Глава 12 - На твоей стороне

Эймонд С каждым днем мне все меньше переставала нравится собственная затея о том, чтобы убить Деймона руками Кайи, а не моими собственными. Я желал мести, в первую очередь, мести. Мы оба были сильны и одинаково упрямы. Честно говоря, я не раз слышал шепотки о том, что я больше похож характером на дядю, чем на собственного отца-миротворца. Спустя восемь лет после происшествия с Люцерисом я нашел Деймона слишком уверенным в себе и своем положении: он вел себя как без пяти минут король, при этом на людям и при жене услужливо уступая первенство ей. Сестра не пугала меня, но я знал, что она не отступится от своих убеждений. А это значит, что именно она считает себя - и своих бастардов - единственными законными наследниками железного трона. Если бы Эйгон проявлял хотя бы толику интереса ко всему этому, мне было бы гораздо легче. Гораздо. Но, увы, брата все больше занимали женщины и вино. О чем говорить, если даже собственная жена не вызывала у него никаких чувств. Бедная Хелейна. Мне было искренне жаль сестру, но я был не в силах помочь ей ничем, кроме сочувствия и проявления внимания к ее нуждам и желаниям моих маленьких племянников-близнецов. А теперь появилась Кайя. Почему доверился ей с первых же минут, я не могу объяснить себе до сих пор. Словно…она была не чужая. Вхагар приняла ее, не тронула, не ослушалась моего приказа: драконица почувствовала бы в ней опасность. Что это? Сочувствие? Судьба у нее и впрямь была незавидная: работа наемной убийцы - не лучшее ремесло для девушки. А что же будет после? В момент, когда Деймон будет объявлен умершим, в момент, когда ее служение мне подойдет к концу. Ведь она…уйдет, и вряд ли я увижу ее еще когда-нибудь. Кайя зашевелилась, просыпаясь. Я ослабил хватку, позволяя ей перевернуться. Она подняла шею, поморгала и чуть хрипло проговорила: - Эймонд? Ты не спишь? Нам пора? - Нет, Вхагар еще спит. Рассвет только занимается, - я убрал с ее лба маленькую непослушную вьющуюся прядку волос. Девочка улыбнулась мне и попыталась встать: - Стой, ты куда собралась? - Я сейчас приду, - щеки Кайи порозовели, и она поспешно вскочила на ноги и выбежала из пещеры. Вхагар тут же приоткрыла один глаз и проследила за ней. Я обратился к драконице: - Значит, ты не спишь, а притворяешься? Хитрая девочка. Может быть, нам не стоит задерживаться здесь в таком случае? Драконица фыркнула, и в этот момент Кайя зашла обратно. Увидев проснувшуюся Вхагар, она стушевалась и замедлила шаг. Заметив мой насмешливый взгляд, она пожала плечами и пояснила: - Я никак не привыкну. Когда она смотрит… - Теперь ты часто будешь встречаться с ней, нам предстоит немало поездок. Так что, девочка, приспосабливайся. - Куда ж мне деваться, - улыбнулась она. *** По прибытию в Королевскую гавань Кайя сразу же отправилась в город - в тот самый дом, который Эймонд подыскал для нее. Это была маленькая, но добротная хижина, расположенная неподалеку от главных городских площадей и дорог. Было заметно, что в доме долгое время никто не жил: слишком пыльно здесь было. Поэтому первым делом девочка принялась за уборку. Она мыла, терла и скребла каждый предмет мебели, полы, оконные рамы и все, что требовалось привести в порядок. На исходе дня, совершенно вымотавшаяся, но довольная проделанной работой, она, наконец, опустилась на кровать и вытянулась на ней в полный рост. Но лежать долго было нельзя. Еще до отъезда на Драконий Камень они с принцем условились о том, что мальчик Торн будет приходить каждый вечер и носить Эймонду книги: прочитанные забирать обратно, а новые - доставлять. И вот, Кайя переоделась в мальчишескую одежду и выбежала за порог, крепко затворив дверь. В городе сегодня было многолюдно - накануне прибыли торговые корабли, и охотники за редкими товарами высыпали на улицу в поисках чего-нибудь интересного. Подходящие для дела книги нашлись в старинной лавке, ютящейся неподалеку от центрального рынка. Кайя загрузила их в заплечный мешок и направилась в сторону замка. Так продолжалось несколько недель подряд. Почти каждый вечер в облике Торна она поднималась по лестнице, ведущей в твердыню