Часть 5: Это мое убежище

Ему было холодно. Так холодно. Его одежда примерзла к коже. Всё онемело некоторое время назад. — Позволь мне взять контроль на себя. Томми прищурился сквозь колеблющееся зрение и заставил себя сделать еще один шаг вперед. Его молчание говорило само за себя. — Пожалуйста. Он мог это сделать. Он мог это сделать. Он не мог позволить Подчеркиванию страдать из-за этого. Ему просто нужно было продолжать. Продолжать двигаться вперед, продолжать следовать указаниям Рана. Он найдет Техноблейда. Он моргнул и обнаружил, что лежит лицом в снегу, кровь шумит у него в ушах. — Томми, — умолял Подчеркивание. — Позволь мне взять управление на себя. Я привык к холоду. — П-прекрасно, — выдавил Томми. Он отодвинулся назад, издав стон, когда боль исчезла. Подчеркивание пронесся мимо него и поморщился, когда его в полную силу обдало холодом. — Хорошо, — буркнул Подчеркивание. Он заставил их тела подняться на трясущиеся колени и, пошатываясь, поднялся на ноги, щурясь сквозь снег. — Я н-носил гребаные футболки в С-С-Сночестере. Я п-могу справиться с этим. Он выставил одну замерзшую ногу перед другой, не обращая внимания на ветер, хлеставший его по лицу. — Дом Техноблейда должен быть впереди, — сказал Ран. — Теперь уже недалеко. Подчеркивание шёл вперед уверенными, механическими движениями. Сквозь снег стал виден слабый свет, маяк надежды. По мере того, как они приближались, Томми отступал всё дальше. Ран остался беспокойно колыхающимся впереди, практически вибрируя от нервной энергии, на которую он слишком устал, чтобы реагировать. — Я поговорю с ним, — выпалил он, когда они достигли деревянных ступеней. — С Техноблейдом, я имею в виду. Я-я знаю его лучше. — Д-да пож-пожалуйста, — простонал он. Он отступил, позволяя Рану взять полный контроль. Ран зашипел сквозь зубы, когда на него обрушилась вся тяжесть того, через что они прошли. Он перевёл дыхание, смутно осознавая, что Таббо впадает в беспамятство и тащит Томми за собой. Он был предоставлен сам себе. Поморщившись, он продолжил подниматься по лестнице, шатаясь, преодолел последние несколько футов до двери Техноблейда. Подняв обмороженный кулак, он ударил по дубовым панелям. Ответа не последовало. Ран сосчитал до десяти, затем поднял руку, чтобы постучать снова. Прежде чем он успел, дверь распахнулась. —... Томми? И Ран. Ран не мог пошевелиться. Потому что Техноблейд стоял там, целый и живой. В его глазах не было безумия, которое терзало его в последние мгновения. Его парадная рубашка была выглажена чисто и белоснежно, без пятен грязи, крови или- К своему ужасу, Ран обнаружил, что на глаза у него наворачиваются слезы. Мало того, что плакать было крайне не в характере Томми, ему также нужно было экономить воду. Но- Техноблейд был жив. Техноблейд был жив. Он вздрогнул, рот открывался и закрывался, но не произнес ни слова. Горячие слезы обожгли его замерзшие щёки. Техноблейд пошевелился, и это что, беспокойство в его взгляде? —... Заходи, — сказал он, отступая в сторону. Ран, шаркая, вошёл в дом, сдавленный звук сорвался с его губ, когда на него накатило тепло. Его трясущиеся ноги подогнулись под ним, и он рухнул на пол, ударившись коленями о деревянные панели с уродливым треском. Они почувствуют это позже, но в данный момент он не мог заставить себя беспокоиться. Техноблейд был жив. Техноблейд стоял перед ним на коленях, на лице застыло хорошо скрываемое беспокойство. Он что-то говорил, но его голос просто пролетал мимо ушей Рана. Всё казалось далеким и приглушенным, как будто он был завернут в толстый слой ваты. Он был в безопасности. Он был дома. Ран позволил себе дрейфовать. ———————— Пурпурный проснулся в агонии. — Нгх, — простонал он. Всё болело. Он не мог думать. Мир был острым, как игла, воздух впивался в его кожу, пока она не треснула и не потекла кровь. Над ним склонилась фигура, лицо в тени в тусклом свете свечи. Их единственной отличительной чертой был силуэт растрепанных спутанных волос. Квакити. Пурпурный отпрянул, вжимаясь как можно дальше в угол. — Н-нет, — прохрипел он. Квакити протянул руку, но остановился, когда Пурпурный вздрогнул. — Пожалуйста, — невнятно произнес он. — Не надо- не надо больше. Прости. Пожалуйста. Квакити поколебался, а затем снова протянул руку. Пурпурный поморщился, когда тот снимал что-то - ткань? - со его лба. Он прищурился на предмет сквозь