ночь

Резкий грохот разбудил Джоффри. Вместе с ним перемешивались крики, вопли, звон металла, глухие стуки и топот множества ног. Сердце короля сжалось от липкого ужаса, он взял и зарядил свой любимый арбалет и в одной ночной рубахе выглянул в коридор. Проскрипела дверь, и он увидел пустой взгляд Серсеи, лежащей в нескольких метрах дальше по коридору от его покоев. Он видел перерезанное горло и как в лунном свете поблескивает окровавленная плоть, как кровь сочится из раны и растекается по коридору, как заполняет промежутки между плитками и будто бы тянет к нему свои тонкие пальцы. Джоффри чудом сдержал крик. Он вернулся в комнату и закрыл за собой дверь. Ноги были как ватные, тело не слушалось, арбалет в руках резко стал неприподъёмным и король положил его на кровать. Джоффри с замиранием сердца прислушивался к звукам в коридоре, жадно выцепляя из ночной тишины любой шорох. Баратеон почувствовал, как по виску скатывается капля холодного пота. Юноша подошел к окну и оперся руками на ледяной подоконник. Внизу, во внутреннем саду лежали трупы. Среди отряда, устроившего это он увидел Оберина Мартелла. - Найдите его! – кричал он, подгоняя своих солдат взмахами копья. – Джоффри нужен мне живым! Я казню его на площади, чтобы все видели! Солдаты одобрительно закричали. С нескольких сторон спешили другие, с гербами дома Тиреллов на груди. Они тащили трупы Тириона, Джейме и Томмена. Джоффри знал, что его мать лежит в коридоре. Это значит, что из всех Ланнистеров в живых остался только Тайвин, и то не на долго. Его сестра, Мирцелла, скорее всего тоже мертва. Джоффри отступил от окна и упал. Он сидел, как истукан, не в силах пошевелится от страха, понимая, что ему больше никто не поможет. Сердце его билось как бешеное, руки и ноги колотило от нахлынувшего животного ужаса. В голове крутилось единственное слово – «Бунт». Вдруг молодой король услышал уверенные шаги. Один. Джоффри вскочил и бросился к арбалету на кровати. Дверь скрипнула и Баратеон уже приготовился спустить крючок. На пороге стояла Эйв, из дома Карстарков, одна из дочерей Рикарда. На её груди, прямо на гербе её дома, красовалось огромное кровавое пятно. Эйв была немногим старше Джоффри, а также близкой подругой его жены, Сансы. Когда невесту только привезли в Королевскую гавань, она слезно умоляла его разрешить Эйв приехать и погостить здесь. Джоффри разрешил – Серсея настояла, что он должен расположить к себе будущую супругу. «Толку от этого? – мелькнуло в голове у Джоффри. – Если в итоге она все равно ненавидит меня? Если мы все равно спим раздельно?» Эйв приехала и всюду ходила за Сансой. Будучи от природы решительной и смелой девушкой, выращенная в окружении братьев, она прекрасно владела мечом. Хотя Серсея считала, что из-за этого страдали её манеры. Однажды, смеха ради, Джоффри посвятил её в рыцари и заставлял пересаживать с места на место кусты роз во внутреннем саду, таскать воду его лошадям и бесконечно мыть Железный трон. Это было забавно. Сейчас она стояла напротив него. У короля в руках был заряженный арбалет. У Эйв обнаженный окровавленный меч. Она была растрепана, вся покрыта кровью и, видимо легко ранена в плечо. - Я…Я выстрелю, - заявил Джоффри с полной готовностью, хотя руки непривычно ходили ходуном. Обычно он был довольно меток, но сейчас у него был лишь один выстрел, от которого зависела его жизнь. - В меня? – спросила Эйв. - Да! – закричал Джоффри. – Я живым не дамся! - Ваше Величество, - осторожно начала девушка. – Я выведу вас отсюда. Мартеллы и Тиреллы подняли восстание. Совсем скоро их солдаты будут здесь. - Ты… на моей стороне? – Джоффри немного опустил арбалет и прищурился, ища подвох. - Да. – кивнула Эйв. – Вы мой король. Джоффри вздохнул. Ему так хотелось верить, что это правда. - Пойдемте. – сказала Карстарк и подойдя к нему, взяла за руку. – Нам надо спрятаться. Люди Клиганов скоро прибудут сюда. - Они верны мне? – спросил Джоффри шепотом. - Они же Клиганы. – также тихо ответила Эйв. Парочка вышла из комнаты, тихо скользя в тени узких коридоров дворца. Где-то слышался звон металла, сопротивлялась бунту часть стражи, а где-то были слышны крики насилуемых служанок. Изрезанные гобелены с гербами Баратеонов и Ланнистеров горели во внутреннем дворике и костер отражался в оконных стеклах всполохами. - Пойдемте в башню Десницы. Там будет легче держать оборону. Джоффри было так страшно, что он не посмел возражать единственному, кажется на всем белом свете, человеку, который сейчас готов был его защищать. Они добрались до башни Десницы довольно быстро, обходя трупы и группы солдат бунтовщиков. Чтобы пройти в башню Десницы нужно было перейти насквозь