Мейгора, замок в замке, скрывающий королевские покои от любопытных глаз. И докладывала Эймонду обо всем, что видела и слышала. За это время ей удалось узнать о том, чьими руками Корлис собирался убить Эймонда - он нанял Безликого, давным-давно покинувшего Черно-Белый дом. Слуга Многоликого орудовал на Драконьем камне последние десять лет, и его услугами частенько пользовалась знать. Кайя была уверена, что Корлис предпримет следующую попытку, и пыталась разузнать больше, чтобы постараться предотвратить новое покушение, прислушиваясь к тому, о чем толковали в городе и в самом замке. Уверенность в том, что Безликий действовал с сообщниками, крепла в ней с каждым днем. В тот вечер она по обыкновению направлялась к Эймонду. Внезапно за поворотом у лестницы, ведущей в королевские башни, послышались голоса. Кайя в облике Торна остановилась, прижимаясь к холодной стене и прислушалась. - Эйгон, мой мальчик, прошу тебя, будь внимательней к Хелейне. Она все-таки твоя жена, ты не можешь оставлять ее одну на такое долго время. - Матушка, я не могу находиться с ней рядом дольше пары часов, прошу тебя, не заставляй меня. - Ты будущий король, Эйгон, ты не можешь относиться так к своей супруге. В этом замке слишком много посторонних глаз и ушей. Любая твоя провинность - и о ней завтра же будет известно королю. - И что с того? Какое отцу дело до того, с кем я провожу свои ночи? Алисента - это была определенно она - горестно вздохнула: - Ты хочешь занять Железный Трон? Ты хочешь быть достойнейшим Наследником? Вот и веди себя соответственно! Сейчас же отправляйся к ней. Я больше не буду тебе повторять! Эйгон сорвался: - Но почему ты не говоришь об этом Эймонду? Его ты не заставляешь, почему у него нет обязанностей? Почему у него до сих пор нет жены? - У Эймонда другие задачи, и ты прекрасно знаешь это. Хватит препираться со мной. Ступай к жене. Я устала учить тебя, - мгновением позже Алисента выступила из-за лестничного уступа и, шелестя тяжелым парчовым платьем, быстрым шагом направилась прочь. Эйгон выругался, шумно развернулся и вдруг направился прямиком туда, где замерла Кайя в обличье Торна. Крепкий винный дух ударил в ноздри Кайи-Торна, и она задержала дыхание, стараясь ничем себя не выдать. И так бы и произошло, если бы Эйгон, явно перебравший алкоголя на ночь, устойчиво стоял на ногах. Но, увы, это было не так. Споткнувшись о ступеньку, он нателел на Кайю-Торна всем весом, и, осознав, что ему помешало чье-то тело, резко выставил вперед кулак - прямиком ей в висок. - Ты кто такой? Ты что здесь делаешь? - заорал Эйгон, хватая Торна за шею. - Я…я по поручению его Высочества Эймонда, я принес ему книги, - хрипло проговорила Кайя, касаясь лица там, куда пришелся удар. - Какие еще, пекло, книги? Стража! Через несколько секунд прибежали охранники - те самые, мимо которых Кайе удавалось проходить без проблем уже который день. - Взять его. Допросите и вышвырните его на улицу. И проверьте карманы, он выглядит как вор. Стражники кивнули, грубо подхватили Торна и потащили вниз. - Что ты здесь забыл, мальчишка? - сказал один из них, хватая Кайю-Торна за подбородок, - какого пекла ты тут делаешь? Это королевское крыло! - Я нес книги для его Высочества Эймонда, он приказал моему отцу... - Врешь, - охранник дал Торну хлесткую пощечину и обшарил его карманы, - если мы еще раз увидим тебя здесь, я лично скину тебя с башни, и никто тебя не найдет. Они отвели Торна к самым воротам и вышвырнули в кусты, пригрозив убить, если посмеет вернуться. Ударившись головой о землю, Кайя потеряла сознание. *** Эймонд волновался: время клонилось за полночь, но Кайя до сих пор не пришла. Принц обошел королевское крыло, но никаких следов девочки не было. Стражники были молчаливы и переглядывались друг с другом, что особенно забеспокоило Эймонда. Он спросил: - Вы кого-нибудь видели здесь после вечерней трапезы? Кого-то постороннего. Охранники побоялись признаться в том, что перед их носами прошмыгнул какой-то мальчишка, и они хором сказали: - Нет, Ваше Высочество, никого чужого. Эймонд недоверчиво оглядел их и направился к своим покоям. Что бы ни задержало