами от страха, парень прекрасно понимал, зачем Дженни вызывают к директору. Он пытался что-то сказать, но Дженни прервала его. — Все окей, увидимся завтра — и правда, остальным ученикам сказали расходиться по домам, и Чонгук последовал указаниям, оставив Дженни на растерзание администрацией школы. Дженни сидела на достаточно удобном и мягком кресле, ее руки были спокойно опущены на бортики, расположенные по бокам. Ноги постоянно затекали, поэтому девушке приходилось менять их положение. Зачем ее вообще позвали сюда, если никого нет в кабинете? Дженни рассматривала стены, увешанные грамотами и дипломами. Ей было интересно, действительно ли это заведение заслужило каждый листочек, аккуратно помещенный в черню рамку… «За прекрасный учительский состав» Преподавателей в этой школе Дженни никогда бы не назвала прекрасными. Эти люди, возможно были достаточно образованы для того, чтобы преподавать, но они точно не были подготовлены к работе с детьми. В них не было того, чему ребенок захотел бы довериться. Дженни никогда не уважала этих людей, для нее они были лишь чуть старше нее и с умными книжками в руках. «С любовью от учеников, спасибо вам за поддержку и защиту» Никакой защиты и поддержки Дженни никогда не чувствовала. Каждый раз, когда ее били в школе, учителя лишь закрывали на это глаза. Возможно проблема была только в самой Дженни? Наверное так, ведь другие дети, другие более успешные дети, дети из известных и богатых семей действительно находились в безопасности в этом месте. Моментами Дженни была готова сжечь и заново распять того, кто находился наверху, где-то на небе за то, в какой семье она родилась, и какой жизнью ей приходится жить. Ведь никакой ребенок не заслуживает чего-то плохого, он только родился, а его судьба уже предопределена. Дженни должна была родиться у такой ужасной матери, обязана была потерять своего отца, единственного человека, с которым она чувствовала себя в спокойствии. Дженни должна была вырасти серой мышкой, на которую никто не обращает внимание, ей было предопределено снова потерять свой лучик света, но уже в обличии совершенно другого человека. — Ты уже здесь — дверь сзади девушки открылась, и в комнату вошел низкий и толстенький мужчина. Он бы никогда не был для Дженни каким-либо авторитетом, его толстые руки держали какой-то журнал, а большие ступни будто оставляли следы за собой. Когда он прошел мимо, Дженни почувствовала запах, ужасный запах едкого мужского одеколона, смешанного с запахом пота. Дженни скривилась. — Твоя мама сейчас подойдет — дыхание девушки перехватило. Они никогда не встречались с матерью кроме дома. Никогда ни перед кем не появлялись. Это была их договоренность, которую они даже никогда не обсуждали, просто каждая из них понимала, что их родственные отношения заканчиваются на том, что имя мамы было в свидетельстве о рождении дочери — А пока мы поговорим с тобой наедине — продолжил мужчина — Дженни, ты такая тихая девочка — мужчина сложил свои руки и посмотрел на ноги ученицы, сидящей перед ним — совсе маленькая, и беззащитная душа, понимаешь — он поднял свои глаза и встретился ими со озлобленным взглядом девушки — Так, о чем я — он прочистил свое горло и подошел к окну. — Тихая и беззащитная девочка — проговорила Дженни, продолжая прожигать своим взглядом мужчину, сидящего перед ней. — Точно, Дженни — не поворачиваясь, продолжил он — Тебя кто-то обижает? — вдруг спросил он. — Вы меня это позвали обсудить? — И это, и твой сегодняшний поступок — ответил директор — Я просто пытаюсь понять, чем он был вызван…Ты же знаешь, что можешь доверять мне? Я могу быть тебе другом, мы можем обсудить все — он медленно подходил к ней — все, что ты захочешь — он положил свою руку ей на плечо — Я же знаю, что ты хорошо учишься, так почему ты сегодня решила побыть плохой девочкой? — его рука гладила кожу девушки, а Дженни ощущала, как она становится все грязнее и грязнее — Ты понимаешь, как сильно мне сегодня было обидно, ведь ты сорвала важную лекцию — продолжал мужчина — Мне сегодня было ой как грустно, Дженни — девушка почувствовала, как его рука вдруг оказалась на ее голове. Мужчина стал поглаживать ее волосы — Ты же ведь не будешь меня больше расстраивать? — его рука скользила по темным волосам Дженни, которые впитывали в себя каждое его касание. — Не буду — ответила Дженни, еле как сдерживая желание встать и своим коленом попасть прямо в пах этому мудаку. — Хорошая девочка, я рад, что мы с тобой друг друга понимаем — мужчина в последний раз провел своей рукой по ее волосам и отошел обратно к своему столу — Ну хорошо, с тобой мы еще всегда успеем поболтать, так? Приходи, если тебе захочется со мной поговорить, хорошо? — все еще находясь в шоке и недоумении от того, что она не получила никакого наказания, Дженни кивнула и попрощавшись, вышла из кабинета. Как только она сделала шаг за порог, по ее телу сразу же пробежали сотни мурашек от ощущения поганности и грязи на себе, хотелось пойти и простоять в душе все оставшееся время и тереться мочалкой так, чтобы снять с себя весь слой кожи, который сохранил на себе все прикосновения директора. Мысли Джени резко нарушила прошедшая мимо ученица, она что-то бубнила себе под нос, будто настраивая себя на что-то странное. Как только та зашла в кабинет, Дженни услышала щелчок замка и увидела, как жалюзи на двери опустились. — Извращенец — пробубнила Дженни и вышла оттуда. Спускаясь по лестнице, Дженни понимала, что мать не придет сюда, дочка прекрасно знала, что ее мать никогда бы не притронулась к школьной жизни Дженни. Ей могли позвонить, и все. После таких напоминаний о том, что ее дочка вообще существует и ходит в школу, всю следующую неделю мать вела себя, словно бешеная собака. Она постоянно бросалась на свою дочь, могла избить, из принципа не готовила ей и могла просто так стучать в ее комнату, просто, для того, чтобы Дженни не забывала о ее существовании. +хххххххххххх ты опять меня подставила дура когда тебе в голову наконец-то долетит то, что я тебе пытаюсь говорить? за что меня такая непутевая дочь быстро домой — Вспомнишь дерьмо, вот и оно — Дженни убрала свой телефон в карман и двинулась в сторону автобусной остановки. Едя на общественном транспорте, девушка любила рассматривать то, что так быстро проносится за окном. Иногда это были люди, иногда здания. Сегодня автобус встал в пробку у поселка с дорогими домами. Каждый из них выглядел, как произведение искусства. Позолоченные вставки на стенах и словно нескончаемые этажи, это было что-то совершенно недоступное для Дженни. Эта роскошь рябила в глазах, но смотреть на нее от этого не хотелось прекращать. Вот и сейчас Дженни, уперевшись головой в стекло, наблюдала за тем, как во дворе одного дома из стороны в сторону ходил мужчина, и даже без звука Дженни могла понять, что тот очень недоволен. Пытаясь разглядеть то, что происходит внутри дома, Дженни заметила одно из окон, на подоконнике которого сидел парень, он медленно рассматривал свои руки, и слегка дергался, пытаясь поднять их выше. Дженни узнала его. Тэхен сидел в своей комнате, снова и сова рассматривая свое тело. Он делал это не так часто, как скорее всего должен бы. Но сегодня парень всерьез задумался, насколько сильный след оставляет на нем отец. Осмотрев свои руки, Тэхен поднялся с подоконника и подошел к зеркалу. Он снял с себя футболку. Вся поверхность, начиная с ключиц до линии его спортивных штанов была будто раскрашена яркими красками. Зеленые, уже почти зажившие синяки, все еще напоминали о себе, что можно сказать и про совсем новые, ярко красные следы на его теле. Будучи избитым с самого детства, Тэхен рос с мыслью, что все, что делает отец заслужено. Даже сейчас, смотря на ситуацию достаточно трезвым взглядом, в голове у парня, да и в его речи иногда прослеживались отголоски его детства. — Тэхен? — мама заснула на диване в зале, она часто так делала, Тэхен думал, что она просто забывает пройти в их с отцом комнату. — Мамуль…ма-ма-мамочка — маленький мальчик подбежал к своей матери и присел рядом с диваном. — Сынок, что случилось? — женщина быстро натянула свои рукава до запястий — Почему ты здесь? — Ма-а-а-амочка, мне больно очень, вот тут — он постучал своей рукой по спине. Его мать наблюдала за тем, как ее сын тихо всхлипывает, стараясь не разбудить отца. — Иди ко мне, дорогой — мама слегка отодвинулась вглубь дивана, оставив место для Тэхена — я спою тебе песенку, и вся боль пройдет — тихо сказала женщина. — Обещаешь? — Обещаю — сдерживая свои слезы сказала мама.