зал с троном. Эйв и Джоффри выглянули из-за двери и увидели на троне Оберина Мартелла, с бутылкой вина в одной руке и мечом в другой. Перед ним солдаты пили вино, потешаясь над трупами убиенных Ланнистеров, где-то по углам тихо всхлипывали время от времени служанки, которых в тенях брали солдаты Мартеллов. - Сегодня наступает великий день – день падения дома Ланнистеров! – закричал Оберин, а после приложился к бутылке. Солдаты закричали и под общий крик Эйв выскользнула из дверного проема, таща за руку короля. Джоффри паниковал как никогда, и все, что сдерживало его от лихорадочного обморока – было ощущение соприкосновения с теплой рукой Эйв. Они шли в тени, еле касаясь пола и выскользнули из залы, пока все были заняты тем, что придумывали как поизощреннее выставить на посмешище трупы Ланнистеров. И план их почти удался, пока Джоффри случай не стукнул арбалет об стену в коридоре. Напугавшись, юный король нажал на курок и арбалетный болт попал прямо в стену над Железным троном. - Что это было? – закричал вскочивший Оберин. Солдаты начали копошиться и высыпались в коридор. Эйв резко дернула Джоффри за руку, и они побежали. Побежали, что было сил. Поднимаясь по ступеням в башню Десницы, Эйв спиной чувствовала судорожное дыхание короля и гул солдат, преследовавших их. Они почти были на вершине, когда сверху послышался грохот других людей. Не зная, друзья это или враги, Эйв решила не рисковать, и пока не поздно повернуть назад, но пути назад уже не было. Зажатые на лестнице, они не знали куда деваться и пока Эйв судорожно соображала, Джоффри повис на её руке, грозя свалиться замертво от страха. Девушка увидела гобелен на стене, прикрывающий нишу со статуей. Статуя когда-то давно была разрушена и её никак не могли отреставрировать. - Туда! – шепнула Эйв, но поглядев на короля, она поняла, что он ничего не соображает. Карстарк просто пихнула его и не дожидаясь приглашения, залезла следом. Ниша была достаточно глубокой, чтобы тощий юноша и прямая, стройная девушка могли разместиться там. В обнимку. Пенёк статуи торчал посредине ниши, а постамент мешал удобно разместиться. Гобелен прикрывал их, как одеялом. Джоффри от страха бросил арбалет ещё в коридоре, сразу после выстрела. Эйв держала меч острием вниз. Она чувствовала глубокое неспокойное дыхание Джоффри у себя на шее. Шаги приближались. Гул нарастал с двух сторон. - Не хочу умирать. – прошептал Баратеон. Эйв ничего не сказала, но положила свободную руку королю на плечи, приобнимая его. Джоффри с готовностью прижался к ней, и девушка почувствовала, как он дрожит, как стекают слезы по его щеке. Спускавшиеся сверху оказались стражей Тайвина, который тоже решил укрыться в башне Десницы. Они стали сражаться с солдатами Мартеллов. Эйв дернулась, чтобы присоединиться к бою, но Джоффри крепко прижался к девушке, обвивая её руками. Когда битва закончилась, солдаты Тайвина двинулись дальше. На лестнице повисла тишина. Не успел никто из прячущихся в нише открыть рот, как на улице раздался спасительный рог Клиганов. Через несколько часов дворец был вновь возвращен королю. - Джоффри вновь сидел на Железном троне. И хотя ему мерещились иногда трупы его родни посреди залы, и временами он просыпался из-за ужасных кошмаров, все вернулось в норму. Оплаканы и похоронены мать и дядя Джейме. Похоронен и не оплакан Тирион. Благо дед ещё жив. Джоффри дал Клиганам новые земли, Гора поехал тут же обустраивать их, а Сандора король сделал новым капитаном стражи. А Эйв… Он не мог забыть успокаивающую тяжелую ладонь на его голове и теплое, не смотря на металл доспехов, тело. Уверенный взгляд и соблазнительный изгиб шеи, спрятанный до этого от его взгляда. После бунта она вернулась на службу к Сансе, которая спокойно пережила восстание вместе с Тайвином. Но теперь Джоффри не мог оторвать взгляд. Его щеки вспыхивали каждый раз, когда она заходила вместе с его женой в зал, а сердце бешено билось, как в ту ночь. Король перестал даже пытаться приблизиться к жене. Он сделал Эйв стражницей своих покоев. Юноша долго пытался, набирался сил, чтобы открыть её свои, нарастающие с каждым днем чувства. В его голове даже зародилась шальная мысль, что возможно, она защитила его потому, что на самом деле влюблена в него. - Миледи… - наконец набравшись смелости, сказал он. – А вы… защищали меня… Эйв перевела на короля взгляд и Джоффри почувствовал, как подкашиваются колени. - Вы защищали меня… - Баратеон сглотнул. – Потому что… - Это мой долг, мой король. – холодно ответила девушка. Она стояла на страже его комнаты в очередную ночь. Джоффри кивнул, за удовлетворенным хмыком скрывая разбитое сердце и скрылся в покоях.