затуманенное зрение. Может быть, это был новый способ использования зелий. Он слышал о Исцеляющих компрессах раньше - почему бы не использовать Урон? Он содрогнулся, и агония пробежала рябью по его телу. Было легко вызвать слезы на его глазах. Иногда, если он вёл себя достаточно жалко, Квакити становилось скучно и он оставлял его в покое. На этот раз не повезло. Квакити вернулся с другим компрессом. — Нет, — пробормотал Пурпурный, пытаясь отвернуть голову. — Хватит, хватит... Квакити что-то сказал. Его голос звучал как-то не так, но Пурпурный не мог разобрать даже отдельные слова. Он просто лежал, пока ему на лоб накладывали еще один компресс. Слабый. Беспомощный. Он ненавидел это. Холод просочился в его череп, ледяная вода стекала по лбу и пробивалась сквозь жар. Стук в голове достиг крещендо. Пурпурный потерял сознание, и мир погрузился во тьму. ———————— Таббо проснулся весь горящий. Его глаза резко открылись. Незнакомый деревянный потолок проплыл над ним. Это был не бункер. Где он был? Как он сюда попал? Где был Ранбу? — Ты проснулся. Голова Таббо резко поднялась, пристальный взгляд остановился на мужчине, стоящем в дверном проеме. Его взгляд привлекла вспышка розовых волос, и его сердце упало, когда он понял, кто это был. Техноблейд. (Глаза безумные, тревожная ухмылка расползлась по его лицу, волосы, лицо и одежда залиты кровью. Красный, так много красных, алых лоз извивалось под его кожей, его руки сжимали рукоять окровавленного Топора Мира. Он смеялся, всегда смеялся, тихо, хрипло и мрачно. Не осталось ничего человеческого, только голоса, Зараженные и сведенные с ума собственной жаждой крови-) Техноблейд сделал шаг вперед. Нет, нет, убирайся, убирайся прочь- Он попытался вскочить с дивана, но его ноги запутались в одеяле, и вместо этого он рухнул на пол. Он почти не чувствовал боли, царапая землю забинтованными пальцами в отчаянной попытке оттащиться. Техноблейд что-то говорил, но Таббо не мог слышать его из-за бешено колотящегося сердца. Это было место, где он умрёт. Техноблейд собирался убить его. Техноблейд собирался вырезать его сердце и перетащить его труп к Яйцу, и тогда его съедят, съедят, как Яйцо съело Томми, за исключением того, что Томми был жив и нет, не думай, не думай о- Руки сомкнулись на его плечах. Таббо бился, рычал, пытаясь сбросить их. Его ослабленные лихорадкой конечности бились об пол. Бесполезно. Всегда такой бесполезный. Где был его меч? Он нуждался в нём, ему нужно было- Техноблейд поднял его, прижимая к груди. Он оставил его руки свободными. Таббо потянулся назад и попытался выцарапать ему глаза, но гибрид пиглина отклонил свою голову в сторону. К нему вернулся слух. — Успокойся, — говорил Техноблейд. — Успокойся, Томми, я не собираюсь причинять тебе боль! Томми? Таббо замер, лихорадочный разум кружился от замешательства. Это была ошибка. В тот момент, когда он прекратил атаку, Техноблейд толкнул его на диван и вытащил бутылку из его инвентаря. Таббо бросился вперед, но было слишком поздно. Зелье разлетелось по полу, в воздухе закружился серый туман. Таббо предпринял последнюю отчаянную попытку дотянуться до Техноблейда, но у него подкосились ноги. Последнее, что он увидел, было мрачное выражение лица Техноблейда. ———————— Томми проснулся в тепле. Он моргнул, глядя на залитый солнцем потолок, наслаждаясь мягкостью... того, на чём он лежал. Это был не снег и не грязь, что было хорошим знаком, но он также понятия не имел, что это было - или, если уж на то пошло, где он был. Он осторожно сел, разглядывая накинутое на него одеяло. Где он был? Как он сюда попал? Последнее, что он помнил, это передача управления Таббо там, в снегу. — Собираешься снова напасть на меня? Голова Томми дернулась в сторону. Техноблейд стоял у камина, скрестив руки на груди и нахмурив брови. — Чт- — голос Томми надломился. Техноблейд безмолвно указал на столик у изголовья дивана, где ждал стакан воды. Томми мгновение рассматривал его, затем решил, что если бы Техноблейд хотел его смерти, он бы просто ударил его ножом, пока тот спал. Он взял чашку и- — Медленными глотками, — предупредил Пурпурный. Его голос звучал отстранённо, подавленно, хотя его эмоции снова были заперты за железной стеной. Томми сделал мысленную пометку поговорить с ним позже. — Не торопись. Твое тело пока не может с этим справиться. Томми нахмурился из-за края чашки, но