…

гук друг мы едем в зимний лагерь? мама говорит, что скоро места закончатся тэхен чонгук… гук да, я знаю я не просто так тебе пишу слушай отец достал два билета на матч Броукбери твой отец же их фанат да? тэхен ты серьезно?! гук абсолютно так что попробуем? скинь его номер мой ему позвонит тэхен господи я надеюсь +хххххххххххх напиши мне гук конечно Тэхен просидел в своей комнате еще полчаса, настраиваясь на разговор с отцом. В последнее время он натворил много дел, настолько много, что даже билет на матч любимой команды мог не сыграть большую роль в принятии решения его отца. Наконец глубоко вздохнув, Тэхен поднялся из за своего рабочего стола и сделал шаг в сторону кухни. — Пап? — он огляделся. — Да? Я здесь, только быстро — голос послышался из кабинета его отца. — Хорошо, папа, я хотел поговорить по поводу зимнего лагеря нашего школьного, я знаю, что ты никогда меня не отпускал, но этот год последний, когда я… — Да, ты едешь — перебил ответил его отец, не отводя свой взгляд от смартфона. — Что? — Тэхен замер в недоумении. — Собирай вещи, я говорю — он поднял свои глаза, взглянув на сына — только не забудь нормально одеваться, пока будешь там — он сжал свои губы — и поблагодари своего друга — снова опустив свои глаза в экран телефона, закончил отец. — Спасибо, папа — впервые за эту неделю на лице парня появилось что-то похожее на улыбку. — Иди уже — отец махнул своей рукой.

…

— Надо подписать — Дженни положила на стол лист бумаги. — Что это? — доедая свою порцию, спросила ее мама. — Просто подпиши — нахождение в одной комнате с этой женщиной заставляла Дженни чувствовать себя просто отвратительно. — Я спрашиваю, что это?! — повысила свой голос женщина. — Разрешение на поездку в лагерь — На сколько? — Четыре ночи — На какие шиши ты собралась туда ехать, скажи мне? — она ехидно посмотрела на свою дочь. — Я обо всем позабочусь, тебе лишь нужно поставить здесь свою подпись. — Позаботишься — усмехнулась мать, но все же пододвинула к себе листок с ручкой — такая взрослая… — А как с вами по-другому? — наконец получив желанное, и уже уходя в комнату ответила дочь. — ЧТО?!