Кайю, она придет сюда - рано или поздно. Вернувшись в комнату, он сел в кресло, ожидая, что в дверь постучат, но усталость скоро взяла свое, и он задремал. Тихий стук раздался глубокой ночью. Эймонд вздрогнул и тут же вскочил, стряхивая с себя сон. Отперев дверь, он увидел Кайю и обомлел. Она стояла, держась одной рукой за стену: растрепанная, грязная и…со следами побоев на лице. Эймонд рывком затащил девочку в комнату и крепко запер дверь: - Семеро! Кайя! Что стряслось? Кто сделал это с тобой? - Так получилось, ничего страшного. Простите, что не пришла вовремя. Принц покачал головой, отводя рукой прядь грязных волос с ее лица: - Говори, Кайя. Я все равно узнаю. Девушка вздохнула и рассказала как все было. Эймонд слушал молча, сжимая кулаки все крепче. Наконец он произнес: - Никто из них - ни Эйгон, ни стража - не удосужились даже позвать меня. Никто даже не попытался разобраться, они предпочли применить силу к слабому. И в этом весь Эйгон. Он обходится также с сестрой, не гнушаясь издеваться над ней и еженощно оскорблять ее, предпочитая ее обществу компанию шлюх с Шелковой улицы. Кайя слушала его, боясь пошевелиться: в принце явно зрел гнев. Эймонд же вдруг сказал: - Ты вся в грязи. Тебе нужно вымыться и сменить одежду на чистую и не мокрую. И нужно обработать висок и разбитую скулу… Они больше ничего не повредили тебе? Девушка покачала головой, не став сообщать принцу о том, что пролежала без сознания несколько часов, и зачем-то сказала: - Я не смогу больше использовать облик Торна, Эймонд. Он взглянул ей в глаза и коснулся большим пальцем ее здоровой щеки: - Значит ты будешь собой, Кайя. *** Она никогда не бывала в таких купальнях прежде. Широкая, отделанная мрамором купель была доверху наполнена водой. Она чуть остыла - ее явно набирали несколькими часами раньше, но Кайе и такая вода показалась очень приятной. Кайя медленно разделась и погрузилась в купальню. Волосы слиплись - несколько часов, проведенных без сознания в грязи, сделали из них чуть ли не мочалку. Рядом с купелью лежали разного рода куски мыла, баночки и кувшины с растворами. Не удержавшись, Кайя понюхала парочку: дивные цветочные ароматы ударили в ноздри. Она с наслаждением вдыхала запахи и представляла, как было бы прекрасно пахнуть так всегда. Кайя намылила волосы и тело, с удовольствием оттирая прилипшую грязь. Лицо болело от ударов - вряд ли она выглядела сейчас достойно. Но она все же аккуратно омыла его, шипя от воды, обжигающей ссадины. Выйдя из купели, Кайя вытерлась и облачилась в просторную рубаху, выделенную Эймондом. Ей страшно не хотелось надевать на чистую кожу поношенное белье, поэтому она аккуратно свернула все, радуясь тому, что рубаха доходили ей почти до щиколоток. Она выбежит из покоев и осторожно скроется в темноте, как только Эймонд позволит уйти, чтобы не смущать его своим видом. Принц ждал ее с намоченными лекарствами тряпочками. Не говоря ни слова, он усадил ее в кресло, встал на колени рядом и стал придирчиво протирать каждую ссадину, нанося на них целебную мазь. - Я знаю, что больно, но нужно потерпеть, - прокомментировал свои действия Эймонд. - Я терплю, - прошептала Кайя, морщась. Принц закончил и заключил: - Выглядит нехорошо. Надеюсь, мази помогут. Если завтра не станет лучше, покажем тебя мейстеру. - Эймонд…вы и так делаете для меня столько…Спасибо, - опустила глаза Кайя. - Я уже говорил тебе, как обращаться ко мне. - Прости… Но это не отменяет моей благодарности. Спасибо. Ты очень внимателен и добр ко мне. - Также как и ты, Кайя, - улыбнулся Эймонд, - между тем, пора ложиться спать, уже поздно. - Да-да, - подорвалась девушка, некстати перебивая его, - мне пора идти. Эймонд тихо засмеялся: - Куда ты собралась в ночи, глупенькая? После того, что с тобой случилось? Да еще и с мокрыми волосами. Я не отпущу тебя никуда, будешь спать здесь. Ложись на кровать. - Вперед, - увидев ее замешательство, - я тоже устал. Не бойся, я лягу внизу. - Эймонд…это же твоя кровать, - прошептала Кайя. - Именно поэтому я распоряжаюсь о том, кто будет на ней спать. Довольно разговоров. Ложись. Кайя неуверенно направилась к кровати