подчинился, отпивая маленькими глотками. Не обращая внимания на горящий взгляд Техноблейда, он мысленно ткнул пальцем в три голоса. Пурпурный послал впечатление закатывания глаз, в то время как Подчеркивание сместился, вспыхивая слабым раздражением. Ран явно отсутствовал. Он поставил пустую чашку на стол и облизал губы, затем уставился на гибрид пиглина. — На что ты смотришь? Губы Техноблейда сжались в тонкую линию. — Что последнее ты помнишь? Чёрт. Чёёёрт. Ран всё ещё был без сознания, но он был единственным, кто знал, что произошло. Если бы он не рассказал Техноблейду, как он там оказался, Техноблейд начал бы задавать вопросы. Он не хотел, чтобы голоса были раскрыты. Они ещё не были готовы. Он ещё не был готов. Никто из них не доверял Техноблейду в достаточной степени. — Разыграй это, — сказал Пурпурный. — Притворись, что ты был настолько не в себе, что ничего не помнишь. Ладно, это может сработать. Томми пожал плечами, кутаясь в одеяло. — Я шёл. — Куда шёл? Томми нахмурился. — Прочь. — Из изгнания? — Прочь. Я не понимаю, какое это имеет отношение к тебе- — Это имеет ко мне отношение, — парировал Техноблейд. — Ты появился на пороге моего дома полумертвый, начал плакать, а затем на целый час диссоциировался, прежде чем потерял сознание от сочетания переохлаждения, недоедания, лихорадки и истощения. И, по-видимому, ты даже не помнишь, как нашёл меня- Что случилось, Томми? — Дерьмо, — прошипел Подчеркивание. Томми прижал руку к груди, выдыхая сквозь страх-беспокойство-ярость. — Черт, Бу- — Я проверю, как он, — пробормотал Пурпурный. Он отступил назад. — Э-э. — Томми знал, что ему следует начать возмущаться о том, что ничего не произошло, но во рту у него пересохло, а способность нести чушь сильно снизилась из-за воспоминаний о дыме, огне и крови. — Это, эх. Эм. Кое-что. Кое-что случилось. Равнодушный взгляд Техноблейда мог бы засушить траву. Томми поник. — Послушай, я просто- не хочу говорить об этом прямо сейчас, ладно? — Он подумал о башне и вздрогнул, отведя взгляд в сторону. —Это- я всё ещё перевариваю. — Перевариваешь, — повторил Техноблейд. Томми встретил его взгляд со всем вызовом, на который был способен. К всеобщему удивлению Томми и его товарищей по сознанию, гибрид пиглина вздохнул и отвернулся. — Я принесу тебе еще воды, — проворчал он и, шаркая, вышел из комнаты. Томми остался пялиться на пустой дверной проем. — Неужели... Техноблейд только что отступил? — спросил он. — Я не ожидал, что он сдастся, — признался Подчеркивание. — Хотя, честно говоря, у меня сложилось о нём не самое лучшее впечатление. В этот момент в голове Томми возникло смутное замешательство. Томми сел. — Ран! — выпалил он, затем поспешно понизил голос. — Ты вернулся! — Мм, — смутно согласился Ран, стряхивая с себя затяжную тень горя-потери-облегчения, которая витала на краях их сознания. — Я... как долго меня не было? Томми и Подчеркивание сделали паузу, обменявшись мысленным эквивалентом неуверенного взгляда. — Гм, — сказал Подчеркивание. — Мы... на самом деле, мы не уверены. — Я бы сказал, по крайней мере, два дня, — сказал Пурпурный. Когда остальные три дня послали сочетание удивления-любопытства-беспокойства, он уточнил. — Окно. Сейчас где-то ближе к вечеру - свет всё ещё сильный, но небо слишком тёмное для полудня. Мы добрались сюда около... полуночи, я бы сказал, и тогда облака были намного плотнее. Небо чистое - требуется по меньшей мере день, чтобы облачный покров рассеялся. — А, — сказал Ран. — Два дня. Это. Хм. — Он тщательно спрятал свою тревогу подальше, пока остальные вежливо делали вид, что не замечают. — Тогда, э-э, что произошло, пока меня не было? ———————— Техноблейд вздохнул, закрывая кран. Взяв кружку в руки, он заковылял обратно в свою гостиную и к своей миссии - изображать прославленную няню. Теперь это была его жизнь. Если бы его враги могли видеть его сейчас, они бы взвыли от смеха. Не то чтобы его голоса звучали намного лучше. Конечно, они не смеялись - но они ворковали, что объективно было хуже. О, они были в беспорядочном хаосе, когда он впервые увидел Томми - но где-то через четыре дня, которые он провел стремящейся ему помочь, помочь-защитить-убить превратилось в различные крики Авв и Братоблейд! Говоря об этом, Чат начал очередную волну аввинга. Глаз Техноблейда дернулся. — Прекратите это, — сказал он им, подходя к гостиной. —... так что я понятия не имею. Техноблейд остановился как вкопанный. Это был Томми. Но больше никого с ним в комнате не было, так кто же-? — Отлично, — пробормотал Томми. — Должен ли я спросить Техно? Пауза. Томми издал разочарованный звук. — Ты сказал, что мы можем доверять ему- Техноблейд прочистил горло. Томми подпрыгнул, затем взвизгнул и схватился рукой за ребра. — Ай-ай-ай, — прошипел он, смерив Техноблейда свирепым взглядом. — Как долго ты там стоишь?! — С кем ты разговаривал? — С собой, тупица, — огрызнулся в ответ Томми. Техноблейд еще мгновение смотрел на него, затем хмыкнул и протянул кружку. Вполне возможно, что он действительно разговаривал сам с собой - возможно, побочный эффект длительной изоляции. Однако люди, которые разговаривали сами с собой, также имели привычку отвечать самим себе - это означало, что было гораздо более вероятно, что Томми разговаривал с кем-то, кого мог слышать только он. Он не был гибридом, насколько было известно Техноблейду, но вполне возможно, что у него был какой-то предок в линии. Любой человек с гибридной родословной в течение трех поколений был склонен к развитию голосов - или, как называл их Техноблейд, Чат. Голоса обычно появлялись после периода сильного стресса, и поведение Томми в его менее ясном состоянии было довольно показательным для травматического опыта. Томми посмотрел на него и увидел кого-то другого. Умолял его остановиться, когда он прикладывал холодное полотенце ко лбу, чтобы справиться с бушующей лихорадкой. Сражался, как загнанный зверь, и смотрел на него так, словно ожидал, что его убьют, как зверя. Убегал от чего-то, от чего-то, что привело его на грань смерти. А еще были его физические травмы. Свежие шрамы от ожогов в виде точечных звездочек, которые могли появиться только в непосредственной близости от взрыва. Едва зажившие царапины от неправильного обращения с оружием, которые говорили об отсутствии чувства самосохранения. Синяки - так много синяков. Зеленые пятна на коленях. Уродливая вспышка фиолетового цвета прямо над его позвоночником, которую Техноблейд успел заметить, когда проверял Томми на наличие травм. Другие синяки, о получении которых парень даже не помнил, виднелись на его грудной клетке и ногах. И что самое ужасное, лиловые отпечатки ладоней покрывали его руки и лицо. Улики выстраивались в ряд, создавая очень неприятную картину. Допрос Томми ни к чему не приведет - мальчик уже достаточно ясно дал это понять. Нет, ему нужно было наблюдать. Если его теория верна... Техноблейд вознес безмолвную молитву какой бы то ни было высшей силе в мире о том, что он был неправ. ———————— — Нет, — отрезал Томми. — Абсолютно, черт возьми, нет. Техноблейд уставился на него через стол, раздраженно нахмурив брови. — Послушай, прежде чем выносить суждение, выслушай меня. Я не прошу тебя предавать Л'Манберга, просто не мешайся у меня под ногами. — Соглашайся на сделку, — прервал его Подчеркивание, прежде чем Томми успел запротестовать. Томми не смог полностью скрыть шок, промелькнувший на его лице. Техноблейд, к счастью, казалось, ничего не заметил. — Сейчас лучше всего вступить в союз с Техноблейдом. Поверь мне, Томми. Томми пожалел, что не может говорить мысленно. К сожалению, тот, кто контролировал тело, мог общаться только вслух, чего Томми не мог сделать, учитывая, что перед ним сидел Техноблейд. Поэтому вместо этого он выплеснул на Подчеркивание целый комок боли-предательства-ярости. Подчеркивание отшатнулся, как будто его обожгли. — Ты не обязан соглашаться на самом деле! — он взвизгнул. — Я не- я не хочу, чтобы он уничтожал Л'Манберга, Томми, ты знаешь, что я этого не хочу, но пока ты выздоравливаешь, ты не должен становиться на его плохую сторону! Томми потребовалось мгновение, чтобы перевести дух от ярости и подумать. Подчеркивание имел смысл — нравится ему это или нет, ему нужен был Техноблейд. Этот человек мог накормить его, приютить и защитить от Дрима - и всё, чего он хотел, это чтобы Томми не путался под ногами. —... Прекрасно, — выдавил из себя Томми. — Я соглашусь, но только если ты пообещаешь никого не убивать. — Я не буду нападать ни на кого, кто не нападёт на меня первым, — сказал Техноблейд. Что сделало обещание по сути бесполезным, учитывая, что каждый гражданин Л'Манберга напал бы на Техноблейд, чтобы защитить свою страну. Томми сверкнул глазами. —... Я не