и залезла наверх, опершись на высокий матрас. Она ни разу в жизни не спала на такой мягкой перине. Тело мгновенно расслабилось, и она утонула в одеялах. Эймонд же, не раздеваясь, лег к очагу на большую медвежью шкуру, подложив под голову маленькую подушку. - Пожалуйста, Эймонд, я так не могу. Это неправильно, что принц спит на полу, а я… - Ты опять со мной споришь? - Прости… А ты…можешь лечь рядом просто так? Если я попрошу? Эймонд сел и посмотрел на нее, выгибая бровь: - Ты уверена? - Конечно, ну послушай, Эймонд, пожалуйста. Здесь достаточно места, кровать же такая большая. - Какая же ты упрямая, Кайя, - проговорил Эймонд, вставая с пола, - предупреждаю тебя, я не сплю в постели в походных штанах и кафтане. Кайя улыбнулась: - Конечно, я понимаю. Я отвернусь. Девушка перевернулась на бок, отворачиваясь от принца, и предоставила ему возможность переодеться. Эймонд же снял все кроме исподних портов и медленно опустился на кровать. Кайя заерзала на месте и прошептала: - Я не очень много места занимаю? Вместо ответа Эймонд одним движением подвинул ее ближе и прошептал ей на ухо: - Почему ты так любишь разговаривать, когда нужно отдыхать? - Извини, - пристыженно прошептала она, разворачиваясь к нему. Он смотрел на нее, не отрывая взгляда единственного глаза. Затем вдруг он завел руки за руки голову и расстегнул кожаную повязку; скрывающую потерянный глаз. На его месте красовался сапфир насыщенно фиолетового оттенка. Кайя не дрогнула, но зрачки ее расширились - от удивления. Она прошептала: - Это очень красиво, Эймонд. Очень… как звезда. Принц с минуту смотрел на нее, не отрываясь, и затем сказал: - Я впервые встречаю человека, который не отзывается о моем…недостатке… как об увечье. Кайя вдруг без позволения коснулась его щеки, но Эймонд не отстранился: наоборот, он прижался к ее ладони и прикрыл глаз: - Потрогай, если хочешь. Я тебе разрешаю, - прошептал он. Девушка повела рукой вверх, к сапфиру и коснулись его. Камень был неожиданно теплый, как кожа. Кайя осторожно огладила его висок, затем острую скулу и затем опустила палец на его губы. Эймонд не выдержал и поцеловал ее палец, а затем перехватил ладонь и поцеловал и ее тоже: - Спи, тебе нужно восстановиться, - прошептал он, ложась на спину. Она улыбнулась ему, устраиваясь, легонько потерлась лбом о его плечо и так и заснула, едва касаясь его и ощущая себя в безопасности. *** Кайя проснулась от утреннего луча солнца, щекотавшего ее нос. Она чихнула, и тут же почувствовала боль рядом с виском. Открыв глаза, она встретилась взглядом с Эймондом, с полуулыбкой наблюдающим за ее действиями. Это что, его покои? Воспоминания о прошедшей ночи пронеслись в ее голове табуном. - Эймонд… - Здравствуй, Кайя. Как ты себя чувствуешь? Она чувствовала себя лучше, чем когда-либо за всю свою жизнь. - Спасибо…гораздо лучше, чем вчера. Ты…спас меня, Эймонд. Я не знаю, как мне благодарить тебя… Он отмахнулся: - Скажешь тоже. Спас. Я лишь сделал что должен был. Более того, мой брат покалечил тебя, и я обязан был о тебе позаботиться. Кайя улыбнулась ему, села на кровати и смущенно проговорила, заправляя прядь волос за ухо: - Я должна отдать тебе деньги за на лекарства. Возьми их, пожалу…. Эймонд нахмурился и привстал на локте: - Кайя, нет. Я больше не хочу слышать, что ты пытаешься отдать мне деньги за что бы то ни было. Ты на моем обеспечении, помнишь? Она вздохнула: - Ты слишком добр ко мне…А я лежу тут и занимаю твою кровать. - Не беспокойся об этом, - нахмурился Эймонд, - я распоряжусь подготовить для тебя покои неподалеку, так что, когда я буду уверен, что ты в порядке, ты переедешь туда. - Покои? - Ты будешь жить в замке. Я не вижу смысла отселять тебя в город. Кроме того, это становится опасным. - Но…каким образом мы скроем мое пребывание? - У меня есть доверенные лица, слуги, которым я плачу достаточно для того, чтобы купить их молчание. Их двое. И мейстер. Я уверен в этих людях, и кроме них к тебе никто никогда больше не зайдет. - Я ведь не смогу больше брать лицо Торна, - покачала головой Кайя. Но Эймонд сказал: - Нет ничего страшного в том, если тебя увидят. Если, конечно, это