буду отнимать ничью последнюю жизнь, — пошёл на компромисс Техноблейд. — И я не буду, э-э, полностью уничтожать Л'Манберг. Просто совершу незначительные террористические акты, чтобы убедить их, что правительство - это не выход. Томми не был уверен, почему он уступает требованиям Томми, но он не собирался смотреть дареному коню в зубы. — Хорошо, — коротко согласился он. — Я буду держаться от тебя подальше, а ты не разрушишь мой дом до основания и не убьешь всех моих друзей. — Он протянул руку через стол. — Договорились. На мгновение Техноблейд действительно выглядел немного виноватым. Однако это выражение лица исчезло прежде, чем Томми смог по-настоящему заметить, и гибрид пиглина потянулся, чтобы соединить их руки и пожать их друг другу. — Приятно иметь с тобой дело, Томми. ———————— После двух дней пребывания Томми у Техноблейда можно было с уверенностью сказать, что его первоначальная теория была неверной. К сожалению, альтернатива была не менее мрачной. Это началось, когда Томми попросил Техноблейда потренировать его (просьб, которую он отклонил, сославшись на то, чтобы подождать, пока не тот поправится). Дело в том, что Техноблейд был примерно на восемьдесят процентов уверен, что Томми не был... Томми. Не было ничего конкретного, что насторожило бы его - это была просто его общая аура, или, как выразились голоса, “его вибрации были другими”. Язык его тела был не совсем правильным. Его улыбки были слишком фальшивыми. Он совершенно не походил на Томми для истинктов Техноблейда, а Техноблейд доверял своим инстинктам. Вывод: Томми не всегда был Томми. Что либо означало, что голоса каким-то образом могли завладеть телом Томми, одновременно сохраняя видимость индивидуальности (что было невозможно, потому что Техноблейд знал, как выглядит гибрид, обладающий голосом), либо у Томми вообще не было голосов. Он слышал о похожих случаях. Множество людей, живущих в одном теле, рождаются в результате травмы, которую никто никогда не должен испытывать. Характеризуется видимыми изменениями во всём, от личности до голоса и выражения лица. А Томми только что пережил тяжелую травму - возможно, его разум раскололся, чтобы справиться. Ему пришлось признать, что с теорией была проблема. Во всех зарегистрированных случаях отмечалось, что это заболевание возникло в раннем детстве, но Томми был подростком и не проявлял никаких признаков других личностей в Погтопии. Более того, если не считать той ночи, когда приехал Томми, эпизодов диссоциации явно не было. И все же эта теория подходила гораздо лучше, чем идея о голосах. По крайней мере, ему пришлось бы предположить, что в голове Томми был кто-то, кто не был Томми. Тогда Техноблейд действовал бы по ситуации; присматривал бы за Томми, выяснил, сколько там было Не-Томми, затем наметил бы подход к ситуации в зависимости от того, что он наблюдал. Надежный план. Он проигнорировал то, как его внутренности скрутило от последствий новой теории. ———————— — Ты думаешь, он знает? Томми открыл глаза и уставился в затененный потолок. — Серьезно, буб бой? Сейчас? — Извини, — пробормотал Ран, проблеск застенчивого любопытства пробивался по краям их ментального пространства. — Просто... Техноблейд не дурак. Как ты думаешь, он заметил нас? — Он определенно что-то подозревает, — пробормотал Подчеркивание. — Он пялился на нас- — Он просто ведет себя жутко, — проворчал Томми. — И мы довольно хорошо скрывали это от- от Дрима. — Техноблейд - это не Дрим. И мы не проводили так много времени с Дримом. Пурпурный встретил их растущее беспокойство холодной логикой. — Успокойся. Даже если он знает о нас, он ни за что не догадался бы о путешествии во времени без нас, решивших ему рассказать. Пусть он делает свои собственные предположения. Пурпурный был прав, но... — Я не хочу, чтобы он знал о вас, — признал Томми. Слова застряли у него в горле. — Я не- я не хочу, чтобы он спрашивал о вас- Подчеркивание излучал ощущение стальной решимости. — Не волнуйся, Томми. Если он будет противостоять тебе, мы справимся. — И мы можем придумать план завтра, — добавил Пурпурный. — Сейчас слишком поздно. Иди спать. — Его внимание переключилось на Рана. — И, Ран, прекрати задавать вопросы, когда Томми пытается заснуть. — Извини, — пробормотал Ран, отчитанный. Раздраженно вздохнув, Томми натянул одеяло до подбородка и закрыл глаза. В ту ночь никто из них не уснул легко. ———————— Насколько Техноблейд мог судить, существовало по крайней мере три различные личности - или "голоса", как он собирался их называть, - помимо Томми. Он мысленно окрестил их холодными, счастливыми и сердитыми. Холодный был... холодным. Он изо всех сил старался подражать Томми, но в каждом движении присутствовала скрытая апатия, которая придавала ощущение пластиковой улыбки и вызывала метафорическую настороженность у Техноблейда. Однако он оценил сарказм голоса - его сухое остроумие могло сравниться с Техноблейдом, когда он терял бдительность настолько, чтобы вступить с ним в словесную перепалку. К сожалению, чаще всего он ловил себя на саркастической колкости и замолкал, вместо этого напуская на себя видимость жизнерадостности в надежде подражать грубоватому чувству юмора Томми. На это было довольно больно смотреть. Счастливый ... не всегда был счастливым, но он определенно был намного жизнерадостнее в присутствии Техноблейда, чем любой из их трёх товарищей. Однако, когда его что-то расстраивало, он начинал нервничать, часто заикался и замыкался в себе, как будто пытался сжаться. Он также демонстрировал ряд способов самоуспокоения, которые сразу отличали его от Томми: шаркающая походка, сгорбленная спина, дрожащие руки, сжимающиеся и разжимающиеся. Он также, казалось, странно избегал зрительного контакта, хотя с течением дней ему стало немного комфортнее. Из всех голосов он улыбался больше всех - настоящими, неподдельными улыбками, а не фальшивыми ‘Томми’, которые они приклеивали. Они были нежными, довольно неуместными на лице Томми. В первый раз, когда Техноблейд увидел его, единственное, о чём он мог думать, было то, как молодо это выражение заставило выглядеть Томми. А ещё был злой. Техноблейд не знал, чем он заслужил гнев этого голоса, но каждое взаимодействие с ним казалось необъяснимо пассивно-агрессивным. То, как он улыбался, как он говорил, как он двигался - это было почти так, как будто он постоянно оскорблял его в безопасности своего разума. По иронии судьбы, этот голос также был лучшим в имитации Томми; на самом деле, Техноблейду потребовалось некоторое время, чтобы понять, что на самом деле он был другим человеком. Хм. Возможно, это сказало о Томми больше, чем о голосе. По крайней мере, он мог подтвердить, что голоса, похоже, не причиняли Томми вреда - на самом деле, как раз наоборот, основываясь на том, что он собрал из обрывков подслушанных односторонних разговоров. Томми никогда не проявлял никаких признаков страдания всякий раз, когда переключался. Тем не менее, было довольно неприятно видеть, как плавно они менялись - в один момент Техноблейд мог разговаривать с Томми, а в следующий момент моргнуть и оказаться лицом к лицу с голосом. Иногда было трудно сказать, с кем он вообще разговаривает - их рассказы сливались воедино, и хотя Техноблейду не нравилась неопределенность, у него не было другого выбора, кроме как следить за ходом разговора, пока они не станут более определённый. Однако, несмотря на всю его наблюдательность, он ничего не мог поделать. Это было не его дело, чтобы спорить с Томми о том, что произошло в изгнании - и голоса были частью этого. Так что вместо этого Техноблейд ждал. Техноблейд наблюдал. И постепенно Техноблейд научился приспосабливаться. ———————— — Техноблейд! — закричал Томми. Человек, которого он никогда не осмеливался называть своим другом, обернулся, и Томми захотелось заплакать от облегчения. Он был жив, он был в безопасности, он был- Техноблейд склонил голову набок. Постоянный поток бормотания лился с его губ, ослабевая и перетекая в такт багровым лозам, которые пульсировали под его кожей. Томми замер на месте. Техноблейд оглядел его с вежливым любопытством. Внезапно он подался вперед, зрачки сузились, бормотание стало громче. — -бу? Ранбу! Бу! Привет! Здравствуй! Что мы можем для вас сделать? Томми сглотнул. — Т-Техно, ты... ты заражен. Техноблейд нахмурился. — Не Техно. Мы заражены. Спасибо, что указал на это! Хотя вс`ё ещё не Техно. Техно ушел. Нет, это не так. Он здесь! Это не так! Мы съели его! Теперь он один из нас. По крайней мере, мы нашли кровавого бога! Он красный, красный повсюду... Томми отступил на шаг. Дрожащими руками он обнажил свой меч. Он был пропитан в святой воде, способной отразить Богрянца. Техноблейд моргнул, глядя на это. — Меч? Меч. Ого, крошка