вообще сработает, ведь кроме меня тебя больше никто не мог видеть такой… Кайя внимательно посмотрела на него и вдруг легла обратно, устраиваясь поудобнее рядом с ним. Принц тоже опустился на постель и переложил ее голову на свою руку, давая ей возможность лечь к нему на плечо. Кайя заговорила: - Я больше не Никто, Эймонд. Никто мертва. Ее больше нет. Я могу теперь быть только кем-то вместо себя самой, но Никем уже не могу. И брать чужие лица я смогу теперь только тогда, когда у меня будет хватать на это в первую очередь физических сил. Теперь я навсегда - Кайя, и это имя открыл мне ты. Именно ты открыл мне знание о том, кто я есть. Никто мертва. Значит, имя, которое ты назвал мне, пока я была Никем, будет моим последним заданием. Эймонд прижал ее к себе сильнее и проговорил, невесомо касаясь губами ее лба: - Я могу задать тебе один вопрос? - Конечно. - Когда с твоей работой будет покончено, ты исчезнешь? - Исчезну? - Кайя задумалась, но спустя пару мгновений все же продолжила: - Нет, Эймонд. Служение Многоликому Богу - это, в первую очередь, служение смерти. И отказ от собственной личности. От всех эмоций и чувств. С появлением тебя в моей жизни все изменилось. Я могу и иначе наказывать тех, за тем должна прийти смерть, все-таки я много училась там, в Черно-Белом доме. Пока у меня есть деньги на жизнь, мне не обязательно будет работать. Дальше…я что-нибудь придумаю. - Если… - Эймонд прокашлялся, - если за какой-то заказ ты получишь столько денег, сколько хватит, чтобы прожить всю жизнь и ни в чем себе не отказывать, чем ты займешься? - Я…не думала об этом, - задумалась Кайя. Помолчав какое-то время, она продолжила: - но, вероятно, я бы могла служить в охране. Или… не знаю. Нести дозор, может быть. Я не так много всего умею. Только скрываться и слушать то, что обычно скрыто от ушей и глаз посторонних. В любом случае нужно будет работать, чтобы было, на что жить. Потому что я не собираюсь брать с тебя никаких денег, а этот заказ, как я уже сказала, будет последним. Эймонд напрягся: - Что ты хочешь этим сказать? Кайя вздохнула и снова села, не отрывая взгляда от Эймонда: - Деймон ненавидит тебя, хотя не имеет на это права. Он считает, что ни Эйгон, ни ты недостойны трона, хотя у самого его нездоровые амбиции насчет власти. Он готов пойти на все ради Рейниры и королевских венцов на ее и своей голове. Он подначивает и проталкивает к правлению бастардов, обходя законнорожденных наследников. Я не возьму с тебя денег за этот заказ, Эймонд Таргариен, потому что за смерть платят либо монетой, либо смертью. А в случае с нашим договором оплата уже была совершена: Никто мертва. Ее больше нет. Я благодарна тебе, и хочу отплатить, как могу. Я постараюсь найти способ, как заработать себе на жизнь, но я не возьму ни монеты с того, кто открыл мне меня саму и пробудил меня настоящую. Если после смерти Деймона ты не захочешь меня больше видеть, и я ничем не буду полезна, я исчезну. Воцарилась тишина. Эймонд смотрел на нее, не веря услышанному. Она не слепо и без вопросов исполняла приказ, как должно делать Безликим. Она чувствовала, почему он желает смерти дяди. Она его понимала. И, главное, она была на его стороне. Кайя действительно больше не была Никем. Принц осторожно переложил ее ладонь в свою и вкрадчиво произнес: - Нет, Кайя, тебе не придется зарабатывать себе на жизнь. Я не позволю тебе нуждаться ни в чем. Я прошу тебя остаться. После смерти Деймона много изменится. Многое изменится уже и после того, как Рейнира с ним и со своими бастардами прибудет сюда. Кайя прошептала: - Но ведь у меня ничего нет. Я даже не благородных кровей, у меня нет влияния и каких-то особенных. Какой толк от меня? - Ты не права, - покачал головой принц, - мне очень не хватает поддержки от брата во многих делах, и свой человек, который может проникать туда, куда обычному человеку попасть трудно - настоящая находка для меня. Мы находимся на грани войны, и мне нужен каждый, кого я смогу назвать своим союзником. - В таком случае, - она прокашлялась, - ты можешь рассчитывать на меня. Спасибо за все, Эймонд. Я всегда буду на твоей стороне.