эндербой хочет сразиться с нами! Кровь? Ха, его уничтожат” — Я не хочу с тобой драться, — сказал Томми. Его голос дрожал. — Тогда не надо. Ага. Он пытается нас уговорить? Он знает, что ему не победить. — Техно, пожалуйста. Помнишь Фила? Он- он в безопасности, Техно. Он не заразился. — Фил! Филза! Мы любим Фила! Он будет в большей безопасности с богом крови. Ты тоже будешь в безопасности! Присоединяйся к нам, Ранбу. — Техно, — взмолился Томми. В последний раз. Последний шанс. — Не Техно, — сказали голоса. А затем они бросились вперед. Томми знал, что у него нет шансов против Техноблейда, не тогда, когда он не мог заставить себя сразиться с ним. Подавившись рыданием, он повернулся, чтобы убежать. Мгновение спустя Техноблейд был на нем, когтистые руки протянулись, чтобы обхватить Томми за шею, но между одной секундой и следующей Томми врезался в дерево, головокружительное ощущение телепортации сжало его внутренности. Он бросился бежать, когда Техноблейд взвизгнул позади него, ускоряясь, когда услышал знакомый звук обнажаемого меча. — Прекрати убегать, Ранбу! — крикнул его преследователь. “Иди обними- Аргх! Раздался громкий удар. Томми рискнул оглянуться через плечо, чтобы увидеть, что Техноблейд выронил свой меч и теперь хватался за голову, раскачиваясь взад-вперед. — Нет, нет, нет, нет, — прорычал он. — Не надо. Не причиняй ему вреда. Кровь для бога крови. Не его. Почему бы и нет? Не его. Сердце Томми ушло в пятки. — Т-Техно? То, что осталось от Техноблейда, посмотрело на него, черты лица исказились в мучительном рычании. — Беги, Ранбу, — прохрипел он. — Беги, пожалуйста- КРОВЬ- НЕТ- БЕГИ! КРОВЬ! КРОВЬ БОГУ КРО- ХВАТИТ- Томми попятился. Техноблейд внезапно замолчал и плавными, роботизированными движениями поднял свой меч. — Раздражает, — пробормотал он. Один глаз дико дернулся, но он, казалось, не заметил. — Где? Ранбу. Теперь кровь? Красная? Еще красного? — Техно, — прошептал Томми. Техноблейд моргнул, затем тряхнул головой, словно отгоняя муху. Его глаз перестал дергаться. — Теперь ушел, — просто заявил он. — Кровь для бога крови. Больше никаких перерывов. Так много красного. Мы голодны! Кровь для бога крови. — Т-Техно- Техноблейд сделал выпад, дикая ухмылка появилась на его лице- — -в безопасности. Ты в моем доме, Томми. Никто не причинит тебе вреда. Дыши. Давай- Томми закричал, нанося удар и встречая плоть. Нападавший отшатнулся, и Томми воспользовался передышкой, чтобы вскочить на ноги, вытаскивая свой железный меч. Мгновение спустя Ран выскочила вперед, бурлящее месиво ужаса-вины-ужаса. — Нет, — завопил он, когда Томми взял под контроль их шею, чтобы дико оглядеть комнату. Их нога была прижата к тому, что на ощупь напоминало кровать. Мягкий лунный свет лился в окно, освещая окрестности. Он также осветил нападавшего, который настороженно стоял в нескольких футах от них, подняв одну руку, чтобы защитить грудь. Ран заговорил за них. — Т-Техно? ———————— — Т-Техно? — Томми, — ответил Техноблейд. Он не был вполне уверен, был ли тот, кто контролировал, на самом деле Томми, но его боевая стойка была ему достаточно знакома, чтобы он мог предположить это. —... Ты понимаешь, где находишься? — Твой дом. Это был кошмар, — понял Томми. — Ты пытался нас разбудить. Техноблейд опустил голову, мысленно отодвинув “нас” как еще одно доказательство теории о “множестве людей”. Он открыл рот, чтобы заговорить снова, только для того, чтобы обнаружить себя в объятиях рыдающего подростка. — Чт- — начал он, затем оборвал себя со вздохом, когда хватка упомянутого подростка усилилась. — Хорошо. Всё будет хорошо, Томми. Ну, теперь не Томми. Вероятно, это был тот самый счастливый голос, единственный голос, которому, казалось, нравился Техноблейд. В настоящее время он был в эмоциональном беспорядке, чередующемся между жалобными криками горя и бессмысленными извинениями. Насколько Техноблейд мог судить, голос не причинил ему никакого вреда, так что он, вероятно, всё ещё был погружён в кошмар. Единственное, что он мог сделать, это успокоить его. Основываясь на предыдущих наблюдениях, этому голосу нравился физический контакт. Поэтому он начал похлопывать его по спине, высвобождая другую руку из неловких объятий, в которые он его заключил, чтобы он мог ответить на жест. — Ты в моем доме, — сказал он ему. — Ты в безопасности. Никто не причинит тебе вреда. Во всяком случае, Не-Томми просто начал плакать сильнее. Отлично. Замечательно. Техноблейд, вероятно, был наименее квалифицированным человеком для подобной ситуации. Что он сделал, чтобы они так к нему привязались? К счастью, Не-Томми вырвался из объятий минуту спустя и вытер лицо рукавом. Техноблейд мог только неловко топтаться на месте, пока он собирался с силами. Как раз в тот момент, когда он начал подумывать о том, чтобы тихо выскользнуть, голос заговорил. — Тренируй меня. Техноблейд моргнул. —... Что? — Тренируй меня, — повторил голос, покрасневшие глаза сияли решимостью. — Пожалуйста, Техно. Техноблейд случайно взглянул на часы на прикроватной тумбочке и поморщился от того, что увидел. Сейчас было неподходящее время для принятия важных решений. — Мы поговорим об этом завтра, — пошел он на компромисс. — Утром. Голос не выглядел очень счастливым, но он склонил голову в знак согласия. Техноблейд кивнул в ответ, уже поворачиваясь к двери. Он был на полпути к выходу из комнаты, когда голос заговорил снова. — Спасибо тебе, — сказал он. — За то. Что не спросил. Рука Техноблейда дернулась на дверной ручке. Он не обернулся. —... Возвращайся в постель, Томми. Тебе нужен отдых. Не дожидаясь ответа, он вышел в коридор и закрыл дверь. ———————— — Ты не можешь дополнять наше соглашение. — О, да ладно, Техно, пожалуйста- — Нет. — Техноблейд скрестил руки на груди и встретил выпрашивания Томми равнодушным взглядом. — Условия установлены. Я уже согласился изменить свои планы относительно тебя - я не собираюсь тренировать тебя, если только ты не планируешь остаться со мной. Чего Томми не сделал бы и за миллион лет, и они оба это знали. Томми нахмурился. — Ран? — Подчеркивание подтолкнул Рана. — Ты знал- знаешь его лучше всех - у тебя есть какие-нибудь идеи? —... Позволь мне поговорить с ним, — пробормотал Ран. Томми отступил, позволив Ран проскользнуть вперед. Голосу потребовалось мгновение, чтобы принять физическую форму, затем выпрямился. — Техно, — сказал он. — Я достаточно исцелён, чтобы сражаться. Я могу с этим справиться. — Верно, но почему тебе нужно, чтобы я тебя тренировал? — Глаза Техноблейда сузились. — И почему я должен? Что мне с этого? Томми рванулся вперед, на его языке вертелся список проклятий, но Ран остановил его волной спокойствия. — Пусть Ран попробует свой план, — сказал Пурпурный. — Если это не сработает, ты можешь попробовать свой способ еще раз. Ран, тем временем, глубоко вздохнул и склонил голову. — Для тебя в этом ничего особенного нет, - ответил он. В его голосе не было ничего, кроме честности. — Но... Я хочу, чтобы ты тренировал меня, потому что- я боюсь. Я боюсь за своих друзей. Дрим где-то там, и он- он может причинить им боль, как причинил боль мне. — Это было самое близкое упоминание о том, что произошло в изгнании с тех пор, как они пришли к Техноблейду, и Ран знал, что Техноблейд поймет весомость его слов. — Я-я должен стать сильнее. Я должен защитить их. Я-я клянусь, что не использую ничего из того, чему ты меня научил, против тебя. Мы можем- мы можем заключить другую сделку, если ты хочешь- я не- могу многое предложить взамен, но- — В этом нет необходимости. Ран украдкой взглянул на Техноблейда, который, казалось, был глубоко погружен в свои мысли. В их груди вспыхнула надежда. После того, что казалось вечностью, гибрид пиглина фыркнул, опустив плечи. — Ты действительно знаешь, как привести убедительный аргумент, малыш. Ран отступил, позволяя Томми снова взять верх. — Чертовски верно, я знаю, — похвастался подросток, хотя ложная гордость в его голосе была смягчена неуверенностью. — Так... ты научишь меня? — Не забегай вперед. — Техноблейд поднял когтистый палец, предугадывя протест Томми. — Может, ты больше и не болен, но у тебя всё ещё недостаточный вес. Нам нужно вернуть часть твоей мышечной массы, прежде чем мы приступим к настоящей тренировке. Томми пришлось признать, что в словах Техноблейда был смысл. — Отлично, сучка. — Ты знаешь, — задумчиво произнес Техноблейд. — Вежливо благодарить кого-то, когда они соглашаются обучать тебя. Реплику Томми прервала серия ударов во входную дверь. — Техноблейд? Техноблейд, ты дома? Кровь Томми застыла в его жилах. Медленно он поднял глаза на Техноблейда, который посмотрел на него в ответ, не менее удивленный. — Это я, Дрим. — еще один стук. — Открой дверь, мне нужно с тобой поговорить.